read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



думая: выведу потихоньку велосипед, сяду -- и на станцию. Возле
станции лягу где-нибудь на песок в лесу до первого утреннего
поезда... Хотя нет, так нельзя. Выйдет Бог знает что, --
сбежал, как мальчишка, ночью, ни с кем не простясь! Надо ждать
до завтра -- и уехать беспечно, как ни в чем не бывало: "До
свиданья, дорогой Николай Григорьевич, до свиданья, дорогая
Клавдия Александровна! Спасибо, спасибо за все! Да, да, в
Могилев, удивительно, говорят, красивый город... Зоечка, будьте
здоровы, милая, растите и веселитесь! Гриша, дай пожать твою
"честную" руку! Валерия Андреевна, всех благ, не поминайте
лихом..." Нет, не поминайте лихом ни к чему, глупо и бестактно,
будто какой-то намек на что-то...
Чувствуя, что нет ни малейшей надежды заснуть, он тихо
спустился с балкона, решив выйти на дорогу к станции и промаять
себя, прошагать версты три. Но во дворе остановился: теплый
сумрак, сладкая тишина, млечная белизна неба от несметных
мелких звезд... Он пошел по двору, опять остановился, поднял
голову: уходящая все глубже и глубже ввысь звездность и там
какая-то страшная черно-синяя темнота, провалы куда-то... и
спокойствие, молчание, непонятная, великая пустыня,
безжизненная и бесцельная красота мира... безмолвная, вечная
религиозность ночи... и он один, лицом к лицу со всем этим, в
бездне между небом и землей... Он стал внутренне, без слов
молиться о какой-то небесной милости, о чьей-то жалости к себе,
с горькой радостью чувствуя свое соединение с небом и уже
некоторое отрешение от себя, от своего тела... Потом, стараясь
удержать в себе эти чувства, посмотрел на дом: звезды
отражаются расплющенным блеском в черных стеклах окон -- ив
стеклах ее окна... Спит или лежит, в тупом оцепенении все одной
и той же мысли о Титове! Да, вот и ее черед...
Он обошел большой, неопределенный в сумраке дом, пошел к
заднему балкону, к поляне между ним и двумя страшными своей
ночной высотой и чернотой рядами неподвижных елей с острыми
верхушками в звездах. В темноте под елями рассыпаны неподвижные
зелено-желтые огоньки светляков. И что-то смутно белеет на
балконе...
Он приостановился, вглядываясь, и вдруг дрогнул от страха
и неожиданности: с балкона раздался негромкий и ровный, без
выражения голос:
-- Что это вы бродите по ночам?
Он, в изумлении, двинулся и тотчас различил: она лежит в
качалке, в старинной серебристой шали, которую все гостьи
Данилевских накидывали на себя по вечерам, если оставались
ночевать. От растерянности он тоже спросил:
-- А вы почему не спите?
Она не ответила, помолчала, поднялась и неслышно сошла к
нему, поправляя сползавшую шаль плечом:
-- Пройдемся...
Он пошел за ней, сперва сзади, потом рядом, в темноту
аллеи, будто что-то таившей в своей мрачной неподвижности. Что
это? Он опять с ней, наедине, вдвоем, в этой аллее, в такой
час? И опять эта шаль, всегда скользившая с ее плеч и коловшая
кончики его пальцев своими шелковыми ворсинками, когда он
поправлял ее на ней... Пересиливая судорогу в горле, он
выговорил:
-- За что, зачем вы так страшно мучите меня?
Она закачала головой:
-- Не знаю. Молчи.
Он осмелел, возвысил голос:
-- Да, за что и зачем? Зачем было вам...
Она поймала его висящую руку и стиснула ее:
-- Молчи...
-- Валя, я ничего не понимаю...
Она отбросила его руку, взглянула влево, на ель в конце
аллеи, широко черневшую треугольником своей мантии:
-- Помнишь это место? Тут я тебя в первый раз поцеловала.
Поцелуй меня тут в последний раз...
И, быстро пройдя под ветви ели, порывисто кинула на землю
шаль.
-- Иди ко мне!
Тотчас вслед за последней минутой она резко и гадливо
оттолкнула его и осталась лежать, как была, только опустила
поднятые и раскинутые колени и уронила руки вдоль тела. Он
пластом лежал рядом с ней, прильнув щекой к хвойным иглам, на
которые текли его горячие слезы. В застывшей тишине ночи и
лесов неподвижным ломтем дыни краснела вдали, невысоко над
смутным полем, поздняя луна.
В своей комнате он взглянул запухшими от слез глазами на
часы и испугался: два без двадцати минут! Торопясь и стараясь
не шуметь, он свел велосипед с балкона, тихо и скоро повел его
по двору. За воротами вскочил в седло и, круто согнувшись,
бешено заработал ногами, прыгая по песчаным ухабам просеки,
среди бегущей на него с двух сторон и сквозящей на
предрассветном небе частой черноты стволов. "Опоздаю!" И он
работал все горячее, вытирая потный лоб сгибом руки: курьерский
из Москвы пролетел мимо станции -- без остановки -- в два
пятнадцать, -- ему оставалось всего несколько минут. Вдруг, в
полусвете зари, еще похожем на сумерки, глянул в конце просеки
темный вокзал станции. Вот оно! Он решительно вильнул по дороге
влево, вдоль железнодорожного пути, вильнул вправо, на переезд,
под шлагбаум, потом опять влево, между рельсами, и понесся,
колотясь по шпалам, под уклон, навстречу вырвавшемуся из-под
него, грохочущему и слепящему огнями паровозу.
13 октября 1940
ТАНЯ
Она служила горничной у его родственницы, мелкой помещицы
Казаковой, ей шел семнадцатый год, она была невелика ростом,
что особенно было заметно, когда она, мягко виляя юбкой и
слегка подняв под кофточкой маленькие груди, ходила босая или,
зимой, в валенках, ее простое личико было только миловидно, а
серые крестьянские глаза прекрасны только молодостью. В ту
далекую пору он тратил себя особенно безрассудно, жизнь вел
скитальческую, имел много случайных любовных встреч и связей --
и как к случайной отнесся и к связи с ней...
Она скоро примирилась с тем роковым, удивительным, что
как-то вдруг случилось с ней в осеннюю ночь, несколько дней
плакала, но с каждым днем все больше убеждалась, что случилось
не горе, а счастье, что становится он ей все милее и дороже; в
минуты близости, которые вскоре стали повторяться все чаще, уже
называла его Петрушей и говорила о той ночи как об их общем
заветном прошлом.
Он сперва и верил и не верил:
-- Неужто правда ты не притворялась тогда, что спишь?
Но она только раскрывала глаза:
-- Да разве вы не чувствовали, что я сплю, разве не
знаете, как ребята и девки спят?
-- Если бы я знал, что ты правда спишь, я бы тебя ни за
что не тронул.
-- Ну, а я ничего, ничего не чуяла, почти до самой
последней минуточки! Только как это вам вздумалось прийти ко
мне? Приехали и даже не взглянули на меня, только уж вечером
спросили: ты, верно, недавно нанялась, тебя, кажется, Таней
зовут? и потом сколько времени смотрели будто без всякого
внимания. Значит, притворялись?
Он отвечал, что, конечно, притворялся, но говорил
неправду: все вышло и для него совсем неожиданно.
Он провел начало осени в Крыму и по пути в Москву заехал к
Казаковой, прожил недели две в успокоительной простоте ее
усадьбы и скудных дней начала ноября и собрался было уезжать. В
тот день, на прощанье с деревней, он с утра до вечера ездил
верхом с ружьем за плечами и с гончей собакой по пустым полям и
голым перелескам, ничего не нашел и вернулся в усадьбу усталый
и голодный, съел за ужином сковородку битков в сметане, выпил
графинчик водки и несколько стаканов чаю, пока Казакова, как
всегда, говорила о своем покойном муже и о своих двух сыновьях,
служивших в Орле. Часов в десять дом, как всегда, был уже
темен, только горела свеча в кабинете за гостиной, где он жил,
приезжая. Когда он вошел в кабинет, она со свечой в руке стояла
на его постели на тахте на коленях, водя горящей свечой по
бревенчатой стене. Увидав его, она сунула свечу на ночной
столик и, соскочив, кинулась вон.
-- Что такое? -- сказал он, оторопев. -- Постой, что ты
тут делала?
-- Клопа жгла, -- ответила она быстрым шепотом. -- Стала
оправлять вам постель, гляжу, а на стене клоп...
И со смехом убежала.
Он посмотрел ей вслед и, не раздеваясь, сняв только



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [ 18 ] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.