read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Они выиграли свою битву за жизнь, думал он. Теперь их ждут дом,
родительская ласка и забота, а затем школа и потом уже еще более
жестокая борьба за свое место под солнцем. Они познают все - радость
успеха, горечь поражений. Но пока первый свой бой они выиграли - они
живут.
А вот этим, по другую сторону коридора, упрятанным в инкубаторы, не
повезло с самого начала. Им предстоит еще нелегкая борьба за жизнь. И
доктор Дорнбергер, пройдя мимо общих палат, направился в палату особых
случаев. Осмотрев последнего, самого слабенького и крохотного, младенца
Александера, он сокрушенно покачал головой и методично, как всегда,
написал на карте все необходимые назначения.

***
В то время как доктор Дорнбергер покидал палату через одну дверь,
сестра Уайлдинг уже вводила Джона Александера через другую.
Как и все, кто входил в палату слабых и недоношенных младенцев, они
облачились в стерильные халаты и закрыли лица марлевыми повязками, хотя
посетителей от младенцев отделяла перегородка из толстого стекла. Сестра
Уайлдинг постучалась в нее, чтобы привлечь внимание дежурной сестры.
- Покажите младенца Александера! - громко крикнула она, чтобы та ее
услышала. Сестра кивнула и прошлась по рядам инкубаторов, а затем
остановилась и указала на один, слегка повернув его, так чтобы Джону
было лучше видно.
- Боже мой! - Этот похожий на тихий стон возглас сорвался с губ
Александера совершенно непроизвольно, хотя он готовил себя к самому
худшему.
- Да, он очень маленький, - сочувственно произнесла сестра Уайлдинг.
- Но я.., я никогда не представлял, что могут быть такие, -
растерянно проговорил Джон, глядя на младенца. Он лежал неподвижно, с
закрытыми глазами, и лишь еле заметное колебание крохотной грудки
свидетельствовало о том, что он дышит. Он был таким маленьким,
беззащитным и жалким, его сын.
Дежурная сестра, увидев замешательство и растерянность Джона, подойдя
поближе, стала профессионально объяснять режим ухода, температуру
инкубатора и другие подробности.
- Да, да, понимаю, - пробормотал Джон, не отрывая глаз от крохотного
тельца. - Он будет жить? - наконец, собравшись с силами, спросил он. - У
вас бывали такие случаи?
- Бывали, - серьезно, с сознанием ответственности ответила сестра.
Она была совсем юной, небольшого роста, с рыжими волосами, но в ней уже
чувствовалась профессиональная уверенность. - И многие из них выживали,
если боролись за жизнь.
- А этот.., он борется?
- Еще рано делать выводы, - уклончиво ответила сестра. - Но борьба
будет для него нелегкой, - добавила она.
Джон еще раз посмотрел на крохотное личико, тщедушное тельце и вдруг
остро осознал, что это частица его самого, его плоть, это его сын, и ему
захотелось крикнуть ему: "Ты не один, сынок, я пришел к тебе, я здесь!
Вот мои руки, вот весь я сам. Возьми мои силы, мою кровь, мое дыхание,
но только борись, только выживи. Я твой отец, и я люблю тебя!"
Джон почувствовал на своем рукаве пальцы сестры Уайлдинг.
- Пойдемте.
Он покорно кивнул и, бросив еще один прощальный взгляд на младенца,
дал себя увести.

***
Люси Грэйнджер постучалась и вошла. Доктор Пирсон сидел за своим
столом, углубившись в бумаги, а в дальнем углу доктор Коулмен
проглядывал папку с историями болезни. Как только Люси вошла, он
обернулся.
- Я принесла рентгеновские снимки, - сказала Люси.
- Ну и что в них нового? - живо спросил Пирсон, отодвигая какие-то
бумаги и освободив место на столе.
- Боюсь, почти ничего. - Люси подошла к негатоскопу, висевшему на
стене. Пирсон вышел из-за стола, и Коулмен быстро включил негатоскоп.
Все трое принялись просматривать снимки, сравнивая обе пары. Люси
указала место, на которое обратил ее внимание доктор Белл, и высказала
свои соображения.
Доктор Пирсон задумчиво потер подбородок и, посмотрев на Коулмена,
сказал:
- Боюсь, ваша идея не дала результатов.
- Видимо, нет, - уклончиво ответил Коулмен. Он не забывал, что мнения
его и доктора Пирсона относительно диагноза разошлись. Он ждал, что
старший врач скажет дальше.
- Но я считаю, что мы поступили правильно. - В голосе Пирсона были
знакомые ворчливые нотки, но Коулмену показалось, что он просто хочет
выиграть время, прежде чем вынести окончательное решение. "Старик все
еще не уверен полностью в своей правоте", - подумал Коулмен.
- Итак, рентгенологи тоже спасовали, - ехидно заметил Пирсон,
повернувшись к Люси.
- Да, - ответила она ровным голосом.
- Значит, решать должны патологоанатомы?
- Да, Джо. - Голос Люси прозвучал совсем тихо. На мгновение
воцарилось молчание. Наконец старый патологоанатом произнес:
- Вот вам мое мнение, Люси. У вашей пациентки злокачественная
опухоль. Костная саркома.
Люси, выдержав его взгляд, спросила:
- Это окончательный диагноз?
- Да. - Теперь в голосе Пирсона не было и тени сомнения. - Я опасался
этого уже в самом начале. Я думал, снимки дополнительно подтвердят это.
- Хорошо, - кивнула головой Люси. Мысленно она уже обдумывала, что ей
следует делать.
- Когда операция? - спросил Пирсон.
- Завтра утром. - Люси собрала снимки и направилась к дверям. - Надо
предупредить больную. Это будет нелегко.
Когда за ней закрылась дверь, Пирсон с неожиданной галантностью
обратился к Коулмену:
- Кому-то надо было решать, не так ли. Я не спрашивал вашего мнения,
коллега, ибо не хотел, чтобы Люси знала о том, что у вас сомнения. Ей
пришлось бы сказать родителям, а в таких случаях все они требуют
отсрочки, выяснения. Я их понимаю. - Он вздохнул. - потом, как опасно
ждать в таких случаях, мне не надо вам говорить.
Коулмен все понимал. Он не в обиде на старика. Кто-то действительно
должен взять на себя ответственность. И все же он не был полностью
уверен в необходимости ампутации. Только последующее лабораторное
исследование покажет, кто из них прав. Но будет уже поздно. Пациенту, в
сущности, будет все равно. Хирурги научились успешно ампутировать
конечности, но медицина еще не знает случаев их приживления.

***
Самолет приземлился в нью-йоркском аэропорту Ла-Гуардия в четыре часа
пополудни. О'Доннел, взяв такси, дал адрес отеля в Манхэттене и с
облегчением откинулся на спинку сиденья.
Последняя неделя выдалась особенно тяжелой. Готовясь к поездке в
Нью-Йорк, он спешил закончить все неотложные дела в больнице и провел
ряд операций, которые нельзя было откладывать до возвращения. Кроме
того, состоялось наконец заседание медперсонала, где обсуждался вопрос о
добровольных взносах в фонд больничного строительства. И хотя Гарри
Томаселли провел немалую работу, все прошло не так гладко, как хотелось
бы. Многие из врачей откровенно выражали недовольство, и это понятно. Но
О'Доннел не сомневался, что в итоге можно будет рассчитывать на их
поддержку.
Несмотря на все эти мысли, он не забывал смотреть в окно на знакомые
ломаные линии города, который словно двигался ему навстречу.
Он подумал, что каждый раз, когда он снова видит этот город, его
неприятно поражают его грязь, скученность и безобразие. Но через
день-другой все, что раздражало, становится знакомым и привычным и даже
удобным, как старый сюртук, в который приятно облачиться дома. Он
улыбнулся пришедшему на ум сравнению и пожурил себя за
сентиментальность. Он медик, а такие города - враги человека. Да и
сентиментальность не способствует прогрессу мысли.
Машина свернула на 59-ю улицу, затем на Седьмую и, минуя Центральный
парк, подкатила к отелю "Парк Шератон".
Поднявшись в номер, О'Доннел быстро привел себя в порядок после
дороги, сменил сорочку и бегло проглядел программу работы съезда
хирургов. Он заметил, что из всех докладов его могут интересовать,
пожалуй, только три: два по открытой хирургии сердца и один по пересадке
артерий. Первый из докладов начнется завтра в одиннадцать утра.
Следовательно, у него масса свободного времени. Он взглянул на часы.
Скоро семь, а в восемь у него встреча с Дениз. Он спустился в бар отеля.
Был час коктейлей, и бар был полон. О'Доннел заказал виски с содовой
и с любопытством окинул взглядом зал. Он подумал, какими, в сущности,
редкими бывают в Берлингтоне минуты, когда он не думает о больнице. А
как необходимо отрываться от рутины больничных дел и забот, чтобы не
потерять чувство перспективы, сознание того, что существуют и другой
мир, другие люди и интересы. Больница Трех Графств, по сути дела, стала
смыслом его жизни. Хорошо это или плохо, скажем, с профессиональной



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 [ 27 ] 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.