read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



воздуху, вели дискуссии о судьбах революции в России. Журналисты полагали,
что судьбы революции решатся именно в России, а судьбы Европы - на полях
Бельгии и Франции, в крайнем случае на Дарданеллах, - но уж никак не в
Швейцарии.
Журналисты ошибались. Будь Александр Васильевич Колчак чуть более
везуч, а секретные агенты Германии чуть менее прозорливы, все могло бы
произойти иначе.
До Цюриха сведения о революции дошли лишь на третий день. Владимир
Ильич Ленин узнал обо всем, когда собирался после обеда в библиотеку. Он
уже надел пальто и потянулся за мягкой серой шляпой, как в дверь зазвонили
отчаянно и нервно, отчего Владимир Ильич поморщился - он знал, насколько
это было неприятно хозяйке, обладавшей обостренным слухом.
Ворвался Бронский. Бронский без шляпы и растрепан, будто спал на
бульваре. Не вытерев ног, он закричал с порога:
- Вы ничего не знаете? В России революция!
- Голубчик, - оборвал его Ленин, - прихожая не место для политических
бесед. Давайте пройдем в комнату, и вы мне все расскажете.
Бронский был потрясен столь спокойной реакцией Ленина на новости. Но
Владимир Ильич умел владеть собой, и лишь слишком крепкая хватка пальцев,
сжавших тонкие косточки локтя Бронского, выдавала волнение Ленина.
Ленин не дал Бронскому долго разглагольствовать. Он спросил, вычитал
ли тот новости из газет либо получил их иным путем.
- Ну каким же иным? - удивился Бронский. - Ко мне почтовые голуби еще
не летают.
- Тогда дайте мне сюда газету и помолчите, пока я ее прочту, - сказал
Ленин.
И когда он кончил читать - дважды, но быстро, мгновенно скользнул
взглядом по скупым строкам - сообщениям различных агентств и
корреспондентов - более домыслы, нежели знание обстановки, - когда Ленин
кончил читать, впитал в себя всю информацию, он кинул взгляд на замершую у
дверей Надежду Константиновну - точно знал, где она должна находиться
именно в эту секунду, и сказал ей - не Бронскому же, который не
пользовался доверием и уважением:
- Я давно предупреждал об этой революции. Наши социал-демократы
проморгали момент. Мы должны немедленно, повторяю, немедленно вернуться в
Россию.
- Это невозможно, Владимир Ильич! - воскликнул Бронский.
- Это так опасно, Володя, - сказала Надежда Константиновна.
- Революционер не должен бояться опасностей, - сказал Владимир Ильич.
- В конце концов, сделаем себе парики, сбреем бороды и проникнем прямо в
центр! В центр событий! - И Владимир Ильич показал указательным пальцем
направление к центру событий.
Эмигранты еще не покинули пределов законопослушной нейтральной
Швейцарии, но мысленно они уже неслись к беззаконной России. Сначала
возник проект Мартова - ехать домой через Германию, обещав Германии и
Австро-Венгрии передать за пропуск через их территорию нужное, может, даже
грандиозное число пленных немцев. Совещание, где выступил со своим
проектом велеречивый Мартов, было 19 марта - Мартова никто не поддержал.
Все полагали, что на родине у власти находятся в большинстве своем
политические противники эмигрантов, и не в их интересах выменивать себе
врагов, вступая в сомнительные отношения с другими врагами.
Лишь Ленин поддержал эту идею - сначала безуспешно, на собрании,
потом у Мартова дома, где пытался влить в него уверенность. Но тот уже
потерял кураж - через всю Германию ехать было страшно.
Давно уже Ленин не был столь энергичен и боевит. За двое суток он
побывал у всех мало-мальски достойных внимания эмигрантов, встретился с
деятелями немецкими и швейцарскими - отыскал Платтена и Гримма - и даже
добился негласного постановления эмигрантской группы уполномочить Гримма
на переговоры со швейцарским правительством.
Швейцарское правительство не пожелало вести переговоры, потому что не
видело в них никакого смысла. Парвус подключил вездесущего Ганевского -
тот начал нажимать кнопки в Берлине. Его люди дошли до Генерального штаба:
неужели не ясно, что прибытие в Россию группы влиятельных пацифистов,
противников войны и врагов престола, еще более нарушит баланс сил в России
и толкнет ее к поискам выхода из войны, а может, и капитуляции? Так что
когда Фриц Платтен начал переговоры с германским посольством в Швейцарии,
то уже имелись негласные инструкции способствовать переговорам, однако не
было инструкций принимать решения. Решения будет принимать Берлин. Там еще
оставались сомневающиеся, и чем выше, тем больше, - в провозе русских
пацифистов через Германию было нечто постыдное, до чего не опускаются
тевтонские рыцари. Кронпринц полагал, что воевать надо честно, а не
засылая в тыл противника чуму или бунтовщиков, готовых на любую сделку
ради того, чтобы прорваться к власти. Кронпринц не любил революционеров,
даже в тех случаях, когда их можно было использовать в интересах державы.
Кайзер, занятый проблемами более важными, не был поставлен о переговорах в
известность.
Переговоры тянулись до конца марта. Ленин потерял терпение.
Утром в пятницу произошел разговор с Надеждой Константиновной.
Владимир Ильич буквально ворвался на кухню, где Крупская жарила
омлет.
- Все! - воскликнул он с порога, терзая в крепкой руке смятую газету.
- Больше терпеть нельзя ни часу - промедление смерти подобно! Надюша,
пойми, они укрепляют свои позиции. Не сегодня-завтра эсеры раздадут
крестьянам землю и полностью одурачат пролетариат. Где мы тогда будем? На
задворках истории?
- Но ты же знаешь, Володичка, - ответила Надежда Константиновна, -
что тебе нельзя волноваться.
- Я больше волнуюсь от безделья! Мы должны ехать. Ехать!
- Фриц сказал, что со дня на день он ждет решения из Берлина.
- Фриц может и не дождаться. Его-то ничего не торопит.
- И что же делать? - Надежда сняла сковородку с плиты.
- Я знаю. Надо достать паспорт шведа. Или норвежца. Да, лучше всего
норвежца. Никто не знает норвежского языка...
- Володя, ты руки вымыл? Ты же с улицы пришел.
- Иду, иду...
Ленин бросил газеты на стол и кинулся в туалет к умывальнику.
- Наденька! - донесся оттуда его голос. - Наденька, ты не знаешь, у
исландцев есть заграничные паспорта или они ездят по датским?
- Иди в комнату. Я ничего не слышу.
За столом Владимир Ильич разъяснил жене свой план:
- Первое - мы достаем паспорт. Норвежца или шведа. И по этому
паспорту мы едем через Германию.
- И как только к тебе кто-то обращается по-шведски, все
проваливается, - сказала Надежда Константиновна. - Омлет не соленый?
- Чудесно, чудесно. Тогда это будет глухонемой швед. Да! Великолепно.
- Ленин бросил вилку, вскочил и подошел к окну. - Это будет глухонемой
швед или даже глухонемой норвежец. Тебе приходилось встречать глухонемого
норвежца?
- Володя, не волнуйся, - сказала Крупская. - Садись за стол. Омлет
остынет.
- Господи! - Ленин опустился на стул, руки бессильно упали на
скатерть. - Сколько лет я ждал этого момента, я положил жизнь ради того,
чтобы приблизить его, и, смею тебе сказать, без моей деятельности эта
революция могла бы произойти на десять лет позже или не произойти совсем.
- Я это знаю лучше всех, - печально ответила Крупская.
- Да, милая. - Владимир Ильич протянул руку через стол и дотронулся
до пальцев жены. - Я знаю и потому именно с тобой могу поделиться своей
тревогой. Если я не попаду в Россию в течение двух недель, мое место
займут другие люди.
- Другие люди в партии? - спросила Надежда Константиновна. - У тебя в
партии нет соперников.
- Я не хуже тебя это знаю. Но при благоприятных обстоятельствах и в
мое отсутствие некоторые постараются стать моими соперниками, претендовать
на место наверху и, может быть, оттеснить меня.
- Лев Давыдович?
- Он не в партии. Но ради этого вступит. Но есть и Зиновьев, и
Каменев. Ты всех знаешь. Пока я жив, они не посмеют поднять головы.
- Но могут прийти другие, молодые, наглые, которых ты сейчас не
учитываешь, - сказала разумная Надежда Константиновна.
- Кто? Мне известны тысячи функционеров партии. Они не успеют вырасти
за несколько недель. Нет, я имею в виду не мою партию - партия погибнет,
потеряет значение, как только потеряет меня. Власть уже захватили и теперь
консолидируют эсеры и псевдосоциалисты, демагоги вроде Керенского. В
России опасен не Гучков, нет, бойся Чернова - оратора, крикуна!
- Значит, ты не имеешь шансов?
- А я - демагог, - сказал Ленин и рассмеялся.
Он смеялся высоким голосом, откинув голову, рыжая с проседью бородка
выпятилась вперед, как острие меча.
- Ты меня позабавила! - сказал он.
Ленин начал быстро есть омлет, заедая его хлебом, - он ломал булку,
забрасывал в рот маленькие кусочки хлеба. Он думал о том, что с годами
Надежда стала его , она произносит вслух те его мысли, которые
он не смеет или не хочет произнести сам. И она, конечно же, не сможет жить
без него. Если с ним что-то случится, она тут же умрет, тут же... ему
стало жалко Надежду, как будто смерть, о которой он рассуждал, относилась
вовсе не к нему...
- Омлет совсем остыл, - сказал Ленин.
- Я принесу кофе, - сказала Надежда Константиновна.




Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 [ 31 ] 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.