read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



на бедную Елену, стоявшую перед ней в каком-то оцепенении с чашкой в руках.
С лестницы из-за спины багровой бабы выглядывало полурастрепанное,
набеленное и нарумяненное женское существо. Немного погодя отворилась дверь
с подвальной лестницы в нижний этаж, и на ступеньках ее показалась,
вероятно привлеченная криком, бедно одетая средних лет женщина,
благообразной и скромной наружности. Из полуотворенной же двери выглядывали
и другие жильцы нижнего этажа, дряхлый старик и девушка. Рослый и дюжий
мужик, вероятно дворник, стоял посреди двора, с метлой в руке, и лениво
посматривал на всю сцену.
- Ах ты, проклятая, ах ты, кровопивица, гнида ты эдакая! - визжала
баба, залпом выпуская из себя все накопившиеся ругательства, большею частию
без запятых и без точек, но с каким-то захлебыванием, - так-то ты за мое
попеченье воздаешь, лохматая! За огурцами только послали ее, а она уж и
улизнула! Сердце мое чувствовало, что улизнет, когда посылала. Ныло сердце
мое, ныло! Вчера ввечеру все вихры ей за это же оттаскала, а она и сегодня
бежать! Да куда тебе ходить, распутница, куда ходить! К кому ты ходишь,
идол проклятый, лупоглазая гадина, яд, к кому! Говори, гниль болотная, или
тут же тебя задушу!
И разъяренная баба бросилась на бедную девочку, но, увидав смотревшую
с крыльца женщину, жилицу нижнего этажа, вдруг остановилась и, обращаясь к
ней, завопила еще визгливее прежнего, размахивая руками, как будто беря ее
в свидетельницы чудовищного преступления ее бедной жертвы.
- Мать издохла у ней! Сами знаете, добрые люди: одна ведь осталась как
шиш на свете. Вижу у вас, бедных людей, на руках, самим есть нечего; дай,
думаю, хоть для Николая-то угодника потружусь, приму сироту. Приняла. Что ж
бы вы думали? Вот уж два месяца содержу; - кровь она у меня в эти два
месяца выпила, белое тело мое поела! Пиявка! Змей гремучий! Упорная сатана!
Молчит, хоть бей, хоть брось, все молчит; словно себе воды в рот наберет, -
все молчит! Сердце мое надрывает - молчит! Да за кого ты себя почитаешь,
фря ты эдакая, облизьяна зеленая? Да без меня ты бы на улице с голоду
померла. Ноги мои должна мыть да воду эту пить, изверг, черная ты шпага
французская. Околела бы без меня!
- Да что вы, Анна Трифоновна, так себя надсаждаете? Чем она вам опять
досадила? - почтительно спросила женщина, к которой обращалась разъяренная
мегера.
- Как чем, добрая ты женщина, как чем? Не хочу, чтоб против меня шли!
Не делай своего хорошего, а делай мое дурное, - вот я какова! Да она меня
чуть в гроб сегодня не уходила! За огурцами в лавочку ее послала, а она
через три часа воротилась! Сердце мое предчувствовало, когда посылала; ныло
оно, ныло; ныло-ныло! Где была? Куда ходила? Каких себе покровителей нашла?
Я ль ей не благодетельствовала! Да я ее поганке-матери четырнадцать
целковых долгу простила, на свой счет похоронила, чертенка ее на воспитание
взяла, милая ты женщина, знаешь, сама знаешь! Что ж, не вправе я над ней
после этого? Она бы чувствовала, а вместо чувствия она супротив идет! Я ей
счастья хотела. Я ее, поганку, в кисейных платьях водить хотела, в Гостином
ботинки купила, как паву нарядила, - душа у праздника! Что ж бы вы думали,
добрые люди! В два дня все платье изорвала, в кусочки изорвала да в
клочочки; да так и ходит, так и ходит! Да ведь что вы думаете, нарочно
изорвала, - не хочу лгать, сама подглядела; хочу, дескать, в затрапезном
ходить, не хочу в кисейном! Ну, отвела тогда душу над ней, исколотила ее,
так ведь я лекаря потом призывала, ему деньги платила. А ведь задавить
тебя, гнида ты эдакая, так только неделю молока не пить, - всего-то
наказанья за тебя только положено! За наказание полы мыть ее заставила; что
ж бы вы думали: моет! Моет, стерьва, моет! Горячит мое сердце, - моет! Ну,
думаю: бежит она от меня! Да только подумала, глядь - она и бежала вчера!
Сами слышали, добрые люди, как я вчера ее за это била, руки обколотила все
об нее, чулки, башмаки отняла - не уйдет на босу ногу, думаю; а она и
сегодня туда ж! Где была? Говори! Кому, семя крапивное, жаловалась, кому на
меня доносила? Говори, цыганка, маска привозная, говори!
И в исступлении она бросилась на обезумевшую от страха девочку,
вцепилась ей в волосы и грянула ее оземь. Чашка с огурцами полетела в
сторону и разбилась; это еще более усилило бешенство пьяной мегеры. Она
била свою жертву по лицу, по голове; но Елена упорно молчала, и ни одного
звука, ни одного крика, ни одной жалобы не проронила она, даже и под
побоями. Я бросился на двор, почти не помня себя от негодования, прямо к
пьяной бабе.
- Что вы делаете? как смеете вы так обращаться с бедной сиротой! -
вскричал я, хватая эту фурию за руку.
- Это что! Да ты кто такой? - завизжала она, бросив Елену и подпершись
руками в боки. - Вам что в моем доме угодно?
- То угодно, что вы безжалостная! - кричал я. - Как вы смеете так
тиранить бедного ребенка? Она не ваша; я сам слышал, что она только ваш
приемыш, бедная сирота...
- Господи Иисусе! - завопила фурия, - да ты кто таков навязался! Ты с
ней пришел, что ли? Да я сейчас к частному приставу! Да меня сам Андрон
Тимофеич как благородную почитает! Что она, к тебе, что ли, ходит? Кто
такой? В чужой дом буянить пришел. Караул!
И она бросилась на меня с кулаками. Но в эту минуту вдруг раздался
пронзительный, нечеловеческий крик. Я взглянул, - Елена, стоявшая как без
чувств, вдруг с страшным, неестественным криком ударилась оземь и билась в
страшных судорогах. Лицо ее исказилось. С ней был припадок пахучей болезни.
Растрепанная девка и женщина снизу подбежали, подняли ее и поспешно понесли
наверх.
- А хоть издохни, проклятая! - завизжала баба вслед за ней. - В месяц
уж третий припадок... Вон, маклак! - и она снова бросилась на меня.
- Чего, дворник, стоишь? За что жалованье получаешь?
- Пошел! Пошел! Хочешь, чтоб шею наградили, - лениво пробасил дворник,
как бы для одной только проформы. - Двоим любо, третий не суйся. Поклон, да
и вон!
Нечего делать, я вышел за ворота, убедившись, что выходка моя была
совершенно бесполезна. Но негодование кипело во мне.
Я стал на тротуаре против ворот и глядел в калитку. Только что я
вышел, баба бросилась наверх, а дворник, сделав свое дело, тоже куда-то
скрылся. Через минуту женщина, помогавшая снести Елену, сошла с крыльца,
спеша к себе вниз. Увидев меня, она остановилась и с любопытством на меня
поглядела. Ее доброе и смирное лицо ободрило меня. Я снова ступил на двор и
прямо подошел к ней.
- Позвольте спросить, - начал я, - что такое здесь эта девочка и что
делает с ней эта гадкая баба? Не думайте, пожалуйста, что я из простого
любопытства расспрашиваю. Эту девочку я встречал и по одному обстоятельству
очень ею интересуюсь.
- А коль интересуетесь, так вы бы лучше ее к себе взяли али место
какое ей нашли, чем ей тут пропадать, - проговорила как бы нехотя женщина,
делая движение уйти от меня.
- Но если вы меня не научите, что ж я сделаю? Говорю вам, я ничего не
знаю. Это, верно, сама Бубнова, хозяйка дома?
- Сама хозяйка.
- Так как же девочка-то к ней попала? У ней здесь мать умерла?
- А так и попала... Не наше дело. - И она опять хотела уйти.
- Да сделайте же одолжение; говорю вам, меня это очень интересует. Я,
может быть, что-нибудь и в состоянии сделать. Кто ж эта девочка? Кто была
ее мать, - вы знаете?
- А словно из иностранок каких-то, приезжая; у нас внизу и жила; да
больная такая; в чахотке и померла.
- Стало быть, была очень бедная, коли в углу в подвале жила?
- Ух, бедная! Все сердце на нее изныло. Мы уж на што перебиваемся, а и
нам шесть рублей в пять месяцев, что у нас прожила, задолжала. Мы и
похоронили; муж и гроб делал.
- А как же Бубнова говорит, что она похоронила?
- Какое похоронила!
- А как была ее фамилия?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 [ 30 ] 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.