read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Людовик пошел на герцога. Карл слышал его приглушенные шаги и ему даже показалось, что он видит силуэт короля, окруженный тусклой короной - такая бывает во время полного солнечного затмения. Сейчас этот тусклый багрянец окажется от него на расстоянии вытянутой руки.
Король не сделал рокового шага. Тогда вперед шагнул Карл, выбрасывая в ударе правую руку. Вместо того, чтобы рассечь кожу и, преодолевая приятное нарастающее сопротивление, проникнуть в королевское мясо, кинжал ударился о твердую преграду, с тихим немелодичным звоном соскользнул вбок и, вывернувшись, упал на ковер. Это было очень странно. Но ещё страннее было то, что Людовик не испугался и не закричал. Он, казалось, вообще не заметил удар Карла, которым можно было свалить наземь теленка.
Король сделал ещё один шаг.
Карл наконец испугался.
Пальцы - широкие, цепкие пальцы короля, пальцы из железного дерева - сомкнулись на герцогской шее. Карл почувствовал их так явственно, словно не было на нем семи слоев шарфа, друга всех ночных убийц. Карл закричал - ужас рвался из каждой поры его существа, он не мог сдержать его, он мог взорваться.
За дверью кого-то встревоженно кликнули на шотландском и несколько раз грюкнули ручкой. Потом, на кагтонном фганцузском, потребовали: "Откройте, Ваше Величество!"
Карл уже не мог кричать - пальцы Людовика с каждым мгновением всё глубже впивались в его шею. Герцог захрипел.
Карл с четвертой попытки нащупал на съехавшем вбок (когда успел?) поясе ножны второго кинжала. Они были пусты. Да что же это?!!
"Долго ещё?" - кротко спросил Людовик.
Король определенно чувствовал себя непричастным к прогрессирующему убийству герцога Бургундского. Его Id <бессознательное (англ.).> желало обратно в теплую постель.
Снаружи дверь штурмовали подручным тараном, на все лады склоняя "Ваше Величество". Карлу показалось, что он узнает голос Сен-Поля.
Герцогу раньше в голову не приходило, что государя можно просто ударить в пах. Карл ударил.
Вот теперь Людовик проснулся и взвыл. Руки короля убрались с горла Карла, а больше герцогу ничего и не было нужно.
Он забыл, что пришел сюда, чтобы убить Людовика. Он не подумал о том, что дверь крепка и надежна, она может простоять ещё долго и теперь самое время задушить Людовика, как он и решил в беседах со своей тенью.
Перепуганной лаской Карл скользнул в камин и уютный шорох гранитной плиты за его спиной был ему слаще пробуждения, которого всё не было, которого не было и быть не могло, потому что герцог не спал.

25

"Если на мгновение допустить, что король - лунатик, и притом отменно чует в темноте врага, что король спит в кирасе, что один кинжал я потерял, а второй совсем разучился держать, и он у меня действительно вывернулся из пальцев, как у распоследнего рохли - тогда, конечно, всё ясно." Но на самом деле в ближайшем прошлом не было ясно ровным счетом ничего, тогда как ближайшее будущее, напротив, нарисовалось вполне отчетливо.
Карлом овладело спокойствие. Он жив, король жив, можно вернуться в свою постель, заснуть, проснуться, и... Дальше тоже просто. Мир. Пусть Людовик подписывает договор и катится ко всем чертям. Ко всем, какие только есть ниже уровня моря.
Он, Карл, - не Георгий, это выяснилось. Но и Людовик - не змей, а, скорее, погремушка в безвестных лапах. Да мы и не в Вифинии, в конце концов. Пусть его.
Карл спешил. Ему начало казаться, что времени прошло значительно больше, чем, как он полагал, должна занять его экспедиция. Светляки на стенах сложились в правильный ромбический узор, но Карла это не пугало, не интересовало и не восхищало. Карл не зажигал масляной лампы - после королевского омута он начал чувствовать предметы, как нетопырь.
Когда впереди невидимый, но присутствующий, заявил о своём существовании призматический предмет, Карл замедлил шаги. Размеры угадывались плохо. Гроб, адская машина, Ковчег Завета, клавесин?
Герцог подошел к неопознанному объекту вплотную и легонько носканул его. Предмет поддался. Не очень легкий, не очень тяжелый. Это не гроб, не Ковчег Завета, не клавесин.
Карл решился, присел на корточки и возложил ладони на адскую машину. По отношению к любому артефакту всегда действует презумпция виновности, ибо неопознанное, неизвестное, непрозрачное легче вяжется с теллурическим мраком, нежели с легчайшей небесной лазурью. Нашелся, гад? На костер тебя! По крайней мере, если не доказано обратное.
Машина была облечена в форму маленького походного сундучка из твердого дерева, на стук отозвалась утробным погрюкиванием, по бокам имела вялую инкрустацию, а на крышке - два порванных металлических ушка. Когда-то здесь была ручка - и нет её.
Вот и пропажа Ганевье. Но как же раньше?.. И тогда, когда вместе с Ганевье здесь лазили, и час назад?..
Нести без ручки будет неудобно. Ну да ладно...
Карл кое-как пристроил под мышкой увесистую, но, к счастью, не очень широкую адскую машину и пошел дальше.

26

По его ощущениям, впереди не было никого и ничего, поэтому когда из мрака проступил золотистый контур льва, Карл остановился как вкопанный.
Герцог чуть помедлил и осенил льва крестным знаменем. Но от этого лев проступил из тьмы только явственней. Свой?
Карл прежде видел живого льва только один раз, в Остии. Но тот был рядом с этим как выцветший постер. Лев из Остии имел дурной запах, цвет старой подгнившей соломы, был весь больной и несчастный. Этот - жаркий, золотой, словно отлитый из солнечного расплава, с электрической гривой. Настоящий лев, оттиснутый в бытие с прецизионной скрижали своего эйдоса. Лев приоткрыл пасть и что-то сказал. Карл расслышал только слабый шелест - он продержался на пределе слышимости не более мгновения и, увы, сразу же превзошел его, канув в тишину. Но именно звук, а не созерцание алого львиного языка, уверил герцога в подлинности происходящего.
Лев расхохотался - Карл увидел бездонный отвор его зева, в котором блеснули звезды - и по-собачьи сел, с царской непосредственностью погрузив зад в гнилую водицу.
- Неужели увидели, Ваша Светлость? - дружелюбно спросил лев.
Следуя примеру своего собеседника, герцог опустил сундучок себе под ноги и сел на край крышки - подальше от порванных ушек.
- И даже услышал, - ответил Карл, стараясь, чтобы ответ прозвучал как можно тверже.
- Очень рад. Раньше было невозможно достучаться к Вам даже во снах.
- То ли дело Людовик, да? - подначил Карл, чувствуя себя куда вольготней, чем мог бы подумать, разыгрывая подобную сцену в воображении.
- Да, - кисло согласился лев. - Впрочем, у Его Величества другие гости. Вроде тех, что был у Вас на шее, но хуже.
Рука Карла метнулась к горлу, но вместо ожидаемого шарфа повстречала кожу. Свою, родную кожу.
- Я же сказал "был". Я его снял там, - лев выразительно взмахнул лапой, блеснули алмазные когти, - в королевской спальне.
- Благодарю, - машинально кивнул Карл. - А что... кто был у меня на шее?
- Экзекутор. На Вас ведь лежит проклятие, герцог. И кто-то должен его реализовать, выполнить, понимаете?
От вольготности не осталось и следа. К горлу подкатила тошнота. Герцог Бургундский мог лежать сейчас мертвым на полу королевской опочивальни и притом не по воле случая, а закономерно, точнее даже законно в высшем небесном смысле, ибо проклятие - как приговор суда, и его приводит в исполнение экзекутор. В свете этой жестокой метафизики вопрос о том, откуда взялось проклятие, прошел как-то мимо сознания герцога. Мало ли, проклятие... Это из-за Мартина, наверное.
- Понимаю, - с усилием кивнул Карл. - И не понимаю. Что за экзекутор? Меня душил король.
- Это Вы так считаете. А вот Его Величество, например, так не считает. Отчасти правы Вы, отчасти - король. Но, уверяю Вас, всё дело в экзекуторе. Пожалуй, он мог бы довести дело до конца, если бы не я. Ну и, конечно, если бы не Вы. Я имею в виду Ваш выбор, добровольный отказ от убийства короля. Вы, кстати, потому меня сейчас увидели и даже смогли услышать, что прошли на волос и от преступления, и от смерти, и при этом не оступились. Зная Вас, впрочем, могу предположить, что Вы продержитесь со мной ещё минут десять-двенадцать.
- Почему? - Карл немного обиделся.
- Потому что Вы очень, я бы сказал, телесный человек. Но здесь нет ничего дурного, - поспешил заверить лев. - К тому же, миллионы других людей не видят ничего до самой смерти. А некоторые - почти ничего и после неё.
- Потому что на них нет проклятия? - Карл горько усмехнулся.
- Вы плохо учили богословие. Нет, не поэтому.
Карл подумал, что говорят они довольно долго, но за исключением, пожалуй, шарфа, он пока не услышал ничего нового. А ведь зачем-то этот ангел ему открылся?
- Простите, Вы... ангел?
Лев скроил невозможную для своих мясоядущих собратьев мину - не то презрительную, не то ироничную.
- Нет, я не ангел. Если хотите каламбур - я пес святого Доминика.
Да, есть такая картинка. Какой-то святой в келье, и при нем лев. Но то ведь...
- А не Иеронима, простите? - Карлу было неловко поправлять своего собеседника, но герцогская природа брала своё.
- Нет, Доминика. У Иеронима тоже большая паства, но её сейчас здесь нет. Может, когда-нибудь увидите. Пойдем? - неожиданно заключил лев, подымаясь.
- Куда? - у Карла упало сердце.
- К выходу. Скоро светает.
Не дожидаясь ответа, лев обратился розой золотого пламени, а когда огненные струи стекли по его литым дюреровским бокам и незаметно растворились в воде, Карл увидел, что его собеседник обращен к нему задом.
- Идем, - облегченно вздохнул Карл.
Герцог поднялся на ноги и наклонился, чтобы прихватить сундучок.
- Нет, - строго сказал лев. - Это оставьте.
- Почему? - Карл не привык, чтобы к нему обращались в категорическом императиве, хоть бы и псы Доминика. - Здесь довольно значительная сумма, а в деньгах самих по себе нет ничего дурного. Более того, они послужат оправданию одного жадного, но незлого человека.
- Прекрасно. Уже послужили. Оправдайте своего незлого человека так, а машину оставьте Вельзевулу.
- Вот ведь... Я действительно думал о злосчастном сундуке как об адской машине.
- Она и есть, - нетерпеливо тряхнул гривой пес Доминика. - Идем же! И поскорее! - в голосе льва герцогу послышалось беспокойство.

27

- Вы что-то хотели мне сообщить, - набравшись смелости, наугад подсказал Карл.
- Главное Вы уже знаете.
Лев неестественно свернул шею и говорил, глядя прямо на герцога, что не мешало ему споро перебирать лапами, держась строго посередине хода.
- Вы знаете, - продолжал лев, - что есть я и есть другие псы, которые оберегают Вас здесь. Ещё Вы знаете, что есть экзекуторы, которые рано или поздно реализуют проклятие. Они становятся всё сильнее, мы - слабее, и рано или поздно они до Вас доберутся. Но, что важно, когда это произойдет, для Вас всё не кончится. А, наоборот, начнется самое главное.
- И что тогда?
- Тогда очень важно, чтобы за Вами водилось поменьше убитых королей и младенцев.
- Младенцев я не убивал и в мыслях! - запротестовал Карл, на скорую руку вымарывая из памяти эпизод семнадцатилетней давности, когда он ровно на сутки поверил в изабеллину беременность и ровно на десять минут уверился в том, что его жене не избежать аборта.
- Я для примера, - сказал лев, учащая шаги, хлюп-хлюп-хлюп. - Вообще, Ваша Светлость, лучше не грешить.
- Сегодня же раздам всё имущество нищим и уйду в монастырь. В конце концов, законные наследники мне, похоже, не светят, - Карл был угрюм и серьезен.
- Я Вам верю, - столь же серьезно сказал лев. - И именно поэтому заклинаю Вас так не поступать. Вы герцог, а не монах. Не будь на Вас проклятия, не было бы и Вашего рождения. А рождены Вы, чтобы уравновесить Людовика.
Карлу за спиной послышались чьи-то шаги, но, по всей вероятности, это было эхо.
- Плохо, - сказал герцог. - Легче всего было бы уравновесить короля клинком, но сегодня мне в этом помешали. Кстати, кто?
- Кого там только не было, - уклончиво ответил лев. - Некоторые вроде меня, а некоторых не дай Вам Бог увидеть в этой жизни хоть краем глаза.
- Не дай Бог. Так что же мне делать?
В это мгновение Карлу вновь почудились шаги за спиной и кое-что новое - хлопанье крыльев.
- Не оборачиваться! - проревел лев не своим, точнее, подлинно своим, львиным голосом, прежде чем у Карла успела зародиться мысль о том, что неплохо бы всё-таки посмотреть, кто там волочится у них за спиной.
- А что так... - начал было Карл. Но тут пес Доминика вновь превратился в огонь, вывернулся мордой к герцогу, перепорхнул через голову Карла и, уже из-за его спины, рявкнул:
- Бегите, герцог, и быстро!
С голосом льва смешался близкий плотоядный клекот.
- Прощайте, и вот что - немедленно начните думать о чём-нибудь телесном; о женщинах, о лошадях, не знаю там...

28

Легко было сказать - бежать и думать о женщинах - когда за спиной, судя по рыку, шипению и азартному клекоту, лев сводил счеты со сворой крылатых аллигаторов. И всё-таки страха не было.
Карл так и не смог заставить себя перейти на бег - тем паче, что через сорок шагов звуки свалки вдруг угасли. По всей вероятности, прописанный львом аутотренинг принес свои плоды. Карл топал к выходу, размышляя о телесном - жареном мясе, тушеных почках, сыре, фруктах, рыбе, вязком сладком вине. Всё это он съест и выпьет по возвращении. Всё без исключения.
Карл был очень близок к выходу, когда его догнал черный петух высотою в человеческий рост. Петух сильно прихрамывал после встречи с псом Доминика. Герцог его не почувствовал и не увидел, потому что уже вновь был слеп, слеп тою же слепотой, что и всегда. Сонмище перьев, густое темное облако опустилось на потустороннюю память герцога. Над остальным посланец забвения власти не имел и, подкинув герцогу для верности ещё и черное яйцо, ушел.
На ступенях, которые поднимались в подвал "Тухлой Коптильни", Карл больно ударился носком ноги о нечто деревянное. Остановился, ощупал дрянь и убедился, что имеет дело с сундуком без ручки. Герцог справедливо заключил, что да это ведь пропажа Ганевье! Вот повезло мерзавцу!
Вот только нести без ручки будет неудобно.

29

Крокар и Альтдорфер - двое конных арбалетчиков, патрулирующих квартал солемеров - приняли первую стражу и за всю ночь так и не нашли себе забавы.
Законопослушные граждане Перонна восприняли герцогский приказ о комендантском часе очень близко к сердцу и решили не испытывать судьбу. Шантрапа же предпочитала менее благополучные районы города и предместья. Поэтому Крокар и Альтдорфер, подвывая от скуки и вздрагивая от неласковых прикосновений предрассветного тумана, дремали в седлах на перекрестке Большой Солемерной и Пасхальной улиц.
Оба они были бургундами немецкого происхождения, но если Крокар был рожден в Брабанте, то Альтдорфер - на юго-востоке Лотарингии. Обоим снились немецкие сны.
На границе яви и сна Крокару привиделся деревенский праздник умерщвления свиньи. Длинный и прямой обоюдоострый нож, больше похожий на кавалерийский клинок, который он, Крокар, получил на бургундской службе вкупе с конем и арбалетом, сверкал на солнце так, словно был выкован из червлёного золота. Свинья визжала от ужаса, девки - от восторга. Крокар подмигнул своему ножу и разрубил свинью надвое. Из свиньи лавиной хлынуло золото, огненно-красные потоки отменного червлёного золота.
Альтдорфер испуганно вскрикнул и вскинулся. Посреди Пасхальной улицы прямо на них, не таясь, шел человек. Собственно, гулкий перестук его торопливых шагов и послужил причиной пробуждения Альтдорфера.
Человек был не очень далеко и не очень близко. Ему требовалось пройти ещё саженей двадцать, чтобы прикоснуться к морде альтдорферовой кобылы. Человек прижимал к боку какой-то угловатый предмет.
- Именем герцога Бургундского стой! Назови пароль! - выкрикнул Альтдорфер.
Это были две из пятнадцати французских фраз, которые он успел заучить за полгода службы. Больше Альтдорфер не знал и полсловечка.
Крокар тоже проснулся и, быстро сообразив что к чему, принялся вытаскивать из седельного колчана взведенный арбалет.
Карл остановился. Пароль... Какой ещё пароль? Ах, ну да, он ведь сам назначал пароль сегодня, вернее, вчера вечером. Иначе бы как... Иначе бы как что?
Карл чувствовал, что оказался посреди ночи на этой улице не случайно и не случайно у него под мышкой эта тяжеленная штуковина, из-за которой он взмок от темени до пят. Но где он был, что он делал - герцог вспомнить не мог. Черный петух потрудился на славу. Карл доподлинно знал только одно: он должен вернуться в свою спальню и - спаточки.
- К чёрту пароль! - предложил Карл за неимением лучшего и сделал два неуверенных шага навстречу силуэтам кентавров. - Перед вами сам герцог Бургундский!
Стражники не поняли ни слова, кроме того, что пароля этот проходимец, судя по всему, не знает. Альтдорфер и Крокар переглянулись.
- А вдруг и вправду этот тип что-то свистнул у нашего герцога? - предположил Крокар. - Вот потеха!
Арбалет Крокара угодил спусковым рычагом в прореху в потертом колчане и никак не хотел появляться на свет. Альтдорфер полез за своим.
- Я - Карл, ваш герцог, козлы!
- Стой где стоишь, не то стреляем, - выдал Альтдорфер ещё один обрубок французской речи, прицеливаясь в голову подозрительному незнакомцу.
Карл попятился, прикрываясь сундуком. Альтдорфер выстрелил и пришпорил коня.

30

Бояться было некого. Когда в городе объявлен комендантский час, вооруженный человек на улице обладает властью, которой позавидует и верховный бальи Парижа. Особенно если этот человек действует от имени герцога Бургундского.
Крокар и Альтдорфер вскрыли свой трофей прямо на одном из солемерных столов, которые были настолько массивны и прочны, что хозяева оставляли их на улице, не боясь ни воров, ни диверсий конкурентов.
Альтдорфер сломал свой клинок, но зато замки были устранены и крышка беззвучно откинулась, открыв содержимое сундука блекнущим звездам и разгорающимся алчностью глазам арбалетчиков.
- Чтоб я сдох... - простонал Альтдорфер, пересыпая из ладони в ладонь монеты из отменного червлёного золота. Сундук был набит ими под завязку. Крокар подумал, что этого просто не может быть: раз все кругом твердят, что сны сбываются, значит в действительности - никогда.
- Вот что, дружище. Берем это с собой и бежим из города в лес. Там мы честно разделим добычу - половину тебе, половину мне. И - по домам. Мы больше не солдаты, а богатеи.
Крокар подивился сам себе. В кои то веки его котелок варит с такой ошеломительной скоростью? Впрочем, есть ведь что варить!
- А стража на воротах? - пробормотал Альтдорфер.
- Пароль откроет нам любые ворота. "Сицилийская вечерня"! Или ты забыл?
За городом они оказались в шесть часов утра. При свете внимательно изучили монеты и большую карту мира, которая обнаружилась среди золота.
Монет было явно больше шестисот, но сколько именно - как они не пыхтели, так и не смогли сосчитать. Всё время выходило, что кто-то из них сбился со счета в районе шестисот пятидесяти, а доверять чужим исчислениям не хотел ни один, ни другой.
Монеты со всей определенностью были изготовлены из чистейшего золота, но какой государь и в какую эпоху осчастливил мир таким промежуточным носителем стоимости, понять было невозможно. На лицевой стороне монеты несли гордый профиль петуха с пустым и жутким взглядом вампира. На оборотной - латинские буквы, которые шли по кругу и складывались в слова "DUX MUNDI" <Князь Мира [сего] (лат.).>. Что это за дукс и что это за муди, ни Крокар, ни Альтдорфер взять в толк не могли, поскольку французского не знали, хотя это и была латынь. На обороте карты тоже что-то было написано, но так коряво, что разбирать надпись они не потрудились, хотя текст того и стоил.
- Разделим по весу, - предложил Альтдорфер после того как Крокар в очередной раз засчитался.
- Придется, - процедил Крокар, которого только что навестила мысль получше. Если уж его сон начал сбываться, так надо чтоб полностью.
Крокар изо всей силы швырнул в лицо Альтдорферу горсть золотых. Тот завизжал, схватившись за выбитый глаз, а Крокар зарубил его своим тонким кавалерийским клинком.
После этого Крокар направился на север, предаваясь неспешным размышлениям о том, кем же был тот тип, в которого так и не попал Альтдорфер. И где он сейчас? Небось, горько рыдает по своим золотым петушкам... "Умный мужик, - неожиданно подумалось Крокару. - Если б не бросил сундук, мы б его точно догнали и зарубили. А Альтдорфер дурак. Сразу мог бы понять, что со мной лучше не связываться."
Безынтересную с его точки зрения карту Крокар подарил полузнакомому сутенеру. А деньги у него отобрали вместе с жизнью арманьяки близ местечка со странным названием Соляные Столпы.

31

Цыпленок, вышедший из петушиного яйца, к утру склевал всё, до чего смог добраться, и с первыми лучами солнца растаял.
В 7.45 у Карла потребовал аудиенции Сен-Поль, уверяя, что речь идет о деле чрезвычайной важности.
Герцог превосходно выспался, был бодр и свеж. Остатки ветхой неприязни к графу из карловых черных списков выветрились ещё лет десять назад, поэтому он любезно согласился. Пусть войдет.
- Монсеньор, - граф был бледен, как полотно. - Сегодня ночью на короля было совершено нападение. Злоумышленник покушался на жизнь Его Величества, но, благодаря счастливому стечению обстоятельств, был вынужден ретироваться. На месте преступления обнаружено вот это.
Карл повертел кинжал в руках. Добротный простолюдинский ножик. Жаль, обнаружен на месте преступления, а не в королевском сердце. Странно, кто же ещё, кроме Ганевье, его семьи и меня пронюхал о потайном ходе?
- Я ведь вчера предупреждал, - пожал плечами Карл. - Город полон проходимцами вроде вашего ле Дэна.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [ 22 ] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.