read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



вошли в купальню и вышли оттуда чистыми и белыми, как снег, но, увы, в то
же мгновение господь явил знамение свое и покарал их! Оскорбленные воды
господнего источника перестали бить из земли. Источник иссяк.
- Это еще милостиво, Сэнди, если вспомнить, как относятся в здешней
стране к такому преступлению.
- Возможно, но ведь они согрешили впервые; до этого греха они вели
безупречную жизнь, жили, как ангелы. Молитвы, плач, истязания плоти -
ничто не могло заставить источник бить снова. Даже крестные ходы, даже
курение ладана, даже свечи перед образом святой девы - ничего не помогало,
и вся страна дивилась божьей каре.
- Как странно, что даже в этой отрасли промышленности бывают финансовые
кризисы, во время которых цена акций падает до нуля и все останавливается.
Продолжай, Сэнди.
- Миновал один год и один день; и настоятель, смирившись, разрушил
купальню. И сразу же гнев господень утих, и воды снова обильно хлынули из
земли и текут по сей день.
- Значит, с тех пор никто уже ни разу в них не мылся?
- Тот, кто попробовал бы в них вымыться, был бы немедленно растерзан.
- И обитель с тех пор процветает?
- Слава о чуде разнеслась повсюду, из края в край. Монахи стали
стекаться туда со всех концов земли; они шли стаями, как рыбы; и монастырь
строил здание за зданием, рос и ширился, пока не принял всех пришедших в
свои объятия. Приходили и монахини; они основали отдельную обитель на
другом краю долины, они строили здание за зданием, и, наконец, вырос
обширный женский монастырь. Монахи и монахини жили дружно; объединив свои
труды, они совместно воздвигли превосходный приют для подкинутых младенцев
как раз на полпути между двумя монастырями.
- Ты хотела рассказать об отшельниках, Сэнди.
- Отшельники стекались туда со всех концов земли. Отшельник процветает
там, где бывает много паломников. В Долине Святости отшельники самые
различные. Если кому-нибудь нужен отшельник совсем небывалый, какие
встречаются только в далеких странах, пусть он пошарит в ямах, пещерах и
болотах Долины Святости, - там он найдет то, что ему надо.
Я поехал рядом с круглолицым веселым толстяком, надеясь разговориться с
ним и узнать от него какие-нибудь подробности. Но едва я с ним
познакомился, как он, к моему ужасу, принялся весьма неумело, но с
необыкновенным оживлением рассказывать мне тот самый старый анекдот,
который мне рассказал сэр Дайнадэн в день, когда сэр Саграмор поссорился
со мной и вызвал меня на поединок. Я извинялся и отъехал назад, в самый
хвост шествия. Мне было грустно, мне хотелось уйти из этой жизни, полной
тревог, из этой юдоли слез, положить конец этому беспокойному краткому
существованию, омраченному тучами и бурями, утомительной борьбой и
постоянными поражениями; и все же я страшился смерти - при мысли о том,
как длинна вечность и сколько уже ушло в нее людей, знавших этот анекдот.
Вскоре после полудня мы нагнали другое шествие паломников; но там ни
среди старых, ни среди молодых не слышно было ни шуток, ни смеха, не видно
было ни забавных выходок, ни веселых дурачеств. А между тем там были и
старые и молодые, седые старики и старухи, здоровые мужчины и женщины
средних лет, молодожены, мальчики и девочки и три грудных младенца. Даже
дети не улыбались; все эти люди, - а их было около пятидесяти, - шли
понурив головы, и на лицах их лежала печать безнадежности - след долгих,
тяжких испытаний и давнего знакомства с отчаяньем. Это были рабы. Их руки
и ноги были прикованы цепями к кожаным поясам; кроме того, все, за
исключением детей, были еще скованы общей цепью, которая шла от ошейника к
ошейнику, вынуждая несчастных идти вереницей на расстоянии шести футов
один от другого. За восемнадцать дней они прошли пешком триста миль,
питаясь скверно и скудно. По ночам они спали не снимая цепей, сбившись в
кучу, как свиньи. Их жалкие лохмотья нельзя было даже назвать одеждой.
Кожа на лодыжках у них была содрана кандалами, и в воспаленных ранах
копошились черви; босые ноги - изодраны в кровь, они все хромали. В начале
пути этих несчастных была целая сотня, но половину из них уже распродали
по дороге. Работорговец, гнавший их, ехал сбоку верхом, держа в руке плеть
с коротенькой ручкой и длинным тяжелым ремнем, конец которого был разделен
на множество узловатых ремешков. Этой плетью он хлестал по плечам,
заставляя выпрямляться тех, кто шатался от усталости и боли. Он не
разговаривал; плеть выражала его волю сильнее слов. Ни один из этих
несчастных не поднял даже глаз, когда мы поравнялись с ними; казалось, они
даже не заметили нашего присутствия. Они шли молча, но всякий раз, когда
сорок три человека одновременно поднимали ноги, цепь, тянувшаяся из одного
конца вереницы в другой, мрачно и страшно звенела. Облако пыли висело над
ними.
Пыль лежала толстым слоем на всех лицах. Такой слой пыли мы видим на
мебели в нежилых домах и пальцем пишем по нему свои праздные мысли. Я
вспомнил об этом, заметив на пыльных лицах молодых матерей, младенцы
которых были близки к смерти и свободе, письмена, начертанные их сердцами,
- такие заметные письмена, такие разборчивые! - следы слез. Одна из этих
молодых матерей была сама совсем еще девочка, и у меня заныло сердце,
когда и на ее лице я прочел эти письмена, ибо ее слезы были слезы ребенка,
который не должен знать никаких забот, а лишь наслаждаться утром жизни и,
конечно...
Она споткнулась, измученная усталостью, и на нее сразу же обрушилась
плеть, сорвав лоскут кожи с ее обнаженного плеча. Я содрогнулся так,
словно ударили не ее, а меня. Торговец остановил всех рабов и соскочил с
лошади. Он шумел и ругался, крича, что эта негодная девчонка измучила его
своей ленью, и так как сегодня последний день, что она находится под его
опекой, он хочет свести с ней счеты. Она упала на колени, протянула к нему
руки и, рыдая, в страхе умоляла его, но он не обратил на это внимания. Он
вырвал у нее из рук ребенка и приказал рабам-мужчинам, ближайшим соседям
по цепи, повалить ее на землю, обнажить и держать, а сам стал над нею и
исполосовал ей плетью всю спину; женщина жалобно плакала и билась. Один из
мужчин, державших ее, отвернулся, и за это проявление жалости был обруган
и избит.
Паломники стояли, смотрели и обсуждали со знанием дела, хорошо ли
торговец владеет плетью. Всю жизнь видя вокруг себя рабство, они так
очерствели, что не были способны взглянуть на это истязание с какой-нибудь
иной точки зрения. Вот до какого омертвения лучших человеческих чувств
доводит рабство, - ибо паломники были люди добросердечные и ни за что не
позволили бы этому человеку так обращаться с лошадью.
Мне хотелось остановить истязание и освободить рабов, но делать этого
не следовало. Не следовало слишком часто вмешиваться в чужие дела, чтобы
не прослыть человеком, нарушающим законы и попирающим права граждан. Я дал
себе слово, что, если буду жив и не потеряю власть, я казню рабство. Я
буду палачом рабства, - но надо стремиться к тому, чтобы стать его палачом
волею народа.
Возле дороги стояла кузница; землевладелец, уже купивший эту молодую
женщину в нескольких милях отсюда, поджидал здесь колонну рабов, чтобы
снять с нее кандалы. Ее расковали; покупатель поссорился с продавцом из-за
того, кто должен заплатить кузнецу. Едва с женщины сняли кандалы, она,
рыдая, кинулась в объятия того раба, который отвернулся, когда ее били. Он
прижал женщину к груди, осушил ее заплаканное лицо и лицо младенца
поцелуями и оросил слезами. Я начал догадываться и стал расспрашивать. Да,
я не ошибся: это муж и жена. Их растащили силой; женщину повели прочь, и
она рвалась, билась и кричала, как помешанная, до тех пор, пока поворот
дороги не скрыл ее из вида; но и потом еще долго до нас издалека
доносились ее рыдания. А как держал себя муж и отец, который никогда
больше не увидит своей жены и своего ребенка? У меня не хватило сил
смотреть на него, и я отвернулся; но я знал, что зрелище это никогда не
изгладится из моей памяти; оно и сейчас стоят у меня перед глазами, и
всякий раз, когда я вспоминаю его, сердце мое разрывается.
Мы провели ночь в деревенской гостинице. На следующее утро, выйдя на
крыльцо, я в сиянии зари увидел скачущего всадника и узнал в нем одного из
своих рыцарей - сэра Озану ле Кер-Арди. Он был специалистом по мужской
галантерее, в частности занимался распространением цилиндров. Рыцарь весь
был закован в сталь, и доспехи у него были по тем временам превосходные,
только на голове вместо шлема он носил лоснящийся цилиндр - забавнейшее
сочетание на свете. Мой тайный замысел был именно таков: ослабить
рыцарство, сделав его смешным и нелепым. На седле сэра Озаны висели
кожаные шляпные коробки, и каждый раз, побеждая какого-нибудь
странствующего рыцаря, он приказывал ему поступить ко мне на службу и
напяливал ему на голову цилиндр. Я оделся и побежал навстречу сэру Озане,
чтобы приветствовать его и узнать у него новости.
- Как торговля? - спросил я.
- Осталось только четыре коробки; а когда я выезжал из Камелота, у меня
их было шестнадцать.
- Вы совершили славные подвиги, сэр Озана. Где вы сейчас странствовали?
- Я только что из Долины Святости, сэр.
- Я сам еду туда. Ну, как монахи? Есть там что-нибудь новенькое?
- Ох, и не спрашивайте!.. Эй, мальчишка, прими коня, накорми его
хорошенько, если тебе дорога твоя башка; веди его в конюшню и делай, что
тебе ведено... Сэр, я привез печальные вести... А, здесь паломники!
Слушайте меня, добрые люди! Вести мои повергнут вас в печаль, ибо вы не
найдете того, что ищете, и поиски ваши будут тщетны, - пусть я умру, если
солгу. Случилось то, чего не случалось уже двести лет; но несчастье,
двести лет назад волею всевышнего справедливо постигшее святую долину,
было вызвано явными и всем понятными причинами, а теперь...
- Чудодейственный источник иссяк! - вырвался крик из двадцати глоток
разом.
- Вы сами сказали, добрые люди, то, что я собирался вам сказать.
- Кто-нибудь опять выкупался?
- Некоторые так и думают, но большинство этому не верит. Полагают, что



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [ 28 ] 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.