read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



слыхивал раньше.
- Ничего удивительного, вы - мирянин, сын мой. Меж тем это хорошо
известный факт. Конклав кардиналов умолял папу при- нять этот эдикт, и
непогрешимый наш пастырь внял их голосу.
- Но как же так,- возразил ошеломленный де Перастини,- я хорошо помню,
как епископ Турский исповедывал старейшину цеха ассенизаторов Джакомо
Мальдини.
- Епископ Турский? - живо переспросил аббат. - Ну, так он ведь бельгиец
родом, а не француз. К тому же, эдикт не распространяется на ассенизаторов.
- Но вот другой случай,- продолжал спорить итальянец. - Почти что у
меня на глазах архиепископ Парижский принял исповедь от Чезаре Скилаччи,
старейшины цеха живодеров.
- О, тут вновь ничего странного,- разъяснил Крюшон. - Архиепископ
Парижский - перекрещеный мавр. К тому же, на живодеров эдикт также не
распространяется.
- Хорошо, но кардинал Ришелье, будучи в Риме как-то раз исповедывал...
- Сын мой,- решительно прервал аббат,- мать кардинала Ришелье изменяла
мужу со шведами, к тому же кардинал Ришелье масон и вольтерьянец, и к тому
же - не аббат, а кардинал!
- А отец Жан из...
- Его мать изменяла мужу с турком!
- А...
- Он тяжко согрешил и будет гореть в аду!
- Но, святой отец,- продолжал кощунственно сомневаться в словах пастыря
неугомонный итальянец,- пусть так, но ведь до эдикта папы Пия французские
аббаты иногда исповедывали итальянцев?
- Верно, такие случаи иногда имели место,- признал аббат,- но ввиду
того, что они участились свыше всякой меры, его святейшество наш
непогрешимый папа и был вынужден издать свой эдикт. Так что знайте вперед -
если вы видите, что французский священник исповедует итальянца, то тут одно
из двух: или исповедник не француз, или кающийся не итальянец.
- А...
- Спокойной ночи, сын мой,- быстро произнес аббат, не давая вякнуть уже
открывшему рот де Перастини. - Поправьте-ка повязку - она сползла у вас с
глаза.
- Аббат! - простонал назойливый собеседник. - Моя мама изменяла мужу с
армянами, а папа - перекрещеный румын. Это же не ита...
Но аббат, вырвав руку, проворно шмыгнул за дверь и захлопнул ее перед
носом у де Перастини. Он вздохнул - его все не оставлялал печаль разлуки с
милым другом графом Артуа. "Ах, Артуа, зачем ты оставил меня одного!" -
прошептал Крюшон. И вдруг будто молния сверкнула в его мозгу. Ну конечно! -
сообразил аббат Крюшон - он два раза ложился на эти ступеньки, задрав сутану
и громко стеная. И оба раза сразу после этого появлялся святой граф Артуа.
Значит, если аббат в третий раз ляжет на лестницу с голым задом и начнет
стонать, то и граф появится в третий раз! Это же так очевидно! И как он
раньше не догадался?
Ошалевший от радости аббат уже хотел было исполнить свое намерение, как
вдруг черная рука сомнения сжала его сердце. А не будет ли это - испугался
благочестивый аббат - чернокнижным волхованием, вызыванием духов? Это же,
как доказали Ньютон и Ноберт Винер, является тягчайшим согрешением против
Бога! Но тут аббат сообразил, что он собирается вызвать не духа, а живого
человека, и не грешного, а напротив, святого, так что это никак не может
быть богопротивным колдовством. Опасения оставили аббата, и он с легким
сердцем задрал сутану и исполнил желаемое.
- О-о-о!.. А-а-а!.. - стонал аббат, подрыгивая, от нетерпения, ногами.
Вверху послышался шепот:
- Что это с ним?
- Что-что,- равнодушно отвечал голос А Синя,- не видишь, что ли,-
молится он.
- А кому ж это он молится?
- Кому-кому - другу своему, графу Артуа, конечно! У них так принято. Не
мешай человеку.
- Да кто ему мешает - он, вишь, как тетерев на току - все забыл.
- О-хо-хо,- зевнул кто-то. - Суета сует и всяческая суета!..
Аббат же, действительно, не обратил ни малейшего внимания на досужие
рассуждения двух язычников. Он всего себя вложил в благочестивое призывание
святого графа. И вот, не прошло и пяти минут, как совершилось чудо: из-за
запертой двери послышался шум, будто кто-то пытался высадить дверь.
Встревоженный голос позвал аббата:
- Аббат! Аббат! Это вы?.. Что с вами? Откликнитесь!
- О-о-о! - удвоил святое рвение аббат Крюшон.
- Аббат! Возлюбленный аббат! Я сейчас! - неслось из-за двери.
"Свершилось! Граф, милый граф! Он вернулся!" - ликовало все существо
аббата - и вдруг перед его глазами возникло лицо с черной повязкой на левом
глазу. Обеспокоенный де Перастини участливо спрашивал:
- Что с вами, отче? Вы так стонали! Что случилось?.. Вы упали,
ударились?
- Да так, ничего особенного,- отвечал аббат, поднявшись и сев на
ступеньки. - Я просто споткнулся, вот и все.
- Да? Вы не очень ушиблись? Почему вы не встаете? На вас лица нет! -
тараторил итальянец.
- С лицом все в порядке, а вот исподнего у меня и правда нет,- сообщил
аббат Крюшон.
- Аббат! - взревел де Перастини. - Позвольте, я обнажу перед вами свою
ду...
- Сын мой,- решительно прервал аббат, - уже слишком поздно. Я собирался
провести кое-какие моления, а вы мне помешали. Как вы попали в дом?
- С черного хода, святой отец,- отвечал де Перастини. - Я...
- Я провожу вас,- сказал аббат и, выпроводив итальянца, запер и черный
ход.
Он снова хотел было лечь на ступеньки и немного постонать, но, увы, не
ощутил уже прежнего воодушевления - негодный приставала, как всегда, все
испортил.
На следующий вечер аббат хотел повторить благочестивое призывание. Он
опять захлопнул дверь перед носом де Перастини, сходил запер черный ход и
легши с голым задом на лестницу повторил процедуру стенающего моления.
Прошло минут десять, но никаких откликов не было. И вдруг - в тусклом свете
ночника у самого носа аббата появилась лошадиная морда, один глаз которой
был закрыт черной повязкой. Аббат Крюшон испустил невольный крик ужаса.
"Неужели я по ошибке вызвал нечистого духа?" - испугался аббат.
- Ваше преподобие, успокойтесь, это я,- заговорила лошадиная морда - и
тут аббат заметил, что с испугу ему просто померещилось: лицо принадлежало
не лошади, а де Перастини, а лошадиная морда свешивалась у него с плеча -
это была ободраная кобылья шкура.
- Отче, благословите меня! - торжественно обратился де Перастини. - Я
вступил в цех живодеров.
- Благословляю,- отвечал аббат Крюшон не поднимаясь со ступенек. - И
что же?
- Теперь вы можете меня исповедать. Вы сказали - на живодеров и
ассенизаторов запрет не распространяется.
- Это не касается иезуитов, сын мой,- возразил Крюшон. - Вы
невнимательно меня слушали.
Физиономия де Перастини вытянулась.
- Но моя мама... она изменяла мужу с армянином ровно за девять месяцев
до моего рождения!
- Сын мой, как вы проникли в дом? - спросил аббат.
- Через подвал... Святой отец, а почему вы снова стонете, лежа на
лестнице?
- Я прищемил между ступеньками яйцо,- находчиво отвечал аббат не желая
открывать истинную причину своих молений.
- О! - ужаснулся итальянец. - Уно моменто, отче - сейчас я освобожу
вас.
Он полез под лестницу. Над головой аббата на перилах сидел и
любопытствовал происходящим хозяйский кот. Повинуясь озарению, аббат вскочил
с места, схватил кота и сунул его лапу в просвет между ступеньками. В один
миг раздался крик боли де Перастини и возмущенное кошачье шипение.
Разгневанный кот с мяуканьем вырвался из рук аббата и стрелой метнулся
прочь. А из-под лестницы показался ошеломленный итальянец. Он держался за
щеку - из нее струей текла кровь.
- Аббат,- по-детски жалобно спросил итальянец, плача от боли и обиды,-
зачем вы сунули в щель кота? Он оцарапал мне весь рот и язык. Я только
хотел... а вы...
- Вот вы говорите, что я сунул в щель кота, а я не совал туда кота,-
опроверг аббат Крюшон.
- А что же оцарапало мне рот?
- Это было мое яичко, конечно же,- кротко объяснил аббат, простодушно
глядя на пострадавшего.
- Что же, у вас на яйцах растут когти?!. - возопил в изумлении де
Перастини.
- Совершенная истина, растут,- убежденно отвечал аббат.
- Вы - необыкновенная личность, святой отец! - восхитился итальянец,
млеющим взглядом уставясь на аббта. - Недаром Господь решил вас так отличить
среди прочих смертных. Ведь яйца с когтями - это, вероятно, ваше
прирожденное свойство?
- Вот вы говорите, что я отродясь ношу яйца с когтями, а я их отродясь
не носил. Это благоприобретенное качество, сын мой.
- И все равно вы необыкновенный человек!
- О, нисколько,- скромно отвел Крюшон. - В этом нет никакой моей
заслуги - у нас в монастыре все монахи имели яйца с когтями.
- Такие пушистые, такие махонькие - и еще с коготочками? И у всех? -



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [ 24 ] 25 26 27 28
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.