read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Господи боже, вот еще трагедия - узнать себя в зеркале! Что за глупые
страхи, да она через минуту сама начнет веселиться и хихикать от радости,
а ну давай-ка, пошли, будь умницей! Но Сильва бьется как одержимая... ну,
хватит, говорят тебе, гляди, вот она ты, посмотри на себя! Она как будто
уступает, подходит к зеркалу и вдруг, нырнув, выскальзывает у меня из рук,
бросается к двери и, захлопнув ее за собой, мчится со всех ног по
коридору, и я слышу, как она бегом взбирается по лестнице, ведущей на
чердак.
Бежать за ней или оставить ее в покое? Может, я зря принуждал ее? Да
ну, ерунда! Вот еще причуды - бояться собственного отражения! Пускай
теперь сидит там и дуется, если ей так угодно.
Я снова ложусь. Но сон бежит от меня: я, как никогда, странно
взбудоражен, заинтригован поведением моей лисицы. Мало-помалу я опять
погружаюсь в полудрему, и теперь мне кажется, что я угадываю, яснее
понимаю случившееся, что я могу уподобиться Сильве, проникнуть в ее
ощущения. Или, вернее, я представляю себе, чем она была всего полчаса
назад: маленьким неразумным зверьком, беззаботным и не осознающим самого
себя, существом, которое, по словам доктора Салливена, жило и действовало,
даже не понимая, что оно существует, не выделяя себя по-настоящему из
остального мира. Мы, люди, с самого детства привыкли, принуждены видеть
самих себя, различать себя среди других, и эта самообособленность
настолько естественна, что мы о ней и не думаем. Но лисица! Трудно даже
представить себе, что означает для нее сделать подобное открытие: внезапно
ощутить себя изолированной, обособленной, изгнанной из рая матери-природы,
с которой доныне она была связана общей кровью, общим дыханием, общим
теплом. О, как ясно я вдруг представил себе также то жестокое потрясение,
которое испытали наши далекие предки-неандертальцы - эти дикие косматые
полулюди; у них не было зеркал, чтобы осознать себя как личность, они
открывали это в глазах других, себе подобных, в их криках, в их угрозах, в
их жестикуляции и враждебности, открывали себя такими, какими и были в
действительности: уязвимыми, нагими и одинокими, предоставленными самим
себе, могущими рассчитывать лишь на собственные силы среди опасностей
окружающего леса... И тут, словно в подтверждение этих диких образов,
тишину разбил оглушительный грохот. Я вскочил на ноги. Что это? Грохот
повторился уже чуть дальше, зазвенело разбитое стекло. Я выскочил в
коридор и увидел разлетевшиеся осколки двух стенных зеркал. В тот же миг
звон раздался снизу, из гостиной. Потом из холла. Потом из курительной.
Нэнни выбежала из своей комнаты в папильотках и халате. "Что происходит?"
- вопросила она. Я крикнул: "Это Сильва бьет зеркала!" - и бросился вниз
по лестнице.
Но внизу уже никого не было. Осколки стекла хрустели у меня под ногами.
Пройдя по всем трем нижним комнатам, я не нашел ни одного целого зеркала.
Я поднялся наверх по другой лестнице. Нигде ничего. И - ни звука. Дверь в
комнату Сильвы была открыта. Войдя туда, я увидел неподвижную Нэнни, молча
глядевшую на кровать. Моя лисица лежала на животе, судорожно сжавшись и
стараясь поглубже зарыть голову под подушку и под одеяло - так заяц ищет
убежища в своей норе; так ужаснувшийся ребенок стремится вернуться в
темное, надежное, успокаивающее тепло материнского лона, где его убаюкает
первозданное, досознательное забытье...
И если до этого я еще не все до конца понимал, то теперь, при виде
Сильвы, я смог ощутить во всей полноте, что она испытала (как и
неандертальцы), когда впервые с ужасом поняла, окончательно и
бесповоротно, что эта, скорченная и дрожащая под одеялом, и та, минуту
назад узнавшая себя в зеркале, - и есть она, Сильва; что Сильва есть вещь,
существующая отдельно от всех других вещей, обособленная, отделенная от
всего прочего вещь, которая существует и не может не существовать, перебей
она хоть все зеркала на свете, и что все это уже непоправимо.




ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Но этот человек - чистейший анахронизм: ведь
он родился еще до наступления железного века,
даже до наступления каменного. Подумать только:
он принадлежит к началу начал человеческой
истории.
Редьярд Киплинг. Среди толпы


21
Дни, последовавшие за этой поразительной ночью, разочаровали меня.
Тогда я не сомкнул глаз до самого рассвета, изнывая от нетерпения. Я все
ожидал каких-то новых чудес, в полной уверенности, что Сильва наконец
переступила границу и проникла в страну людей, что мне предстоит увидеть
огромные, быстрые перемены.
Нэнни первая окатила меня холодным душем. Когда наутро я вышел к
завтраку, она с отдохнувшим видом сидела за столом, преспокойно намазывая
себе маслом тартинки. Я воскликнул:
- Неужели вы спали сегодня? Я лично провел бессонную ночь.
- Из-за разбитых зеркал? Разве они так дорого стоят?
- Да кто говорит о зеркалах? Наплевать мне на них! Но тот факт, что
Сильва... Нет, ей-богу, - возмутился я, - у меня такое впечатление, что
вам все это безразлично. Неужели вы еще не поняли: она узнала себя и
испугалась этого.
- Во-первых, еще не доказано, что она себя узнала, - ответила Нэнни
осторожно. - Вы слишком спешите с выводами.
- Ну а чего же она тогда испугалась?
- О, пока еще рано доискиваться причин.
- Но ведь это же ясно как день! - сказал я, изо всех сил сдерживая
накипающее раздражение. - Сильва поняла наконец, что она существует, а для
лисицы, согласитесь, это страшное открытие. И вот тогда-то она и
испугалась, испытала ужас, вполне естественный в данной ситуации, и этот
испуг, этот ужас - первое свидетельство того, что она начала мыслить
разумно, первый признак ее cogito [я мыслю (лат.)], так разве же это не
поразительная новость?
- Она могла, - возразила Нэнни с кротким упрямством, которое
окончательно вывело меня из себя, - испугаться неизвестно чего, самой
простой, самой обыкновенной вещи, которую вам, поскольку вы человек, а не
лисица, трудно себе представить. Вот, например, ребенок, даже очень
отсталый, никогда не боится зеркала - напротив, он радуется, он восхищенно
хлопает в ладоши и любуется своим отражением.
- Именно так! - ответил я. - Именно об этом я и толкую! Разве мы с вами
не ждали того мгновения, когда Сильва узнает себя в зеркале? И разве не
интересно то, что она не обрадовалась, а, наоборот, испугалась?
- Вот потому-то я и думаю, что она все-таки не узнала себя, -
упорствовала Нэнни, старательно жуя свой бутерброд, наклонившись над
чашкой, ибо у нее была скверная привычка макать в кофе хлеб, с которого
потом текло. - Мы, конечно, когда-нибудь узнаем, что именно ее напугало, и
сами удивимся, как все это банально и просто.
Несмотря на раздражение, я не мог не признать, что осторожная Нэнни
рассуждала более чем благоразумно. Вот почему днем я отправился искать
утешения и поддержки у доктора Салливена. И тут я не разочаровался. Он
пришел в полный восторг.
- Ну что я вам говорил? Что я вам говорил? - твердил он, опершись на
дубовую каминную доску в позе пророка, делавшей его похожим на епископа,
выступающего с амвона.
- Значит, вы тоже считаете, что она сделала решающий шаг?
- Даже не сомневайтесь! Ваша Нэнни с ее отсталыми детьми - просто дура
набитая. Сильва не имеет с ними ничего общего, она - доисторическое
создание, да-да, именно так! Я, разумеется, не мог предположить, что
первой реакцией подобной натуры на это открытие будет тревога и страх. Но
по зрелом размышлении легко можно понять, что именно такое поведение
неизбежно.
- Как вы думаете, - спросил я, - что теперь произойдет? Каков следующий
этап?
Доктор воздел руки к небу, словно беря его в свидетели своего бессилия.
- Ну, милый мой, я ведь не пророк! Напротив, именно от Сильвы я теперь
надеюсь узнать, что творится в темном сознании первобытного человека.
- К несчастью, все, что в нем происходит, потребовало многих
тысячелетий. Если и нам придется столько ждать...
- Конечно, у нас нет гарантий, что Сильва минует какие-то ступени
развития. Но, однако, она уже сделала это, и есть надежда, что, живя в
современной обстановке, при вашей помощи, она продолжит в том же духе.
- Да, но как оказывать ей эту помощь, совершенно не зная самой
программы?
- О, это вы поймете сами по ходу дела, - успокоил меня доктор, - я
полагаю, что теперь, открыв себя себе самой, Сильва начнет задавать
вопросы. Тогда только держитесь!
- А что, Дороти нет дома? - спросил я невпопад, настолько удивило меня
ее затянувшееся отсутствие.
Доктор мгновенно переменился в лице, словно этот нежданный вопрос
причинил ему боль. Его щеки густо побагровели, а огромный жирный нос между
ними побледнел и стал безумно похож на клюв перепуганного тукана.
- Мне кажется, у нее мигрень, - пробормотал он.
Я, конечно, не поверил ему.
- Не могу ли я хотя бы поздороваться с ней?
- Нет-нет, вы должны ее извинить, - быстро ответил доктор, - я полагаю,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [ 26 ] 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.