read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Гаф! - ответил Лобзик.
- И это все? - спросила мама.
- Все, - сказал Шишкин.
- Не многому же он у вас научился!
- А что ты хочешь? Ведь Лобзик - не человек Сейчас он научился до одного
считать, потом мы научим его до двух, потом - до трех, а там, глядишь, он и
все цифры, выучит.
- Глядишь, придется мне от тебя сахарницу прятать, - сказала мама.
- Я ведь не для себя беру, - обиделся Шишкин. - Я для науки.
- "Для науки"! - усмехнулась мама. - А свои уроки ты сделал?
- Нет еще, сейчас буду делать.
- Ты ведь обещал, что к моему приходу у тебя всегда будут уроки сделаны.
- Будут, будут! Это я только сегодня забыл из-за Лобзика.
- Ну, смотри же! Если не будешь уроки делать вовремя, то не разрешу тебе
брать сахар и сахарницу спрячу.
Мы с Костей засели делать уроки вместе, потому что он ведь даже не знал,
что задано, а на другой день принялись продолжать обучение Лобзика.
- Надо учить его не только сахар считать, а чтоб он понимал цифры, -
сказал Костя.
Мы взяли кусочек картона, написали на нем цифру "один" и показали
Лобзику.
- Во г это, Лобзик, цифра один. Все равно что один кусок сахару, - сказал
Шишкин. - Ну, говори: какая это цифра?
- Гаф! - ответил Лобзик.
- Молодец! Это он сразу понял, - обрадовался Шиш-кип. - Теперь перейдем к
цифре два.
Он положил перед Лобзиком два куска и сказал:
- Считай!
- Гаф! - ответил Лобзик.
- Неправильно! Ты говоришь - один, а тут два. Что нужно ответить?
- Гаф! - снова ответил Лобзик.
- "Гаф"! - передразнил его Костя. - Где же тут "гаф", когда здесь
"гаф-гаф"? У тебя на плечах что: голова или кочан капусты?
- Гаф! - ответил Лобзик.
- Затвердила сорока Якова одно про всякого! Где ты гут видишь один? -
закричал Шишкин. Лобзик в испуге даже попятился.
- Ты не кричи, - говорю я. - С собакой надо вежливо обращаться, потому
что она будет бояться и ничему не научится.
Шишкин снова принялся объяснять Лобзику, что один - это один, а два - это
два.
- Ну, считай! - приказал он ему.
- Гаф! - снова тявкнул Лобзик.
- Еще раз! Еще! - подсказал я. Лобзик покосился на меня. Я закивал
головой и заморгал глазами. Тогда он несмело тявкнул еще раз.
- Вот теперь - два! - обрадовался Шишкин и бросил ему кусок сахару. -
Ну-ка, считай еще раз. Лобзик пролаял еще раз.
- Еще раз! Еще! - зашептал я снова.
- А ты не подсказывай ему! - говорит Шишкин. - Он сам должен знать.
Отвечай, Лобзик! Лобзик пролаял еще раз.
- Правильно! - сказал Шишкин. - Только ты должен лаять два раза подряд.
Он снова заставил его считать. Лобзик и на этот раз пролаял раз, а потом
увидел, что мы от него еще чего-то ждем, и пролаял второй раз. Постепенно мы
добились, что он лаял два раза подряд, и перешли к цифре "три". Занятия
пошли так успешно, что в этот день мы выучили все цифры до десяти, но когда
стали на другой день повторять, то оказалось, что у Лобзика все в голове
перепуталось. Когда показывали ему цифру "три", он отвечал, что это четыре,
или пять, или десять. Когда показывали десять, он говорил, что это два,
короче говоря - молол разную чепуху. Костя злился, кричал на Лобзика и
воображал, что это он назло ему отвечает неправильно. Иногда Лобзик отвечал
правильно, но, наверно, это получалось случайно, а Костя говорил:
- Вот видишь, ответил правильно - значит, знает, какая это цифра, а
спроси его в другой раз, ни за что не ответит. Такой прохвост!
Он подозревал, что Лобзику просто надоело учиться и он нарочно дает
неправильные ответы, чтоб к нему не приставали. Вот, например, Костя
показывает ему цифру "пять", а Лобзик отвечает, что это четыре.
- Да не четыре, Лобзик, посмотри хорошенько, - говорит ласково Костя.
Лобзик снова отвечает, что это четыре.
- Ну, не глупи, Лобзик, ты же сам видишь, что это не четыре, -
уговаривает его Костя.
"Четыре", - упрямо твердит Лобзик.
- Дурак! - начинает сердиться Костя. - Считай правильно, тебе говорят!
"Четыре", - отвечает Лобзик.
- Вот я дам тебе четыре раза по шее, тогда узнаешь, как злить человека!
Вот скажи еще раз четыре, я тебе покажу!
"Четыре", - опять повторяет Лобзик.
- Ты видишь, что он со мной делает? - кипятится Костя. Он берет цифру
"четыре" и показывает Лобзику:
- Ну, а это, по-твоему, какая цифра? Лобзик отвечает, что это пять.
- Вот видишь! - кричал Костя. - Когда ему показывали пять, так он все
время твердил, что это четыре, а когда показали четыре, он говорит, что это
пять! А ты говоришь, что он это не назло мне делает! Я знаю, почему он на
меня злится. Утром я нечаянно наступил ему па лапу, так он запомнил и теперь
мстит мне.
Я не знал, хитрил Лобзик или не хитрил, но было ясно, что из нашей
дрессировки никакого толку не вышло. Может быть, мы с Шишкиным были плохие
учителя, а может быть, сам Лобзик был никудышный ученик, не способный к
арифметике.
- Может быть, лучше признаться маме да идти в школу? - сказал я Косте.
- Нет, нет! Я не могу! Теперь я уже столько прогулял. Мама как узнает,
так и не знаю, что с нею будет. Шуточка дело! Если б я один день прогулял.
- Тогда, может быть, рассказать Ольге Николаевне и посоветоваться с ней?
- предложил я.
- Нет, мне стыдно говорить Ольге Николаевне.
- Ну, если тебе стыдно, то, может быть, я расскажу ей?
- Ты? Выдавать меня пойдешь? Знать тебя не хочу больше!
- Зачем, - говорю, - выдавать? Вовсе я не собираюсь тебя выдавать. Ты сам
говоришь, что тебе стыдно, ну я бы и сказал, чтоб тебе стыдно не было.
- "Стыдно не было"! - передразнил меня Шишкин. - Да мне в двадцать раз
стыдней будет, если ты скажешь! Молчал бы лучше, если ничего не можешь
придумать умней!
- Что же делать? - спрашиваю я. - С Лобзиком ничего не вышло. В цирк тебе
все равно не поступить. Или ты, может быть, еще надеешься Лобзика выучить?
- Нет, на него я уже не надеюсь. По-моему, Лобзик - это или отчаянный
плут, или круглый осел. Все равно из него никакого толку не будет. Мне надо
другую собаку достать. Или вот что: лучше я акробатом стану.
- Как же ты акробатом станешь?
- Ну, буду кувыркаться и на руках ходить. Я уже пробовал, и у меня
немножко получается, только я не могу все время вверх ногами стоять. Надо,
чтоб сначала меня кто-нибудь за ноги держал, а потом я и сам смогу. Вот
подержи меня за ноги, я попробую.
Он встал на четвереньки, я поднял его за ноги кверху, и он стал ходить па
руках по комнате, но скоро руки у него устали и подогнулись. Он упал и
ударился головой об пол.
- Это ничего, - сказал Шишкин, поднявшись и потирая ушибленную голову. -
Постепенно руки у меня окрепнут, и тогда я смогу ходить без посторонней
помощи.
- Но ведь па акробата долго учиться надо, - говорю я.
- Ничего, скоро зимние каникулы. Я как-нибудь дотяну до каникул.
- А после каникул что будешь делать? Ведь зимние каникулы скоро кончатся.
- Ну, а там как-нибудь дотяну до летних каникул.
- Это долго тянуть придется.
- Ничего.
Странный это был человек. На все у него был один ответ:
"Ничего". Стоило ему придумать какое-нибудь дело, и он уже воображал, что
дело сделано. Но я-то видел, что все это пустая затея и все его мечты через
несколько дней разлетятся, как дым.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Костины мама и тетя вовсе не догадывались, что он в школу не ходит. Когда
его мама приходила с работы, она первым долгом проверяла его уроки, а у него
все оказывалось сделано, потому что каждый раз я приходил к нему и говорил,
что задано. Шишкин так боялся, чтоб мама не догадалась о его проделках, что
стал делать уроки даже исправнее, чем когда ходил в школу. Утром он брал
сумку с книжками и вместо школы отправлялся бродить по городу. Дома он не
мог оставаться, так как тетя Зина занималась во второй смене и уходила в
училище поздно. Но шататься без толку по улицам тоже было опасно. Однажды он
чуть не встретился с нашей учительницей английского языка и поскорей свернул
в переулок, чтоб она не увидела его. В другой раз он увидел на улице соседку
и спрятался от нее в чужое парадное. Он стал бояться ходить по улицам и
забирался куда-нибудь в самые отдаленные кварталы города, чтоб не встретить
кого-нибудь из знакомых. Ему все время казалось, что все прохожие на улице
смотрят на него и подозревают, что он нарочно не пошел в школу. Дни в это
время были морозные, и шататься по улицам было холодно поэтому он иногда
заходил в какой-нибудь магазин, согревался немножко, а потом шел дальше.
Я почувствовал, что все это получилось как-то нехорошо, и мне было не по
себе. Шишкин ни на минуту не выходил у меня из головы. В классе пустое место
за нашей партой все время напоминало мне о нем. Я представлял себе, как,
пока мы сидим в теплом классе, он крадется по городу совсем один, точно вор,
как он прячется от людей в чужие подъезды, как заходит в какой-нибудь
магазин, чтоб погреться. От этих мыслей я стал рассеянным в классе и плохо
слушал уроки. Дома я тоже все время думал о нем. Ночью никак не мог уснуть,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [ 19 ] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.