read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Сергей некоторое время зло пожирал меня глазами, кулаки сжаты. Я даже представил, что от меня останется, если таким кулаком да в мою непрочную челюсть. Затем со стороны Сергея послышался шумный выдох. Его твердые губы раздвинулись в хмурой усмешке.
- А ты злой, Андрий!.. Тебе это кто-нибудь говорил?
- Да вроде нет, - пробормотал я.
- Так вот я говорю, - сообщил Сергей злорадно. - Злой, как наш Барбос.
А Гриць сказал:
- Кто у нас Барбос, пояснять не надо?
Мою победную улыбку сдуло как ветром. Козароский незримо присутствует везде.
И все же, когда вышел из караулки, на душе малость скребло. Не слишком ли обидел охранников? В большинстве хорошие ребята, для них компы в новинку, а я вот так свысока... С другой стороны, чем больше настучу им по головам, тем меньше им обломают рогов другие...
Ведь при входе в Сеть всегда стоит проблема ника. Зря новички относятся к этому несерьезно. Если мой друг, которого я хорошо знаю, в Интернете назовется "Засранцем" или "Придурком", я все же буду с ним общаться и на улице, и на сайтах, хотя время от времени и буду доставать, чтобы сменил ник.
Другое дело, когда на форуме ко мне обратится некий "Засранец" или "Идиот". Все, что я о нем знаю, это пока только этот ник, а этот ник понятно каким образом настраивает. Либо обругать, либо игнорировать. Раньше ругался, теперь сразу холодный игнор. Таким образом этот "Засранец" сразу отсекает немалый процент людей, которые с ним в контакт не войдут. А в самом ли деле лучше те, кто будет с ним общаться? С ними удобнее и проще, но лишь потому, что они подлинные засранцы и придурки... Нет, ребята побурчат, но потом сердиться перестанут. Конон подбирал людей психически устойчивых... Таким можно даже пульты баллистических ракет доверить.
Глава 35
Говорят, самое обидное - это когда твоя мечта сбывается у кого-нибудь другого. Похоже, что у меня это становится навязчивой идеей... Вероника. Не знаю, даже не в постель тащу, как-то в моих горячечных видениях эти сцены отсутствуют, а больше какие-то схватки на мечах, когда я рублю гадов направо и налево, закрывая ее широкой спиной, а потом подхватываю могучей дланью к себе на коня и уношусь галопом...
Или же луплю из двух ракетных бластеров, а она привязанная к жертвенному столбу, вот-вот ее не то сожгут, не то скормят, смотрит на меня с мольбой и надеждой, но я разношу гадов на куски, а потом одним движением рву ее цепи как паутину, выворачиваю столб и с ревом швыряю в последних из уцелевших врагов. Вероника потрясена, а я ее не то на коня, не то в ракетный катер с радужными крыльями...
Я вздрогнул, едва успел вывернуть руль. Мимо пронеслось что-то синее, я только успел увидеть перекошенное побелевшее лицо с выпученными глазами.
Мне почудился тающий в морозном воздухе разъяренный вопль:
- Крепче за шоферку держись, баран!
Обдало холодом. Тело напряглось, я ощутил, что уже несколько секунд несусь, уже видя не заснеженное шоссе, а зеленое поле, по которому идут крохотные человечики с мечами в руках, а за ними ромейские наемники тащат катапульты с греческим огнем. Конструкторы машин слишком заботятся об удобствах. Усталый на работе человек в машине сразу расслабляется. Если пьяный то как раз и не сядет за руль - вдруг да ГАИ остановит, а усталый надеется, что как-то доедет... На самом же деле от усталых катастроф всегда больше.
Я щипал себя за бок, бил по колену. Со злостью подумал, что хорошо бы на руке вот тут под пальцем такую кнопочку. Нажмешь - из сидения высунется игла, кольнет в задницу. Хорошо кольнет.
Я включил мобильник, сказал, не отрывая рук от руля:
- Нинель, это я, Андрий. Скорее скажи какую-нибудь гадость, а то засыпаю за рулем...
- Чё-чё?
- Дорогая, мне надо проснуться...
- Ну, Андрий... Если я скажу, ты от злости выскочишь на встречную полосу!
- Там пусто, - сообщил я. - Все нормальные спят.
- Так чего меня будишь?
- А ты где?
- В офисе, ессно. Тут Костомар такой сценарий забабахал! Горецкий долго слюни пускал, а сейчас уговаривает бросить академство и перейти книжки строгать.
Я ощутил, что в голове проясняется.
- Подожди еще минут пятнадцать, хорошо? Я заеду к вам. А потом тебя завезу домой.
Нинель промурлыкала:
- Да мне и здесь на диване неплохо: одна нога здесь, другая - там...
- Что, собираешься спать там?
- С вами разве заснешь?
Я сказал сердито:
- А как же насчет того, что порядочная девушка должна ложиться в девять?
Ее голосок был удивленный:
- Так я и ложилась!.. И становилась. Ты чё, Андрий? Мои родители не возражают, что я задерживаюсь. Это ж не с одноклассниками...
Я поймал себя на том, что снова начинаю наращивать скорость. Шоссе уже освободилось не только от снега, даже лед кое-где стаял, в других местах корочку размолотили шипованными колесами, только на бордюрах еще грязно серые кучи снега.
Днем они сильно подтаивают, проседают, а ночью превращаются в надолбы железобетонной крепости. Еще только начало февраля, но низкое хмурое небо очистилось от туч, поднялось в немыслимые выси, оттуда с утра и до вечера теперь сияет яркое солнце. В полдень солнце уже печет, как летом. Можно загорать одной щекой, в то время как вторая мерзнет: температура даже днем не выше минус двух градусов, а ночами падает до десяти ниже нуля.
Когда я подъехал к зданию офиса, там с одной стороны улицы снег и лед стаяли, тротуары высохли, но на другой стороне в тени зданий к стенам все те же слежавшиеся до твердости камня неопрятные сугробы.
Сонный охранник воззрился с невероятным изумлением. Я кивнул, прошел, за эти полгода здесь успели сделать ремонт, в холле повесили люстру. Значит, дела того, кому все это принадлежит, не так уж и плохи. Или делает вид, что все хорошо, а завтра все рухнет...
В коридоре правого крыла свет приглушен, но из-под нашей двери бьет яркий свет. Доносятся голоса, мужские, мои ноздри жадно дернулись, уловив аромат крепчайшего кофе.
Ясно, Аверьян там, Миша тоже увлекся, целыми днями за монитором. Он, великолепный художник с изумительным чутьем, уловил этим самым чутьем, что игры... уже в самом деле не игры, а уже баймы. И что будущее за баймами. Конечно, всегда найдется умник, который вспомнит про игры на ламповых ЭВМ, а потом вообще потащит нить от кроманьонцев, но таких размывателей любого определения вообще не стоит брать во внимание. Никогда и ни в чем. Игры, по сути, сейчас существуют только для PC, да на горизонте начинают маячить приставки нового поколения. А первые игры собственно для PC были даже не играми в нынешнем понимании. А экран был сперва черно-белый, монохромный, затем - CGA, т.е., четырехцветный, затем пришло раздолье CCA - целых шестнадцать цветов, но не успели игроки опомниться, как миру был явлен супермонитор VGA - дести пятьдесят шесть цветов!
Сейчас и VGA забыт, его сперва вытеснил SVCA, т.е., супер-VGA, затем пошли еще и еще, двести шестнадцать цветов стали анахронизмом, счет пошел на миллионы, потом просто приняли True Color, т.е., естественный цвет. В игры пришла трехмерность, объемный звук. Высокая детализация графики, и вот уже игры по графике практически неотличимы от фильмов, которые все еще идут в этих старинных римских цирках, именуемых кинотеатрами. И куда ходят чудаки, любители древностей.
А завтра и остальные художники, режиссеры, сценаристы, менеджеры увидят, какие невероятные перспективы у баймондустрии...
Я толкнул дверь, замер на пороге, а рот мой начал сам по себе растягиваться вширь.
На единственном диване удобно расположились с бутылками пива в руках наши титаны: Костомар и Горецкий. В воздухе плавают коричневые струи крепчайшего кофе, а на подоконнике расположились рядком пустые бутылки. За компом горбится Аверьян, клава трещит под его быстрыми, как муравьи, пальцами. На дисплее часто-часто бежит цепочка странных для непосвященного символов ассемблера. Нинель за спиной Аверьяна, отсвет падает на ее сосредоточенное лицо, глаза строгие, а лопатки топорщятся, как прорастающие крылышки.
Титаны негромко переговариваются, оба слегка осунулись, под глазами одинаковые темные круги. Перед ними столик на колесах, пара бутербродов на тарелочке, один уже надкусан.
- Андрий, - сказал Костомар удивленно, - и вам не спится?
- А вас тоже рабочий день затянулся, - сказал я с неловкостью.
- Так у нас это не работа, - отмахнулся Костомар. - Это для души... И, как говорится, для будущего баймоиндстрии.
- У меня тоже, - сообщил я. - Я наймит русского капиталиста. А сюда забегаю в свое свободное время.
Костомар величественно кивнул.
- Вы абсолютно правы, Андрий. Что баймы? Ведь живем в объективной реальности?
- Объективная реальность, - возразил Горецкий застенчиво, - есть бред, вызванный недостатком алкоголя в крови. Возьмите еще бутылочку, пока не нагрелась... Это коньячок надо чуть подогретым, а вот пиво и водочку... На самом деле мы все живем в виртуальном. Если бы мы увидели тот мир, в котором живем, все человечество перевешалось бы на балконах. А жильцы первых этажей... ну, что-нибудь придумали бы. У нас народ очень изобретательный! Наша задача, как и всех деятелей искусства - поддерживать иллюзию, что эти декорации, именуемые жизнью, реальны. К примеру, политики, это тоже вид искусства, всячески отвлекают народные массы от слишком пристального разглядывания этих декораций всяческими фашизмами, коммунизмами, тоталитаризмами, демократией и прочей фигней, шаманы придумывают новые религиозные течения, не забывая подбрасывать дровишек в старые, спортсмены зовут на стадионы... словом, мы на месте, ребята! Массам баймы необходимы.
Нинель сказала с отвращением:
- Всегда изговнякаешь любую светлую идею.
Мои брови сами полезли вверх, но смолчал, ибо воспитанная в старой московской семье Нинель даже со сверстниками всегда сперва на "вы".
Когда она прошла мимо, пародийно двигая бедрами, я видел как рука Горецкого дернулась чтобы шлепнуть ее по заду. Похоже, Нинель форсировала сближение всех в одну команду, чтоб мужскую часть команды ничто не отвлекало от работы, а вся кровь заполняла только верхнее утолщение спинного мозга.
Костомар сказал завидующе:
- Тебе хорошо!.. Новое направление в искусстве!.. Самое обещающее, а ты стоишь у самых истоков. А вот у меня железобетонная наука. Никуда от нее не денусь, как вон ты... Тебе хорошо, романчик сварганил за полгодика - а баста. А с баймой и в год не умудохаешься.
Горецкий покачал головой.
- Не знаю, не знаю, - ответил он задумчиво. - Да, байму делают по два-три года, в то время как роман я в самом деле... за полгода. Однако байму проходят в среднем за месяц, а роман читают за один-два вечера... Так что не скажу, что над баймой приходится мудохаться, как вы изящно выражаетесь, намного больше. По моей простой арифметике получается, что как раз наоборот...
Костомар сказал весело:
- Еще один камушек... или две копеечки, как хотите. Я помню все баймы, в которые резался, а вот из прочитанных книг помню едва ли каждую десятую. Да где так десятую! Это я так, чтоб грамотным казаться. А то совсем в дикари записали... Прочел тыщи, а вспомню штук пять. Так что у нас шансов с баймой побольше!
- Потому что байм мало, - сказал Горецкий рассудительно и с завистью. - Ждем ли мы книг так, как ждем баймы? Нет, конечно. Вот до выхода Warcraft-3 полгода, а мы уже дни считаем!.. С нетерпением. А считать начали года два тому, как только узнали, что началась работа, появились первые скрины... Как ловим интервью с разработчиками, дизайнерами уровней, художниками, сценаристами!.. Нет, писатели никогда не были в таком фаворе.
Я жадно прихлебывал горячую коричневую жидкость, даже не коричневую, а черную. По вязкости она напоминает сметану. Еще чуть и такой кофе можно резать ножом и намазывать на хлеб.
Никому не приходит в голову, мелькнула мысль, купив книгу, сразу прочесть последнюю главу, после чего спокойно положить на полку. Но вот с играми... Желание игроделов, чтобы их игры оставались на мониторах долго, приводит к тому, что свои творения излишне усложняют, напичкивают труднейшими загадками, длиннейшими и часто занудными добавочными квестами. Поиски проклятого рычага, который надо суметь отыскать в подземелье одного замка, чтобы открылась дверь на крышу в другом замке, достали всех настолько, что появились солюшены и даже cheats, что попросту: жульничество.
А с читом просто: берешь себе бессмертие и нескончаемый боезапас, после чего прешь напролом. Врагов косишь, не экономя патроны, двери перед тобой открываются сами, а если перед тобой река или пропасть - запросто перелетаешь по воздуху! Стена или гора впереди? А clip зачем? Умный в горы не пойдет, читер гору пройдет насквозь, а потом похвалится, что он всю игру прошел за час, всех замочил, все собрал, все открыл... и вообще игра не очень-то интересная.
Значит мы должны делать игру так... или такую, чтобы ее одинаково интересно было играть как без кодов, так и с кодами. Нет, одинаково не удастся, но все же стремиться к том, чтобы было почти так же проходимо, так же интересно. Это легко сказать, но...
Аверьян крутнулся на вертящемся стуле, сделал пару оборотов, как космонавт на центрифуге,
- Мы ввели inderect control, - сообщил он. - Мне в лом заниматься юнитами поодиночке! Слишком много. Это ж не AoE, где на сотне юнитов уже тормозит, и даже не "Казаки", где полтыщи тянет, а вот семьсот... Да и не царское это дело - указывать каждому крестьянину, что ему делать и куда идти. Правда, возможность прямых указаний оставили, всякое может случиться. Но все же, когда их тысячи, то должны сами знать, что делать.
- А сколько идет без тормозов? - спросил я.
- Пять тысяч, - ответил Аверьян гордо. - И это, как говорит та из ящика, еще не все!.. Мы тут разные трюки придумываем на ходу...
Я насторожился, покосился на титанов. Сейчас многие фирмы ищут ниши для новинок на стыке жанров. Даже в простые аркады вносятся элементы RPG даже TBG, выстраивают хоть какие-то миссии, дают задания, квесты, набрасывают пазлы. Понятно, что в real-time, как у нас, уже многие тащат все, как запасливые хомяки в норку, из-за чего баймы выглядят вообще чудовищно.
- Ты с трюками поосторожнее, - предупредил я. - Да и вообще... Меня один бот на главной работе достал расспросами, что такое RTFM, к которому его все время отсылает программа. Я объяснил, что это абревиатура: Read The Fucking Manual. Он удивился, но все же решил, что надо купить "Камасутру", вот теперь читает, читает, читает...
Костомаров доел бутерброд, глаза его шарили по оттопыренному заду Нинель, потом взгляд переместился на ее руки. Нинель быстро и ловко готовила целую горку бутербродов с ветчиной, аджикой, посыпала зеленью.
- Не знаю, - проронил он благодушно, - я не великий спец в этом деле... я ж не писатель!.. но одну простую истину понял: фигня все эти кама-сутры и прочие справочники по позам. Оргазм всегда одинаков... А если и отличается, то не от позы, а как поел, поспал, что выпил. Бедные индийские магараджы потому и изощрялись в кама-сутрах, потому что у них Интернета не было!.. А был бы, то на фиг им ставить баб то так, то эдак? Не идиоты, после первого десятка уже поняли, что все - одинаковы. Ну, после первой сотни, как вон понял наш Марс Сидорович.
Горецкий вздохнул, скромно опустил глазки долу.
- Вы правы. Мне приходилось и княгинь... с княгинями общаться, и с доярками, и с чукчами... Скажу вам, нет разницы. Не здесь надо искать разнообразие радостей. В компах - это да! Интернет - сила. А женщины...
Аверьян засмеялся:
- Это - еще большая сила! О ком говорим?
- Так это мы так каемся, - пояснил Костомар. - И клянемся в следующий раз говно не есть. А раз уж приходится, ну такая у нас натура говноедская, то быстренько так это похлебать и - в сторонку. В смысле, к Интернету. Не увлекаться, не увлекаться!
- Интернетом?
- Дурень, бабами! Интернетом можно и нужно.
Горецкий повернулся ко мне, круглое доброе лицо казалось смущенным, глаза часто мигали.
- Хочу предложить еще одного в команду, - сказал он застенчиво. - Он посещал мой семинар, я его знаю неплохо... Талантлив, работоспособен! Часто выдает такие перлы, что диву даешься: как другие не заметили такую прелесть раньше?.. Понимаешь, Андрий, талантливая вещь, а гениальная тем более - всегда проста. Настолько проста, что всякий думает с досадой: как я сам не додумался?
Аверьян воскликнул:
- Это то, что нам нужно!
- А он симпатичный? - спросила Нинель.
Горецкий предупредил:
- Но я не обещаю, что он будет в нашей команде. Вот соблазнить - попробую. Дело в том, что для участие в нашей работе нужны не только хорошие мозги, но и... другое мировоззрение!
Аверьян подсел ко мне, сунул распечатанные на принтере листки.
- Смотри, вот та часть сценария, что, практически, реализована. Вчерне, конечно... Уже не очень-то молодой, но матерый воин по имени Кий приходит на берег Днепра, начинает строить город на семи холмах. Одновременно привлекает к себе люд, обещая защиту, т.е., крышу. Постепенно город растет, апгрейдивается. В нем появляются мельницы, булочные, кузницы, а потом даже собственные оружейные...
- А взаимоотношения с другими племенами?
Он отмахнулся:
- Делаем. Но пока лишь мелкие стычки. Никто никого не завоевывает. Сил мало. Смотри, на берегах Днепра и в окрестных болотах достают железо. Сперва изделия из сырого железа, потом начинают ковать булат. Несколько сценариев о том, как со степняками то бьются, то дружат, а в конце-концов часть становится на службу киевскому князю, часть уходит в Венгрию и прочие неразвитые страны.
- Ого, это уже немало!
- Но и немного, - возразил он. - Марк Сидорович написал сценарий покорения окрестных племен, а затем и войн с соседями: хазарами, хорватами и пр. Еще - торговля с Византией, Багдадом, вообще - с Востоком, варяги на службе... но что-то получается не так уж и много! А мы было размахнулись на супергру!
Горецкий предложил:
- А давайте организуем поход на Царьград? Я уже вижу какой красивый сценарий можно отгрохать! Даже несколько взаимосвязанных миссий!
- Кий не делал походы на Царьград, - возразил Костомар. - Эта привычка пошла с Аскольда и Дира, потом ходили все их преемники. Самые известные походы - Олега Вещего...
- Потому что самые успешные!
- Ну, о провалах всегда предпочитали помалкивать. Это сейчас какая-то болезнь расковыривания ран.
Горецкий вздохнул с досадой, почесался, потом сказал с ноткой надежды:
- Но Кий был же в Царьграде? Говорят, не то служил, не то о чем-то с их императором лялякал... А давайте и поход сварганим? Кто эту гребаную историю помнит? Кому она нужна? А вот байма будет красивше, динамичнее, ярче...
Я задумался, поколебался. С одной стороны - хорошо бы соблюсти историческую точность. С другой стороны - кому она нужна? Все страны подправляют свою историю, приукрашивают. Только в России хороший тон - своих предков обливать пометом. А мы не те, не другие, мы - новые, люди Интернета. Мы должны сделать красивую и увлекательную байму... А она сама сделает остальное.
- Ладно, - сказал я. - Но только один поход. А начнут гавкать историки, скажем, что это для художественности, а вовсе не для родины слонов или шовинизьма, национализьма или троцкизьма.
В этот миг я еще не понимал, что сам бросил первый камушек. Крохотный-крохотный. Но лавина может начаться и с песчинки.
Глава 36
Ночи укорачиваются быстрее, чем уменьшается пространство на харде жадного юзера, зато дни разрастаются, как программы Майкрософта. Солнце греет все жарче, будто разогнанный Celeron без кулера,
Народ кто в шубах, кто в пальто, а те, у кого шуб нет, а пальто хреновенькое - в кожаных куртках. Рожи красные от холода, но держатся гусарами.
В городе снег исчез, сухой асфальт, в лесу еще грязными пластами, но на захваченном или приватизированном конкистадором Кононом пространстве... а то и просто купленном, уже проклюнулась робкая травка.
Жалко было смотреть на эти слабенькие бледно-салатные кончики, но когда я приехал после выходных, там поднималась уже такая зеленая и сочная трава, что хоть выводи попа на выпас. Антон во вторник, не дожидаясь указаний, сам выволок из сарая газонокосилку, проверил, и все мы услышали ровный стрекот, похожий на шум от лопастей маленького вертолета.
Со двора я видел, как на окне, за которым Вероника, поднялись жалюзи. Возможно, она в этот момент смотрит именно в эту сторону сада. Я поспешно отклеился от ствола дуба, вскинул брови и постарался выглядеть значительно.
Я по-прежнему приезжаю в особняк ежедневно. Каждое утро. Добросовестно обхожу все помещения, где компы или хоть какая-то электроника и, с молчаливого разрешения Конона, исчезаю.
Не к бабам, конечно, как острит Сергей, хотя с моей зарплатой и такой машиной только и скупать рекламные листки с предложением интимных услуг. У меня до минут выверено, когда и по какой дороге добираться до офиса: в двенадцать часов пробки возникают на подходу к Метромосту, а в половину первого обязательно застрянешь на выезде с Волоколамки...
Сегодня я застал не только Аверьяна и Нинель, что как будто живут в офисе, но и Миша сидит в уголке и черкает в блокноте. Даже сам Горецкий в задумчивости прохаживается взад-вперед по комнате. Рубашка расстегнута по пояса, он в рассеянности почесывает розовыми пальчиками сильно выпирающий такой же розовый животик с по-детски редкими шелковыми волосиками.
- А, - сказал он вежливо и как-то застенчиво, - Андрий... Вы понимаете, Андрий, если так пойдет, то скоро можно начинать закрытое бета-тестирование. Но мне все чудится, что сделано недостаточно.
Я рухнул в кресло, хотя сидеть после часового сидения за рулем мучительно, но вдвоем ходить по тесной комнате - чревато. Мой кулак снова сжался, постучал о подлокотник. Больно, но в голове туман, а мне нужна ясность мысли.
- Какой вы вежливый, Марк Сидорович! Чудится... Пора уже криком кричать. Ничего не поделаешь, логика такова, что надо продлить миссии... и дальше. Скажем, захватив эпоху дробления Руси на удельные княжества. Феодализм. А киевский князь начнет борьбу за единство, начнет подчинять одно за другим...
Миша отложил блокнот, сказал задумчиво:
- Да, это будет красочно. Алгоритм тот же, что и с покорением древлян или дряговичей, но на другом качественном уровне. Вместо мужиков с топорами, что идут через лес - блистающая конница, закованная в латы! Следом волокут осадные орудия, тараны, катапульты... Можно дать красивые виды городов. Графику довести до максимума... Это я берусь с великим удовольствием!
Горецкий еще некоторое время ходил взад-вперед морщился, оглядывался по сторонам с беспомощным видом, но нет рядом грубого и бесцеремонного Костомара, что сразу режет, как оно есть, пришлось самому вздохнуть и сказать как можно мягче:
- Ребята, тогда давайте хотя бы не кроить историю. Ведь на самом деле не Киев собирал Русь! Город лежал в руинах после татаро-монголов. Страну в кулак собирала Москва. Вот и сделаем все, как было. Страшный разгром на Калке, сожженные города, тяжелая дань, вереницы пленных, а потом медленное возвышение Москвы... Все будет правильно! А потом можно дать волну реванша: московские войска бьют не только татаро-монгольские войска, но и идут в их осиные гнезда, уничтожают Крымское ханство, Казанское ханство, еще какое-нибудь...
Аверьян сказал с заблестевшими глазами:
- Ребята, а ведь у нас в самом деле крутая байма получается!
Понимаю, что это сумасшествие, но в офисе я посидел пару часов, а затем выскочил и, как безумный, снова погнал серебряночку обратно на кольцевую, за город, к особняку.
Боты обрадовавлись, Сергей предложил пива, а Гриць - кофе. Им хорошо, все секретные комнаты знаю, все трюки.
Я побродил малость по особняку, а перед концом рабочего дня ушел, проехал малость по дороге к шоссе, где ходит автобус, быстро свернул в лес. Уже месяц жадно и жалко высматриваю удобные подъезды, строю несбыточные планы... да какие планы, просто грезы, где даже в серебряночке я сижу огромный и красивый, весь в мускулах, а сама серебряночка как автомобиль Джемса Бонда, даже летает, если восхочу...
Через полчаса тревожного ожидания сердце мое затрепыхалось чаще. Автобус только что ушел, следующий только через полчаса. Вероника всегда выходит точно...
Из-за поворота показалась легкая девичья фигурка. Вероника шла спокойно, не подпрыгивала на одной ноге, не мотала сумочкой - очень взрослая юная леди. Солнечный зайчик от ее очков, чудом пробившись через густую листву, уколол меня в глаз. Я поспешно пригнулся, но Вероника не увидела, прошла мимо.
Я выждал пару минут, моя машина выкатила осторожно, почти крадучись. Вероника все замедляла шаг, подходя к остановке. Там нет даже павильона, только огромный столб с криво висящей проржавленной табличкой. Солнце искрилось в короткой прическе.
Я добавил газу, а когда Вероника начала медленно поворачивать голову, разом притормозил, словно только сейчас ее заметил, узнал, решил заговорить.
Мои дрожащие пальцы едва сумели распахнуть дверцу.
- Вероника! - воскликнул я, изображая удивление и неожиданную радость. - Вот уж не ожидал!. Садись, подброшу до города.
Она прошла еще пару шагов, прежде чем повернула голову, и еще три до того, как остановилась и повернулась к машине.
- Андрий? - спросила она тем нейтральным голосом, от которого у меня всегда падает пропасть сердце. - Ах да, у вас же теперь своя машина...
- Ах это, - ответил я легко. Меня подмывало выскочить, бегом обогнуть машину и распахнуть перед Вероникой дверцу, но страшился, что в нашем хамовитом мире это покажется лакейской угодливостью. - Это не моя машина...
Она села рядом, с некоторым любопытством осмотрелась.
- Странно, даже не пахнет женскими духами, - сказала она так же легко. - И вообще косметикой...
Машина рванулась с места и пошла, набирая скорость. Я панически старался поскорее уйти от места, где нас могли увидеть вместе.
- Да, конечно, - согласился я. - Но я пока что не пользуюсь ни тем, ни другим. Хотя это и модно, признаю.
Мы медленно догоняли большую приземистую машину-платформу, выкрашенную в ядовито желтый цвет, эвакуатор. На спине эвакуатора сидел, растопыря колеса, мерс. Казалось, маленький блестящий самец копулирует непомерно большую самку, а та, тупая, как корова, ползет, спокойная и равнодушная, в поисках еды, как обычно видим весной у всяких божьих коровок.
Я поспешно газанул, панически страшась, что это гадкое зрелище оскорбит ее целомудренную душу
На окружной меня обгоняли справа и слева, я невольно добавлял газу, хотя хотелось остановить мгновение, но страх закомплексованного человечка, что как бы не подумали, что трушу, что боюсь быстрой езды, что не умею!
Ветер свистел в чуть приокрытый люк. Оконное стекло я опускать не решался, еще простудится чудо, что рядом на сидении, а ветерок из люка всего лишь красиво шевелит ее волосы под короной. Я придерживал поводья одной рукой, справа и слева иногда обгоняют вассалы на добротных конях, сказочный мир несется навстречу, распахивается, сердце трепещет в радостном предчувствии...
Еще издали увидел далеко впереди на выезде с окружной сколление машин, бегающего гаишника, жезл вертится, как будто гаишник носится с игрушечным пропеллером...
Я сбавил скорость, нажал кнопку на сотовом и, пока там попискивало, набирая номер, развернулся и ушел по краю тротуара за сообразительным черным фордом. Вероника смотрела с интересом.
- Алло? - донеслось из коробочки.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [ 26 ] 27 28 29 30 31 32 33 34 35
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.