read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



кем-нибудь из его помощников. Чтобы сделать игру еще более правдоподоб-
ной, "академической валюте" была придана реальная стоимость. Заботливые
родители или опекуны покупали ее студентам по цене цент за доллар. За-
канчивая курс, студенты по той же цене продавали академии оставшуюся у
них валюту. А наиболее удачливые "биржевики" порой реализовывали часть
своих капиталов еще в бытность свою студентами, чтобы тайком устроить
пирушку в соседнем городке. Короче говоря, хуже этой академии была, по-
жалуй, только та, где Оливер познакомился с Чарли Бейтсом [7].
Когда кто-то из младших преподавателей проводил меня на "биржу", что-
бы показать мне мою конторку, я был ошеломлен царившим там хаосом и шу-
мом. В глубине зала виднелись черные доски со столбцами все время меняю-
щихся цифр. После каждого изменения студенты толпой бросались к доскам и
начинали во весь голос вопить какую-то, как мне показалось, абракадабру.
Некоторые вскакивали на конторки и скамьи, подавая руками и головами за-
гадочные знаки и что-то быстро отмечая в своих записных книжках. Мне по-
казалось, что неприятней этой сцены я еще ничего в жизни не видывал; а
когда я сообразил, что все эти сделки - простая игра и что всех денег,
циркулирующих на "академической бирже", не хватит и на покупку пары
коньков, то почувствовал большое изумление, хотя и ненадолго, ибо при-
помнил, как взрослые и очень богатые люди выходят из себя, проиграв жал-
кие гроши. Тогда, найдя таким образом оправдание моим соученикам, я изу-
мился поведению преподавателя, который привел меня сюда: забыв показать
мне мою конторку, он, бедняга, стоял среди этой суматохи как заворожен-
ный - казалось, цифры на досках всецело завладели его вниманием.
- Глядите, глядите, - завопил он мне в ухо, - курсы падают! Рынком со
вчерашнего дня завладели "медведи".
- Ну и что же? - ответил я, с трудом перекрикивая шум (я еще не нау-
чился разговаривать в подобной обстановке). - Это же все понарошку.
- Да, конечно, - ответил он, - и вы должны твердо запомнить, что ис-
тинную прибыль вы получите, только если будете хорошо вести свои счетные
книги. Надеюсь, Додд, мне предстоит только хвалить вас за них. Вы начи-
наете свою деятельность с весьма приличным капиталом - десять тысяч дол-
ларов в "академической валюте". Его, несомненно, хватит вам до конца
обучения, если, конечно, вы не будете рисковать и пускаться в сомни-
тельные операции... Постойте, что бы это значило? - перебил он сам себя,
когда на досках появились новые цифры. - Семь, четыре, три! Додд, вам
повезло: за весь семестр еще не было такого оживления. И подумать
только, что точно то же происходит сейчас в Нью-Йорке, Чикаго, Сент-Луи-
се и других соперничающих деловых центрах страны! Эх, я и сам поиграл бы
вместе с мальчиками, - добавил он, потирая руки, - да только это не раз-
решается правилами.
- А что бы вы сделали?
- Что бы я сделал? - вскричал он, сверкнув глазами. - Покупал бы, по-
ка хватит капитала!
- Это и значит не рисковать и не пускаться в сомнительные операции? -
спросил я с самым невинным видом.
Он бросил на меня злобный взгляд, а затем сказал, словно для того,
чтобы переменить тему:
- Видите того рыжего юношу в очках? Это Билсон, наш самый блестящий
студент. Мы все уверены в его будущем. Берите пример с Билсона, Додд.
Вскоре после этого, пока шум по-прежнему нарастал, цифры на доске по-
являлись и исчезали все быстрее, а зал сотрясался от воплей биржевиков,
младший преподаватель покинул меня, указав мне наконец мою конторку. Мой
сосед подводил итоги в своей счетной книге - подсчитывал убытки за это
утро, как я узнал позднее, - и очень охотно оторвался от этого малопри-
ятного занятия, увидев незнакомое лицо.
- Эй, новичок! - окликнул он меня. - Как вас зовут?.. Что? Ваш отец -
Додд Голова Что Надо? Сколько у вас капитала? Десять тысяч? Здорово! Ну
и дурак же вы, что возитесь со своими книгами!
Я ответил, что не вижу - иного выхода, поскольку книги ежемесячно
проверяются.
- Эх, разиня! Наймите писца! - крикнул он. - Кого-нибудь из наших
банкротов - для этого они здесь и толкутся. Если вы будете удачно играть
на бирже, вам в этом колледже работать не придется.
Шум к этому времени стал совсем уже невыносимым, и мой новый друг,
сказав, что наверняка кто-то "прогорел", что он пойдет выяснить, в чем
дело, и приведет мне писца, застегнул куртку и нырнул в неистовствующую
толпу. Его предположение было правильно: кто-то действительно "прого-
рел", один из королей биржи был низложен - игра на сале оказалась для
него роковой, - и писец, обязавшийся писать мои книги, избавлять меня от
всей работы и получать все причитающееся мне образование за тысячу дол-
ларов в месяц в "академической валюте" (десять долларов в валюте США),
оказался не кем иным, как знаменитым Билсоном, с которого мне рекомендо-
вали брать пример. Бедняга был очень расстроен. Только за одно могу я
похвалить Маскегонскую коммерческую академию: все мы, включая даже самую
мелкую рыбешку, испытывали глубокий стыд, оказываясь банкротами; ну, а
такому магнату, как Билсон, который в дни своего процветания столь высо-
ко задирал нос, потерпеть полный крах было особенно тяжело. Но дух
серьезного отношения к игре победил даже горечь недавнего поражения, и
Билсон приступил к исполнению своих новых обязанностей с надлежащей
энергией и деловитостью.
Таковы были мои первые впечатления от этого нелепого учебного заведе-
ния, и, говоря откровенно, я скорее назвал бы их приятными. Пока я буду
богат, я смогу распоряжаться дневными и вечерними часами по своему вку-
су: писец будет вести мои книги, писец будет толкаться и вопить на бир-
же, а я могу заниматься писанием пейзажей и чтением романов Бальзака - в
то время это были два главных моих увлечения. Следовательно, моя задача
сводилась к тому, чтобы оставаться богатым, то есть вести дела осмотри-
тельно и не пускаться в рискованные спекуляции, иначе говоря, найти ка-
кой-то безопасный способ наживы. Я ищу его до сих пор, и, насколько могу
судить, в нашем несовершенном мире ближе всего к нему стоит излюбленная
детьми деловая операция, сводящаяся к формуле: "Орел - я выиграл, решка
- ты проиграл". Помня напутственные слова моего отца, я робко взялся за
железные дороги и около месяца занимал бесславно-надежную позицию, ску-
пая в малых количествах самые устойчивые акции и безропотно (насколько
это у меня получалось) снося презрение своего писца. Однажды я в виде
опыта решился на более смелый шаг и, не сомневаясь, что акции компании
"Пен-Хендл" (если не ошибаюсь) будут падать и дальше, продал этих акций
на несколько тысяч. Но не успел я произвести эту сделку, как какие-то
идиоты в Нью-Йорке начали играть на повышение, акции "ПенХендла" взлете-
ли к потолку, а мое положение оказалось подорванным. Кровь, как и наде-
ялся мой отец, сказалась, и я мужественно продолжал вести свою линию:
весь день я продавал эти дьявольские акции, и весь день они продолжали
повышаться. Как кажется, я (хрупкая скорлупка) попал под носовую волну
мощного корабля Джея Гульда - в дальнейшем, насколько помню, оказалось,
что это был первый ход в очень крупной биржевой игре. В тот вечер имя
Лаудена Додда занимало первое место в газете нашей академии, а мы с Бил-
соном (снова оказавшимся без места) претендовали на одну и ту же вакан-
сию писца. О ком шумят, того скорей услышат. Мое разорение привлекло ко
мне всеобщее внимание, и поэтому место писца получил я. Так что, как вы
сейчас убедились, и в Маскегонской коммерческой академии можно было
кое-чему научиться.
Меня лично совсем не трогало, выиграл я или проиграл в такой сложной
и скучной игре, где все зависело только от случайности. Однако писать об
этом отцу оказалось тяжелой задачей, и я пустил в ход все свое красноре-
чие. Я доказывал (и это было абсолютной правдой), что студенты, удачно
играющие на бирже, не получают никакого образования, и, следовательно,
если он хочет, чтобы я чему-нибудь научился, ему следует радоваться мое-
му разорению. Затем я (не очень последовательно) обратился к нему с
просьбой снабдить меня новым капиталом, обещая в этом случае иметь дело
только с надежными акциями железных дорог. Несколько увлекшись, я заклю-
чил свое письмо уверениями, что не гожусь в дельцы, и горячей просьбой
забрать меня из этого отвратительного места и отпустить в Париж зани-
маться искусством. В ответ я получил короткое, ласковое и грустное
письмо, в котором он писал только, что до каникул осталось совсем немно-
го, а тогда у нас будет достаточно времени, чтобы все обсудить.
Когда я приехал домой на каникулы, отец встретил меня на вокзале, и я
был потрясен, увидев, как он постарел. Казалось, он думал только о том,
как утешить меня и вернуть мне бодрость духа (которую я, по его мнению,
должен был утратить). Не надо унывать, убеждал он меня, сотни опытнейших
биржевиков начинали свою карьеру с неудачи. Я заявил ему, что не создан
быть финансистом, и его лицо омрачилось.
- Не говори так, Лауден, - сказал он. - Я не могу поверить, что мой
сын оказался трусом.
- Но мне не нравится эта жизнь! - умоляюще произнес я. - Меня интере-
сует не биржа, а искусство. На этом поприще я способен достичь гораздо
большего!
И я напомнил ему, что известные художники зарабатывают большие
деньги, что любая картина Мейсонье стоит много тысяч долларов.
- А не думаешь ли ты, Лауден, - возразил он, - что человек, способный
написать тысячедолларовую картину, сумел бы показать свою закалку и на
бирже? Уж поверь, этот Мэзон, о котором ты сейчас упомянул, или наш соо-
течественник Бьерстадт, очутись они завтра на хлебной бирже, показали
бы, из какого материала они скроены. Послушай, Лауден, сынок, ведь я,
видит бог, думаю только о твоем благе, и я хочу заключить с тобой дого-
вор: в следующем семестре я снова дам тебе десять тысяч ваших долларов,
и, если ты покажешь себя настоящим мужчиной и удвоишь этот капитал, я
позволю тебе поехать в Париж, коли тебе еще будет этого хотеться, в чем
я сильно сомневаюсь. Но разрешить тебе уйти с позором, словно тебя вы-
секли, мне не позволяет гордость.



Страницы: 1 2 3 [ 4 ] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.