read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



компании никто до сих пор не интересовался Глашенькой. Но провалить ее - это
было несправедливо! И Гурий предложил выступить в ее защиту на школьном
совете.
Прежде всего он предложил "изготовить мандаты". Володя Лукашевич, Гурий
и я были представителями учкома в совете, и до тех пор никому не приходило в
голову проверять наши мандаты. Но Гурий сказал, и Ниночка помчалась и
достала четыре листа великолепной бумаги: три для нас, а четвертый для
председателя домового комитета.
Была и вторая задача: привести на школьный совет председателя домового
комитета. По какому-то закону, о кагором мы впервые узнали от Гурия, право
решающего голоса имел еще председатель домового комитета. Наша школа
помещалась в бывшей прогимназии Кржевской, но во время революции Отнаробраз
несколько классов отдал под квартиры, и в школьном здании образовался
домовой комитет.
Председателем его был тот самый горбатый чиновник, который некогда
приходил в гости к Агаше. Теперь он служил в продовольственном отделе. С
моей точки зрения, его не следовало приглашать, потому что он был неприятный
тип, ко всему на свете относившийся с необъяснимым злорадством. Но Гурий
возразил, что вопрос принципиальный и что математик Шахунянц, например, тоже
является неприятной личностью, однако это обстоятельство, к сожалению, не
лишает его права подать свой голос против Глашеньки на школьном совете. И
Гурий быстро сбегал к бывшему чиновнику и, вернувшись, сказал, что тот
согласился прийти.
Это очень трудно - хотя бы в самых общих чертах нарисовать заседание
совета Лопахинской единой трудовой школы II степени. Еще труднее поверить,
например, тому, что школьные занятия казались нам каким-то придатком ко
всякого рода кампаниям, заседаниям, вечерам, к работе комсомольской ячейки -
словом, ко всему, что составляло главное содержание нашей жизни.
Заседание совета, на котором решалась судьба Глашеньки Рыбаковой,
происходило в швейцарской - самое теплое место в школе, - и, помнится, перед
Глашенькиным вопросом было два других - "дрова" и "танцульки".
Дрова - это был важный вопрос. У Лопахина с осени стояли баржи с
дровами, и Гортоп предлагал за выгрузку одной сажени четыре фунта хлеба,
фунт рыбы и сто миллионов дензнаками 1921 года. Француженка взяла слово и
объявила, что она, с ее больным сердцем, не в силах выгрузить даже один
грамм. В ответ выступил Гурий и разъяснил, что выгрузка дров является
общепролетарским делом и, следовательно, единая трудовая школа не имеет
права от него уклоняться.
У нас был почтенный, седовласый зав с большой бородой, умевший все
объяснить и всех примирить. В прошлом он был латинист, а потом, когда латынь
отменили, стал преподавать историю материальной культуры, которую тоже
отменили, так что ему больше ничего не оставалось, как сделаться завом. Он
сказал, что Гурий и француженка одинаково правы. Итак, tertium non datur -
третьего не дано. Но школа потребует деньги и рыбу вперед, и тогда третье
появится, ибо на полученное вознаграждение можно будет нанять людей, которые
исполнят работу.
Следующим вопросом были "танцульки" - так назывались танцевальные
вечера, которые устраивались у нас по меньшей мере три раза в неделю. Что
делать? Математик Шахунянц - сердитый старик с запавшими, горящими глазами -
взял слово и сказал, что он знает, "что делать": после занятий нужно
немедленно запирать школу на ключ. На днях он спросил ученика выпускного
класса, сколько a + b в квадрате, и тот ответил 2ab. В школу нужно ходить,
чтобы учиться, а для танцев есть общественные места.
Я молчала, потому что на этих "танцульках" мы с Ниной всегда были
первые. Но Гурий возразил, что запирать школу на ключ нельзя, потому что
единая трудовая школа должна быть открыта для учащихся днем и ночью. Что
касается "танцулек", то с ними, по его мнению, нужно бороться с помощью
больших кинофильмов, не меньше чем в двух сериях, причем обе должны идти
непременно в один сеанс! Тогда на "танцульки" не останется времени, и
ребята, как правило, должны будут отправляться спать.
В заключение он сказал, что "призраки прошлого еще реют над школой", и
мне представился старый, небритый Шахунянц, который, сморкаясь, летит над
школой в распахнутой шубе.
Словом, это была блестящая речь, но, к изумлению оратора, она не
произвела особенно сильного впечатления на школьный совет, и "танцульки"
решено было ограничить одним воскресным вечером в неделю.
Бывший чиновник пришел, когда прения по поводу Глашеньки были в полном
разгаре. Он приоделся и выглядел очень прилично в высокой котиковой шапке и
пальто с бобриковым воротником.
Зав посмотрел на него вопросительно, очевидно подумав, что чиновник
пришел по ошибке. Но тот сел как ни в чем не бывало, злорадно откашлялся и
зачем-то положил на стол свой мандат.
Это была неприятная минута; педагоги взяли мандат и стали его
рассматривать, передавая из рук в руки. Француженка иронически-злобно
засмеялась. Нужно было спасать положение, и Гурий опять сказал речь - на
этот раз неудачную, но не по содержанию, а потому, что почувствовалось, что
он стремится исправить неловкость этого неприятного типа, которого - я была
права - незачем было приглашать на совет.
- Я считаю, что подобное заявление, поступившее от Глафиры Сергеевны
Рыбаковой, знающей два языка, - сказал Гурий, - является честью для нашей
школы.
Я видела, что француженка просто кипит, - мне даже казалось, что от нее
идет пар и слышно бульканье и шипенье. Гурий кончил. Француженка взяла
слово. Она поблагодарила Глашеньку за "неслыханную честь". Относительно двух
языков она сказала, что от души рада за товарища Рыбакову, хотя и не видит
прямой связи между знанием иностранных языков и географией родной страны.
Тут она сделала подлый намек на Глашеньку, назвав ее "особой", и хотя вообще
в этом слове не было ничего особенного, но в данном случае оно прозвучало
подло.
Мне кажется, именно в эту минуту у меня наступило то странное состояние
духа, которое я даже не знаю, как объяснить, и которое еще и теперь иногда
бывает у меня, но с каждым годом все реже: как будто время останавливается и
все вокруг себя я начинаю видеть в новом, неожиданном свете. Барышня в
беленьком полушубке явилась предо мной как наяву, румяная, нежно-хрупкая, с
большими глазами. Она стояла на дворе у Львовых и вытряхивала из рукавички
записку. Митя выбежал к ней, взволнованный, без шинели. Он гордо вел ее, она
шла улыбаясь, и они были полны той любви, перед которой у меня занялось
дыхание.
И другая Глашенька вспомнилась мне - та, которая зимним вечером явилась
к нам вместе с холодом и звонким побрякиванием упряжи на разлетевшейся
тройке. Забившись в мамину постель, я смотрела, смотрела на тонкие руки,
сжимавшие голову, на волосы, рассыпавшиеся по рукам, на мрачное лицо с
широко открытыми глазами. "Поздно, - вот что говорило это лицо. - Теперь у
меня перед глазами заблестело золото, засверкали бриллианты"...
- Удовлетворим ли мы просьбу Глафиры Сергеевны Рыбаковой? - услышала я,
как во сне. - Кто "за" - поднимите руки.
"За" были Гурий, один из учителей, бывший чиновник и Володя. У
француженки стало торжествующее выражение лица, и все уставились на меня,
потому что я не подняла руку. Это было ужасно. Рука висела и была очень
тяжелая и, наверно, я сошла с ума, потому что мне одновременно и хотелось
поднять ее и не хотелось.
Гурий посмотрел на меня долгим презрительно-укоряющим взглядом, и через
минуту все кончилось. Глашенька провалилась.
Зав, который, между прочим, воздержался, объявил об этом с сожалением.
- Сомневаясь, приходим к истине, - сказал он. - Ходатайство отклонено.
Когда мы выходили из школы, Гурий догнал меня:
- Одну минуту.
Я обернулась. От волнения у меня задрожало лицо, но я сразу же
справилась и даже гордо откинула голову, как будто мне было глубоко
безразлично то, что я услышу сейчас. Если бы безразлично!
- Вот что, - холодным голосом сказал Гурий, - ты поступила подло, и мы
объявляем тебе бойкот.


ДУМАЮ
Из школы я забежала в Дом культуры: мне нужно было спешно посмотреть
слово "бойкот" в энциклопедии Брокгауза и Ефрона. Сидя на полу в библиотеке,
я читала статью об этом слове, когда Агния Петровна налетела на меня,
пощупала лоб и руки, сказала, что жар, и прогнала домой.
Это было очень странно, но ничего не переменилось в нашей комнате,
несмотря на то что я совершила подлость, причем общественную, а не личную,
поскольку я была обязана предупредить ребят, что голосую "против". Кошка
сладко спала в кресле - ей было все равно, что Гурий объявил мне бойкот.
Часы за стеной у Марии Петровны захрипели, долго собирались пробить и не
пробили, успокоились - так было вчера и третьего дня. Уходя, мама оставила
на столе картошку и нож, чтобы я почистила - она не любила картошку в
мундире. Все как было! Что же случилось со мной?
В энциклопедии было сказано, что такое бойкот. Так звали, оказывается,
какого-то капитана, который заявил, что не будет платить арендных денег за
землю, и тогда "земельная лига" приказала местным жителям - это было в
Ирландии - "забыть о его существовании". Почтальоны не носили ему писем, ни
один человек не здоровался с ним, от него ушли рабочие и домашняя прислуга,
и в конце концов сам господь бог послал убийственный град на его поля, -
стало быть, даже бог интересовался, внес ли капитан арендные деньги. Но ведь
это были деньги, из-за которых - даже странно было подумать - некогда
объявляли бойкот! А в данном случае это было неправильно, хотя бы потому,
что Гурий должен был прежде выяснить мотивы, по которым я голосовала
"против", а уже потом объявлять бойкот. Но хорошо, что он не стал выяснять
эти мотивы! Все равно я не могла бы выразить их теми обыкновенными словами,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [ 18 ] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.