read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



процессий вместе со всем прочим. От этой выставки траурных тканей, цветов
и трепещущих огней шла во второй этаж, к будничной жизни, самая
обыкновенная лестница с потертой ковровой дорожкой. По ней спустился
Гюбер, очень корректный, внушительный, одетый во фрак. Он протянул мне
руку, что-то сказал. Голос его доносился до меня откуда-то издалека. Я
хотел ответить, но только беззвучно шевелил губами, голос не слушался.
Гюбер наклонился ко мне, лицо его стало огромным, и вдруг я провалился в
черную бездну. Мне потом говорили, что обморок мой длился минуты три, не
больше. Очнулся я в небольшой комнате, служившей приемной, когда я еще
занимался адвокатурой. В носу у меня щипало от нюхательных солей. Я
услышал голос Женевьевы: "Он приходит в себя..." Я открыл глаза, увидел
склоненные надо мною лица. Они стали совсем не такими, как обычно, - одни
были воспаленные, красные, другие зеленовато-бледные. Толстушка Янина
казалась ровесницей матери. Особенно изменилось от слез лицо Гюбера, стало
совсем некрасивым, но выражение его было трогательным, - как в детстве,
когда Иза брала плачущего сына к себе на колени и говорила: "Сыночек у
меня такой маленький, а горе у него большое, большое!.." Только у красавца
Фили, одетого во фрак, в котором он таскался по всем кабакам Парижа и
Берлина, было скучающее и равнодушное лицо, - таким он, верно, бывал,
когда отправлялся на какую-нибудь пирушку или возвращался с ночного
кутежа, пьяный и расхлябанный (он еще не успел завязать узел галстука).
Позади Фили теснились какие-то женщины под траурными вуалями, - я плохо
различал кто: вероятно, Олимпия с дочерьми. В полумраке блестели чьи-то
крахмальные манишки.
Дочь поднесла к моим губам стакан, я отпил из него несколько глотков.
Потом сказал, что мне лучше. Женевьева спросила, не хочу ли я лечь в
постель. Я сказал первое, что мне пришло в голову:
- Мне хочется проводить ее до могилы, ведь я же не мог проститься с
ней...
Как актер, пробующий найти верный тон, я повторил: "Ведь я не мог
проститься с ней... проститься с ней", и вдруг эти банальные слова,
сказанные лишь для приличия, лишь потому, что они соответствовали моей
роли ка похоронах жены, с нежданной могучей силой пробудили во мне то
самое чувство, которое они и должны были выразить; лишь тут я понял то,
что еще не доходило до моего сознания: больше я никогда не увижу Изы; не
будет меж нами объяснения, она не прочтет моей исповеди. Навеки все
останется таким, как было в Калезе, когда мы разговаривали в последний
раз. Теперь уж ничего не перестроить заново, не зажить по-другому; она
умерла, так и не узнав, что я был не только извергом и палачом, каким
казался, но что жил во мне и другой человек. Даже если б я приехал лишь в
последнюю минуту ее жизни, даже если бы мы не обменялись ни единым словом,
она увидела бы слезы, струящиеся по моим щекам, как струятся они сейчас, и
отошла бы, видя мою скорбь, мое отчаяние. А теперь вот только мои дети,
онемев от изумления, взирали на это зрелище. Вероятно, они за всю свою
жизнь ни разу не видели меня плачущим. Злобное и грозное старческое лицо,
лицо Медузы, чей взгляд никто не мог выдержать, вдруг преобразилось, стало
человеческим.
Я услышал, как кто-то сказал (кажется, Янина):
- Ах, если б вы не уезжали... Зачем вы уехали?
Да, зачем я уехал? Но разве я не успел бы вернуться? Успел бы, если б
они послали телеграммы не до востребования, а на улицу Бреа!.. Гюбер
неосторожно добавил:
- Уехали, не оставив адреса... Ведь мы не могли угадать...
И тогда мелькнувшая смутная мысль стала уверенностью. Ухватившись
обеими руками за подлокотники кресла, я приподнялся и крикнул Гюберу в
лицо:
- Лжешь!
Он забормотал:
- Папа, ты с ума сошел!
Я повторил:
- Да, вы все лжецы... Вы знали мой адрес. Погляди мне в глаза и посмей
сказать, что вы не знали адреса!
Гюбер вяло возразил:
- Откуда же нам было знать?
- А ты ни с кем не встречался, кто имел ко мне весьма тесное отношение?
Ну-ка, посмей эта отрицать! Посмей!
Все, окаменев, смотрели на меня. Гюбер мотал головой, как ребенок,
запутавшийся во лжи.
- Кстати сказать, недорого вы ему заплатили за предательство. Не
очень-то вы щедры, дети мои. Двенадцать тысяч франков ренты несчастному
малому за то, что он возвратил вам этакое состояние! Просто даром услужил.
Я захохотал, потом закашлялся. Дети мои не смели промолвить ни слова.
Фили пробормотал сквозь зубы: "Грязная история!.."
Я продолжал свои разоблачения, только понизил голос, заметив умоляющий
жест Гюбера:
- Из-за вас я не простился с ней. Вам был известен каждый мой шаг, но
вы прятались от меня. Ведь если б вы послали телеграмму на улицу Бреа, я
бы догадался, что меня предали. Ничто в мире не заставило бы вас сделать
это, даже мольбы умирающей матери. Конечно, вы скорбели душой, но шли
напролом...
Я выложил им все это, выложил и другие, более горькие истины. Гюбер
взмолился:
- Да заставь его замолчать, "Женевьева! Заставь его замолчать! -
бормотал он прерывающимся голосом. - Люди услышат!
Женевьева обняла меня за плечи, опять усадила в кресло.
- Не надо, отец... Сейчас не надо... Поговорим потом, когда будем
бодрее. А сейчас не надо. Заклинаю тебя именем матери... Ведь она еще тут,
лежит в гробу...
Гюбер, побледнев, приложил палец к губам: вошел распорядитель похорон
со списком тех важных особ, которые в процессии должны были идти у
катафалка. Я встал с кресла, сделал несколько шагов. Я пожелал идти один
и, пошатываясь, двинулся к двери. Стая домочадцев почтительно расступилась
передо мной. Я еле-еле добрался до той комнаты, где стоял гроб, и
опустился на колени. Тут подоспели Женевьева и Гюбер, подхватили меня под
руки и повели. Я подчинился им. Очень трудно было подниматься по лестнице.
Одна из монашек, стоявших у гроба, согласилась побыть у моей постели, пока
идут похороны. Перед уходом Гюбер, как будто меж нами ничего и не было,
спросил, хорошо ли он сделал, что внес в список почетных провожатых
старшину сословия адвокатов. Я отвернулся к окну, по которому барабанил
дождь, и не ответил.
Уже слышался топот ног. Наверное, весь город придет расписаться. С кем
только мы не связаны по линии Фондодежей! А по моей! Суд, адвокатура,
банки, весь деловой мир... Я испытывал блаженное состояние человека,
оправдавшегося перед судом, доказавшего свою невиновность. Я обличил своих
детей во лжи, они не посмели отрицать свою вину. Пока совершалась
церемония прощания и весь дом гудел, словно шел в нем какой-то странный
бал без музыки, я заставлял себя думать лишь о преступлении своих детей:
они, и только они, виноваты в том, что я не простился с Изой... Но сколько
я ни подхлестывал свою давнюю, застарелую ненависть, от этого у нее,
словно у запаленной лошади, не прибавлялось силы. То ли от чисто
физического ощущения отдыха, то ли от приятной мысли, что последнее слово
осталось за мной, не знаю отчего - но я как-то смягчился.
До меня уже не долетало гнусавое бормотанье священников, служивших
панихиду, затихли, удаляясь, скорбные песнопения, и, наконец, во всем
нашем большом доме воцарилась такая же глубокая тишина, как в Калезе. Все
его обитатели ушли провожать Изу. Она потянула за своим катафалком всех
детей, всю родню и всю челядь. В доме остались только я да монахиня, -
сидя у моего изголовья, она перебирала четки и дочитывала молитвы, начатые
у гроба покойницы.
В тишине я снова почувствовал скорбь вечной разлуки, непоправимой
утраты. Снова у меня болезненно сжалось сердце, ибо теперь все было
кончено - ничего мы с Изой друг другу больше не скажем. Я сидел в постели,
опираясь на подушки, чтобы легче было дышать, и обводил глазами комнату,
обставленную мебелью в стиле Людовика XIII, которую мы с Изой выбрали у
Бардье в день нашей помолвки, - все эти вещи долго стояли в спальне Изы,
пока не перешла к ней по наследству мебель матери. Вот эта кровать была
печальным ложем мужа и жены, в молчании таивших обиду друг против друга.
Возвратившись с кладбища, Гюбер и Женевьева зашли ко мне, другие
остались в коридоре. Я понял, что им очень уж непривычно видеть мое лицо,
залитое слезами. Они постояли у моего изголовья; брат представлял собою
странную фигуру: в утренние часы на нем фрак - вечерний туалет; а сестра -
словно башня, задрапированная черными тканями; только носовой платок
выделялся ярко-белым пятном, а из-под откинутой креповой вуали виднелось
круглое и помятое красное лицо. Горе со всех нас сорвало привычную личину,
и мы не узнавали друг друга.
Они справились, как я себя чувствую. Женевьева сказала:
- Почти все проводили до самого кладбища. Ее очень любили.
Я стал спрашивать, что было перед тем, как у Изы случился удар.
- Она все жаловалась на недомогание... может быть, у нее было
предчувствие, ведь накануне возвращения в город она весь день провела в
своей комнате, все что-то перебирала, сожгла в камине кучу писем... Мы
даже думали, что в трубе сажа загорелась...
Я прервал ее, мне пришла важная мысль:
- Как ты думаешь, Женевьева, мой отъезд мог тут сыграть роль?
Женевьева с удовлетворением ответила:
- Это, конечно, было для мамы ужасным огорчением.
- Но вы ей ничего не сказали? Вы не сообщили ей о том, что вам удалось
пронюхать?
Женевьева вопрошающе посмотрела на брата: можно ли показать, что она
поняла, о чем идет речь? Должно быть, у меня было дикое выражение лица, -



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 [ 29 ] 30 31 32 33 34 35 36 37
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.