read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Увы!
Масса эмоций и ноль информации. Теперь послушаем коллегу и сослуживца. Я
почти не сомневался, что знаю, кто он такой. Вот только имя-отчество не мог
припомнить.
- Дмитрий Григорьевич? - Голос приобрел задушевные интонации. - Не хочу
обидеть вас? либо, паки того, оскорбить напрасным подозрением? Но если вы
что-то нашли? что-то странное, непонятное? может быть, пугающее? будьте
осторожны, батенька мой!
Батенька мой? паки того? Это тянуло уже не на профессора - на академика!
Со знанием классических языков, от древнеславянского до латыни! - Милостивый
государь, - произнес я с вежливым придыханием, - не могли бы вы выразиться
более определенно?
- Попытаюсь. Пропала некая вещица? точнее, три вещицы, каждая - в своем
футляре особенного цвета? черный, красный, голубой? Футляры небольшие, в
форме цилиндриков, с плотными крышками? Так вот, Дмитрий Григорьевич, не
открывайте черный и красный футляры. Ни при каких обстоятельствах! Прошу
поверить, я забочусь лишь о вашей безопасности. Я - врач, Дмитрий
Григорьевич, я клятву давал? клятву Гиппократа? Вы понимаете, что это
значит? ?Давал ты клятву, старый пень, - промелькнуло в моей голове, - а
потом такое напридумывал, что взглянуть страшно!? Но вслух я трагическим
тоном пробормотал:
- Уже? Увы мне, уже! Уже!
- Что ?уже?? - встревожился голос.
- Я не знал, что вы давали клятву Гиппократа? не знал и посмотрел на
черный амулет? как раз перед отъездом на симпозиум? нашел его на даче? после
несчастья с нашим общим знакомым? Что теперь, профессор? Что со мною будет?
Кажется, на профессора он внимания не обратил, только раскашлялся, будто
вдруг запершило в горле. Справившись с приступом, поинтересовался:
- Вы были одни?
- Один, как перст.
- А красный футляр не открывали?
- Нет, - подтвердил я, не уточняя, что вовсе его не видел.
- Хорошо. Вы спрятали гипноглифы в надежном месте?
- Гипноглифы?
- Да. Амулеты, как вы их называете.
- В надежном. Я не знал, что с ними делать. Тут столько желающих
объявилось? Я запутался. И уехал на симпозиум, от греха подальше. - Никому
их не отдавайте! - Голос был близок к панике. - Никому, Дмитрий Григорьевич!
Никому, кроме меня!
- Но кто вы, сударь?
- Я? Ну, не важно. Я вас навещу, я знаю ваш адрес. Приду через несколько
дней. Ждите и не волнуйтесь. Только не открывайте черный и красный футляры!
Он повесил трубку, в ней что-то снова пискнуло, и я витиевато выругался.
Конспиратор хренов! Значит, черный и красный не открывать, а голубенький -
можно! Так сказать, для наслаждений души и тела? Впрочем, что гневаться и
сердиться? Косталевский (сомнений не было, что звонил именно он) добавил
ценную информацию, которой тут же сыскалось место на моей воображаемой
схеме. Теперь я знал, что гаммиками похищен красный амулет, что амулеты
именуются гипноглифами и что они бывают разной силы или, верней,
представляют для окружающих разную степень опасности. От одних хохочешь или
прыгаешь в постель к любимой, а от других? Что? Что именно? Черный гипноглиф
не оказал на меня воздействия? вроде бы не оказал? правда, я любовался им в
одиночестве? А как положено? Вдвоем? Или втроем? Тогда как белый? Я вдруг
подскочил, сообразив, что о гипноглифе белого цвета речь у нас не шла. Но
разве он не представлял опасности? Странно? Если уж о чем предупреждать, так
о неполадках с головой и вероятной амнезии? Или тут был коварный умысел?
Откроет Дмитрий Григорьич, батенька мой, белый футляр, посмотрит, поглядит -
и позабудет обо всем на свете? Забудет Сержа Арнатова, и Косталевского, и их
катализаторы-гипноглифы, и собственное имя? Почему бы и нет? Очень изящное
решение проблемы!
Что ж, прибережем эту мысль на будущее. Чутье крысолова подсказывало мне,
что она еще пригодится, дозрев до кондиции в запасниках подсознания. Есть
многие виды ловушек, засад и капканов, но самые надежные из них - те, что
лишают доверия к собственному рассудку. К своей компетентности, знаниям,
памяти? Я сталкивался с этим не раз и знаю, что потерявший веру в себя -
конченый человек. А что такое, кстати, человек? На девяносто пять процентов
- память плюс пять процентов самомнения.
Итак, мысль об амнезийной ловушке внедрилась в мою подкорку - вместе с
еще одной идеей: о том, что Косталевский не доверяет никому. Даже команде
остроносого, хоть тот являлся, несомненно, его куратором по линии секретных
ведомств. Однако: ?Никому не отдавайте!.. Никому, кроме меня!..? Крик души,
можно сказать. Даже вопль.
Поразмышляв над причинами возможного конфликта и не придумав ничего, я
бросил это занятие, снял трубку и позвонил в ?Голд Вакейшн?, дабы высказать
благодарность за приятный и пользителъный отдых. В начале нашей короткой
беседы в трубке опять что-то пискнуло - чуть слышно, но весьма
многозначительно. Томимый дурными предчувствиями, тревожась, что разговор с
Косталевским записан, я перебрался в квартиру Дарьи и сделал пару звонков -
в справочную Аэрофлота и компанию ?Бритиш Эвэйс?, интересуясь ценой билетов
до Нью-Йорка. У Дарьи тоже пищало. Может, перекликались вольные ветры эфира,
а может, наши жилища были нашпигованы ?жучками? - ведь аккуратно вскрыть
замок и учинить негласный обыск не составляет проблем.
Подумав об этом, я похолодел, помчался к себе, оскалил зубы в ответ на
мрачную ухмылку Сатаны и торопливо влез в компьютер. Его не включали.
Определенно не включали. Никаких следов хищения: все файлы, каким полагалось
бы в этом случае изобразить сквозняк, целехоньки и на своих местах. Все
цело, базы и программы, все тайны и секреты, чужие и мои, и никаких попыток
вскрыть и поживиться информацией. На этот счет сомнений не было. Я редко
пользуюсь паролями, схемная защита надежнее, и, чтобы забраться в мою
машину, нужно знать, как включить и где включить. А если не знаешь, то фарт
проедет по ушам, как выражаются в краях обетованных, за Воркутой и Колымой.
Немного успокоившись, я сделал вид, что ничего особенного не случилось, и
начал дозваниваться Мартьянову. В своих магазинах он отсутствовал, но
обнаружился на Васильевском, в агентстве ?Скиф?, слегка запыхавшийся, но
бодрый.
Узнав мой голос, пробормотал:
- Ты жива еще, моя старушка? Жив и я. Привет тебе, привет!
- Взаимно. Есть предложение встретиться, Андрей Аркадьевич. - Всегда рад.
Подъедешь к четырем в агентство? Раньше не выйдет. Я тут чечако натаскиваю?
пополнение новобранцев? Ребята крепкие, но об охранной службе ноль понятий.
- Зато они молодые, красивые, - утешил я. - Еще научатся. - Вечером
синим, вечером лунным, был я когда-то красивым и юным, - задушевно сообщил
Мартьяныч. - Ну, приходи! К четырем. Почему его сегодня на Есенина потянуло?
Может, юбилей? Я включил телевизор, прослушал новости, но о великом поэте в
них не сказали ни слова. Вообще ничего экстраординарного - вроде налета
боевых драконов из Персии на Вашингтон - не случилось.
Несмотря на все ухищрения, опять взорвали монарший памятник в Подольске;
в Чечне украли трех англичан и двух французов; по Москве маршировали
заединщики в черных рубахах, а в строительных магазинах наблюдался острый
дефицит саперных лопаток. Во всех же прочих местах богоспасаемой отчизны все
было тихо, все шло путем: врачи отказывались лечить, учителя - учить;
шахтеры лежали на рельсах, а шахты - в руинах; Центробанк сражался за
стабильный рубль, а все остальные - за выживание; парламентарии прибавили
себе зарплату, а грань между пенсионерами и нищими успешно стиралась - те и
другие дружной колонной переселялись на кладбище.
Дослушав до конца, я полез в холодильник и в самом деле обнаружил там
обед: окрошку и свиные отбивные с рисом. Это являлось веским
доказательством, что в Дарье счастливо соединились два начала:
возвышенно-романтическое и кулинарно-прагматичное. Я пообедал, выпил кофе и
поехал к Мартьянову, размышляя о тайнах женской души. Окрошка была
превосходной: я не пробовал такую лет пятнадцать, с тех пор, как скончалась
мама.
Частное охранное агентство ?Скиф? размещалось в розовом двухэтажном
особнячке, а сам особняк прятался за домами, что на углу Десятой линии и
Малого проспекта. Я вылез из метро на ?Василеостровской?, закурил,
принюхался к воздуху (тут он особенный - смесь бензиновых паров с влажным
ароматом близкого залива) и зашагал к Десятой, а по ней - к Малому. День был
прохладный; скудное петербургское лето кончалось, а за семью морями и семью
горами, в теплой щедрой Андалусии, лишь начинался бархатный сезон. Эта мысль
вызвала у меня острый приступ ностальгии.
Впрочем, я всегда ностальгирую на Десятой линии. Тут, в доме за номером
тридцать пять, прежде находился матмех, и я успел тут поучиться - до того,
как всех физиков, химиков и математиков переселили в Петродворец. Здание
бывшего матмеха все еще относилось к университету, но его массивные двери
были плотно затворены, а в окнах не наблюдалось признаков жизни. Над дверями
висела поцарапанная табличка, на которой я разобрал лишь одно слово -
?Научный?, а ниже, на стене, мелом было накорябано: ?Одна наука на Руси - не
верь, не бойся, не проси!? Несомненно, этот лозунг обладал высшей степенью
интеграции и хронологической протяженности; он оставался справедлив и во
времена Ивана Грозного, и в кровавую петровскую эпоху, и в период диктатуры
пролетариата, и сейчас, в славные годы разгула российской демократии.
Повторяя в такт шагам - не верь, не бойся, не проси!.. - я добрался до
Малого, свернул направо, проник через арку во двор, приблизился к розовому
особнячку, был узнан неусыпной стражей и допущен внутрь. Внутри имелся
коридор с выходом к лестнице и парой дверей: одна вела в туалет, а другая -
в тренировочный зал (он же раздевалка и аудитория для теоретических
занятий).
Оттуда доносился гулкий бас Мартьяныча:
- ? Классиков надо читать, обалдуи! Классик что сказал про
недотеп-охранников? Не знаете? Ну, так я вам повторю: есть одна хорошая



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [ 25 ] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.