read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



нуждались во встряске. Поэтому быстрее, Карл, лови момент, пока не явились
свидетели и не заполнили канцелярию!
А капитан как раз в это время сделал знак Шубалу, и тот - поскольку его
дело вроде бы ненадолго отложили ~ сразу же отошел в сторону и тихонько
заговорил с присоединившимся к нему стюардом; при этом они многозначительно
жестикулировали и поминутно искоса поглядывали на Карла и на кочегара.
Казалось, что Шубал репетировал новую речь.
- Вы, господин Якоб, кажется, хотели о чем-то спросить молодого
человека? - в наступившей тишине обратился капитан к господину с бамбуковой
тросточкой.
- Верно, - ответил тот, легким поклоном поблагодарив за внимание. И еще
раз спросил у Карла: - Как вас, собственно говоря, зовут?
Карл, полагавший, что в интересах главного дела поскорее покончить с
вмешательством настойчивого вопрошателя, ответил коротко, не предъявив, как
обычно, паспорт, который пришлось бы доставать из потайного кармана:
- Карл Россман.
- Однако, - сказал тот, кого назвали господином Якобом, и сперва было
отпрянул, улыбнувшись несколько недоверчиво.
Капитан, старший кассир, судовой офицер и даже стюард, услышав имя
Карла, тоже явственно выказали чрезвычайное удивление. Только портовые
чиновники и Шубал отнеслись к этому равнодушно.
- Однако, - повторил господин Якоб и не совсем уверенно шагнул к Карлу,
- в таком случае я - твой дядя Якоб, а ты - мой дорогой племянник. Я же все
время это предчувствовал! - сказал он капитану, прежде чем обнять и
расцеловать Карла, который принял случившееся без единого слова.
- Как ваше имя? - спросил Карл, когда ощутил, что его выпустили из
объятий, спросил хоть и весьма учтиво, но совершенно равнодушно, пытаясь
мысленно предугадать, какими последствиями это новое событие чревато для
кочегара. На первый взгляд Шубалу от всего этого никакой пользы не
предвиделось.
- Поймите же, молодой человек, какой вы счастливец! - воскликнул
капитан, уловив в вопросе Карла оскорбление достоинства господина Якоба,
каковой отошел к окну, очевидно стараясь не показать обществу своего
взволнованного лица, которое он к тому же утирал носовым платком. - Это -
сенатор господин Эдвард Якоб, и он - ваш дядя. Отныне вас ждет блестящее
будущее, вы такого, наверное, никак не ожидали. Попытайтесь уяснить себе
это, насколько возможно, и возьмите себя в руки!
- В Америке у меня, конечно, есть дядюшка Якоб, - сказал Карл,
обращаясь к капитану, - но, если я правильно понимаю, Якоб - всего лишь
фамилия господина сенатора.
- Верно, - сказал капитан, ожидая продолжения.
- Так вот, мой дядя Якоб, брат моей матери, зовется Якобом по имени,
тогда как фамилия, естественно, звучит одинаково с фамилией моей матери,
урожденной Бендельмайер.
- Господа! - вскричал сенатор, бодро вернувшись из своего укрытия у
окна и имея в виду слова Карла.
Все, за исключением портовых чиновников, громко рассмеялись - одни как
бы растроганно, другие с непроницаемым видом.
"То, что я сказал, вообще-то не слишком забавно", - подумал Карл.
- Господа, - повторил сенатор, - вопреки моему и своему желанию, вы
стали участниками маленькой семейной сцены, и потому я не могу не дать вам
объяснений, ибо, как я полагаю, только господин капитан, - тут они оба
отвесили друг другу легкий поклон, - осведомлен полностью.
"Сейчас мне нужно действительно следить за каждым словом", - подумал
Карл и, бросив взгляд в сторону, с радостью заметил, что кочегар мало-помалу
начал возвращаться к жизни.
- Все долгие годы моего пребывания в Америке - слово "пребывание",
конечно, не очень-то годится для американского гражданина, которым я являюсь
до мозга костей, - так вот, все эти долгие годы я живу в полном отрыве от
моих европейских родственников; причины этого, во-первых, сюда не относятся,
а во-вторых, рассказ о них чересчур для меня мучителен. Я даже побаиваюсь
того мгновения, когда мне, возможно, придется раскрыть их моему любимому
племяннику, причем, увы, не избежать откровенных слов о его родителях и их
близких.
"Вне всякого сомнения, это - мой дядя; наверное, он просто сменил
фамилию", - сказал себе Карл и стал слушать дальше.
- В настоящее время родители - назовем вещи своими именами - попросту
выпихнули из дому моего дорогого племянника, как выбрасывают за дверь кошку,
когда она досаждает. Я вовсе не хочу оправдывать то, что натворил мой
племянник и за что понес такое наказание, но проступок его из тех, в самом
имени которых уже содержится достаточное извинение.
"Звучит неплохо, - подумал Карл, - но мне бы не хотелось, чтобы он
рассказывал все. Впрочем, он и не может ничего знать. Откуда бы?"
- Итак, - дядя выставил перед собой бамбуковую тросточку и, немного
склонившись, оперся на нее, благодаря чему в самом деле сумел устранить
ненужную торжественность, которая иначе Неминуемо завладела бы ситуацией, -
итак, его соблазнила служанка, некая Иоганна Бруммер, тридцатипятилетняя
особа. Говоря "соблазнила", я вовсе не хочу обидеть моего племянника, но
очень трудно найти другое слово, столь же подходящее.
Карл, уже довольно близко подошедший к дяде, обернулся, чтобы прочесть
на лицах присутствующих, какое впечатление произвел дядин рассказ. Никто не
смеялся, все слушали серьезно и терпеливо. Да в конце концов над племянником
сенатора и не смеются при первом же удобном случае. Скорее уж можно было бы
сказать, что кочегар слегка улыбнулся Карлу, а это, во-первых, было новым
признаком жизни и потому отрадно и, во-вторых, простительно, потому что в
каюте Карл окружал тайною сей факт, который теперь стал публичным
достоянием.
- И вот эта Бруммер, - продолжал дядя, - родила от моего племянника
ребенка, крепенького мальчугана, получившего при крещении имя Якоб,
несомненно, в честь моей скромной особы, которая, хотя и была упомянута моим
племянником вскользь, видимо, произвела на девушку большое впечатление. К
счастью, скажу я. Ведь родители, чтобы не платить содержание и избежать
вообще любого другого скандала, могущего затронуть и их, - подчеркиваю, я не
знаю ни тамошних законов, ни иных обстоятельств его родителей, - ну так вот,
во избежание выплаты содержания и скандала они отправили своего сына, моего
дорогого племянника, в Америку, безответственно снабдив его весьма скудными
средствами, и в результате, если бы не чудеса, которые только в Америке еще
и случаются, юноша, предоставленный самому себе, вероятно, тотчас же пропал
бы где-нибудь в переулках нью-йоркского порта - но, к счастью, та служанка
написала мне письмо, которое после долгих странствий третьего дня попало в
мои руки, и вместе с подробным рассказом о случившемся и описанием внешности
моего племянника благоразумно сообщила также и название судна. Если бы я,
господа, замыслил развлечь вас, я, пожалуй, мог бы зачитать вам отдельные,
выдержки из ее письма. - Он достал из кармана два огромных, исписанных
убористым почерком листа почтовой бумаги и помахал ими. - Оно, безусловно,
произвело бы впечатление, так как написано с несколько простодушной, однако
же неизменно доброжелательной хитринкой и с большой любовью к отцу ребенка.
Но я не хочу ни развлекать вас более, чем это необходимо для моего
объяснения, ни тем паче оскорблять еще, быть может, сохранившиеся чувства
моего племянника, который, если пожелает, может прочесть письмо в назидание
себе в тишине своей уже поджидающей его комнаты.
Но Карл не питал никаких чувств к той девушке. В перипетиях все дальше
отступавшего прошлого она сидела возле кухонного стола, опершись на крышку
локтем. Она смотрела на него, когда он заходил в кухню взять стакан воды для
отца или выполнить какое-то поручение матери. Иногда Иоганна в неловкой позе
сбоку от буфета писала письмо, черпая вдохновение на лице у Карла. Иногда
она прикрывала глаза рукой и тогда ничего кругом не слышала. Временами она
становилась на колени в своей тесной каморке рядом с кухней и молилась перед
деревянным распятием; Карл тогда робко посматривал на нее, проходя мимо, в
щель приоткрытой двери. Иногда она сновала по кухне и отскакивала назад,
хохоча как ведьма, когда Карл попадался ей на пути. А то закрывала кухонную
дверь, когда Карл входил, и держалась за ручку до тех пор, пока он не просил
выпустить его. Иногда она доставала вещи, которые ему вовсе не были нужны, и
молча совала в руки. Но однажды она сказала: "Карл" и, вздыхая и
гримасничая, повела его, ошеломленного неожиданным обращением, в свою
комнатку и заперла дверь изнутри. Она обняла его, едва не задушив, и
попросила раздеть ее, на самом же деле сама раздела его и уложила в свою
постель, будто отныне хотела владеть им одна, ласкать его и ухаживать за ним
до скончания века. "Карл! О, мой Карл!" - вскрикивала она, пожирая глазами
своего пленника, тогда как он ничегошеньки не видел и чувствовал себя
неуютно в теплых перинах, которые она, похоже, нагромоздила специально для
него. Затем она улеглась рядом и принялась выпытывать у него какие-то тайны,
но рассказывать ему было нечего, и она, не то в шутку, не то всерьез,
рассердилась, стала тормошить его, послушала, как бьется его сердце,
прижалась грудью к его уху, предлагая послушать свое, но Карл наотрез
отказался, прижималась голым животом к его телу, щупала рукой внизу так
мерзко и стыдно, что Карл выпростал голову и шею из подушек; затем она
раз-другой толкнула его животом - так, будто стала частью его самого, и,
вероятно, поэтому он почувствовал себя до ужаса беспомощным. Наконец после
долгого прощания он в слезах вернулся в свою постель. Вот все, что
произошло, и однако же дядя сумел сделать из этого целую историю. Значит,
кухарка не только помнила о нем, но и сообщила дяде о его приезде. Это она
хорошо придумала, и когда-нибудь, наверное, он еще отблагодарит ее.
- А сейчас, - воскликнул сенатор, - скажи мне откровенно, признаешь ты
меня своим дядей или нет.
- Ты - мой дядя, - сказал Карл и поцеловал ему руку, а тот в свою
очередь поцеловал его в лоб. - Я очень рад, что встретил тебя, но ты
заблуждаешься, полагая, что родители всегда отзываются о тебе плохо. Не
говоря уж о том, что в твоей речи были и еще кое-какие погрешности, я имею в
виду, в действительности дело обстояло не совсем так. Да ты и не можешь



Страницы: 1 2 3 [ 4 ] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.