read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Через равные промежутки над стеной возвышаются массивные каменные башни. Из-под крыши холодно смотрят в сторону лагеря гигантские луки, их можно натянуть только впятером. Видны заготовленные камни, бочки со смолой, старые мельничные жернова. В узкой щели между толстой крышей и каменной оградой поблескивают доспехи воинов.
Лица воинов изможденные, суровые. Из пяти трое с повязками на головах, в лунном свете темнеют пятна крови, еще один сильно прихрамывает. Я услышал их тихие разговоры, но прислушиваться не стал, ночь коротка, поспешно полетел к главному замку.
Окна неплотно прикрыты ставнями. Я не стал пробовать втиснуться вовнутрь, завис, как наполненный газом баллон.
На троне крупный человек могучего сложения, что скрыто как под нездоровым мясом, так и под множеством пышных королевских одежд. Длинные волосы падают на плечи, но на голове золотом горит корона, а с плеч ниспадает горностаевая мантия; Перед ним мужчины в доспехах, двое держат шлемы в руках. Рыцари стараются держаться бесстрастно, но я видел, насколько все подавлены, измучены. Один из них, крупный грузный немолодой воин, голова перевязана окровавленным полотенцем, едва не упал, когда опускался на скамью, подвела раненая нога, а другой, опустившись в кресло, расплылся бесформенной тушей, хотя всю жизнь такие появляются на людях только с гордо выпрямленной спиной, а орлиным взглядом окидывают свысока всех и каждого.
- Тори вот-вот рухнет, - сказал король надтреснутым старческим голосом. - Там почти не осталось защитников. А натиск Тьмы усиливается с каждым днем.
- Там доблестный Роланд, - возразил воин с раненой ногой. - Он прославленный рыцарь и полководец...
- Никакой полководец не выиграет битву без армии, - сказал король. - Да и самый лучший рыцарь не может без сна и отдыха сражаться на стенах сутки напролет. Когда-то и его силы иссякнут... Уже иссякают.
Он помолчал, давая высказаться, но рыцари молчали. Лишь один из самых молодых и горячих вскинул голову, глаза сверкнули, он уже раскрыл было рот, у таких слова всегда опережают разум, но опомнился и стиснул в бессилии острые, как у щуки, челюсти. Кулаки сжались. Сидящий рядом могучий воин в жесте понимания и сочувствия накрыл его кулак огромной, как тарелка, ладонью.
Я видел по хмурым лицам, что короля понимают, но никто не решается сказать вслух, что он прав. Более того, могут даже возражать. И придется приказывать, заставлять, ломать сопротивление. Не сильное, ведь понимают, что он прав, но все же останется недовольство, а то и невидимые трещины в их монолитном братстве.
Молодой рыцарь все же вскочил. Его красивое лицо покраснело от стыда и гнева.
- Так нельзя! Жители... все жители окрестных деревень надеются на защиту наших мечей. Мы всегда служили им примером доблести! Они знают, что рыцарь - это не только сверкающий бездельник, что скачет по лесам в погоне за бедным оленем, но и человек, который с мечом в руке защищает от врагов земледельца! И если враг сильнее, то рыцарь обязан пасть на пороге дома землепашца, защищая его семью, а не бежать, как подлая крыса, зачуявшая...
За столом начал нарастать шум. Рыцарь с повязкой на голове одергивал, но кое-кто, напротив, поддерживал молодого, что понятно, я сколько раз видел, когда вот так открыто не решаются бросить в лицо своему шефу обвинения, но подзуживают какого-нибудь Ваню-правдолюбца. Другие спорили друг с другом, гул сильных мужских голосов наполнил зал.
Король хлопнул ладонью по подлокотнику. Шум начал смолкать. Я увидел, как все сразу подтянулись, на обращенных к королю лицах появились смирение и почтительность.
- Да, - сказал он жестко, - перед нами выбор: красиво и благородно пасть в этом замке или же отступить... и выиграть войну. Да, это покажется многим трусостью. Тем более что мы оставим в этом замке часть войска защищать эти стены. Наш Зорр все равно падет, с нами или без нас. Но если погибнем мы - умрет и надежда остановить нашествие сил Тьмы. Рыцарь с повязкой на голове сказал глухо:
- Как вы это представляете, ваше величество?
- Судьба сражения решается не здесь, - ответил король зло. - Вы сами это понимаете. Или нет? Нашествие Тьмы сдерживает только крепость Торн. Зорр - всего лишь столица, но основной удар Тьмы нацелен по Торну, самой мощной нашей цитадели. Именно там отчаянно нуждаются в любой помощи, ибо силы их тают. Но если они выстоят, это может быть переломом в войне. Впрочем, довольно разговоров! Доблестный сэр Гарольд Круглый Щит! На вас будет возложена самая тяжелая и неприятная миссия, которую я не решился бы никому доверить больше.
Я видел, как мрачнели лица рыцарей, а сэр Гарольд, тот самый, с повязкой и прихрамывающий, побелел, выпрямился и задержал дыхание, словно боролся с беспамятством.
- Ваше величество, - проговорил он наконец. - Неужели... неужели это все?
- Да, - отрезал король. - Вы разве не видите, сколько нас осталось? Здесь впервые нет на таком важном совете даже Беольдра, моего брата, ибо некому больше удерживать ворота! Мы уйдем под покровом ночи. Коням обмотать копыта тряпками, чтоб не звякнули, завязать морды, дабы ни одна лошадь не ржанула. Тайно, не ввязываясь в схватки, просочимся до леса. Там соберем всех, кто сумеет выбраться. Пусть нас наберется сотня или даже десяток! Но и это будет помощь защитникам Торна.
Долгое тягостное молчание нарушил молодой рыцарь:
- Ваше величество, тогда надо срочно послать вестника королю Арнольду. Он готовился послать нам помощь. Чтоб не угодили в западню.
Король кивнул.
- Доблестный Загфрид! Ты молод, но уже заглядываешь вперед. И даже заботишься о союзниках, что пристало только полководцу, которым тебе явно быть. Ты прав, это надо сделать немедля. Сэр Аспарун, распорядитесь! Немедленно гонца к нашему соседу, благородному королю Арнольду. А вы, сэр Гарольд, берите трубача. Я хочу, чтобы переговоры о сдаче начались немедленно.






Глава 30

Я неслышно последовал за рыцарем, что выехал из ворот крепости, как на собственные похороны. Сэр Гарольд повернул коня к лагерю, который ничем не отличался от других. Догадываясь, что именно там и находится глава похода король Карл, я ускорился, понесся по прямой, оставив сэра Гарольда далеко позади.
Костры освещали огромное пространство, да к тому же через равные промежутки в землю были вбиты столбы с закрепленными факелами. Перед самым большим шатром вкопан особо могучий столб, а перед ним я увидел прикованных толстыми железными цепями двух священников. Оба с непокрытыми головами, один с залитым кровью лицом, у второго пламенела широкая ссадина через щеку и сильно распух потемневший глаз. Длинные волосы отливали серебром, и они, и короткая бородка испачканы темной кровью.
Двое рыцарей шли мимо, один остановился, окинул пленников мутным взором, процедил:
- Тупые твари. Завтра утром вас сожгут живьем!
- На медленном огне, - добавил второй весело. Священники переглянулись. Один, который постарше, радостным голосом возблагодарил господа, а второй воскликнул нетерпеливо, с радостным блеском в глазах:
- Эх, как долго ждать! Почему не сейчас? Первый священник, который постарше, утешил его кроткими словами:
- Проведи время в молитве, сын мой. И время пробежит быстрее до сладостного мига.
Рыцари переглянулись. Один сплюнул им под ноги, второй сказал угрюмо:
- Они что, так шутят?
- Священники? - ответил второй. - Эти тупые твари разве знают, что такое юмор?
- Тогда... они сумасшедшие?
- Нет, - ответил рыцарь угрюмо. Вы, сэр Зибегаль, прибыли издалека, не знаете, что здесь происходит. Они надеются после их мученической смерти за веру стать святыми. Или хотя бы покровителями этих мест. Но вы заметили, что наш владыка велел их на рассвете сжечь, а не отрубить головы или повесить?
- А есть разница? Рыцарь засмеялся:
- Как сильно в вас невежество, сэр Зибегаль! Если сжечь, то не останется святых мощей. Вон как растащили скелеты первых апостолов, весь крест, на котором распяли пророка их веры, даже помост Голгофы растащили на щепки. Надо признаться, те реликвии в самом деле творят чудеса. Наши маги справляются не всегда, что прискорбно, и в отдельных случаях - только отдельных - вселяет уныние.
Рыцарь с невольным уважением оглянулся в сторону скованных монахов.
- Если сжечь, то реликвий для потомков не останется? Как все просто! Рыцарь кивнул.
- Да. Почти. Первый насторожился.
- А почему только почти?
- Без мощей их нельзя будет перевозить с места на место. Но зато, развеянные пеплом, они становятся покровителями этих земель. Я, если честно, даже не знаю, что лучше. Вернее, что хуже.
Со стороны входа в лагерь послышался призывный рев трубы. В ответ с замедлением прозвучал такой же протяжный медный звук, долгий и что-то объясняющий на своем трубном языке. Рыцари повернулись, слушали. Первый сказал обрадованно.
- Парламентер!
- Надеюсь, наконец-то эти фанатики сдадутся...
Оба заторопились, исчезли. Я поднялся выше. В лагере поднялась суматоха. Офицеры криками и руганью восстановили порядок, из шатров с достоинством начали выходить рыцари. Некоторые с кубками в руках, кто-то держал огромный кусок и продолжал жевать, переговаривались с ленивым интересом, но после второго зова трубы вытерли масляные ладони об одежду и волосы, начали выстраиваться в линию.
Сэр Гарольд ехал с вынужденной неторопливостью, но я чувствовал, как ему хочется поскорее миновать этот унизительный коридор, где стены - из выкрикивающих насмешки и оскорбления врагов. К тому же его явно угнетала необходимость в повязке. Я видел, как еще перед выездом из ворот он пробовал снять ее, чтобы надеть шлем, но кровь потекла сразу, обильно. Пришлось поверх тряпицы надеть шапку попросторнее, он явно не хотел, чтобы враг злорадствовал, глядя на пятна крови, нанесенные его оружием.
Из шатра вынесли и поставили на ярко освещенное место дорогое кресло с высокой резной спинкой. Сэр Гарольд остановился перед креслом, молча ждал. Черные рыцари злобно хохотали, бросали ядовитые реплики. Кто-то швырнул огрызком яблока.
Из шатра вышел неторопливо тучный человек в позолоченных доспехах. Роскошный шлем с пышным плюмажем он держал на локте согнутой руки. Обрюзгшее лицо было преисполнено самодовольства. У него, как и у Ланзерота, был вид человека, рожденного повелевать, приказывать и двигать целыми армиями.
- А, сэр Гарольд, - сказал он громко. - Давненько мы не виделись! Пожалуй, с битвы при Винглянде? Или с Кадунского поля? Оба раза я так и не смог вас догнать.
Костяшки пальцев сэра Гарольда побелели. Толстяк это заметил, молча сел в кресло, сказал уже официальным тоном:
- Итак, я, король Горланда, Гиксии и ряда других земель, перечислять долго, по имени Карл Завоеватель, готов выслушать вас, сэр Гарольд. Если не ошибаюсь, Круглый Щит? Как-нибудь расскажете на досуге, почему такое нелепое прозвище приличествующее разве что дикому степняку. Итак, с чем прибыли?
Сэр Гарольд открыл и закрыл рот. Побагровел, я видел, как ему трудно выдавить слово, горячо сочувствовал, а толстую сволочь в кресле готов был размазать по всему лагерю. Карл откинулся на спинку кресла, развалился, руки удобно разложил на подлокотниках, пальцами поглаживает завитушки из меди. За его спиной торжествующие рыцари, весь цвет его армии. Они пожирали Гарольда глазами, перебрасывались язвительными шуточками, но так, чтобы он все слышал.
- Да, - сказал, наконец, сэр Гарольд мертвым голосом, - у меня послание...
Человек в кресле сказал резко:
- Да знаю я, что у вас за послание! Разве не предрек великий Кроган, что я, Карл Завоеватель, въеду в вашу крепость на белом коне? И за мной будут мои отборные войска? Так что же вы противитесь неизбежному?
Сэр Гарольд уронил голову. Я видел по его изменившемуся лицу, что этот Кроган, какой-то великий прорицатель, не давал ложных предсказаний. Похоже, они сбывались всегда. Это предсказание тоже было явно известно всем. И в Зорре - тоже. Так что, еще начиная оборонять город, король Зорра уже мучился, что делает бесполезное дело. Город будет взят... И только верность своему народу заставляла защищать королевство, а верность вассалов помогала продержаться так долго. В любом случае, они отвлекли немалую часть сил на осаду города. Торну будет легче...
- Вы противились нашей воле, - сказал Карл, - чересчур долго. Вы это знаете?
- Мы защищаем свою землю, - ответил сэр Гарольд, - но сейчас мы не в состоянии продолжать сражения. Вы хотите эту крепость? Мы готовы сдать...
Карл возразил:
- Дорогой сэр Гарольд, мы и без вашей готовности берем и крепость, и земли, и всех живущих на ней!
Сэр Гарольд переступил с ноги на ногу, я видел, как он страшно побледнел, а глаза на миг стали невидящими, потом он заговорил деревянным, неживым голосом:
- Вот об этом и речь. Мы готовы сдать крепость на условиях, что всем можно будет разойтись по домам. Как горожанам, так и солдатам.
Рыцари грозно зашумели, кто-то бросил угрожающе, что старый вояка не в том положении, чтобы выдвигать условия, но король Карл властно поднял руку. Голоса смолкли.
- Я разумный человек, - сказал он. - А ваше предложение - та же капитуляция. Только выраженная в других словах. Какая разница, сделаем мы это по требованию сэра Гарольда или по своему желанию? Мы все равно не собирались казнить или как-то иначе наказывать жителей. Да и воинов тоже. Нам нужен этот город живой, а не в руинах. Хорошо, сэр Гарольд! Мы принимаем ваше условие. Все, кто сложит оружие, могут разойтись по домам. Пусть все сразу же начинают заниматься своим делом: булочники - печь булки, сапожники - тачать сапоги. Мы не хотим, чтобы в нашем городе, а теперь это наш город, начался голод. Вы удовлетворены?
Я заметил одну странность: король Карл ни разу не сказал: "Я". Для меня естественно, если бы он говорил:
"Я не собирался казнить...", "Мне нужен этот город...", "...сделаю я...", но он везде говорит "мы". Какая-то форма военной демократии?
Сэр Гарольд самую малость наклонил голову. Я видел, что не от высокомерия, просто боится потерять сознание.
- Удовлетворен.
- Сколько вам потребуется времени?
Сэр Гарольд покачнулся, приложил ладонь к виску.
- Сутки, - выдавил он хриплым голосом.
- Почему так долго?
- Надо оповестить всех. Я не хочу, чтобы кто-то встретил вас с мечом в руке лишь потому, что не услыхал о сдаче.
Рыцари зашумели, похваляясь, что погонят это быдло мечами, не вынимая их из ножен. Карл снова вскинул ладонь, прерывая похвальбу.
- Да будет так, - сказал он властно. - Со следующим восходом солнца ворота должны быть открыты.
Сэр Гарольд поклонился, отступил на шаг, повернулся и пошел к выходу из лагеря, где пришлось оставить коня и оружие. Похоже, он понимал, что последнее слово правильнее оставить за Карлом, который присвоил себе чересчур громкий титул Завоевателя. Мелкие люди всегда чувствуют свое превосходство, если последнее слово за ними.
Я хотел было сразу же взмыть повыше и лететь обратно к своим, но насторожила улыбочка Карла, которой он обменялся с двумя рыцарями. За сэром Гарольдом пошла хохочущая толпа, но вреда причинить не посмеют, слишком уж жаждут получить наконец-то гордый Зорр. Карл поднялся, поманил тех рыцарей, и все трое вошли в шатер.
Поколебавшись, я попробовал проникнуть в щель, но мое призрачное тело не в состоянии проскользнуть в замочную скважину. Остался слушать, но, к счастью, полог резко распахнулся, высунулся один из вельмож, крикнул резко:
- Сэр Вагант! Проследите, чтобы никто не приближался к шатру.
Он опустил ткань, но я был уже внутри шатра. На миг почудилось, что попал в музей драгоценностей и редких вещей. От множества свечей воздух теплый и приторный, с привкусом мертвечины. Карл быстро прохаживается взад-вперед, обрюзгшее лицо горит нездоровым румянцем. Двое рыцарей стоят в почтительных и одновременно вольных позах, следят за королем одними глазами, не поворачивая голов.
Здесь, в шатре, король от надменного и неторопливого божка перетек в гибкого, хищного зверя, победно вскинул к куполу стиснутые кулаки. На лице его расплылась свирепая радость. Низкорослый рыцарь в пышном бархатном костюме с достоинством поклонился.
- Ваше величество, осмелюсь спросить...
- Спрашивай, - сказал Карл быстрым резким голосом.
- А как... поступим на самом деле?
- Как поступать надо, - ответил король свирепо, - так и поступим! Мы живем, руководствуясь разумом. Пришло новое время! И новые методы войны. Мы хотим мира, а для этого надо, чтобы никто не смел даже помыслить о восстании, сопротивлении! В этом городе не должно остаться ни одного живого человека. Даже собак и кошек - всех-всех! В наших деревнях достаточно плодится народу, чтобы заселить и этот город. Но страшная слава облетит всех. И враги, и союзники будут знать, что ждет тех, кто дерзнет противиться нашей воле.
Рыцарь поклонился еще угодливее.
- На войне как на войне, ваше величество. Король остановился так внезапно, словно ударился о твердое силовое поле. Несмотря на тучность, он был преисполнен дикой первобытной силы, но голос оставался холодным и деловитым.
- Подумайте над тем, как это сделать. Если перебить их прямо в домах, то задохнемся среди гниющих. трупов. Вся наша армия только и будет делать, что копать ямы и бросать туда убитых, а я знаю, как начинаются болезни, что уносят армии молодых сильных воинов, а вдобавок опустошают целые королевства!
Он был на выходе, когда рыцари уже заговорили наперебой, предлагая то вывести всех за город на праздник примирения и отравить разом, то напоить сонным зельем и сварить из них мыло - из такого количества народа хватит на торговлю с соседним Мордантом...
Жестокая улыбка тронула губы Карла. Не так уж и много надо, чтобы даже те, кто недавно так цеплялся за рыцарские ценности, сейчас говорили как потерявшие всякую честь разбойники.
Я ощутил тень недовольства, что несколько меня удивило. Ведь Карл в самом деле говорит правильно. Войну надлежит выигрывать с наименьшими потерями. А если население этого города вырезать, то другие могут сдаться без сопротивления. Сохранив как свои жизни, так и жизни солдат Карла. Так бомбардировка Хиросимы спасла не только жизни американских солдат, но и жизни японцев, которые еще долго могли бы драться до последнего японского солдата.
И все же я заставил себя взмыть вверх почти с закрытыми глазами, там есть щель, и со стиснутыми челюстями понесся обратно. Уже когда огоньки лагеря остались позади, открыл глаза, увидел, что взял немного левее, выровнял линию полета и дальше несся, как ракета, не отклоняясь от курса.
На востоке заалела розовая полоска. Сейчас Лан-зерот уже будит Рудольфа и Асмера, Бернард встал наверняка раньше... Только бы не дал разбудить меня, они же знают, чем я могу заниматься, только бы не дал разбудить...
Я ощутил неладное. Ветер свистел, кожу обжигало, словно морозом. Только бы не проснулся и сам, подумал отчаянно, только бы...
Сквозь мир ночи, звездного неба начало медленно проступать багровое пятно. Я не сразу сообразил, что это свет догорающего костра, я лежу лицом к багровым углям, это он светит сквозь опущенные веки, поспешно постарался прогнать это зловещее видение, сосредоточился на ночи, звездном небе и летел так в страшной чудовищной раздвоенности: я лечу свободно, быстрее любой птицы, и в то же время лежу, как бревно, перед костром, ноги подогнул, в спину дует холодом, только бы продержаться еще чуть и не открыть глаза...
На темной земле проступила багровая точка. Я метнулся к ней, как сокол - сапсан, как пикирующий бомбардировщик. В мозг внезапно ударила паника: а вдруг это чужой костер, я едва не замедлил падение, но затем в сером рассвете углядел светлый верх повозки, спины волов, заложил вираж, чтобы не протаранить, с размаха влетел в тело, что уже двигалось, пыталось натянуть на голову одеяло, поджимало колени вовсе к груди...
Удар был таков, что я подпрыгнул, зубы лязгнули. Огляделся дико. Бернард стоял надо мной с тревогой на лице. Спросил быстро:
- Дик? Дик? Ты кричал. Дик.
Они все стояли надо мной, даже Ланзерот приподнялся с пня и, увидев мой еще мутный взгляд, сел обратно и начал тряпкой вытирать рукоять меча. Тут же отшвырнул, стал водить по лезвию точильным камнем. Меня передернуло от скрежещущих звуков. Чтобы погубить меня в полете над вражеским лагерем, ему достаточно было один раз вот так по лезвию камешком...
- Ну что? - спросил Бернард жадно. Я приподнялся на локте. Все тело трясется, голова дергается, как у контуженого. Асмер сорвал с пояса флягу, я поперхнулся крепким вином. Принцесса тотчас отодвинулась, благовоспитанно села в сторонке, но я все равно чувствовал аромат ее волос, запах ее тела.
- Я видел, - вырвалось у меня. - Я видел... очень много! Засада на перевале... Отряды, что рыщут всюду, ищут нас... Волчья стая, что идет по нашему следу, не обращая внимания на стада оленей по дороге... Странные монстры... Но, хуже всего, я побывал в вашем Зорре!
- Почему хуже? - спросил Бернард быстро.
- Как там? - вырвалось у Рудольфа.
- Отец жив? - спросила принцесса жадно. Голос Ланзерота прорезал их голоса, как железо режет тонкую кисею:
- Что с обороной?
- Отец жив, - ответил я, обращаясь к принцессе. - Здоров, насколько могу судить... Но оборона... Они в отчаянии. Уже не могут держаться... Только что сэр Гарольд, выполняя приказ короля, говорил с Карлом о сдаче крепости. Договорились, что ворота откроют через двадцать четыре часа.
Бернард с силой ударил кулаком по камню. Ланзе-рот молчал, только костяшки пальцев на рукояти меча побелели да лицо заострилось. Рудольф тихо, с отчаянием ругался, Асмер скривился, принцесса беззвучно плакала.
- Отец... бедный мой отец...
- Они надеются выйти из крепости тайными тропами, - сказал я. - Говорят, есть шансы.
- А потом?
- Будут пробираться в Торн. Там еще сражаются. Говорят, та крепость выдержит долгую осаду.
Асмер быстро посмотрел на остальных, спросил неожиданно:
- Что говорят о святых мощах?
Я не понял, почему взгляды всех стали вдруг настороженными, колючими. Только принцесса посмотрела смущенно, даже как будто виновато, и отвела взгляд В сторону.
- О мощах не слышал, - признался я. - А что, должны были говорить?
- Нет-нет, - сказал Асмер поспешно. - Это я так. Подумал, ждут ли еще или уже забыли, что нас послали.
Он говорил чересчур быстро, у меня снова осталось ощущение, что он врет. Да и остальные продолжают скрывать нечто важное.
Ланзерот произнес серебряным голосом:
- Подробнее о засаде на перевале.
- Человек пятьдесят, - сообщил я. Рудольф фыркнул:
- Всего-то?
Остальные выглядели очень серьезными.
- Двадцать из них с длинными луками, - объяснил я. - Не знаю, как стреляют, но вид у них... страшноватый. Древко черное, блестящее, толщиной в руку. Я видел, как один натянул тетиву... Толщиной с палец!
А стрелы такие, что даже не знаю... То, что на мне, прошибут насквозь, а чего стоят ваши, вы знаете лучше. Бернард сказал трезво:
- Стрела, пущенная из черного лука, пробивает любые доспехи. Если не соскользнет. Доспехи делают выпуклыми вовсе не для красоты. Но если в тебя выстрелят пятеро, то хоть одна найдет местечко. Нет, напролом переть глупо.
- А как не напролом?
- Надо искать. Ланзерот покачал головой.
- Ты еще не понял? У нас всего двадцать четыре часа. Даже меньше.
Я даже не сообразил, о чем он, все остальные смотрели на него с изумлением. Рудольф сказал осторожно:
- Ты хочешь сказать...
Ланзерот указал глазами на меня, Рудольф тут же запнулся, умолк. Бернард прогудел:
- Сэр Ланзерот сказал, что мы вправе сделать рывок. Получилось или нет, но теперь... да, теперь мы можем.
Остальные переглядывались, их мрачные лица светлели. Отчаяние не ушло из глаз, но какой-то малостью они подбодрились, чего я не понимал. Но то, что от меня что-то скрывают, скрывают очень серьезно.
Ланзерот сказал решительно:
- Все, запрягайте. Пойдем через Восточный перевал.
Бернард нахмурился.
- Там дорога ой-ой... Волы могут не пройти. Даже если все бросим оружие и ухватимся за колеса.
Мне показалось, что Ланзерот подает Бернарду какой-то знак то ли бровью, то ли глазами, но Бернард не реагировал, остальные угрюмо молчали. Ланзерот наконец сказал с неудовольствием:
- Не понимаете? Именно потому там и не поставят заслон.
- Дик сообщил, что там заслон есть, - возразил Рудольф.
- Разве то заслон? - бросил Ланзерот резко и с таким презрением, словно это относилось ко мне. - Там заслон так просто, на всякий случай. У них людей девать некуда, вот и поставили. Мы их собьем легко. Может быть, удастся даже без шума, и тогда вкатим повозку уже без драк. Ведь это последние заслоны?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 [ 27 ] 28 29 30 31 32
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.