read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Несколько раз. У меня, потом у него.
- И что, тоже молчали?
- Да, молчали... Чессу было тогда очень плохо, и он знал, что будет
еще хуже. Ведь он был Первый, понимаешь? Всякие там сорок седьмые
публиковались, и ничего, а у него рогатка за рогаткой. Он был лишним. Они
с Лешкой писали правду, только Лешка уже тогда за границу собирался, а
Чесс - нет. Помнишь его песни? Вся его надежда была на эти кассеты. Из
первого сборника половину стихов выкинули. Повесть он даже в издательство
не понес - так прямо, неоконченную, пустил по рукам. Он понял, что его
проза и стихи иначе не дойдут до людей, а больше он ничего делать не умел
и не хотел. И если бы случилось еще что-то скверное... ну, вот оно,
наверно, и случилось...
- А Второй? Они же были вместе в тот вечер!
- Я сама тогда видеть не могла Второго. Как он не понял, что Чесса
нельзя оставлять одного! Ведь он вышел в коридор - и тогда Чесс сделал
этот самый третий шаг! Наверно, Изабо и Толик напрасно его во всем
обвиняют. Он не удержал Чесса - вот и вся его вина. Но они меня не
слушают. Они все это понимают как-то иначе. А если бы они слышали, как он
сказал про этот третий шаг... может, они бы поняли?
- А если Изабо знает больше тебя? Он же в последние месяцы часто
бывал в мастерской.
- Она слишком сильная, чтобы понять... И Широков тоже - он хороший,
он добрый, он так к Чеське был привязан, но они не видели, что Чеська из
другого теста, что он весь издерганный, что у него нервы - как волоски.
Они думают, все такие же толстокожие, как они сами!
- Здрасьте! - возмутился Валька. - Ты же сама говорила, какая Изабо
чуткая, как она тебя понимает!
- Меня - понимает. А Чесса - никогда не понимала! И Чесса я ей не
прощу. Ему же так тошно было, когда он к ней приезжал! Он приедет - а она
работает, и никто ей не нужен, и у нее свои проблемы. Чесс посидит,
посидит в углу, ну, где этажерка, и едет домой. А она, может, спасти его
могла! Только она в упор видеть не хотела, что с ним творится. А потом и
вовсе выгнала! Он же ей про третий шаг не говорил...
Такой злости и ярости от Верочки Валька не ожидал. А она еще,
разволновавшись, вскочила, не рассчитала движения, поддела плечом книжную
полку над диваном и все посыпалось на Вальку. Он успел подхватить
магнитофон. А на колени ему лег гусар, при сабле, но без пистолетов.
- Кассеты тебе Чесс подарил, или сама переписала? - спросил он, благо
возникла зацепка.
- Две переписала, одну подарил.
- А что, больше не было?
- Песен, конечно, было куда больше. А все ли он записал - не знаю. Да
мало ли кто мог их записать, пока он пел? А может, он успел записать сам и
кому-то отдал?
- Не Второму?
- Да что вы все, будто сговорились! - рассердилась Верочка. - Кассеты
у Второго, пьеса у Второго, роман у Второго!.. Ничего такого у него больше
нет. Были Чеськины стихи, которые в редакции завернули, - так он их давно
Толику отдал. А вы все из него злодея сделали! Он ведь очень даже неплохой
писатель. Я потом печатала его рукописи - когда уже ушла из университета.
И когда "Приют обреченных" к печати готовили, тоже здорово помог. Ведь это
мы втроем книгу сделали - Широков, Изабо и я. Она обложку нарисовала, в
типографию, как на работу, ездила, чтобы цветоделение не испортили.
Широков составил книжку, я перепечатала, корректуру держала... А Второй то
нужному человеку позвонит, то насчет бумаги договорится... Ой! Папа
пришел!..
Действительно, в прихожей кто-то хозяйничал.
В глубине души Валька вздохнул с облегчением.
- Ты выйди в тот коридор, а потом я тебя выпущу, - вдруг перешла на
шепот Верочка. - Пока он будет в холодильнике шарить...
В квартире вполне можно было заблудиться. Валька смирно ждал там, где
велела Верочка, и дождался - поставив перед отцом разогретый обед, она
выскочила в коридор и вывела его к двери.
На улице Валька обнаружил, что забыл снять свитер. Но было прохладно,
и он немедленно построил версию - как Димка Русаков сжалился над ним и
уступил ему свитер, а сам ушел домой в одной куртке.
По такому мелкому вранью Валька был крупным специалистом.

Дома Вальку ждал сюрприз.
Татьяна и теща возились со здоровенным пододеяльником, укладывая его
так, чтобы сверху оказались все кружева и прошивки. Но поскольку кружева
были далеко от прошивок, пододеяльник складывали по-хитрому, диковинными
складками.
- Валь, мы в гости идем, - сказала Татьяна, придерживая угол, пока
теща обхватывала пододеяльник голубой атласной лентой. - У Аленки
годовщина свадьбы. Тебя сегодня с какой-то девочкой видели. Что за
девочка?
Валька остолбенел. Он бы охотно что-нибудь соврал и не поморщился,
ведь не морщился же он, когда дома случайно зашла речь о Наде из
бухгалтерии. Но на языке закрутилось и не желало исчезать этакое
небрежное:
- Да так, натурщица знакомая...
Валька и молчал, чтобы эти слова, совершенно правдивые, Боже упаси,
не сорвались с языка. Потому что тем бы и кончились его хождения в
мастерскую.
- Угол держи, ворона! - очень кстати рявкнула на Татьяну теща.
Голубая атласная петля по Татьяниной милости сорвалась с угла и все
хитросплетение спуталось. Начался спор о бантиках и розочках, лента
замелькала в опытных Татьяниных руках, и мгновенно пододеяльник,
перехваченный на иной лад, увенчался атласной розой с двумя хитрыми
листиками.
- Опять все в последнюю минуту решаем, - как бы в пространство сказал
Валька. Он быстренько придумал, что Верочка может быть заказчицей
свадебного альбома. А потом - свадьба рухнула или в цене не сошлись, если
только Татьяна вспомнит.
- И не в последнюю, а просто я вчера забыла тебе сказать, - ответила
Татьяна, любуясь пододеяльником. - Правда, прелесть? А на прилавке я таких
уже больше года не видела. И вообще никаких не видела...
Валька понял, что расщедрилась теща, дала из древних, еще застойного
времени запасов, когда пододеяльников в магазинах было - бери не хочу. И
наверняка теща с тестем по этому поводу совместную речь держали. Но отдали
без жалости - Алена считалась одной из самых близких подруг.
Валька пожалел о загубленном вечере - ждала книга Чесса, а что
поделаешь?
- Чего одевать-то? - спросил Валька. - Ты серый свитер постирала?
Сегодня к вечеру так похолодало - я в Димкином пришел.
- Постирала! Это Димкин, что ли? Здорово! А что если в нем и пойти?
Свитер потрясный! Как раз к глазам и к новой куртке.
- Танька, утюг! - напомнила теща. Татьяна впопыхах стала раскладывать
платье на доске. Потом она бегала в спальню переодеваться и краситься.
Потом торжественно вышла.
Илонка оставила свои кубики, встала с пола и потопала к маме.
- Нельзя, Илоночка, нельзя, маленькая, у мамы платьице, нельзя его
ручками хватать! - удержала девочку теща. - Валь, займи ребенка, а то
заревет.
Валентину дали на руки дочку. Он покачал малышку, почмокал ей,
изобразил языком несколько булькающих трелей - в общем, задание выполнил.
Девочка рассмеялась и не отпускала его, хотя полностью готовая Татьяна уже
сердилась в прихожей.
Тесть и теща с блаженными улыбками переманили внучку к себе и встали
у дверей - ожидать, пока дочь с зятем отбудут. Они очень одобряли такие
выходы в гости. "Вы молодые, вам нужно встряхнуться", - каждый раз
говорили они. Сперва это звучало великолепно. Пять лет спустя - ругнуться
хотелось.
Придя к Алене, Валька обнаружил на лестнице компанию молодых мужей с
сигаретами. Их выставили покурить, пока жены носились по квартире с
тарелками, туфлями и младенцами. Татьяна радостно включилась в эту суету.
Потом всех малышей уложили в ряд на тахте, перемерянные туфли вернулись к
хозяйкам, даже тарелки в конце концов все разместились на столе. Мужей
впустили в комнату и предупредили, чтобы галдели потише - за стеной, в
спальне, спят дети.
Съев и выпив сколько положено, гости разбились на кучки. Магнитофон
был включен, но негромко, чтобы не мешать беседам, потому что танцевать
все равно было негде. Валька присоседился к магнитофону.
Понемногу он перепробовал почти все кассеты, но морщился - репертуар
у Алены был дешевый. А последняя кассета оказалась и вовсе прескверная,
наверно, Алена мудрила сама, а техника женских рук не уважает. Но вдруг
сквозь запись прорезался из хрипов высокий и вибрирующий мужской голос.
Прорезался и исчез.
Валька поскорее прогнал до конца скверно записанную дребедень "Modern
talking". Шипение продлилось пару секунд, не больше, и голос Чесса
явственно пропел: "Да беда, досуга нет, каждый день расстрелы". И снова
повторил эту загадочную строчку.
Валька про себя ругнул Алену дурой и даже почище - записала какое-то
дерьмо собачье на такой кассете! Но тут Чесс запел совершенно незнакомую
песню.
- Я слышу, как я умираю, как кровь течет куда-то вбок, как плющит
плечи потолок и как нога скользит по краю... - пел он без надрыва, просто,
даже задумчиво. - И как улыбка на губах смерзается заиндевело, не хочет



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [ 17 ] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.