read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



немыслимо: "Я не найду: нет, не найду, и объяснять бесполезно". Училка.
Четырнадцать тонн книг. Когда я запустила в нее чернильницей, она
посмотрела на меня в испуге, а затем, разглядев испорченное платье,
залилась слезами. Говорю в трубку: "Знаете, большей дуры, чем вы, я еще не
видела". Она не отвечает, наверно, опускает голову, кусает нижнюю губу - я
это вижу так, словно стою рядом. С безграничным терпением - это мой
главный козырь - в последний раз объясняю ей, где мы встретимся. Затем
прошу, если до ее отъезда позвонит Пинг-Понг, сказать, что мы ужинаем
вместе и что меня нет в доме, я, мол, у соседки или пошла в туалет -
неважно что. Я спрашиваю: "Погибель, вы меня слышите?" Она отвечает: "Да.
Не будь такой злой. Не будь такой злой. Не кричи на меня. Я приеду". Я
чмокаю воздух и вешаю трубку.
Затем весь остаток жизни стою прислонившись к стене, без движения,
полная ненависти к себе, к другим, ко всему миру. Три десятых времени
думаю о моем папе, три десятых о маме, затем меня отвлекает мысль о том,
что сегодня вечером я увижу Лебаллека. На пороге в белом халате стоит
Филипп. И говорит тихо, как в церкви: "О тебе только и разговоров вокруг.
Что случилось? У тебя неприятности?" Я приподнимаю плечо, мотаю головой и
ухожу.



ПРИГОВОР (2)

На дороге меня подбирает первая же огромная легковуха. Я разбираюсь в
машинах, но эту не знаю. Водителю далеко за тридцать. На нем белая
водолазка, слишком длинные для его возраста волосы. Он открывает мне
дверцу, я сажусь, говорю "спасибо", такая вся милая, какой умею быть, и мы
катим. Отмечаю, что в машине прохладно, и он объясняет, что работает
кондиционер. Делаю знак, что оценила. Он адвокат и едет к жене и
пятилетнему сыну в Систерон. Конечно, парижанин. Они сняли дом, а окна не
запираются. Ночью из-за ветра это ужасно неприятно. Жена боится воров.
Взятый напрокат цветной телевизор не включают - вот уже десять дней, как
никто не является поставить антенну.
Проезжаем Анно. На стенах уже расклеены плакаты к 14 июля. Мой тип
включает радио. Обожаемый Жан Ферра поет: "Мы будем спать вместе". Чтобы
похвастаться своим стерео, тип включает динамики то сзади, то спереди. Я
прошу: "Не надо, не надо, дайте послушать". Он обижается и молчит до
Баррема. Там он угощает меня в придорожном кафе. Рассказывает свою жизнь,
своей жены, очень красивой, как принцесса Грейс, и сына. Потом мы
отправляемся дальше, и вплоть до Диня мне так же интересно с ним, как и
прежде.
В половине седьмого он высаживает меня на большой площади, где
назначили свидание все легковые машины, грузовики и мотоциклы
департамента. Первая же улица, широкая, полная кафе и магазинов, и есть
тот самый бульвар Гассенди. Даже Погибель, коли доедет до Диня, найдет
его.
У кафе "Провансаль" она начнет, конечно, психовать, не видя, где можно
поставить машину, но в конечном счете найдет стоянку. Это огромный шумный
холл вокзального типа с опилками на полу, прилипающими к подошвам. Хозяйка
продает табачные изделия. А то, что она хозяйка, видно по тому, как
тщательно отсчитывает сдачу. Я говорю: "Здравствуйте, мадам, я нездешняя"
и всякое такое, а затем: "Вы знаете господина Лебаллека?" Она его знает, у
него лесопилка при выезде из города: идите все время прямо. Вручая клиенту
пачку сигарет "Житан" и дважды проверив сдачу с десяти франков, она
говорит: "Вот так-то", уже позабыв обо мне. Тогда я произношу наугад: "Я
ищу также его шурина", она бросает: "Туре?" Я повторяю - шурина. И своим
видом, способным растопить лед, даю понять, что больше ничего не знаю.
Тогда она изрекает: "Ну да, Туре, агент по недвижимости. Он шурин
Лебаллека". Я выдавливаю: "Вот как" таким убитым тоном, что она добавляет:
"У Лебаллека только одна сестра, значит, у него только один шурин, не так
ли?" Тем временем у стойки скапливаются покупатели, а наш разговор ей уже
наскучил. Она говорит: "Это напротив, немного выше". Я благодарю, но она
уже не слушает, не смотрит на меня и мечется как чумная, чтобы наверстать
упущенное время.
Не дав на себя наехать, пересекаю бульвар, лавируя среди застрявших
машин, оглашающих воздух воплями сирен. На тротуарах, как в Ницце или
Канне, полно людей, собравшихся здесь исключительно для того, чтобы мешать
вам пройти. Все в шортах, и толстые матроны с пластиковыми сережками в
ушах занимают все пространство. Я рассматриваю вывески и через четверть
часа нахожу агентство по недвижимости. Чтобы избавиться от солнца и толпы,
толкаю стеклянную дверь и, не раздумывая, вхожу.
Внутри темно, и некоторое время я стою словно ослепленная. На стене
крутится вентилятор, гоняя струи теплого воздуха. Постепенно различаю
идущую мне навстречу негритянку. Но спустя секунду уже вижу, что это вовсе
не негритянка, а просто девица шоколадного цвета. Ей лет двадцать пять, с
гривой волос, вся мокрая, в красном платье с бретельками, которое я видела
в проспекте "Трех швейцарцев" или в "Редуте", не помню. Разговаривает она
с тем же южным акцентом, как и я. Это секретарша господина Туре. Его
самого нет, меня приглашают присесть, но я отвечаю, что еще зайду. Девица
говорит, что они, к сожалению, закрывают через десять минут. Затем
ввертывает, что ей нравится мое платье. Она все время улыбается дивными
белыми зубами. Я ей показываю, что и мои не хуже, и, сладкая как мед,
говорю: "Я из Ниццы и собираюсь здесь устроиться на работу. Мне нужна
меблированная квартирка, не очень дорогая. Я учительница и могу обойтись
без особых удобств".
Перебирая бумажки, она называет завлекательные варианты, и тут как раз
приходит Туре. Уже по тому, как он по-хозяйски входит, я понимаю, что это
он. Едва лишь он снимает темные очки и я встречаю его взгляд, мне ясно,
что это один из негодяев, тот, кто грозил матери проломить нос и выбить
зубы. Он бросает на меня сначала беглый и невыразительный, а затем уже
чисто мужской взгляд. Только раздев меня и все взвесив, он, как
голодающий, заглядывает в глаза, изображая на лице профессиональную
улыбку.
Ему теперь 40-45 лет, и меньше не дашь, несмотря на светлый твидовый
костюм и резкие, как у молодого человека, движения. Он худой, среднего
роста, глаза, пожалуй, серовато-голубые, насколько я могу увидеть, но
неуловимые, как само лицемерие. Естественно, сердце мое бешено колотится,
и я не могу открыть рот.
Сначала он называет меня "мадемуазель", но быстро переходит на "моя
дорогая мадемуазель". Сюзи - так зовут его шоколадную секретаршу -
объясняет, что я ищу и сколько смогу заплатить. У него есть именно то, что
мне нужно. Всячески расхваливая дерьмовую квартиру, которую хочет всучить,
он без стеснения садится на место Сюзи за большим металлическим столом. Та
затыкается и отходит в сторону. Я перехватываю взгляд ее больших темных
глаз и не могу отделаться от мысли, что хозяин трахает ее - хотя бы для
экзотики - до, во время и после работы.
Как только представляется возможность вставить слово, я говорю, что
хотела бы осмотреть квартиру немедленно. Он смотрит на свои огромные
наручные часы - там приходится нажимать кнопку, чтобы увидеть время, у
Жоржа Массиня такие же, но куда менее вульгарные, - и бросает: "С
удовольствием, это в двух шагах отсюда". Я сижу напротив него, скрестив
ноги так, чтобы он их хорошо видел, однако мне противно от того, что я
делаю. Свожу ноги вместе и натягиваю юбку на коленки. Он не глуп, все
замечает, и мне ясно, что я проигрываю очко. Убить себя готова.
Взяв бумагу, он произносит: "Назовите свое имя, моя маленькая
мадемуазель". Я отвечаю: "Жанна Дерамо", это девичье имя глухарки. "Вы из
Ниццы?" Я говорю: "Улица Фредерика Мистраля, дом тридцать восемь". Не
знаю, есть ли там такая, но в принципе они встречаются повсюду. Он
записывает: "Учительница". У него золотое обручальное кольцо. Пальцы
довольно толстые и загорелые. Я застенчиво произношу: "Я живу одна и хочу
быть независимой". Он смотрит на меня так, что я понимаю: на сей раз очко
выиграно мной. Опускаю глаза, затем поднимаю их и улыбаюсь, как тетеря,
прямо ему в лицо. Представляю, как он уже воображает, будто тискает меня,
тепленькую, в этой известной ему наизусть квартирке. Он выдавливает:
"Скучно жить одной. Такой красивой девушке..."
Словом, Сюзи дает ему ключи, он говорит, что та может закрывать
лавочку, и мы уходим. Как только за нами захлопывается стеклянная дверь,
он хватает меня своими волосатыми лапами, якобы чтоб помочь перейти улицу.
Мы не торопясь идем одним переулком, затем другим. Я не мешаю ему нести
всякую ахинею. На пути к дому я узнаю, что дела идут скверно, что он женат
на сестре Лебаллека - ее зовут Анной - уже лет двадцать, что у них двое
детей. Я не успеваю спросить, сколько им, как он начинает Описывать свою
машину "СХ" с автоматически опускающимися стеклами и говорит, что мы не
воспользовались ею лишь потому, что дом совсем рядом. Я говорю как можно
меньше. Во-первых, для того, чтобы не сморозить какую-нибудь чушь или не
сделать что-то, не свойственное учительнице. И вообще: чем меньше я буду
говорить, тем труднее будет меня потом разыскать.
Квартира на четвертом этаже с окнами во двор. Комната 16 квадратных
метров, маленькая кухня, крошечная ванная с душем и унитазом. Все
отремонтировано, выглядит изящно, стены в комнате белые, а в других
помещениях покрыты красной масляной краской, мебель модерновая. Мне
нравится. Он говорит, что лично следил за ремонтом, но я не верю ни одному
его слову. Потом осматриваю помещение, он садится в кресло и закуривает.
Предлагает и мне сигарету, но я отказываюсь.
Молчание длится целый век, ковер заглушает стук каблуков, и он, сидя
неподвижно, разбирает меня по частям. Поглядев в окно, спрашиваю: "Сколько
лет вашим детям?" С секунду он раздумывает - я понимаю, что соврет, - и,
смеясь, отвечает: "Думаю, семь и тринадцать или четырнадцать. Столько
работы, что не замечаешь, как они растут".



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [ 24 ] 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.