read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Я поглядел на Фоаса. Понял мой родич, взял за ушко ближайшего из даматов, того, у которого баночка с краской у пояса висела. Тот тоже сообразил - достал табличку для письма вместе с кисточкой.
Я... Я, Эней, сын Портаона, басилей Этолии Каледонской... Я... признаю этого... этого... Диомеда, сына... сына... Не хочу говорить, сам имя впиши! Своим внуком и... и единственным наследником царства моего... Все! Все! Оставьте меня... в покое! в покое! Оставьте меня!..
На спинку кресла откинулся, глаза свои рыбьи закатил. Все? Нет, не все, еще печать. Вот она, у дамата, того, что в углу - тоже за поясом.
Теперь уходи... сын... сын греха!.. А мне вдруг его жалко стало.
За скрипящей дверью гинекея - маленькая горница. Окошко, ложе простым покрывалом застелено. Рядом с ложем - станок ткацкий, а на нем - тоже покрывало, но только цветное, с головой Медузы. Глаза вытканы, грозно смотрят, а рта еще нет.
У станка - девушка. Моих лет, только худая, бледная. Нас с Фоасом увидела - встала.
Радуйтесь!
А в голосе - ничего, ни радости, ни страха, ни удивления. Пустой какой-то голос.
Я себя назвал, Фоас - себя. Поклонился даже.
А я Горго, внучка Ойнея, дочь Горго, его дочери. Радуйтесь, родичи!
Сказала - и вновь за станок села. Переглянулись мы' вышли, дверь осторожно закрыли.
Ай, красивая девушка, понимаешь!- мечтательно вздохнул курет.
Красивая? Как только заметил? По мне, ни рыба ни мясо. Но вот что интересно, имя матери она назвала, а отцовское - нет.
Как же так?
А на площади (той, что больше на выгон похожа) - толпа. Когда только
собраться успели, добрые калидонцы? Толпа немалая - с полсотни. По-здешнему - сонмище целое.
Ждут. Нас ждут.
А мы и готовы были, дамата вперед вытолкнули, того, что с табличкой.
Прочирикал дамат, печать показал. Выслушали - молча выслушали. Переглядываться стали.
И - ничего.
Молчат!
Мы ведь чего думали? Собрались горожане басилея законного защищать. Хоть и
Живоглот он, а все же Портаону наследник, вольными голосами кликнутый. Тут ведь не Аргос, тут каждого басилея на этом самом выгоне и выбирают. Этолия - страна свободная. Потому и не тронули мы Живоглота. Даматы-лиходеи одно, а царь - совсем иное.
Да только молчали добрые калидонцы. Плохо так молчали. На меня смотрели - и молчали. И было в их взглядах одно, простое и понятное.
Чужак!
И от взглядов этих сразу же стена между нами выроста, да такая, что не
перескочить. Хотел я сказать о правах своих, о том, что теперь подати снизят, а захваченное не по обычаю вернут, но понял - бесполезно. Я - чужой. И в Аргосе. И здесь.
Так и стояли - молча. А потом расходиться стали.
* *
А почему ты, дядюшка Терсит? Не боишься, что повесят? За то, что ворота нам открыл? ~- Не повесят, хи-хи, не повесят! Потому как свой я, племянничек, а ты - чужак. Деда твоего тут не любят, отца не любили, за что тебя любить-то? А я тут все знаю каждый закоулочек, каждый уголочек, так что некого кроме меня, за верховного дамата оставить. Кто же Калидоном управлять будет? Не ты ведь? Только я могу, хи-хи! А если хочешь, Онхеста с Келевтором позови. С Ликопе ем в придачу. Придут, хи-хи, прискачут!
Только смотри, дядюшка! Лишку возьмешь или обидишь кого - повешу. Даже если яйцо куриное на дорогу выкатится, ты мимо пройдешь, смотреть не станешь!
Яйцо? А зачем мне яйцо без курицы? Ладно, ладно,я же не Живоглот. Я справедливым буду, хи-хи! Честным!
Смотри, дядя Терсит!
И ты посматривай, племянничек. Не любят тут род, хи-хи, ох не любят!
Хи-хи!
Ха-ха, дядюшка!
* *
Богоравный... Богоравный Диомед! Богоравный..Я уже и на колесницу вскочил, и вожжи в руки взял подальше от дворца ехать. И вдруг...
Богоравный... богоравный Диомед! Можно мне... Оглянулся - рыжий! Совсем рыжий! Как Гелиос и закате.
Если можно, богоравный Диомед, я бы хотел поприветствовать... познакомиться!
Да, рыжий! Рыжий, на лице - веснушки, меня помладше, босой, в драном плаще.
А плащ серебром заткан. Вот диво!
Радуйся! - улыбнулся я Гелиосу. - Я - Диомед. Только - не богоравный.
Просто - Диомед.
А я... Я Одиссей. Одиссей, сын Лаэрта, с Итаки. Я сын басилея Лаэрта...
Вот почему его выговор мне сразу же нездешним показался!
Спрыгнул я с колесницы, руку Гелиосу протянул...
Ой!
Это не он, это я сказал. Потому что рука у него...
Извини, богоравный... Извини, Диомед! Я... Больно. Это еще слабо сказано.
Парню еле-еле четырнадцать но лапиша! В мозолях вся, в шрамах старых, с две мои будет. Да и побольшеесли приглядеться...
Понимаешь, я лучник. Лучник. Поэтому рука...
Вот почему шрамы! Тетива иссекла!
Вот тут я его и зауважал.
Дому этому, и хозяину с хозяйкой, и всем чадам с домочадцами - богов
Олимпийских благоволение! Дионис, Зевс, Гестия! Хай! Привстал, из чаши на стол капнул, улыбнулся.
Я только моргнул. Эка заворачивает, итакиец! А тетя Деянира, понятное дело, млеет. Этакий гость - молоденький, сладенький, да еще ко всему языкатый.
К тете Деянире я Одиссея и привел. А куда еще вести было? Не во дворец же. Гелиос мой, как услыхал, куда идем, чуть не присел (к ГЕРАКЛУ!!!). Но быстро оправился. Да и не вернулся еще дядя Геракл, у кентавров он. Зато тетя, как водится, - на посту.
Кушайте, кушайте, мальчики! Хотите, прикажу овцу заколоть? Мяска нажарим, с луком, с чесноком...
Мы и кушаем. Я-то больше из вежливости, а Гелиос знай себе наворачивает! За обе щеки. Изглодался, бедняга! Кто же его, басилеева сына, босиком с Итаки отпустил?
...И не просто басилеева сына! Самого Лаэрта Итакийца, Лаэрта Пирата, того, чей флот с троянским спорит, кому все мореходы "пенный сбор" платят.
Ай, интересно!
Млеет тетя, улыбается. А я все вспоминаю, как мы со Сфенелом сюда впервые
завернули. Не меняется тетя!
Эх, Капанид-басилей, как ты там?
~ Кушайте, кушайте! Диомед, ты, как обычно, молоко?
Рыжий удивленно смотрит на меня. Сам-то он сразу за вино принялся. А тут
такой взрослый дядя - и молочко пьет! Ведь тетя не пояснила, что молоко не простое - злое.
Выпьем за путешествующих! - предлагаю я. - За Килления, что всем дорогам хозяин, за привалы Покойные, за ноги здоровые, за то, чтобы разбойники спали - не просыпались. Хай!
Знай наших! И мы красно говорит умеем!
(Надо было мне еще и про пиратов добавить, про морские, но не стал. Еще решит мой Гелиос, что намекаю.)
А тетя... Ой, тетя!
А я, понимаешь, Диомед, бежал. Из дому бежал.
Бежал? - поражаюсь я. - Зачем? И куда? Вечер, знакомая горница, знакомое ложе, то, что само себя шире. Оно - для гостя, для Одиссея Лаэртида. Сам-то я ночевать за реку еду, к Фоасу, а Гелиоса нашего тетя у себя оставила. Я намекнул было, что парню надо и Куретию показать, так она ка-а-ак взглянет! Ка-а-ак рыкнет!
Бежал, - вздыхает Гелиос. - Я, в общем-то, к тебе бежал, Диомед. Под
Фивы.
К-куда?!
Вот так! Жил себе паренек на Итаке Козьей, на море смотрел, на чернобокие корабли, что за горизонт уходят...
Мне ведь четырнадцать уже! Целых четырнадцать! Меня постригли даже... А я и не видел ничего! Ниче-гошеньки! Геракл-то в мои годы!.. Я как услышал, что ты в Куретии пируешь, так и понял - война будет!
Понял? Ого!
Так ведь Фивы с запада брать удобнее! - смеется Гелиос. - Это каждому понятно! Твои друзья, эпигоны которые, на востоке, внимание отвлекают, а ты - с запада. Наковальня и молот. Правильно?
Улыбается Гелиос, а мне не до смеха. Непростой парень. Ой непростой!
Я на корабль - и сюда. Да только опоздал. И ограбили дорогой - вещи забрали, серебро, сандалии даже. Хорошие были, на медной подошве... Эх, хотел стать, как ты. Героем! Чтобы битва, чтобы враги впереди! Не получилось!
Вздыхает Одиссей Лаэртид. Обидно ему, что героем не стал. Хотел рассказать я про Фивы, про трупы на поле, про то, как Ферсандр плакал. Хотел - да не стал. Скоро вырастет - и сам поймет.
Так ты, значит, лучник. Одиссей? А я, знаешь, так и не научился. Копье - да, а вот лук...
Привстал Гелиос. Глаза загорелись - карие, яркие.
А ты, Диомед, как тетиву натягиваешь - от груди или от уха? А лук у тебя какой?
В общем, славный парень оказался. Даже жалко стало его в этом доме оставлять - тете Деянире на растерзание. Ну ничего, про стада ей отцовские расскажет. Много стад у Лаэрта Пирата!
А насчет лука... Ну, что тут говорить, завидно!
* *
Мама! Мама, ты!
Тише, маленький, тише!
Мама! Не во сне, не дальним тихим голосом - живая! Здесь!
Мамочка!
Ткнулся в плечо, как когда-то в детстве, замер, все еще не веря. Мама! Как хорошо!
На маме - серый плащ, глубокий капюшон лицо закрывает. Я знаю - ей опасно приходить даже сюда, в ку-ретскую глушь, к лесному костру. На всякий случай оборачиваюсь...
Они спят, - смеется мама. - Пусть спят! У нас с Морфеем дружба!
Мама! Я... Ты...
Слова мешаются, мешаются мысли. Столько надо рассказать, о стольком спросить! Конечно, мама обо всем знает, она всегда все знает, но все-таки...
Мы победили, мама! Победили! А дядя Эгиалей погиб! И другие погибли, их очень много было...
Знаю, сынок.
Мама сбрасывает капюшон, проводит тонкой рукой по лицу. Какая она у меня красивая! Почему у меня не такие же глаза, как у нее, - синие, огромные?
Вот ты и выиграл свою первую войну, Диомед! А тебе только шестнадцать.
Видел бы наш папа!
Комок подкатывает в горлу. Папа! Неужели никогда? Никогда больше...
~ У меня его щит, мама! Капанид подарил. Я приказал его починить, ремень новый поставить!..
Знаю... Я ему подсказала. Тихо - на ушко. Он и не Догадался, что это я.
Да, мама есть мама! Ну что тут скажешь?
Я очень боялась, мальчик! Нет, не фиванцев. Боялась, что вмешается Семья.
МЫ вмешаемся... А потом поняла. Отец... МОЙ отец, он умный, очень умный. Если бы вы погибли, как и ваши отцы, люди бы догадались. Догадались - и стали бы осторожнее. Поэтому отец решил не вмешиваться - пока. Не вмешиваться - и готовить что-то большее...
Тихо говорит мама. Тихо говорит - но страшно слушать ее негромкий голос. И самое ужасное - я понимаю. Что-то большее - для того, чтобы всех сразу...
Гекатомба!
Мы, ВАШИ родичи, должны погибнуть, да, мама? Все, у кого хотя бы капля
ВАШЕЙ крови?
Молчит мама, кивает только. Кивает, на меня не смотрит.
Я..а Я предлагала твоему папе уехать. В другой мир, в другой... Номос. Ты ведь знаешь, что такое Номос, сынок?
Ну еще бы! Ведь я уже сделал Первый Шаг!
Плоской нам мнится земля, меднокованым кажется небо... Так, мама?
Знает про "Номос" мой сын. Значит - Сияющий он. Мама негромко смеется, и я смеюсь, словно ничего не было сказано, и мне ничего не грозит, и маме не грозит, и дед - мой НАСТОЯЩИЙ дед, мамин папа, не готовит гибель нам всем...
Не хочу больше об этом! Лучше о другом, ведь мама все знает.
Почему Ойней меня ненавидит? Ведь он и не видел меня ни разу! Это из-за папы? Или он болен? Как мы все: дядя Геракл, Эвмел, папа? Как я?
Да все мы, отравленные ИХ кровью. Ядовитое семя... Мамина рука гладит меня по голове. Словно я опять маленький. Маленький мальчик, которому надо спеть колыбельную на незнакомом (мамином!) языке.
Он болен, сынок. Если, конечно, любовь - это болезнь.
Любовь?!
Он полюбил... то, что любить нельзя. И теперь ненавидит - папу, тебя, но сильнее всего - себя. Не стоит об этом, сынок! Когда-то Ойней, сын Партаона, был лучшим из лучших...
Как Беллерофонт? - вспоминаю я. _ Да... Иногда надо умирать вовремя... Не хочу о смерти У тебя новый друг, правда?
Друг? - поражаюсь я. О чем это мама? Ах да! Рыжий Гелиос! Сын Лаэрта
Пирата!
Он еще совсем мальчишка. Ты помоги ему, сынок!
Хорошо?
Самая пора обижаться. И за себя, и за Одиссея-лучника.
Мама! Он... Он не маленький! И неужели ты думаешь, что я сам...
Ну конечно, вы оба - взрослые мальчики. Совсем взрослые!
Странно говорит мама. Так странно, что мне уже не хочется обижаться.
Он... В детстве думали, что Одиссей вырастет безумным. Его имя, заметил?
А что тут замечать? - вновь удивляюсь я. - Одиссей - Богов Сердящий! А я
Богов Превосходящий, так?
Так... Постарайтесь стать друзьями. Может, когда-нибудь это спасет жизнь
вам обоим. Может быть... Герой не должен быть один, Диомед!
Друзьями стать? Но у меня есть друзья! Разве с Капанидом мы пропадем? И с Ферсандром? И даже со Смуглым? Или мама имеет в виду что-то другое? Вот уж не думал, что Гелиос - мамин любимчик!
Точно!
Не Гелиос - Любимчик!
Прощай, мальчик! НАМ запрещают смотреть в будущее, но для матери нет запретов. Может случиться всякое. Не бойся меня позвать. Против НАС нужны МЫ...
Случиться? Но что? Хочу переспросить, но вдруг понимаю - нельзя. Потому что я - человек, а мама нет, и то, что знает она, может убить, искалечить...
Ну почему так? Чем провинились мы с мамой? Ведь каждый имеет право жить!
Жизнь и без того такая короткая!
Мама! Ты... спой колыбельную. Как когда-то!
Хорошо, мой взрослый мальчик. Я спою, а ты засни...
Элекнатисэнкида Нори люко тане фо. Эгис ране зала те Ону вадис карину...
Мама?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [ 24 ] 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.