read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Смех его прозвучал так фальшиво, словно надтреснутый колокол, что милорд
опять взглянул на него и крепко сжал бледные губы.
- Ах, так, - сказал мистер Генри, все еще глядя в свое письмо. - Но я
точно помню твои слова. Ты говорил, что это дело недавнее.
Мы одержали победу, но убедились и в невероятном потворстве милорда,
- он и тут вмешался, чтобы спасти своего любимца от разоблачения и позо-
ра.
- Я думаю, Генри, - сказал он с какой-то жалкой поспешностью, - я ду-
маю, что нам нечего сейчас спорить. Все мы рады, что наконец-то брат
твой находится в безопасности, в этом мы все единодушны и, как благодар-
ные подданные короля, должны выпить за его здоровье.
Так Баллантрэ избегнул беды; но, по крайней мере, он был вынужден пе-
рейти к обороне и сделал это не без ущерба для себя, а кроме того, ли-
шился ореола преследуемого изгнанника. Сам милорд в тайниках души созна-
вал теперь, что его любимец - правительственный шпион, а миссис Генри
(как бы она ни толковала происшедшее) стала заметно холоднее в своем об-
ращении с развенчанным героем. Таким образом, в самой тонкой паутине ко-
варства всегда найдется слабое место, и стоит его задеть, как рушится
все хитросплетение. Если бы этим счастливым ударом мы не опрокинули идо-
ла, кто знает, каково было бы наше положение в разразившейся катастрофе?
Но в то время нам казалось, что мы не добились ничего. Не прошло и
двух-трех дней, как он совершенно загладил неприятное впечатление от
своего конфуза и, по всей видимости, вполне восстановил свое положение.
А милорд Дэррисдир в своей родительской любви ничего не хотел видеть.
Это была даже не столько любовь - чувство деятельное, сколько апатия и
отмирание всех прочих чувств; и всепрощение (если применимо тут это бла-
городное слово) изливалось у него подобно непроизвольным старческим сле-
зам.
С миссис Генри дело обстояло совсем иначе, и один бог знает, какие у
него нашлись перед нею оправдания и как он рассеял в ней чувство презре-
ния. В подобном чувстве плохо то, что голос становится важнее слов, а
говорящий заслоняет то, что он говорит. Но, должно быть, какие-то оправ-
дания Баллантрэ нашел, а может быть, даже своей изворотливостью обратил
все это в свою пользу, потому что после недолгого охлаждения дела его с
миссис Генри пошли в дальнейшем как нельзя хуже. Теперь они вечно были
вместе. Не подумайте, что я хочу чем-нибудь сгустить тень, которую нав-
лекла на себя эта несчастная леди, упорствуя в своем ослеплении; но я
думаю, что в те решающие дни она играла с огнем. Ошибаюсь я или нет, но
ясно одно (и этого вполне достаточно): мистер Генри опасался того же.
Несчастный целыми днями сидел в конторе с таким видом крайнего отчая-
ния, что я не осмеливался обратиться к нему. Хочу надеяться, что самое
мое присутствие и молчаливое участие доставляли ему некоторое облегче-
ние. Бывало так, что мы говорили, и странная это была беседа: мы никогда
не называли никого по имени и не упоминали определенных фактов или собы-
тий, но каждый из нас думал о том же, и мы прекрасно это знали. Странное
это искусство - часами говорить о каком-нибудь предмете, не только не
называя, но даже не намекая на него. Помнится, я даже подумал тогда,
что, может быть, именно таким образом Баллантрэ целыми днями ухаживал за
миссис Генри, делая это совершенно открыто и вместе с тем ни разу не
спугнув ее. Чтобы дать представление, как обстояли дела у мистера Генри,
я приведу здесь несколько слов, произнесенных им (я имел основания за-
помнить дату) двадцать шестого февраля 1757 года. Погода стояла не по
времени резкая, казалось, что это возврат зимы: безветренный жгучий хо-
лод, все бело от инея, небо низкое и серое, море черное и мрачное, как
пещера.
Мистер Генри сидел у самого камина и размышлял вслух (как это у него
теперь вошло в привычку) о том, "должен ли мужчина принимать решения" и
"разумно ли вмешательство". Эти и тому подобные отвлеченные рассуждения
каждый из нас понимал с полуслова. Я глядел в окно, как вдруг внизу
прошли Баллантрэ, миссис Генри и мисс Кэтрин - неразлучное трио. Девочка
прыгала, радуясь инею, Баллантрэ что-то шептал на ухо леди с улыбкой,
которая (даже на таком расстоянии) казалась дьявольской усмешкой искуси-
теля, а она шла, опустив глаза, всецело поглощенная услышанным. Я не вы-
терпел.
- На вашем месте, мистер Генри, я поговорил бы с милордом начистоту,
- сказал я.
- Маккеллар, Маккеллар, - отозвался он, - вы не сознаете шаткости мо-
его положения. Ни к кому я не могу пойти со своими подозрениями, меньше
всего к отцу. Это вызвало бы у него только гнев. Беда моя, - продолжал
он, - во - мне самом, в том, что я не из тех, кто способен вызывать к
себе любовь. Они все мне признательны, они все твердят мне об этом; с
меня этой признательности хватит до смерти. Но не мной заняты их мысли,
они и не потрудятся подумать вместе со мной, подумать за меня. Вот в чем
горе! - Он вскочил и затоптал огонь в очаге. - Но что-то надо придумать,
Маккеллар, - сказал он и поглядел на меня через плечо, - что-то надо
придумать. Я человек терпеливый... даже чересчур... даже чересчур! Я на-
чинаю презирать себя. И все же нес ли когда-нибудь человек такое бремя?!
Ио Он снова погрузился в размышления.
- Мужайтесь, - сказал я. - Все это разрешится само собой.
- Даже злоба у меня отболела, - сказал он, и в этом было так мало
связи с моим замечанием, что я не продолжил разговора.

ГЛАВА ПЯТАЯ
РАССКАЗ О ТОМ, ЧТО ПРОИЗОШЛО В НОЧЬ НА 28 ФЕВРАЛЯ 1757 ГОДА
Вечером того дня, когда имел место этот разговор, Баллантрэ куда-то
уехал, не было его и большую часть следующего дня, злополучного 27-го;
но о том, куда он ездил и что делал, мы задумались только позднее. А
спохватись мы раньше, мы, может быть, разгадали бы его планы и все обер-
нулось бы иначе. Но так как мы действовали в полном неведении, то и пос-
тупки наши надо оценивать соответственно, и поэтому я буду рассказывать
обо всем так, как это представлялось нам в то время, и приберегу все на-
ши открытия до того момента, когда они были сделаны. Это особенно важно
потому, что я дошел до самой мрачной страницы моего рассказа и должен
просить у читателя снисхождения для своего патрона.
Весь день двадцать седьмого февраля было по-прежнему морозно; дух
захватывало от холода. У прохожих пар валил изо рта, большой камин в за-
ле был доверху загружен дровами, ранние птицы, которые уже добрались и
до наших суровых краев, теперь жались к окнам или прыгали, как потерян-
ные, по замерзшей земле. К полудню проглянуло солнце и осветило по-зим-
нему красивые, покрытые снегом холмы и леса, люггер Крэйла, ожидавший
ветра за мысом Крэг, и столбы дыма, поднимавшиеся прямо к небу из каждой
трубы. К ночи сгустился туман, стало темно и тихо и неимоверно холодно:
ночь не по-февральски беззвездная, ночь для невероятных событий.
Миссис Генри покинула нас, как это теперь вошло у нее в обыкновение,
очень рано. С некоторых пор мы проводили вечера за картами, - еще одно
свидетельство того, как скучал в Дэррисдире наш приезжий. Вскоре милорд
оставил свое место у камина и, не сказав ни слова, пошел согреваться в
постели. Прочих оставшихся не связывали ни любовь, ни учтивость, и ни
один из нас минуты не просидел бы ради другого, но в силу привычки и так
как карты были только что сданы, мы от нечего делать стали доигрывать
партию. Нужно отметить, что засиделись мы допоздна и хотя милорд ушел к
себе раньше обычного, но уже пробило полночь и слуги давно спали. И ска-
жу еще, что хотя я никогда не замечал в Баллантрэ приверженности к вину,
на этот раз он пил неумеренно и был, вероятно (хотя и не показывал это-
го), немного пьян.
Во всяком случае, он разыграл одну из своих метаморфоз: не успела
дверь затвориться за милордом, как он без малейшего изменения голоса пе-
решел от обычного вежливого разговора к потоку оскорблений.
- Мой дорогой Генри, тебе играть, - только что говорил он, а теперь
продолжал: - Удивительное дело, как даже в такой мелочи, как карты, ты
обнаруживаешь свою неотесанность. Ты играешь, Иаков, как какая-нибудь
деревенщина или матрос в таверне. Та же тупость, та же мелкая жадность,
cette lenteur d'hebete qui me fait rager! [32] - привел меня бог иметь
такого брата! Даже почтенный квакер и тот слегка оживляется, когда опас-
ность угрожает его ставке, но играть с тобой - это невыразимая скука.
Мистер Генри продолжал смотреть в карты, как бы обдумывая ход, но на
самом деле мысли его были далеко.
- Боже правый, да когда же этому придет конец? - закричал Баллантрэ.
- Quel lourdeau! Но к чему я расточаю перед тобой французские выражения,
которые все равно непонятны такому невежде. Un lourdeau, мой дорогой
братец, означает увалень, олух, деревенщина, человек, лишенный грации,
легкости, живости, умения нравиться, природного блеска, - словом, именно
такой, какого ты при желании увидишь, поглядевшись в зеркало. Я говорю
тебе все это ради твоей же пользы, ну, а кроме того, милейший квакер
(при этом он поглядел на меня, подавляя зевок), одно из моих развлечений
в этой скучной дыре - поджаривать вас с вашим хозяином на медленном ог-
не. Вы, например, неизменно доставляете мне удовольствие, потому что
всякий раз корчитесь, когда слышите свое прозвище (как оно ни безобид-
но). Иное дело - мой бесценный братец, который вот-вот заснет над своими
картами. А эпитет, который я тебе только что объяснил, дорогой Генри,
может быть применен гораздо шире. Я это тебе сейчас растолкую. Вот, нап-
ример, при всех твоих великих достоинствах, - их я рад в тебе признать,
- я все же не знал женщины, которая не предпочла бы меня и, как я пола-
гаю, - закончил он вкрадчиво и словно обдумывая свои слова, - как я по-
лагаю, не продолжала бы оказывать мне предпочтение.
Мистер Генри отложил карты. Он медленно поднялся на ноги, и все время
казалось, что он погружен в раздумье.
- Трус! - сказал он негромко, как будто самому себе. И потом не спеша



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [ 20 ] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.