read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



приговора в исполнение откладывается на срок, зависящий только от
поведения осужденного.
Четверо сели, а Виктор продолжал стоять.
- Теперь о ряде причин, - желудочным голосом заговорил Семен
Афанасьевич. - В ходе розыскных операций и сбора соответствующей
информации оперативной группе при охранном комитете удалось добиться
полной нейтрализации возможных враждебных акций в обозримом будущем с
вашей стороны, Кузьминский. В любой момент нами могут быть предоставлены
так называемым официальным, не говорю - правоохранительным, говорю -
карательным органам материалы, по которым любой суд, даже советский,
вынесет вам смертный приговор за два убийства. Убийство рабочего ипподрома
Сверкунова и убийство коммерсанта Борзова.
- Я не убивал Алексея, - тихо сказал Виктор и сел на стул.
- Мы это знаем, - небрежно заметил неизвестный.
- И тем большее удовольствие получим от того, как в силу
неопровержимых доказательств суд без колебаний определит тебе вышку за
убийство Алексея, - добавил Дима.
- Я могу продолжить? - недовольно осведомился у коллег Семен
Афанасьевич. Коллеги замолкли и посерьезнели, а Семен Афанасьевич
продолжил. - В тот отрезок времени, который определили медэксперты как
единственно возможный для совершения убийства, а именно с восемнадцати до
двадцати одного часа, вас видели уходящим с места преступления. Свидетель
- пожилая женщина, жительница этого дома.
Пистолет чехословацкого производства, из которого застрелен Борзов,
был приобретен вами, Кузьминский, у представителя группировки,
базирующейся в Ховрино. Баллистическая экспертиза уже точно установила вид
оружия. Возможный свидетель - администратор кафе Валерий Сараев, служивший
посредником в продаже вам пистолета.
На стволе и рукояти пистолета имеются отчетливые отпечатки ваших
пальцев, Кузьминский. Свидетель этому и безжалостный разоблачитель -
дактилоскопия, наука, как известно вам, безошибочная.
Все концы изобличающих вас улик - в наших руках. В нужный нам момент
пожилая женщина опознает вас по фотографии. Когда мы захотим, пистолет
чехословацкого производства окажется в руках органов, занимающихся
расследованием убийства Борзова. Мы в любое время можем предоставить этим
органам материалы, по которым совсем нетрудно определить, чьи отпечатки
пальцев на орудии убийства. Вы все поняли, что я вам сказал, Кузьминский?
- Да, - подтвердил Виктор.
- Принимая во внимание неадекватное ваше сегодняшнее состояние, -
заунывно итожил Семен Афанасьевич, - мы хотели бы знать совершенно точно,
какие выводы вы сделали из того, о чем сейчас вам сообщено.
Виктор поднял голову и равнодушно глянул на всю четверку. Сказал:
- Не рыпайся, парень, если хочешь жить. - И попытался улыбнуться.
- Несмотря на опьянение, вы правильно поняли нас, Кузьминский, -
удовлетворился ответом Семен Афанасьевич.
- В общих чертах, - добавил Дима.
- Достаточно, - решил неизвестный, выйдя из-за стола, подошел к
Виктору, рывком за шиворот поднял его и заглянул в глаза. - Теперь частное
определение по малым искам.
Только теперь пришел пронзительный страх. На него смотрели
затуманенные, задумчивые глаза убийцы, и Виктор вдруг понял, что он умрет
тогда, когда захочет человек, смотрящий на него.
Семен Афанасьевич открыл дверь и распорядился:
- Старлей, давайте ваших людей.
Вошли двое штатских, и, твердо понимая, что им делать, подошли к
Виктору и неизвестному. Неизвестный выронил из правой своей богатырской
руки Виктора, которого тут же подхватили штатские и отволокли к стене.
- Твои дела, - обратился неизвестный к Диме.
Дима приблизился к стене, с удовольствием заглянул в испуганное лицо
известного литератора, и, не спеша, высказался:
- Совсем недавно ты, как я понимаю, с удовольствием наблюдал со
стороны за тем, как грязные молодчики избивали меня. Мне наблюдения за
экзекуцией недостаточно. Ты мне очень несимпатичен, Витя, и поэтому я
приму участие в экзекуции непосредственно.
Сказав это, Дима двумя пальцами - указательным и средним - ухватил
Виктора за нос. Моталась голова, хрустел нос, слезы катились из глаз.
Наконец, Дима выпустил его и брезгливо вытер пальцы носовым платком.
Подошел молчаливый горец Удоев и в первый раз подал голос:
- Какой джигит, а плачет.
И без замаха с левой ударил Виктора в печень. Виктора скрутило.
- Отпустите его, - приказал неизвестный штатским, державшим Виктора
за руки. Они отпустили. К всеобщему удивлению, Виктор продолжал стоять.
Неизвестный, ощерившись, приступил к делу. Он орудовал ребром ладони,
как мясник при разделке туши, но орудовал совсем недолго: не выдержав
профессиональной обработки, Виктор рухнул. Четверка стояла в бездействии,
пока Виктор не открыл глаза. Тогда Семен Афанасьевич носком ботинка ткнул
его в ребра. Постепенно распаляясь, они вошли в азарт, топча, размазывая
ногами несопротивляющееся безвольное тело.
Последнее, что, увидев, запомнил Виктор, - три портрета на стене и
склонившегося над ним Диму, харкнувшего ему в лицо.
Опомнились. Отошли к столу и уселись. Семен Афанасьевич отдал
распоряжение:
- Можете отвезти.
Двое штатских ухватили Виктора за ноги и поволокли по полу к дверям,
через приемную, к фургону. У фургона остановились. Вышедший следом старший
лейтенант отворил дверцу, и двое штатских, сильно поднатужившись,
забросили Виктора внутрь и влезли в кузов сами. Старший лейтенант
захлопнул за ними дверцу, прошел к кабине, и фургон тронулся.
Штатские не без интереса наблюдали за тем, как малозаметно
подпрыгивало Викторово тело на рифленом полу. Вскорости приехали.
- А он живой? - спросил старший лейтенант, открыв дверцу и глядя на
неподвижное тело.
- Черт его знает, - в сомнении ответил один из штатских и за плечи
приподнял Виктора. Тот тихо застонал. - Живой! Мастер ведь обрабатывал.
Фургон стоял у дома Виктора впритирку к подъезду. Виктора извлекли из
фургона и подтащили к подъезду, затем - к лифту. Открылись дверцы, и все
четверо оказались в кабине. Здесь висевший на руках штатских Виктор робко
попытался напрячь ноги.
- Ишь ты, рыпается, - заметил старший лейтенант, и, выйдя из лифта,
своим ключом открыл дверь Викторовой квартиры.
Штатские втащили Виктора в комнату и кинули на тахту, а старший
лейтенант заглянул на кухню. Когда штатские зашли за ним, он задумчиво
изучал накрытый Виктором для приема Алексея стол.
- С устатку? - увидев на столе две бутылки "Греми", догадался один из
штатских о желаниях старшего лейтенанта, который тотчас подтверждающе
кивнул.
Они, не спеша, с чувством, как люди хорошо потрудившиеся, под рыбку и
холодных цыплят (икру не трогали) опростали одну бутылку. Штатские мыли
использованную ими посуду, а старший лейтенант курил. Покурив, сказал:
- Хорошего понемножку. Поехали.
Заглянули в комнату. Виктор постанывал в полубеспамятстве - в
полусне. Удовлетворенная троица удалилась.

В середине следующего дня Виктора навестил заботливый кооператор
Удоев. Виктор от скрипа стула открыл глаза и увидел его, сидевшего на
стуле. Удоев сидел, раздвинув ляжки, как на гинекологическом кресле, а меж
ляжек в толстых руках держал объемистую хозяйственную сумку.
- Ты что, и переодеться сам не можешь? - не дождавшись ответа, Удоев
сообщил: - Я тут тебе пожрать и выпить привез на неделю. По подсчетам
специалистов, ты неделю пролежишь. Всего про все - на триста сорок рублей.
Сейчас расплатишься или в кредит?
Виктор, преодолевая боль, вспыхивающую при каждом движении, неумело
поискал во внутреннем кармане куртки и с удивлением извлек нетронутую
пачку двадцатипятирублевок. Положил пачку на край тахты, сказал незнакомым
голосом:
- Возьми сколько надо.
- Возьму, - согласился Удоев, взял пачку, отсчитал триста пятьдесят
рублей, приложил к похудевшей пачке десятку и возвратил ее на тахту. - Я
продукты в холодильник отнесу, чтобы не испортились. А ты встань, умойся
хоть.
Он с сумкой отбыл на кухню. Виктор не собирался ни вставать, ни
умываться. Он лежал на тахте, глядя в потолок, и плакал. Он лежал лицом
вверх, на спине, и поэтому слезы не текли по щекам, а уходили в нос,
превращаясь в жидкие сопли.
Вернулся Удоев, помахивая пустой сумкой, жизнерадостно заявил:
- Все. Порядок. - И, усевшись на привычный стул, заговорил о главном,
сразу же став холодно официальным. - Охранный комитет принял решение
зачислить тебя, Кузьминского Виктора Ильича, в резервную команду с
испытательным сроком в один год. Вступительный взнос - десять тысяч
рублей, ежемесячный - тысяча. Как нам известно, ты в ближайшее время
получаешь процентные отчисления за фильм, весьма удачно проданный на
кинорынке и гонорар в кооперативном издательстве. Так что от этих выплат
ты особо не обеднеешь. Ты согласен вступить в резервную команду?
- Не знаю, - тихо признался Виктор.
- Ты, Кузьминский, наверно, не сделал правильных выводов из того, что
с тобой произошло, - гневно удивился Удоев. - Я еще раз спрашиваю:
согласен?
- Согласен, - ответил Виктор, глядя в потолок.
- Вот здесь подпишись, - Удоев извлек из кармана документ в трех



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [ 22 ] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.