read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



может иметь все, что захочет.
Я считал такое неравенство очень обидным. Взрослые могли получить все,
а что происходило, например, когда я за обедом стал настойчиво просить
третий кусочек торта? Однако, не желая противоречить матери, я промолчал.
- Позавчера в саду, - продолжала она, - у тебя на коленях заснула
собачка, помнишь? Тебе было неудобно, но ты не пошевелился, потому что не
хотел причинять ей неприятности. Тебе доставляло удовольствие то, что ты
делал для собачки, правда? Вот и отцу ты должен сделать что-нибудь такое,
что ему было бы приятно. Увидишь, как он обрадуется.
- Хорошо, - возразил я. - Но отец ведь не спит у меня на коленях.
- Допустим. Но зачем тебе шуметь и пускать фейерверк у него под окнами
вечером, когда он читает?
- Фейерверк я могу и не зажигать, - сказал я, - но этого очень мало.
От мамы я ушел задумавшись. В голове у меня дозревал проект
королевского дворца.
У нас, как и в любом доме, было много автоматов. Они производили
уборку, занимались хозяйственными делами, работали на кухне и в саду.
Садовые автоматы, которые ухаживали за цветами и деревьями, назывались
монотами. Монот первый был у нас еще при дедушке. Он часто сажал меня на шею
и носил, чего терпеть не могла наша овчарка Плутон. Впрочем, собаки вообще
не любят автоматов. Бабушка говорила, что все животные, как правило, боятся
автоматов, потому что не понимают, как может двигаться неживой предмет.
Мне тоже было неясно, почему автоматы двигаются и выполняют различные
поручения. Поэтому, прежде чем приступить к строительству дворца - а вести
его должны были наши автоматы, - я забрался с обоими монотами в самую глушь
сада и приказал одному из них разбить живот у другого, чтобы посмотреть, что
у него внутри. Автомат отказался повиноваться мне. Весьма рассерженный, я
разыскал самый большой молоток, какой только мог найти дома, и сам принялся
за работу, но не смог ничего поделать с металлической оболочкой автомата.
Увлекшись работой, я совсем забыл, что наступило время послеобеденного
отдыха отца, и бил молотком так, что грохот разносился далеко вокруг. Вдруг
я услышал над собой чей-то голос. Красный как рак, еле живой от усталости, я
поднял глаза и увидел отца, горестно качавшего головой.
- Если бы хоть часть этой энергии ты тратил на занятия! - сказал он и
отошел от меня.
Дворец отцу я так и не подарил.
Весной 3098 года мне должно было исполниться девять лет. Мама сказала,
что, если я буду вести себя хорошо, меня возьмут на Венеру. Первое
межпланетное путешествие! В оставшееся время я был примерным мальчиком.
Вечером накануне отъезда к нам собрались все дяди. Мама ознаменовала это
событие чудом кулинарного искусства - лунным тортом, изготовленным по
секрету от всех. Когда его поставили на стол, он зашумел, из кратера
появился крем и потек по шоколадным склонам.
Я втайне надеялся, что во время путешествия на Венеру с нами произойдет
катастрофа и мы, потерпев крушение, высадимся на какой-нибудь встречный
астероид. Чтобы не быть захваченным врасплох, я решил запастись на всякий
случай продовольствием: самым подходящим для этого мне показался торт. Я
стащил из кладовой огромный кусок его и спрятал на дно чемодана.
На следующий день рано утром мы отправились на ракетный вокзал в
Меорию. Полет на Венеру продолжался недолго и обошелся без всяких катастроф,
на которые я надеялся. Мне надоело глазеть на черное небо со смотровой
палубы. Разочарованный до крайности, я забился в угол каюты и, чтобы не
допустить порчи запасов, стал поедать свой торт до тех пор, пока мегафоны не
сообщили, что мы приближаемся к аэропорту Венеры. Последствия были печальны:
из всех впечатлений на Венере мне запомнились лишь боль в животе,
разрисованный цветочками и птичками кабинет детской поликлиники и толстяк
доктор, который, подходя ко мне, уже издали смеялся и спрашивал, как мне
понравилось у них на планете.
На другой день надо было возвращаться домой. Меня, заливавшегося
слезами, посадили в ракету. Я изо всех сил старался не показать, как тяжело
переживаю случившееся несчастье, над которым - этого я больше всего
боялся-будут смеяться брат и сестры. Поэтому на обратном пути я хранил
таинственное, мрачное молчание, которого, впрочем, никто не заметил. Так
закончилось мое первое космическое путешествие.

Не буду останавливаться на различных беспорядочно перемешанных
событиях, сохранившихся в памяти, как ненужные безделушки, с которыми трудно
расстаться. Я их хорошо помню, но не могу отыскать в себе ничего от ребенка,
которым я был когда-то. Что осталось у меня от всего этого? Любовь к
сказкам? Отвращение к тортам? Вот, пожалуй, и все. Но в этих мелочах,
случайно сохранившихся, скрыта тень затерянного где-то на самом дне моего
существа непонятного и недосягаемого мира, который изредка, вызывая улыбку
сожаления, возвращается ко мне с каким-то оттенком вечернего неба, с шумом
дождя, забытым запахом или видом затененного уголка.
Когда много лет спустя я вернулся домой, наш сад поразил и почти
испугал меня. Я узнавал каждую клумбу, каждое дерево, но там, где прежде
передо мной открывались целые страны, в которых происходили волнующие
события, теперь не было ничего. Обычный сад - с цветами, беседкой, яблонями,
кустарником... И каким маленьким было все это! Каким волнующим путешествием
был когда-то путь от дома до калитки, - куда более захватывающим, чем теперь
полет вокруг земного шара! А теперь, за несколько лет вся Земля стала для
меня меньше сада, в котором я провел детство. Исполнились затаенные
мечтания: я вырос и мог получить все, что хотел. Но об этом после.


МОЛОДОСТЬ
Мой мир расширялся. В него вошли братья моего отца. Как мне давно было
известно, самый старший из них, дядя Мерлин, изучает камни. Я сомневался, в
своем ли он уме: что интересного могло быть в камнях? Однако впоследствии
оказалось, что он умеет рассказывать о многом в тысячу раз более интересном,
чем сказки. В его устах плагиоклазы магмовых скал, хризолиты и меловые
мергели приобретали таинственные, романтические черты. При помощи яблока и
салфетки он умел показать, как возникают горные хребты, а когда рассказывал
о свитах лавы, которыми покрыты остывающие планеты, я видел небесных
гигантов, одетых в развевающиеся плащи из багрового пламени. Другой дядя,
Нариан, тот самый австралиец, который когда-то перепугал меня во время
телевизита, создавал искусственный климат на больших планетах, был
властелином метановых ураганов и повелителем бурь, вздымающих океаны
леденеющего углеводорода. А какие миры раскрывались в его рассказах! Он
говорил о летающем континенте Гондвана, об удивительном небе Юпитера,
похожем на опрокинутую чашу, в которой маленькое солнце светит днем и ночью,
об экваториальных пространствах Сатурна, на которые большую часть года
падает тень гигантских вращающихся колец, о своих юношеских экспедициях на
холодные спутники этой планеты, носящие имена, похожие на заклинания: Титан,
Рея, Диана.
И все же, хотя и с тяжелым сердцем, я изменил им обоим и решил пойти по
стопам третьего дяди - Орхильда. Зная, что дядя Орхильд бомбардирует атом, я
представлял его склонившимся где-нибудь в межпланетной лаборатории и
пытающимся поймать эту мельчайшую частицу материи. Что же оказалось в
действительности? Этот исследователь бесконечно малого занимался как раз
тем, что строил объекты, по своим размерам во много раз превосходящие любое
сооружение на Земле и даже самую Землю. Разве не было поразительно, что путь
в глубь Космоса, как и в.глубь атома, одинаково приводил к бесконечности?
Дядя Орхильд строил машину для бомбардировки атомов. Это было кольцо из
труб; магнитные поля ускоряли в нем нуклоны - снаряды, стрелявшие в ядра
атомов. Самый большой ускоритель XXX века представлял замкнутую окружность
диаметром в три тысячи километров: его изогнутая труба бежала по туннелям,
проложенным сквозь горные цепи, по мостам, пересекающим долины. Следующим
этапом мог быть, пожалуй, только ускоритель, опоясывающий весь земной шар.
Значит ли это, что конструкторы дошли до предела, через который невозможно
перешагнуть? Нет, возник совершенно новый замысел: было решено построить
новый гелиотрон в космическом пространстве. Мне казалось, что гелиотроп
должен был представлять собой кольцеобразную систему труб, плавающую где-то
между Землей и Луной. Но дядя Орхяльд вывел меня из заблуждения: основной
материал для конструкции - отличного качества пустота - имелся в избытке в
космическом пространстве. Ракетами были доставлены с Земли многие тысячи
магнитных установок. Они были так расположены в пространстве, что образовали
идеальную окружность. Что же делал дядя? Может быть, следил за этой работой?
Нет, он как раз занимался тем, что было между магнитными установками, то
есть пустотой. Значит - ничем? Вовсе не так. Из того, что он говорил о ней,
вытекало, что нет более богатого возможностями объекта, чем эта "пустота",
через которую проходят электромагнитные поля - гонцы и посланники далеких
миров.
Он не наносил нам телевизитов, потому что при этом нельзя было влезать
на деревья, что он очень любил. Зато, когда он приезжал, мы взбирались на
одну из самых высоких яблонь в саду, усаживались в развилине между сучьями
и, грызя твердые яблоки, вели ожесточенные споры о фотонах - самых быстрых и
невесомых частицах материи. Было бесповоротно решено, что я стану
энергетиком космического пространства.
Но наступили летние каникулы 3103 года, и все изменилось. Мне
исполнилось четырнадцать лет и было разрешено совершать самостоятельно
экскурсии на расстояния в несколько сот километров.
Однажды я полетел на Гельголанд. Знаете ли вы этот маленький островок в
Северном море, древнюю базу и одновременно музей космических кораблей? Там,
среди стройных елей и выветренных доломитных скал, высится огромный ангар с
высокими окнами. В центре ангара, под сводами, нависшими над скоплением
подъемных кранов, напоминающими позвонки и ребра допотопного кита, стоят
рядами на покое огромные корабли.



Страницы: 1 2 [ 3 ] 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.