read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



ноги мои чуть подогнулись. С первого взгляда. Больно вы похожи на
Константина Иваныча. Не лицом, нет, а фигурой. Конечно, вы пожиже будете в
плечах, понятно, помоложе. Но в фигурности вашей есть что-то...
- Ну уж, придумала! - засмеялся Венька.
- Нет, верно, - настаивала женщина. - Да я сейчас вам карточку его
покажу, какой он был в совсем молодых годах. Еще при царе.
Женщина пригубила от лафитника, потом подошла к большому, окованному и
оплетенному полосками разноцветной жести сундуку, повернула ключ. Замок со
звоном открылся, крышка откинулась.
Из глубины сундука, из-под каких-то материй, свертков, меховых шкурок,
из нафталинного удушья женщина извлекла карточку и показала нам.
Костю Воронцова мы никогда не встречали, но много раз видели на
снимках. Однако такой карточки у нас в уголовном розыске не было. Костя,
красивый, молодой, в офицерской форме, сидел, раздвинув колени и развалясь
на стуле. На коленях у него лежала шашка. А рядом с ним, опираясь на его
плечо, стоял уже немолодой угрюмый офицер со скуластым лицом и тоже с
шашкой.
- Это кто? - показал Венька на скуластого офицера.
- Вы что? - удивилась женщина. - Евлампия Григорьевича разве не
узнаете? Это же Евлампий Григорьевич Клочков.
- Ах, правильно! - как бы вспомнил Венька. - Правильно, ведь это
Клочков. У него только потом стало больше солидности...
- У него и чин был старше чем у Константина Ивановича, но он сам считал
себя младше. По уму. И пока он ходил под Константином Иванычем, все было
хорошо. А как ушел, захотел отдельно воевать, так и погиб. Убили его
сыскари. Константин Иваныч сказал: "Я за Евлампия тысячи комиссаров
передушу. Вот как выйду весной из тайги, так и передушу". Да чего я вам
рассказываю... Вы, верно, и сами слыхали, как он сказал. Теперь многие эти
его слова и здесь передают. А раз Константин Иваныч сказал, он сделает. Он
его очень уважал, Клочкова. Ну, давайте, - подняла тяжелый графин женщина,
- давайте выпьем за упокой его души. За упокой души убиенного Евлампия
Григорьевича.
- За упокой, кажется, не пьют, - усомнился Венька.
- Пускай не пьют, - опять наполнила лафитники женщина. - А мы давайте
выпьем. Он мне все говорил, как выпьет: "Я тебя, Кланя, сам лично люблю,
но не как женщину, а как изображение". Ведь он ужасно какой шутник был,
царствие ему теперь небесное...
Вот уж никогда не думал, что нам, комсомольцам, когда-нибудь приведется
выпить за упокой души штабс-капитана Клочкова, труп которого еще недавно
валялся на снегу у нас, во дворе уголовного розыска. И вот мы выпили за
него.
Женщина, заметно захмелев, погрустнела. Спрятав карточку и замыкая
сундук, показала на него глазами и вздохнула:
- Что же это с Константином Иванычем-то? Подарки мне, видите, все время
шлет, а сам не едет. Ай не желает видеться?
- Трудно ему сейчас. Понимаешь, трудно выбраться, - сказал Венька.
- Что ж трудного-то? - опять вздохнула женщина. - На прошлой неделе, я
знаю, он в Капустине был. А от Капустина-то до меня шесть верст. Или его
Лушка завлекла? Говорят, она сильно перед ним рисовалась. Он в Капустине
будто трое суток гулял. И Лушка при нем была. Будто все время была - и
день и ночь. Вы что знаете про Лушку-то? Вы скажите мне, ребята, про нее,
если что знаете. Я буду вам верная, вечная слуга. Знаете или нет вы про
нее?
- Знать-то знаем, - сказал Венька, - но говорить не будем. И не проси.
Не наше это дело - разлучать людей.
- Все равно я все узнаю, - погрозила женщина. - Я самого Савелия
допытаю. Он мне скажет. И Лазарь Баукин бы сказал. Он мой верный человек.
Но его сейчас Константин Иваныч до себя не допускает. Пусть, говорит,
сперва пройдет какое-то испытание. А Савелий мне велел обуть и одеть
Баукина, когда он от сыскарей убежал. И товарищей его велел обиходить...
Это, говорит, считай, как приказ самого Константина Иваныча... Дедушка
крестный, вы чего там опять стонете? - повернулась она к печке. - Вам
попить, что ли, дать? Или вы на двор хотите?
- Язык бы у тебя хотел откусить, - послышался с печки дребезжащий
старческий, но еще ясный голос. - Больно длинный у тебя язык, Клавдея...
- Язык у меня, дедушка, какой есть от дня моего рождения, такой и
навсегда останется. А вы спокойно спите. Вы мне всю душу досконально
вымотали. А эти люди от самого Савелия. По важному делу.
Мне мучительно хотелось узнать, кто же это такой Савелий. Может, я знаю
его по фамилии, но не знаю по имени.
Все-таки нам многие уже известны из окружения Кости Воронцова. Не
напрасно же мы занимаемся этим делом. А про Савелия я никогда не слыхал.
И еще закрадывалась тревога: а вдруг сейчас сюда явится сам Савелий? И
не один... Погода ведь в самом деле подходящая для бандитских визитов.
За окнами все еще беснуется пурга. И пожалуй, будет бесноваться всю
ночь.
Вот получилась бы красивая картина, если б сюда явился Савелий!
Но больше всего я боялся, что Венька сейчас захочет идти отсюда на
Большие выселки или прямо в Проказово. А я нисколечко не отдохнул. Я даже
излишне разомлел тут от тепла и этого первачка. Неужели Венька
действительно захочет сейчас обратно идти через пургу?
Дедушка опять застонал на печке, забормотал что-то. И в комнате
явственно запахло залежанным тюфяком.
- Да ну его! - покосилась на печку женщина. - Еле живой, в чем душа
теплится, а все шпионит за мной. Бывший околоточный надзиратель. Приехал
аж из самого Владивостока доживать свой век в тайгу. Он не родной мне, он
мне всего-навсего крестный. Но Савелий велел его обихаживать. Говорит, он
еще потребуется.
Женщина перекинула через плечо холщовое, для посуды, полотенце и стала
собирать со стола.
Видно было, что она привыкла к порядку, к аккуратности. В избе чисто.
На стене перед столом большое зеркало. И она изредка, собирая посуду и
разговаривая с нами, поглядывает на себя в зеркало. Как-то сбоку
поглядывает, точно хочет разглядеть свое ухо, в котором мерцает длинная,
на длинной прицепке, серьга с малиновым камешком.
- Вам, ребята, где постелить? - весело спрашивает она. - У печки? Или
же на кровати ляжете? - И, не ожидая ответа, сама решает: - Я вам постелю
у печки. Тут теплее. А то у нас к утру изба выстывает...
- Нам только выйти на минутку надо, - встал из-за стола Венька.
- Выходите, выходите, конечно, - засмеялась женщина. - Вся ночь еще
впереди. А то с вами, не дай бог, что-нибудь случится, как вон с дедушкой,
моим крестным, все время случается. Замучил он меня в отличку. Глаза бы
мои на него не смотрели и уши мои бы не слушали. Чистый дьявол на печке!
От старого режима.
Мы вышли на крыльцо.
Пурга все взвизгивала и выла. И мне в этой густой крутящей темноте,
обступившей избу, вдруг показалось, что мы стоим не на земле, а на
какой-то еще неизвестной планете. И она чуть покачивается под нами.
Под горой кипела в бело-черной пене дремучая, страшная тайга. Она не
казалась такой страшной, когда мы шли через нее. И не верилось теперь, что
мы только что через нее шли.
Я спросил Веньку:
- Ну что, будем спать?
Я спросил в том смысле, будем спать или будем делать вид, что спим.
- Будем спать, - сказал Венька.
И мы вернулись в дремотно приятную после ветра духоту избы.
- А крестный, слышите, что болтает? - зашептала женщина. - Будто вы не
от Савелия, а будто вы... Ну, словом, будто вы... Подумайте только, чего
пригрозил сатана! Будто вы, одним словом, эти... сыскари.
- Пусть его, - отмахнулся Венька. - А тебя, Кланя, я хочу вот что
попросить. Если ночью кто постучит - могут и наши постучать и всякие,
погода, ты сама говоришь, подходящая, - ты никому не открывай, позови нас.
- А если Савелий придет?
- Ну, Савелий - это другое дело...
Венька вел себя как старый знакомый хозяйки.
На комоде он увидел семерку алебастровых слонов, стоявших в ряд на
кружевной салфетке, один другого меньше.
- Это, Кланя, кто тебе слонов подарил? Клочков?
- Клочков. А ты откуда знаешь?
- Я все знаю, - засмеялся Венька, довольный тем, что угадал.
Он мог бы и не угадать. И не обязан был угадывать. Но, угадав, еще
больше расположил к себе хозяйку.
Она потрогала большого слона.
- Это Евлампий Григорьевич мне на счастье их подарил. Говорил, они
приносят счастье...
- Я это тоже слышал, - кивнул Венька.
- Баукин рассказывал, что они этих слонов в Горюнове нашли, когда
потребиловку брали. Там много хороших товаров было, разной мануфактуры и
эти слоны. Никто даже внимания на них не обратил, а Евлампий Григорьевич
положил их в карман. "Это, говорит, для Клавдии". И вот, глядите, как
будто пустяк, а женщине всегда приятно, что про нее помнят...
- Это верно, - опять кивнул Венька. И спросил: - А Баукин у тебя давно
не бывал?
- Да нет, он на прошлой неделе был. Он часто бывает. Он у меня тут,
кажется, дней десять жил, когда из Дударей ушел. Он мне все
дрова-перепилил и переколол и полотно ворот перебрал...
Я вспомнил изломанное полотно ворот у избы Баукина и спросил:
- А что ж он дома у себя не живет, в Шумилове? Боится?
Кланька удивленно вскинула на меня свои красивые глаза, обрамленные
длинными ресницами.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [ 20 ] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.