read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Вероятно. - Он покачал головой. - Но не надо осуждать СК. Он прожил в
Мемориалке лет сто, и за все это время у него ни разу не было никаких
неприятностей. А теперь, когда идет охота за черепами, и его дочь...
- Охота за черепами? - переспросила Джудит.
- Да что же это такое? Или институт сплетни лежит в руинах? Обычно жены
первыми узнают все новости. В Мемориалке ад кромешный. А все из-за
больничной аптеки.
- Какая-то недостача? - предположил я.
- Вот именно.
- Что пропало?
- Чертова уйма ампул с морфием. Этилморфина гидрохлорид. Он в три-пять
раз забористее, чем сульфат морфия.
- Когда это случилось?
- На прошлой неделе. Аптекаря чуть удар не хватил. Зелье увели в
обеденный перерыв, пока он тискал какую-то медсестру.
- Чем кончились поиски? - спросил я.
- Ничем. Больницу перевернули вверх дном, но без толку.
- А прежде такое бывало?
- Кажется, да. Несколько лет назад. Но тогда сперли всего две ампулы, а
на этот раз взяли по-крупному.
- Какой-нибудь фельдшер?
Хэммонд пожал плечами:
- Это мог быть кто угодно. Лично я думаю, что зелье взяли на продажу:
слишком уж много унесли. И очень рисковали. Как ты думаешь, можно ли вот так
запросто забрести в амбулаторное отделение Мемориалки и спокойно вынести под
мышкой коробку, набитую склянками с морфием?
- Нет, думаю, что нельзя.
- Чертовски дерзкий малый.
- И куда ему столько?
- Вот именно. Поэтому я и думаю, что морфий взяли на продажу. Это было
тщательно подготовленное похищение.
- Значит, кто-то со стороны?
- Ну, наконец-то! Это самый интересный вопрос. В больнице считают, что
дельце провернул один из работников.
- А улики?
- Ни единой.
Мы поднялись на крыльцо дома.
- Это очень, очень интересно, Нортон.
- Да уж надо думать.
- У вас там кто-нибудь сидит на игле?
- Из персонала? Нет. Говорят, одна девчонка из кардиологии ширялась
амфитамином, но с год назад бросила. Тем не менее ее взяли в оборот.
Раздели, искали следы уколов. Ничего не нашли.
- А как насчет...
- Врачей?
Я кивнул. Врачи и наркомания - запретная тема. Не секрет, что среди
нашего брата есть любители зелья. Как не секрет и то, что врачи довольно
часто кончают самоубийством. Психиатры, например. Самоубийц среди них в
десять раз больше, чем среди людей, не связанных с медициной. В пропорции,
разумеется. Гораздо менее известен классический синдром врача-отца, когда
сын наркоман, а отец снабжает его зельем. И оба довольны. Но говорить о
таких вещах не принято.
- Насколько мне известно, врачи ни при чем, - ответил Нортон.
- Никто не увольнялся? Может, медсестра или секретарша?
Хэммонд усмехнулся.
- Что-то ты больно суетишься.
Я пожал плечами.
- Думаешь, тут есть связь с гибелью девушки?
- Не знаю.
- Вряд ли это звенья одной цепи, - сказал Хэммонд. - Но мысль интересная.
- Да.
- Чисто теоретически.
- Разумеется.
- Я позвоню тебе, если что-нибудь выясню, - пообещал он.
- Да уж, будь добр, - пробормотал я.
Мы подошли к двери. Из дома доносились звуки, сопутствующие любой веселой
вечеринке - звон бокалов, смех и гвалт.
- Желаю успеха в битве, - сказал Хэммонд. - Надеюсь, ты победишь.
- Я тоже надеюсь.
- Так и будет. Только не бери пленных.
Я улыбнулся.
- Это противоречит Женевской конвенции.
- Ничего. Война-то совсем крошечная.
***
Хозяином вечеринки был Джордж Моррис, старший стажер терапевтического
отделения Линкольновской больницы. Он уже заканчивал стажировку и готовился
открыть частную практику, так что сегодня Моррис, можно сказать, устраивал
себе "отходную".
И устраивал очень славно. Он сумел создать ненавязчивый уют, который,
надо полагать, едва ли был ему по карману. Мне вспомнились банкеты
промышленников, запускавших в производство новые изделия. В каком-то смысле
именно это и делал сейчас Моррис.
Двадцативосьмилетний Джордж был женат, растил двоих детей и сидел по уши
в долгах. Впрочем, любой врач в его положении задолжал бы не меньше. Ему
предстояло выбиваться в люди, а для этого нужны пациенты.
Коллеги-поставщики. Консультации. Иными словами, он нуждался в добром
отношении уважаемых местных врачей - вот почему созвал в гости две сотни
эскулапов и начинил их лучшими бутербродами, какие только нашлись в
ближайшем ресторане, да еще нагрузил под завязку самой дорогой выпивкой.
Я был польщен приглашением на это сборище. Что проку Моррису в
патологоанатоме? Мы возимся с трупами, а трупы не надо направлять к узким
специалистам. Джордж позвал Джудит и меня, потому что считал нас своими
друзьями. По-моему, на этой вечеринке мы были его единственными приятелями.
Я оглядел комнату. Здесь собрались заведующие отделениями почти всех
крупных больниц Бостона. И стажеры с супругами. Женщины сбились в кучку в
уголке и болтали о детях. Врачи тоже держались вместе, в зависимости от
специальности и места работы. Забавно было наблюдать такое четкое
профессиональное размежевание.
В одном углу Эмери доказывал преимущества малых доз йода-131 при
гипертериозе; в другом Джонстон рассуждал о печеночном давлении; в третьем
Льюистон, по своему обыкновению, бормотал о бесчеловечности электрошоковой
терапии при лечении депрессий. Из девичьего уголка то и дело долетали
словечки типа "прививка" или "ветрянка".
Джудит стояла рядом со мной. В голубом платье с открытой спиной она
выглядела совсем юной. Джудит сноровисто заправлялась шотландским виски (она
любила пить залпом) и, кажется, готовилась примкнуть к компании докторш.
- Иногда мне хочется, чтобы они говорили о политике, - сказала она. - О
чем угодно, только не о медицине.
Я улыбнулся, вспомнив изречение Арта о том, что врачи "бесполитичны". Он
имел в виду, что они политически безграмотны. Арт говорил, что врачи не
только не имеют четких политических убеждений, но и не способны их иметь.
"У них, как у военных, - сказал он однажды. - Политические пристрастия -
признак непрофессионализма". Арт, по своему обыкновению, преувеличивал, но
доля истины в его словах была.
Я думаю, что Арт любит сгустить краски, ему нравится злить, шокировать,
поддразнивать. Такой уж он человек. Но, по-моему, его как магнитом тянет к
той тоненькой линии, которая отделяет истинное от ложного, правду от
преувеличения. Поэтому он все время роняет какие-то замечания, а потом
наблюдает, кто и как реагирует на них. Особенно если он в подпитии.
Арт - единственный знакомый мне врач, который напивается допьяна. Все
остальные поглощают чудовищные количества спиртного, но оно не оказывает на
них никакого видимого действия. На какое-то время они становятся не в меру
болтливыми, потом начинают клевать носом, и все. Но Арт бывает по-настоящему
пьян. И в этом состоянии ведет себя особенно задиристо и безобразно.
Я этого никогда не понимал. Одно время мне казалось, что Арт страдает
патологической интоксикацией, но потом я понял: это просто распущенность,
желание пойти вразнос и не следить за собой, как другие. Возможно, это ему
необходимо, и он не в силах ничего с собой поделать. А может быть, Арту
просто нужен какой-то предлог, чтобы выпустить пар.
Уверен, что Арт недолюбливает людей своей профессии. Этим отличаются
многие врачи, хотя и по разным причинам. Джонс не любит своих, потому что
одержим научными исследованиями и зарабатывает меньше, чем тратит; Эндрюс -
потому что за страсть к урологии ему пришлось заплатить счастьем и радостями
семейной жизни; Тезлер - потому что он дерматолог и считает своих пациентов
мнительными, а вовсе не больными. Поговорив с любым из этих людей, вы рано
или поздно почувствуете их неприязнь ко всем остальным медикам. Но Арт -
случай особый. Он ненавидит медицину как таковую.
Наверное, люди, презирающие и себя, и своих коллег, найдутся в любой
профессии. Но Арт - своего рода экстремист. Можно подумать, что он избрал
поприще врача нарочно, чтобы досадить самому себе, превратить себя в унылого
и озлобленного нытика.
Иногда мне кажется, что он делает аборты с единственной целью - разозлить
своих коллег. Возможно, я несправедлив к нему, но как знать... В трезвом
виде Арт рассуждает вполне разумно и приводит веские доводы в пользу
легализации абортов. Но, когда он пьян, в нем говорят чувства. Главным
образом самодовольство.
Поэтому я думаю, что он напивается, чтобы выплеснуть свою желчь и дать
волю злости. В случае чего у него всегда есть отговорка: я был пьян, уж не
обессудьте. Нализавшись, он вступал в ожесточенные, почти злобные словесные
перепалки с собратьями по поприщу. Однажды он заявил Дженису, что делал



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 [ 31 ] 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.