read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



и горячая поклонница Тиффани Тэйр: "...мне часто приходило в голову, что его
телосложение требовало кожи и пряжек, что столешница должна быть голой и
бурой, омытой потеками вина от кружек отъявленных пьяниц, и до лоска
отполированной тяжелыми рукоятями мечей. Свет должен падать от факелов, и -
под стать нашим словам - к нам должны были заглянуть Фауст и Вийон по пути к
месту казни или на совещание с дьяволом".
До конца своих дней Чарльз Форт вел жизнь странную и прекрасную
одновременно.
В детстве он хотел стать натуралистом, и потому ненасытно читал,
посвящая этому занятию львиную долю времени; стрелял птиц, делая из них
чучела - и мастерски, надо признать; а также ловил бабочек, насаживал их на
булавки и приклеивал этикетки, потому что на булавках и с этикетками он
видел их в музеях. В этих не детских забавах не было уже детской наивной
жестокости, а лишь неуемная страсть исследователя, не определившего
окончательно свое призвание.
Кстати, умение засушивать бабочек и набивать чучела птиц довольно долго
давало Чарльзу Форту небольшой доход, который в сочетании с мизерными
репортерскими гонорарами, которые платили в Нью-Йоркских газетах, позволял
ему кое-как существовать и даже заниматься его любимыми коллекциями птичьих
яиц, минералов и насекомых.
Спустя какое-то время им овладела жажда написать книгу.
Здесь следует отступить от нашего повествования и на минуту задуматься:
что это за страсть такая - писать?
Человек пишущий - существо необычное. Я, конечно, имею в виду не тех,
кому случалось сколько-нибудь времени марать бумагу (все мы так или иначе
через это проходили долгими и бессоными ночами), но тех, кому хватило
терпения потратить большую часть своей единственной и драгоценной жизни на
то, чтобы мучительно долго и трудно подыскивать слова на волнующую тему.
Литература - это не только и не столько развлечение, сколько попытка
человека пишущего (созданного, кстати, по образу и подобию) наследовать
своему творцу и тоже создать Нечто, поднявшись при этом выше себя
повседневного. Попытка прыгнуть выше головы. Человек пишет тогда, когда
что-то внутри у него болит настолько, что он не может с этим жить, и должен
выплеснуть эту боль и страдание в произведении. А, возможно, здесь
срабатывает то качество, которое вообще отличает человека - в Библии Адам
дает имена всем существам и предметам. И поскольку язык - это один из самых
отчных инструментов для описания действительности, и его трудно обмануть -
он сам, иногда помимо воли пишущего, проговаривает какие-то вещи, то именно
с его помощью проще всего описывать действительность - настоящее, а одним из
свойств настоящего является то, что оно действительно здесь и сейчас, но уже
через короткий промежуток времени станет прошлым, а, значит, снова возникает
настоятельная необходимость описывать настоящее. Именно это его свойство и
позволяет огромному множеству людей писать, казалось бы, об одном и том же.
Точно так же рождаются музыка, живописные полотна, скульптуры и все
прочее, что когда-либо создавалось на нашей планете.
То, что волновало Чарльза Форта, то, что рвалось наружу, было еще
смутным, неясным и непонятным даже ему самому. Этим вещам не было найдено
имени - оттого они как бы и не существовали. Впрочем, чаще всего именно так
и бывает.
Он написал три с половиной миллиона слов. Это был роман, по словам
самого Форта, похожий на отпрыска кенгуру - такой же нежизнеспособный,
жалкий, недостаточный. Впоследствии, когда чикагская газета "Дейли Ньюз"
опубликовала интервью с Чарльзом Фортом на своей Книжной странице, он
признавался: "Я думал, что если я не буду писать романы..., то у меня не
будет никаких побудительных мотивов для продолжения жизни. Юристы и
натуралисты, портовые грузчики и сенаторы Соединенных Штатов - что за
ужасная участь! Но я не написал того, что замышлял. Мне пришлось начинать
заново и стать ультранаучным реалистом".
В прекрасной книге Ала Цукермана "Как написать бестселлер", недавно
переведенной и изданной в России издательством "Армада", есть строки,
которые могут служить своеобразным целеуказателем не только писателям, но
всем, кто пытается создать что-либо свое, какой бы области человеческой
деятельности это ни касалось. "Энергия, сила воли и выдержка - такие
качества ..., которым трудно обучить. Каждый, кто думает, что написать роман
легко, просто обманывает себя. Упорство и настойчивость необходимы для того,
чтобы покорить не одну высочайшую горную вершину, за первой вершиной
вырастает следующая, а за ней - целая гряда. Автор, который не способен
перечекнуть пятьсот-восемьсот исписанных страниц и начать все заново...,
никогда не сможет добиться высокого уровня".
Те книги, которые были написаны Фортом, безусловно, вызывают уважение и
восхищение. Но еще большее уважение и восхищение вызывает у меня эта его
способность - перечеркнуть все и начать заново, с чистого листа, не ропща
при этом на судьбу, не сдаваясь, не отступая, а шаг за шагом следуя
намеченной цели.
Три с половиной миллиона слов - это бесконечно много. Для многих и
многих перечеркнуть такое количество слов и признать, что это не то, что им
хотелось - невозможно, ибо равносильно тому, чтобы перечеркнуть собственную
жизнь. Чарльз Форт с легкостью отказался от предыдущей жизни и начал новую,
которая и принесла ему в конце концов бессмертие.
Когда ему исполнилось тридцать четыре года, его родители умерли. Форт
продал бакалейную лавочку, принадлежавшую его отцу, и сумел, благодаря
этому, получить маленькую ренту, которая давала ему возможность существовать
скромно, но достойно, а главное - независимо.
С тех пор образ его жизни в корне меняется. Если и прежде Чарльз не был
общительным и компанейским человеком, то теперь и вовсе выходит только в
муниципальную библиотеку, где усердно работает над газетами, журналами,
ежегодниками и справочниками всех стран и всех эпох, какие только находились
в фондах. Именно в это время оформилась его основная страсть - он начал
коллекционировать заметки о невероятных событиях и явлениях.
Вначале эти заметки были бессистемными. Он выписывал их на отдельные
карточки. Это был титанический труд - исписать от руки двадцать пять тысяч!
карточек, покрыв целую стену в комнате ячейками и отделениями для них. В то
время его постоянно мучила мысль о возможном пожаре, и он всерьез
задумывался над тем, чтобы делать заметки на несгораемом материале. В этом
факте содержится горькая ирония, если вспомнить о том, как перестала
существовать эта уникальная картотека.
Человек нестандартный, своеобразный, Форт стал как бы добровольным
изгоем, предпочитая общество книг, газет и журналов обществу людей. Может,
отчасти поэтому его так привлекали неприкаянные реальности; факты, изгнанные
людьми из памяти и сознания только за то, что им не находилось
удовлетворительного объяснения. Красный дождь над Бланкерберге в 1819,
грязевой дождь над Тасманией в 1902, хлопья снега величиной с блюдце в
Нэшвилле в 1891; а также дожди из головастиков, лягушек и рыб,
самовозгорания людей, таинственные исчезновения и загадочные появления из
ниоткуда, огненные шары и пылающие диски в небесах, летающие блюдца,
загадочные надписи, кровавые ливни, черные снега, дикие люди, крохотные
люди, легендарные великаны - не перечислить все загадочные, ненаучные и
необъяснимые наблюдения, которые он приютил в своем кабинетике.
Даже если бы Форт в своей жизни проделал только эту работу, только этот
титанический труд, то и тогда его бы запомнили потомки. Но для него это было
слишком мало. И однажды он начал все заново. Ему пришло в голову, что
собранные им данные - это всего лишь коллекция маньяка, никчемный труд. Он
отказался от этого труда, бросив все 25 000 карточек и газетных вырезок в
камин. Этого поступка Теодор Драйзер не мог простить ему до конца своих
дней.
Восемь следующих лет Чарльз Форт изучал все науки и искусства, таким
своеобразным способом совершив путешествие назад во времени и пространстве.
Он начал не просто с начала, но с азов, и это сослужило ему добрую службу.
Однажды он написал, что его настигло удивление - как можно ограничиться
только одной работой, как можно удовлетвориться одним делом, неважно, каким
- став писателем либо главой стального треста, портным либо губернатором,
либо уборщиком улиц. Он решил создать произведение новое и революционное,
охватывающее многие отрасли знания - и нельзя сказать, что он в этом не
преуспел.
Как мы уже говорили, Чарльз Гой Форт жил отшельником. Правда, он был
женат, и жена его - Анна - часто жаловалась, что ее Чарли (ах, как он не
любил это "Чарли"!) необщителен. Она-то была в курсе всех дел всех соседей в
округе, любила ходить в кино, и довольно часто вытаскивала с собой мужа,
нимало не заботясь о том, что ему это неприятно. Она вела дом и готовила,
проявляя при этом сноровку и какое-никакое воображение. Но она даже и не
подумала поинтересоваться тем, чем занимался ее муж. Из четырех написанных
им книг она не прочла ни одной, и единственное, что может служить
оправданием - она не прочитала ни одной книги вообще. Странно, что такой
эрудит и интеллектуал как Форт связал с ней свою жизнь.
В доме он принимал охотно и часто только двоих людей - писателя Теодора
Драйзера, который бесконечно им восхищался и считал его "самой крупной
литературной фигурой после Эдгара По", и свою приятельницу Тиффани Тэйр. К
числу его друзей принадлежал и Дональд Вулхайм. А вот корреспондентов у него
было очень много, и с выходом каждой последующей книги их число росло. Жил
он в небольшой квартирке в Бронксе, где на стенах висели в рамках чучела
гигантских пауков-птицеядов, многочисленные фотографии (скажем, фотография
градины размером с бейсбольный мяч) - которые стали присылать ему
многочисленные поклонники после выхода первой его книги, и под стеклом -
образец какого-то странного вещества, выпавшего с неба в одном из штатов. В
остальном его квартира была вполне обычной, и по воспоминаниям его друзей
более всего походила на те квартиры, которые в ремарках к театральной пьесе
авторы определяют как "захудалое благородство". Он угощал их за круглым
обеденным столом пахучими сырами, домашним вином, ржаным хлебом и
виноградом. С ними он мог беседовать ночи напролет.
Впрочем, мы забежали вперед. Книги еще нет, даже первой. Есть только



Страницы: 1 2 3 [ 4 ] 5 6 7 8 9
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.