read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



не понимаю, что значит очень любишь, просто любишь, молчи, обними меня,
давай будем спать, я уже очень хочу спать, я хочу тебя, но сейчас я
невыносимо хочу спать...
Она повернулась ко мне спиной и вжалась, вложилась в меня, я
перекинул руку через ее плечо и взял в ладонь ее грудь, вместившуюся
вполне, маленькие ее полушария втерлись в меня, едва ощутимо двигаясь из
стороны в сторону, мы лежали так плотно друг к другу, словно специально
были для этого изготовлены, по-английски это называется spoon like, как
ложки одна в другой, и это очень точное сравнение.
Я люблю тебя, и скоро все это кончится, и тогда все будет можно, и мы
будем вместе всегда, всю жизнь, сказал я.
Не говори, я прошу тебя, ты же меня не знаешь, может, я тебе не
подхожу, сказала она.
Я люблю тебя, ты мне очень подходишь, когда все кончится, мы
вернемся, мне никогда не будет нужен никто другой, кроме тебя, сказал я.
Ты все время говоришь, это ужасно, сказала она.
Что ж делать, я так устроен, может, я бы замолчал, если б было можно,
но пока нельзя, наверное, потому я все время говорю.
Ты всегда будешь говорить, я наверное, привыкну, может, ты и меня
научишь все говорить.
Мы будем счастливы, спросил я.
Нам будет очень хорошо, ответила она.
Люблю тебя.
Люблю тебя.
Я осторожно отодвинулся, потянул руку - она уже спала. Тихо сползши с
матраса, я вышел из дому, не одеваясь.
Зарева над городом уже не было, теперь оно пылало с противоположной
стороны горизонта - вставало солнце. Небо было уже совсем светлое, стояла
полная, абсолютная тишина, даже с дороги не доносился гул, на рассвете
угомонились и самые неутомимые шоферы.
Тихо подошла к ногам собака и повалилась на спину, подставив
беззащитное желтое брюхо. Тут же откуда-то спрыгнула кошка и принялась
извиваться, тереться о щиколотки.
Сейчас все спят самым крепким сном, подумал я.
Спит в этом доме та, перед которой я абсолютно беззащитен, вот как
собака, подставляющая в знак любви и доверия брюхо.
Спят мои не то ангелы, не то демоны, там, наверху, по-солдатски, не
раздеваясь, и кобура давит одному из них на ребра, а другой все
прикидывает, рассчитывает даже во сне, хранители мои, охранники.
И там, в великом городе, и вокруг него, и во всей этой прекрасной,
чистой, благоухающей, цветущей покоем и довольством, мирной стране, все
спят.
Я должен разбудить их, я принесу им дальний, пока не слышимый ими, но
страшный гром.
Иначе этот сон будет вечным.


3
Работы хватило всем.
Гарик, в допотопном черном комбинезоне на огромных пуговицах и,
почему-то, в тонком летном шлеме времен По-2, весь обсыпавшись ржавчиной,
открыл, наконец, чудовищный висячий замок и, вспахивая землю, развел
ворота гаража. Все были заняты, и никто не обращал внимания, когда он
таскал в темное гаражное нутро шланги из подвала, зеленые облупленные
канистры с выдавленными надписями Wanderer, какие-то мелкие фарфоровые
обломки из свалки за домом, ведра и мокрые тряпки... И только когда
раздались сначала рычание, а потом ровный низкий ропот, и из гаража
выкатилась длинная машина, развернулась и встала на дороге перед калиткой,
мы побросали свои занятия и вышли на улицу.
ЗИМ стоял перед нами, двухцветный, вишнево-кремовый, сверкающий
хромом фар и боковых накладок. Все четыре дверцы его были распахнуты, так
что можно было видеть ковровые сиденья, и дорожки на полу, руль и головку
рычага трансмиссии из чуть пожелтевший пластмассы цвета слоновой кости,
приборную панель под дерево, фигурный плафон на потолке. Красный, прижатый
к капоту флажок из плексигласа просвечивал, словно звезда на башне. В
облицовке радиатора играло солнце, на нее было больно смотреть.
- Душевный аппарат, - сказал Гарик, снял шлем и вытер грязной рукой
лоб. Затем вылез из комбинезона, зашвырнул его вместе со шлемом в гараж,
очистил после себя вынутой откуда-то одежной щеточкой переднее сиденье и
вытер носовым платком баранку. - Еще тридцать лет будет ездить, и ничего
ему не сделается. И железо настоящее, и эмаль в три слоя...
Он, как уж положено, ткнул носком ботинка в колесо, в черную, будто и
не знавшую дороги резину, резко очерчивавшую выкрашенный белым обод, и
вздохнул. Вздохнули и мы все.
- За эта машина я не возьму сто таких, - сказал Гриша, указав
куда-то, где, подразумевалось, катятся современные машины, ни железа, ни
эмали. - Но я вам скажу, как своим людям, когда я еще был посланный в
Германию первый раз, еще не с евреями, а так, вот как с вами, тоже был
один шлемазл, чтоб я присматривал, так мы ездили на такой "мерседес"
пятьсот сороковой, тоже была хорошая машина, я вам дам машина...
- Вы еще "хорьх" вспомните, Григорий Исаакович, - сказал Гарик,
вытащил ключ из зажигания, захлопнул все дверцы и ушел за дом мыться.
Мы вернулись к своим делам.
Распахнув шкаф, постелив на стол одеяло для глажки, то и дело выбегая
на кухню, где в большом баке, в кипящей воде, доводились до сияния
воротнички наших сорочек, белье и носовые платки, она готовила нашу
одежду. Сегодня, по жаркому дневному времени, она была в тонком
крепдешиновом светло-зеленом халате до щиколоток, с низким и узким
вырезом, открывающим белую кожу в ложбинке, и босиком. Пот блестел на
маленьком, немного покрасневшем, как всегда, когда она суетилась, носу,
она возила тяжелым чугунным утюгом по нашим огромным штанам и пиджакам,
мокрая тряпка шипела, от утюга поднимался пар... Я подошел к ней сзади,
обнял, прижал, она потерлась об меня, как ночью, застыла с утюгом на
весу... Я разжал руки, взял в углу свой чемоданчик и полез наверх.
Гриша сидел на кровати в чудовищно грязных кальсонах, голый до пояса,
весь в седых волосах, скрестив ноги и разложив на чистом полотенце,
постеленном поверх лоскутного одеяла, разобранный Гариков "ТТ".
- Вот я вам, Миша, скажу, как вы мне сын, - он почесал приплюснутый
нос тыльной стороной руки, не выпуская из нее возвратную пружину,
мерцающую тонким слоем масла. - Гарик, конечно, человек очень порядочный,
это ж правильно говорят люди, что где есть армянин, там еврею нечего
делать, и он, конечно, майстер свое дело, дай нам Бог, но он, извиняюсь,
конечно, большой поц. Такую оружие изнишчить до такой состоянии! Масла
чтоб у меня на бутерброде столько было, в магазине дрек всякий... Из такой
оружии стрелять, лучше из своей жопы стрелять, я вам говору. В такого
хозяина я бы оружию отобрал, пусть солоп свой носит подмышкой,
извиняюсь...
Я присел на тяжелую некрашеную табуретку с продолговатой дыркой
посередине сиденья - откуда здесь взялась среднеевропейская эта табуретка?
- раскрыл на колене чемодан, вытащил оттуда тяжелый газетный сверток,
перетянутый шпагатом и молча протянул Грише. Так же молча и Гриша отложил
в сторону детали "ТТ", ловко развернулся на постели к ним спиной и
принялся сдирать сначала газету "Комсомольская правда", и обрывки
фельетона про стиляг полетели на пол, потом развернул промасленную бязевую
портянку и вынул чуть потертый "вальтер-ПП".
- Зай гизынд, Гриша, - сказал сам себе Гриша, рассматривая маленький
и удивительно складный пистолет, - чтоб ты жил так каждый день, имея такую
вещь в руках. Это вещь, Миша, это настоящий живой вещь, но это детский
шпиль, Миша, я вам говору, я ж не самый глупый аид в мире, с такой оружией
должна ходить красивая шмарочка, - он ткнул локтем вниз, - а не такой
большой мальчик, как вы.
- А что посоветуете мне, Григорий Исаакович? - я испытывал
действительное почтение к этому удивительному существу, и он это
почувствовал, посмотрел на меня гордо и даже сверху вниз каким-то образом,
сунул руку не то под себя, не то под тяжелую и плоскую подушку в красной
ситцевой наволочке и протянул мне - вежливо, стволом к себе - нечто
страшное, размером с половину "калашникова", с огромным кольцом,
болтающимся на круглой деревянной рукоятке, с длинным подствольным
магазином, ободранное до сверкающего белого металла...
- Что это, Гриша? - я принял пистолет, едва не выронив это тяжеленное
чудовище и почувствовав себя Корчагиным.
- "Ройял". Между прочим, по-русскому обозначает "королевский", -
пояснил Гриша. - Испанская вещь. Двадцать штук в магазине, можете
проверить. Конечно, весит таки, но если вы хочете стрелять, так им можно
стрелять, и даже, не дай Бог, им можно кого-нибудь вбить, а если вы хочете
только красоту и фраерство, так портите себе воздух вашей шпринцовкой!
- А себе, Григорий Исаакович? - я попытался прикинуть, куда можно
засунуть мою гаубицу и понял, что никуда.
- У машине дадите ей место, - сказал Гриша и, перегнувшись, ловко
вытащил из-за кровати еще одного сверхъестественного урода. - Агицен
трактор, что может быть у пожилого аида, если он не вчера упал на мужское
дело? Миша, я уважаю германцев и австрияков, они таки пили с нас кров, но
они делали оружию, чтоб они все так делали. "Штайр" двенадцатого года,
Миша, это такая красавица, что можете против мине со "штайром" ставить
хоть вашего Суворова, ему не будет радость...
Его пистолет больше всего был похож на охотничий топорик, но не
верить Грише не приходилось...



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [ 23 ] 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.