read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



раненых моряков был отвезен в больницу, когда те, кому удалось уцелеть а
этой плавучей бойне, поведали повесть о своих злоключениях и показали
свои рубцы, весь город был взбудоражен. Моряки плакали на глазах у всех.
Хозяева ночлежек, давно привыкшие ко всяким зверствам, и особенно к
зверствам по отношению к матросам, в негодовании потрясали кулаками, и,
если бы капитан "Жнеца" появился в это время на улице, часы его были бы
сочтены. Но, по слухам, его в этот же вечер спрятали в бочке и перепра-
вили на другой берег бухты. И вот, после того как он совершил тягчайшие
преступления на двух кораблях, теперь он командует третьим, плавающим по
Атлантическому океану.
Как я уже сказал, я сильно подозреваю, что мистер Нейрс (старший по-
мощник) сознательно помог своему капитану спастись. Он всегда был сто-
ронником законности и осторожности и всегда стоял на страже офицерских
привилегий. Однако утверждать это с полной уверенностью я не берусь. Хо-
тя впоследствии я узнал его очень близко, он продолжал хранить об этом
молчание, да и вообще ничего не рассказывал о плавании "Жнеца". Вероят-
но, у него были на то свои причины. Пока мы шли в полицейский участок,
он несколько раз заявлял Джонсону, третьему помощнику, что не только до-
несет на капитана, но и отдаст себя в руки полиции. Однако в конце кон-
цов он изменил свое решение, сказав: "Все это наверняка кончится ничем,
да и вообще у меня есть много хороших друзей в Сан-Франциско". И
действительно, все кончилось ничем, хотя это стало ясно не сразу. А мис-
тер Нейрс почти немедленно кудато скрылся из участка и затем был спрятан
почти так же надежно, как и его капитан.
С Джонсоном же я продолжал часто встречаться. Мне так и не довелось
узнать его национальность: сам он называл себя американцем, но говорил
он по-английски, как иностранец, и в его манерах также не было ничего
американского. Скорее всего он был шведом или датчанином, но долго слу-
жил на английских и американских кораблях. Весьма возможно, что, как и
многие его соотечественники, постоянно плававшие на иностранных кораб-
лях, он успел основательно забыть родной язык. Хотя он был человеком
очень мягким и кротким, долгая привычка к жестокой морской дисциплине
привела к тому, что от многих его веселых историй у меня кровь холодела
в жилах. Он был высок, худощав, светловолос. Его смелое, честное лицо
покрывал загар, говоривший о жизни на открытом воздухе. Когда он сидел,
вы могли бы принять его за, аристократа или кавалерийского офицера, но
стоило ему встать, и его покачивающаяся походка сразу выдавала в нем мо-
ряка, да и изъяснялся он на том особом жаргоне, на котором говорят люди,
всю жизнь проплававшие по разным морям. Приходилось ему плавать и среди
островов Южных Морей, так что теперь после плавания вокруг мыса Горн,
где бушевали снежные бури, он заявил: "Отправляюсь погреться к канакам",
Я решил, что скоро с ним расстанусь, однако, согласно неписаному морско-
му закону, он должен был прежде истратить все деньги, полученные за пре-
дыдущий рейс, "Эх, и кутну же я, небесам жарко станет!" - заявил он,
несколько преувеличивая, ибо трудно представить себе более скромный и
тихий кутеж: почти все время он проводил в малом зале кабака Черного То-
ма, где вместе с друзьями (исключительно старожилами Южных Морей) ти-
хонько пил пиво, курил коротенькую трубочку и рассказывал длиннейшие ис-
тории.
Кабак Черного Тома был, по сути, захудалым притоном, где самые бедные
матросы курили скверный табак, пили никуда не годный джин и бренчали на
надтреснутых гитарах и банджо. Хозяин его был местным политическим воро-
тилой и главой шайки хулиганов, которые называли себя "ягнятами". По
слухам, мэр города и политические заправилы Сан-Франциско побаивались
этой шайки и не брезговали пользоваться ее услугами. Помню, как-то перед
выборами в кабак привели очень элегантно одетого слепца, который долго о
чем-то совещался с хозяином. Эта пара выглядела настолько странно, а
почтительность, с которой взирали на нее посетители кабака, поспешившие
отойти как можно дальше, показалась мне столь загадочной, что я попросил
объяснений у своего соседа. Он сообщил мне, что слепец - видный полити-
ческий деятель города, которого некоторые называют "Королем Сан-Францис-
ко", хотя большинство предпочитает кличку, которую ему дали в китайском
квартале, - "Слепой Белый Дьявол".
- Наверное, ему очень понадобились "ягнята", - прибавил мой собесед-
ник.
Я сделал набросок "Слепого Белого Дьявола", стоящего у буфетной стой-
ки, а на следующей странице моего альбома спустя всего несколько часов
появился рисунок, изображавший, как Черный Том угрожает толпе своих кли-
ентов огромным револьвером системы "Смит и Вессон". Вот с какими конт-
растами приходилось мне сталкиваться в большом зале этого кабака.
И все это время в малом зале заседал неофициальный клуб Южных Морей,
где разговоры шли о жизни, совершенно непохожей на ту, которая нас окру-
жала. Там собирались старые шкиперы, торговцы Южных Морей, коки, помощ-
ники капитанов. По большей части это были прекрасные люди, испытавшие
благотворное влияние кроткого и жизнерадостного народа, среди которого
им довелось жить. Кроме того, они знали много интересного, и не из книг,
а по личному опыту, так что я готов был часами сидеть и слушать их увле-
кательные рассказы. В них всех была какая-то поэтическая струнка. Ведь
всякий бродяга-моряк, если только он не отпетый негодяй, кажется младшим
братом поэта. Даже бессвязные фразы Джонсона вроде: "Оно так, канаки лю-
ди ничего, неплохие" или: "Черт его знает, что за остров, - горы прямо
до самой воды. Жить бы мне на нем да жить" - таили какую-то внутреннюю
музыку, а многие из его приятелей были просто изумительными рассказчика-
ми. Их длинные повествования, неожиданно меткие описания людей, пейзажей
постепенно создавали в моем мозгу четкий образ южных островов и жизни на
этих островах: отвесные берега, острые горные пики, густая тень лепящих-
ся по склонам лесов, неумолчный рев прибоя на рифе и вечное мирное спо-
койствие лагуны; необычайно яркие солнце, луна и звезды, красивые к бла-
городные люди, всегда готовые приветствовать чужестранца, всегда готовые
предоставить ему свой кров и свою лодку, - жизнь, льющаяся словно музы-
ка, и долгие вечера, оживляемые звуками мелодичных песен.
Для того чтобы понять тоску по этому миру, которая все чаще овладева-
ла мной, надо потерпеть неудачу в артистической карьере, надо голодать
на улицах Парижа, надо стать партнером дельца вроде Пинкертона. Пестрый,
шумный Сан-Франциско, контора, где мой друг Джим метался ежедневно с де-
сяти до четырех, как заключенный в клетку л, ев, а иногда даже и надежда
на возвращение в Париж тускнели перед этой мечтой. Я знаю, что многие на
моем месте бросили бы все и отправились туда, куда влекло их воображе-
ние, но я человек по натуре вялый и тяжелый на подъем, - чтобы заставить
меня покинуть привычные пути, чтобы послать меня в плавание среди райс-
ких островов, нужен был какой-то внешний толчок. Только сама судьба мог-
ла подобрать для него подходящее орудие, и, хоть я не знал этого, оно
уже было зажато в ее железной руке.
Как-то раз я сидел в углу сверкавшего позолотой обширного зала кафе,
где один из местных талантов угощал меня завтраком и этюдами обнаженной
натуры. Вдруг раздался топот ног, гул голосов, двери широко распахну-
лись, и в зал ввалилась довольно большая толпа людей. Вошедшие (по
большей части моряки, и все очень возбужденные) окружали группу из нес-
кольких человек, как дети окружают бродячих кукольников, следуя за ними
из одного двора в другой. Кругом все зашептали, что это капитан Трент и
его матросы, уцелевшие после крушения английского брига "Летящий по вет-
ру", которых английский военный корабль подобрал на острове Мидуэй, - в
Сан-Франциско они прибыли сегодня утром и пришли сюда подкрепиться после
того, как сделали соответствующее заявление властям. Векоре мне удалось
их рассмотреть. Четыре загорелых моряка со стаканами в руках стояли у
стойки, окруженные толпой любопытных, осыпавших их вопросами. Один из
них был гаваец - кок, как мне сообщили, - у другого в руках была клетка
с канарейкой (птичка то и дело заливалась звонкими трелями), у третьего
левая рука была в лубке, и он казался очень бледным, словно недавно пе-
ренес тяжелую болезнь, а у капитана - краснолицего, синеглазого силача
лет сорока пяти - была забинтована правая рука.
Меня весьма заинтересовало то, что капитан, кок и два матроса вместе
гуляют по улицам и заходят в кафе. Поэтому я, как всегда в тех случаях,
когда меня что-нибудь интересовало, достал альбом и стал набрасывать
портреты четырех спасенных моряков. Толпившиеся вокруг них зрители заме-
тили, чем я занимаюсь, и немного посторонились, так что мне удалось
очень внимательно рассмотреть лицо и фигуру капитана Трента, хотя он
этого не подозревал.
Виски - развязало капитану язык, и, поощряемый удивленными восклица-
ниями слушателей, он принялся описывать постигшее их несчастье. До меня
долетали только отдельные фразы о том, как он лег "на правый галс", и
как "вдруг задуло с северо-северо-запада", и как "тут бриг и сел на
мель". Иногда он обращался за подтверждением к кому-нибудь из матросов:
"Так оно было, Джек?" - и тот отвечал: "Да, так оно и было, капитан
Трент". В конце концов он вызвал особенно горячую симпатию слушателей,
заявив: "Черт бы побрал карты, которыми снабжает нас адмиралтейство!"
Слушатели закивали головами, раздались возгласы одобрения, и я понял,
что все присутствующие считают капитана Трента первоклассным моряком и
замечательным человеком. Тут я закончил рисовать эту четверку, а также
канарейку (все они; особенно канарейка, получились очень похожими), зак-
рыл альбом и, никем не замеченный, вышел из кафе.
Мне тогда и в голову не приходило, что я покинул первую сцену первого
акта драмы моей жизни, однако все виденное мной, особенно лицо капитана,
довольно долго сохранялось в моей памяти. Я не считаю себя провидцем,
но, во всяком случае, я человек наблюдательный и всегда сумею подметить
ужас на лице человека. Капитан Трент, командовавший английским бригом
"Летящий по ветру", был очень красноречив, находчив, громогласен, но в
его синих глазах, в выражении его лица я увидел мучительный страх. Боял-
ся ли он, что его лишат права водить корабли? Нет, от этого его рука не
дрожала бы так, когда он брал стакан с виски. Может быть, он еще не оп-



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [ 25 ] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.