read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Буду через полчаса...
Кукин оказался высоким стройным человеком лет шестидесяти пяти с
совершенно седой пышной шевелюрой. Идя за ним по коридору, Михальченко
обратил внимание на его легкую походку и на ровную спину. Весь он был
какой-то свежий, сияющий в куртке из тонкого коричневого сукна с широким
шалевым воротником из серой ткани. Ступал по ковровой дорожке, обутыми не
в домашние шлепанцы, а в черные, глянцево блестевшие туфли. И в комнате,
куда он завел Михальченко, тоже все светилось чистотой - покрытый лаком
паркет, чистые окна, ни пылинки на простой полированной мебели местного
изготовления.
- Садитесь, - Кукин указал на кресло, подождал, пока Михальченко сел,
и сам опустился в такое же. - Так что же это у вас за бюро?
Михальченко рассказал.
- Неплохо придумано, неплохо. Милиция не справляется.
- Что поделать, - сказал Михальченко. - Я мог бы взглянуть на плащ,
Павел Никифорович?
- Это несложно, - Кукин вышел в другую комнату и вернулся с плащом,
надетым на вешалку.
Повертев плащ, Михальченко подумал, что по описанию он совпадает с
тем, которое дал сын Тюнена. Но это еще ничего не значило, таких импортных
плащей могло быть тысячи.
- А в чем, собственно, дело? - спросил Кукин, аккуратно опуская плащ
на диван.
- Мы ищем пропавшего человека. Он мог быть одет в этот или в такой же
плащ. Павел Никифорович, в каком комиссионном вы купили плащ?
- Напротив главпочтамта, через скверик, знаете?
- Знаю. А у вас не сохранился ярлык, который комиссионщики прищивают
к принятым вещам?
- Должен быть, - он открыл бар в серванте, взял деревянную шкатулку с
резной крышкой и стал рыться в бумажках.
"Я бы этот ярлык давно выбросил, - подумал Михальченко, глядя как
Кукин перебирает какие-то листки. - Господи, ну зачем он ему? Нет же,
хранит! Вроде Остапчука".
- Вот, - протянул Кукин.
К ярлыку скрепкой была приколота какая-то белая картонка размером с
два спичечных коробка, обернутая в прозрачный целлофан, на обороте он был
прихвачен полосками лейкопластыря. На картонке красивым каллиграфическим
почерком было выведено: "А(II) Rh + положительная. Каз.ССР, Энбекталды,
ул. Жолдасбая Иманова, 26".
"Это же адрес Тюнена! - вспомнил Михальченко. - Но что за формула?"
- Что это? - спросил он Кукина.
- Видите прорезь в подстежке? Это карман. Видно владелец плаща сунул
картонку туда, но промахнулся. А когда я отстегнул подстежку, она и
выпала.
"Отставничок ты мой дорогой! - Михальченко готов был расцеловать
Кукина. - А я, сукин сын, еще посмеялся над тобой, что бумажки собираешь!"
- Я могу взять это на некоторое время?
- Разумеется. Видите, хорошо, что я сохранил. Штабная работа приучила
к бумагам относиться уважительно.
- Конечно!.. И еще один вопрос, Павел Никифорович: если нам
понадобится, вы сможете приехать к нам с плащом? Для опознания.
- Позвоните. Я приеду.
- Большое вам спасибо. Извините, что побеспокоил.
- Ничего. Дело серьезное, рад помочь. Во всем должен быть порядок.


26
Левин сидел в кабинете заведующей поликлиническим отделением седьмой
городской больницы. Входили и выходили сотрудники, звонил телефон, пришла
старшая медсестра, потом бухгалтер объединенной бухгалтерии. Никак не
удавалось начать разговор. Был понедельник. Только что окончилась
"пятиминутка", длившаяся около часа, а Левин по неопытности пришел к
девяти и проторчав все это время в коридоре под дверью, попав, наконец, в
кабинет, все еще не мог приступить к делу. Но вот заведующая заперла дверь
и усаживаясь, вытянула сигарету из кармана халата, закурила и, выпустив
сложенными трубочкой большими губами долгую струю дыма, произнесла:
- Приходится запираться, иначе поговорить не дадут. Я вас слушаю...
А, знаете, мне ваше лицо знакомо! Вы у Панчишиных на дне рождения не были?
- Нет, - Левин не знал, кто такие Панчишины.
- Но где-то мы с вами встречались! У меня на лица память хорошая.
- Встречались. И не раз. По делу о криминальном аборте. Гинеколог
Барабаш. Восемнадцатилетняя девочка умерла.
- Совершенно верно! Неужели опять что-нибудь?!
- Слава Богу, нет. Все проще, - и он сказал: - Семнадцатого апреля
больной Иегупов Антон Сергеевич, 1918 года рождения, проходил ВКК,
закрывал бюллетень. Талон у него на семнадцать часов. Хотелось бы
уточнить, был ли он действительно в этот день на ВКК и, если возможно,
время. У вас в отчетности это как-то может быть отражено?
- Чего-чего, а бумаг хватает. Как вы говорите фамилия?
- Иегупов Антон Сергеевич.
Она записала.
- А чем он болел? - спросила.
- Он хромает, ходит с палкой. Полагаю, хроник и лечился у хирурга.
- Постараюсь выяснить. Дату его посещения проверить несложно. Тяжелее
уточнить время визита. Все-таки прошло столько месяцев.
- Я понимаю.
- Как мне с вами потом связаться?
- По телефону, - и Левин назвал номер. - Фамилия моя Левин.
Она прикурила погасшую сигарету, два раза сильно затянулась и вмяла
красивыми пальцами окурок в пепельницу...

В кабинете у Михальченко долго звонил телефон. Отложив газету, Левин
направился туда, но пока шел по коридору, звонок умолк и теперь уже звонил
его, Левина, телефон. Он вернулся, схватил трубку, однако уже раздавались
короткие гудки. Выглянув в окно, Левин увидел, что их "уазика" на месте
нет. Значит, Михальченко куда-то укатил...
Он развернул следующую газету. Из нее выпал конверт.
"Что за дурацкая манера вкладывать письма в газеты, - посетовал он
мысленно. - А если я не стану читать эту газету, выброшу? И это уже не в
первый раз!"
Письмо было от секретаря Анерта.
"Уважаемый господин Левин!
До отъезда в Канаду господин Анерт приготовил для Вас документы.
Несколько задержались с ними, поскольку переводчик был в отпуске. Посылаю
Вам их ксерокопии.
С уважением К. Больц"...
Те же цветные красивые пластмассовые скрепки, та же прекрасная бумага
и четкий шрифт компьютерного печатающего устройства...
Из дневника Кизе за 24 марта 1928 г.
"...Советник доктор Клеффер, уехавший в Вену несколько лет назад, как
в воду канул. Два или три раза я заходил к нему в бюро, но там какие-то
новые люди, они ничего о нем сообщить не могли. В квартире, которую он
занимал, тоже живут другие, домовладелец сообщил, что контракт с
господином Клеффером истек. Все эти годы у меня было много работы, новое
время, новые люди, и о советнике Клеффере я постепенно забыл.
Однако вчера он вдруг объявился. Позвонили из больницы Громберга,
попросили, чтоб я приехал: меня срочно хочет видеть советник, доктор
Клеффер. Я поехал. Пока я шел с лечащим врачом по длинному коридору, он
сообщил, что Клеффер смертельно болен, у него рак легкого, протянет в
лучшем случае месяц. Мы вошли в палату и врач оставил нас вдвоем. Палата
одноместная. Клеффер лежал у окна. Он показался невероятно исхудавшим,
почти древним стариком, кости лица, казалось, вот-вот прорвут истонченную
серовато-восковую натянувшуюся кожу, выпирал огромный лоб костяного
желтого цвета. И только живые умные глаза следили за моим лицом, как бы
улавливая, какое впечатление произвел на меня его вид. Я присел на стул
рядом с кроватью. Клеффер взял мою руку в сухую холодную ладонь, и я
ощутил прикосновение мертвеца.
"Ты удивлен, как я тебя разыскал? По моей просьбе позвонили старшему
лейтенанту Каммериху... Ты ведь с ним когда-то дружил... У него я узнал
твой телефон... Слушай, Алоиз... Жить мне осталось месяц... Я должен
выполнить обещание, которое когда-то дал тебе. Тем самым очистить и свою
совесть... Мне тяжело говорить, задыхаюсь... - он выпустил мою руку,
прикрыл глаза и какое-то время лежал, провалившись в беспамятство или
заснув. Я даже испугался, не умер ли он. Но он пришел в себя и повторил: -
Мне тяжело говорить... Поэтому хочу успеть сказать тебе главное: Иегупов
негодяй... Обыкновенный бандит... Не имей с ним никаких дел... Берегись
его... Он и меня обманывал... Всех нас... Вот здесь в тумбочке книга...
Прочитай... Остальное узнаешь из моего письма. Тебе перешлют его после
моей смерти... Такова моя воля... Теперь уходи..." - И он снова впал в
долгое забытье...
Я достал книгу из тумбочки. Называлась она "Расследование убийств.
Методика. Рекомендации. Истории". Издана в "Рютте-Ферлаг" в 1927 году. В
аннотации сказано: "Книга эта переведена с русского. Первое издание было
осуществлено в Советской России издательством "Знамя труда". Затем автор,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 [ 34 ] 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.