read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Обычно людям так не мерещится.
Павла обернулась- красные сухие глаза уставились на собеседника
требовательно и зло:
- Я ненормальная! Свихнулась... все из-за... -она осеклась.
Кович промолчал; Павле сделалось стыдно. Такими упреками разбрасываются
либо в истерике, либо по скудоумию.
- Простите. Я не то хотела сказать.
Кович хмыкнул. Подошел к книжному шкафу, провел рукой по краю полки, с
отвращением посмотрел на приставшую к пальцам пыль:
- Я знаешь как чувствовал, что ты сегодня объявишься... Вот, приготовил
тебе "Первую ночь" Вечного Драматурга... Почитай, интересно... Только финал,
мягко говоря, дурацкий.
Книжка лежала поверх прочих - маленького формата, в темном переплете с
золотым тиснением. "В. Скрой. Пьесы".
- Спасибо, - сказала Павла механически. Кович уселся на подоконник. Как он
любит эту мальчишескую позу - немолодой, некрасивый, жесткий человек...
- У нас уже нет времени... посмотреть второй акт?- спросила Павла устало.
Вернее, не спросила даже. Констатировала.
- Ты любишь "Девочку и воронов", - пробормотал Кович, глядя в ночь. - Как
ты думаешь, я больше ничего стоящего не поставил?
- Ну почему же...
- Только не ври, - Кович обернулся, и Павла подумала, что вот так он
смотрит на своих актеров, пристально, будто змей на лягушонка.
- Я не вру, - сказала она безнадежно. - Вы профессиональный, сильный...
- Ты понимаешь, о чем я спросил. Я больше ничего стоящего... так ты
считаешь?!
По улице Кленов проехала машина. Вспыхнули и погасли белые фары.
- Да, - сказала Павла, сама поражаясь своей смелости. - Я думаю, ничего.
Кович молчал. "Сейчас он предложит мне убираться, - подумала Павла в ужасе.
- А я теперь боюсь темноты... Мне придется приставать к случайным прохожим,
опять вламываться на полицейский пост..."
-Но зато "Девочка...",- сказала она шепотом,- "Девочка и вороны"... ВЕЛИКИЙ
спектакль. Вы могли бы умереть на другой день после премьеры... И все равно вас
бы помнили... Долго. Очень долго.
- Жаль, что я не умер, - сказал Кович со смешком. - Ты не думай, Павла, что
так уж меня уязвила. Я сам все знаю.
Павла удивилась:
- Да?!
- Да, - Кович снова смотрел в темноту. -И у меня есть кое-что... Кое-какая
задумка. Чтобы оправдать свою жизнь... после премьеры "Девочки...". Ведь не
разводом же своим в конце концов мне кичиться?!
Снова зависло молчание; Павла смотрела, как поблескивает у нее на запястье
белый с узором, тусклый, старинного вида браслет.
...Они долго катались по кольцевой линии; сидели, забившись в дальний угол
дерматинового дивана, будто нет на свете ни ресторана "Ночь", ни кабинетов с
уютными креслами, будто они - два подростка, которым и целоваться-то негде,
кроме как в безлюдном подъезде. Павла говорила и говорила, а поскольку в вагоне
стоял грохот тоннеля, то ей приходилось склоняться к самому уху собеседника,
прижиматься к его плечу, ловить запах тонкого одеколона и тонкой замши...
- Павла...
Ее обнимали за плечи. Крепко, как-то судорожно. Будто тайком. Будто они
действительно - нашкодившие дети, и горе, если в вагон случайно заглянет
директор школы...
- Павла, не надо об этом думать. Было, не было... померещилось... Просто не
надо сейчас думать. На следующей станции выйдем и пойдем куда-нибудь, я
что-нибудь такое сочиню...
- Нет, еще остановку... Одну...
Мелькали станция за станцией; время свернулось в кольцо. Мир сжался,
полностью втиснувшись в стенки вагона; ничего не было, кроме круглых, будто
глаза, горящих плафонов, блестящих белых поручней с десятками уцепившихся рук...
Павлу укачало, но результатом была не обычная в таких случаях муторная слабость
- нет, на Павлу снизошло спокойствие, приятное головокружение, как от малой дозы
хорошего спиртного...
- Еще остановку... Одну...
А ведь когда-то она была такой застенчивой. Сидя в вагоне метро, на
дерматиновом диванчике, рядом с одноклассником, - да разве позволила бы хоть за
руку себя взять?! Люди же смотрят!..
Люди смотрели. Скорее, с интересом, нежели с осуждением; Павла не понимала,
что с ней творится.
- Эта депрессия... Эти дикие дни... Меня отпускает, Тритан. Меня только
сейчас отпускает...
- Павла, не надо об этом думать. Я виноват перед тобой - как же мне
загладить вину?!
Слова его скользили мимо ее сознания. Она слышала только интонации. Его
губы двигались, говорили... Губы...
"Легкомыслие", - щекотно сказал в ее голове шершавый голос рассудка.
"Легкомыслие, - подумала она, соглашаясь.- А что делать? Это всего лишь жизнь...
Не бросать же ее... бежать... мимо..."
Она устало закрыла глаза. Если люди хотят смотреть... пусть смотрят...
Нет, ну почему никогда раньше ей не приходила в голову эта счастливая мысль
- целоваться в метро?!
- Тритан...
Имя погибло, придавленное горячими губами; Павлу вынесли из вагона. На
руках; около самого выхода она высвободилась, испуганно вскинула глаза:
- Тритан, а это... хорошо?..
- Не знаю, - сказал он, не выпуская ее рук. - Не знаю, хорошо ли... Но
иначе не могу. А ты?
В ее ушах все еще пели тоннели; она вымученно улыбнулась:
- А у меня и так... вся жизнь... встала на уши... На поверхности светило
солнце, неяркое, прикрытое дымкой, будто абажуром; Тритан поймал первую
попавшуюся машину.
- Тритан, а почему вы... почему ты вчера не звонил?! Мне было...
- Прости. Я больше не оставлю тебя с твоими страхами... наедине.
- А я не уверена... может быта", я больше ничего и не испугаюсь...
Они высадились на маленькой, негородской, совершенно садовой улице; Павла
плохо помнила, сколько раз сворачивала кирпичная тропинка. Дом стоял в глубине,
в стороне от дороги.
- Тритан, может быть...
Он обнял ее снова. И попросту съел слова, готовые уже сорваться с ее губ.
...В такой момент нельзя быть в трезвой памяти.
Павла видела мир клочками, урывками; была маленькая комната с пятнами
солнца на полу, потом солнце исчезло, поглоченное темными Запахнувшимися
шторами. Был желтый цветок, чахнущий в вазоне, тянущийся лепестками за окно...
Были руки. Голос, блуждающий где-то на самых нижних ступеньках регистра;
слушая его, хотелось закрыть глаза и поплыть по течению. И Павла плыла.
Рядом с постелью горела высокая витая свечка. Ни страха, ни напряжения;
все, что происходит по воле Тритана, происходит легко и естественно. Ни о чем не
беспокоиться. Полностью предать себя в спокойные нежные руки, всепонимающие,
неторопливые. Раствориться в голосе, все, что мучило,- забыть... Хорошо ли
свершаемое, плохо ли- она подумает об этом после...
- Павла... Таких, как ты, нет больше. Нет нигде, ты совершенно
единственная, ты...
Из всей одежды на ней остался один только белый браслет. На мгновение она
ощутила нечто вроде неловкости; Тритан уловил ее смущение. Откуда-то явилось
большое легкое одеяло и поглотило голую Павлу, укрыло, как снег укрывает поля.
Павла вытянулась; постель едва ощутимо пахла одеколоном.
Ни о чем не думать. Полностью раствориться...
- Павла...
...Бесконечное зеленое пространство. Синие цветы сливаются с синим небом...
Несущиеся навстречу, навстречу, навстре... Будто падает самолет... Сейчас
рухнет, упадет в васильки, сейчас...
- Павла, никого, кроме тебя... не надо!!
Его низкий голос вдруг скакнул на две октавы вверх, сделался напряженным и
звонким, почти мальчишеским:
- Павла!!
Она так поразилась, что не почувствовала боли.
...Где-то на середине его рассказа она захотела отстраниться, но он не
позволил. Притянул к себе крепче, положил ладонь на лоб; его прикосновение, уже
в который раз, погасило лихорадочную дрожь. Или почти погасило.
- Мне как-то сложно, - она сдавленно усмехнулась,- сложно все-таки
поверить... В одном клянусь - я не опасна для общества.
Последняя фраза прозвучала ненатурально. С любой шуткой так: оборви с нее
иронию, и получится либо глупость, либо, того хуже, оскорбление...
Шторы, плотно задернутые, погружали комнату во мрак; толстая витая свеча
догорела почти до пня. Тритан искоса взглянул на язычок пламени- отразившись в
его глазах, огонек приобрел изумрудный оттенок.
- Мы имеем отрицательный опыт, Павла... К сожалению. Не вырывайся,
послушай...
Она бы не вырвалась, если бы и хотела; ей было все обиднее. Часа блаженной
дремы было недостаточно, чтобы собрать под одну крышу смятенные чувства. В ее
жизни произошло неслыханное событие, стоит ли теперь говорить... Пусть даже о
важном... Пусть даже о жизненно необходимом, но ведь хочется просто молчать...
- Павла, ну что ты... Иди ко мне. Я расскажу тебе... считай, что сказку.
Давным-давно...
Она покорилась. Положила голову на его плечо и закрыла глаза.
- Давным-давно... в одной провинции жил и работал хороший врач. Работал со
случаями так называемого антивиктимного поведения - когда некто, кому природа
отвела роль жертвы, с ролью этой не смиряется... Не на уровне сознания- на
уровне рефлексов. Добрый Доктор - а ему дали потом такую кличку - сумел
вычленить... Грубо говоря, он размножал "везучесть", состригая ее со



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [ 28 ] 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.