read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


ГЛАВА 31
- Едут, едут!
В неясной, серо-синей дали, застилаемой порошею, показался санный
обоз. Спереди, сзади и по бокам скакали верховые. Андрей, глядя со сеней
на приближающийся поезд, уже угадывал княжеский возок брата. Его
беспокоило также, приедет ли тесть. Без Давыда Явидовича говорить с
Дмитрием ему не хотелось.
Дворский подошел, стал посторонь, озабоченно взглядывая на князя.
Андрей оборотился.
- Все готово?
Дворский склонил голову.
- Встречай!
Дворский вышел, и Андрей услышал вскоре, как перед крыльцом зазвякали
стремена и весело затопотали кони. Вот вершники вылетели под угор,
рассыпались вдоль дороги. Вот они соединились с верховыми Дмитрия. На душе
у Андрея было смутно. Он все еще не решил, встретит ли брата на сенях или
выйдет на крыльцо. Пока думал, сани уже подъехали. Ржанье, скрип полозьев,
людской гомон и конский топ наполнили двор.
Андрей поспел только сойти на галерею, когда услышал брата. Дмитрий
уже подымался по ступеням. Слуги выбежали и стали по сторонам красной
ковровой дорожки, нарочито постеленной для приема важного гостя. Андрей
остановился стесненно, как в детстве. Походка брата, в которой была
одновременно и тяжесть и упругая легкость, так напомнила шаги отца, что
ему на миг стало сладко-страшно, но тотчас появился Дмитрий - и наваждение
кончилось.
В светлой бороде брата еще сверкали тающие снежинки. Дорожную шубу он
скинул внизу на руки слуг. Лицо было озабоченным, но не сердитым. Андрей
сделал шаг. Они обнялись.
Сейчас сдавить бы Митьку, швырнуть, - да не швырнешь его, черта!
Сейчас бы повозить друг друга, пыхтя и понарошку ругаясь, а потом, свалясь
рядом на лавку, пить квас и еще задираться, обещая не такой еще бучи
вдругорядь... Поди, и все иное по-другому пошло бы тогда!
Нельзя. По сторонам - слуги. Младшие дружинники - <дети боярские> с
игрушечными копьецами в руках замерли, выпрямившись, у дверей. Не дышат.
Присутствуют при великой встрече двух князей. И все нельзя. Они лишь на
миг задержали друг друга в объятиях, поворотились и пошли по красной
дорожке - два князя, съехавшиеся для переговоров. И навстречу уже вышла
Феодора, строгая, с византийскими глазами, в яхонтах и жемчугах, с хлебом
и солью на серебряном блюде. Дмитрий принял хлеб, поклонился, передал его
подоспевшим боярам. Принял серебряную чару из рук Феодоры, выпил,
поцеловался с невесткой. Феодора с плавным поклоном пригласила в терем.
Все было уставно, чинно, благолепно.
Дмитрия проводили в приготовленный для него покой, где он привел себя
в порядок с дороги, ополоснулся и переоделся. Потом пировали в тереме, в
узком кругу ближних бояр и семьи. Прочую дружину кормили на сенях. Давыд
Явидович успел-таки и теперь - прямой, внушительно-красивый, в серебре
седин и в роскошном, как всегда, одеянии - сидел за столом и изредка, с
настойчивым напоминанием, взглядывал в глаза Андрею. Тот хмурился, слегка
кивал в ответ. Более всего хотел бы он избежать разговора с братом
наедине. Но Дмитрий, тоже изредка поглядывая на Давыда, вел окольные речи
о делах домашних и семейных и явно добивался свидания с глазу на глаз. В
конце концов Андрей устыдился своего малодушия, разозлился, как злился на
брата в детстве, когда Дмитрий, по-старшинству, брал в чем-нибудь верх, и
решил больше не увиливать. Они прошли в теплую горницу, отведенную
Дмитрию, и остались одни.

Андрей очень скоро понял, что не след ему было начинать этого
разговора без бояр или, по крайней мере, без Давыда Явидовича. Дмитрий
как-то сумел вывернуть все его упреки, изобразив их личной прихотью, и
обратить против самого же Андрея, Андрей, не выдержав, сорвался наконец:
- Понятно! Отец был главою! А ты почему?!
- Я старейший брат.
- Старейший не ты, а покойный Василий!
- А ты что ж - хочешь уподобить себя дяде Андрею, что с батюшкой
ратился?
- Дядя Андрей владимирский стол получил по закону! Это батя
переиначил все у Сартака!
- Отца не замай! Перста его не стоишь! Батя был прав во всем!
Единства требует земля!
- Было единство! При Юрии Владимирском! Как глиняную корчагу разбили!
...Отец, опять отец! Ежели бы это сказал я, а не ты! Ты - да, старший из
нас, живых (а Василий мертв!). А что нам? Что мне и брату? Стать ковром
для твоих ног? Ладно, ты нас еще не очень обидишь, мы братья, а твои дети
у моих не отрежут волости, как дядя Ярослав у Андреевых детей? Ах, я могу
рассчитывать, что после твоей смерти... Но ни ты, ни я умирать еще не
собираемся! Скажи уж прямо: мы должны исчезнуть в свой черед, как исчез
Василий, чтобы тебе - не вообще великому князю, а именно тебе - освободить
дорогу! И почему старший? Владимир Святой не был старшим сыном! И дедушка
не был старейшим. Уж коли на то пошло, Константин Ростовский старше, но мы
не уступили стола ростовским князьям! Да, я жаден до жизни! Я не хочу
отсыхать, как ненужная ветка в саду!
- Но как ты мыслишь судьбу земли, отчины нашей?
- Никак не мыслю! Завтра, завтра! Мор, огневица, любая иная смерть,
гибель в бою... Откуда ты можешь знать, что будет? И я не знаю! И знать не
хочу!
- Но оставить за собою хочешь!
- А оставить хочу. Как и ты, как и всякий из нас, как и любой мужик.
И даже ежели мне предстоит княжить после тебя, без сильного княжества в
руках я не получу места, стойно стародубскому князю! Вот мое слово: ты
берешь Владимир, мне даешь Кострому - в удел.
- Владимир я беру не в удел, а как великий князь... Ладно, Андрей.
Пойми, что бы ты ни говорил сейчас, все это я слышал уже от твоих бояр и
боюсь, советчики у тебя не те, которые тебе нужны. Мы родные братья. Нам -
ни тебе, ни мне - не удержать земли в одиночку. Вспомни батюшку! Что
сказал бы он, увидев нас у власти, как собак у кости? Ладно, я могу тебе
дать Кострому, но так же, как сам беру Владимир.
- То есть?
- То есть Кострома останется в волости великого княжения и будет дана
тебе в кормление.
- Хочешь меня своим посадником сделать?
- Да.
- Не хочу!
- Пойми, что в очередь ты получишь и Владимир!
- Ну, это мы уже толковали с тобой. После смерти!
- Слушай, Андрей! Наша земля растоптана. Потеряно все. Слава Киевской
державы развеяна дымом. Мы - подручники хана. Народы, сущие окрест,
отворотились от нас. Деревни пустеют, люд бежит. Чернигов, Киев, Дебрянск,
Смоленск и Рязань уже не подвластны великому князю владимирскому. Угры
точат зубы на Галич, ляхи рвутся к Волыни, немцы зарятся на земли
Новгорода и Пскова. Стоит кагану мунгальскому помириться с Ордой и
привести на нас войска из Китая, и нас уничтожат, вырежут, и имя Русь
исчезнет с лица земли! А среди русичей - зависть и свары, мы как будто
устали жить, разлюбили самих себя. Мы гибнем! Единственный выход для нашей
земли - единая власть!
- Так отдай ее мне!
- Мы, Андрей, не отцову клеть с добром делим. Земля - это люди,
города, бояре, ратники, церковь. Мы - пример для всех: порядка, и
единоначалия, и власти. Как мы, так будут поступать все вслед за нами.
Наша жизнь, жены, дети, все, что делаем мы, - пример. Мы не имеем права
сами переступать право отцов и закон земли, ежели хотим, чтобы закон
существовал. А ты и женился не так, как лепо князю, а по страсти и по
упрямству...
- Ты еще скажи, что Бог наказал меня за это смертью детей!
- О Боге, Андрей, и его воле не нам судить. Мы лишь приемлем сущее...
Но ежели мы, князья, преступим законы, и веру, и старину, и заветы
прадедов, и вновь переступим, и вновь, - кто скажет, когда земля
перестанет считать нас своими господами и стряхнет с себя, как старую
ветошь? Я не потому беру власть, что сильнее тебя, а потому, что по
лествичному праву она мне принадлежит. И так думают все, так считает
земля!
- Ни Городец, ни Кострома, ни Ярославль, ни даже Ростов так не
считают! А ежели и считают, вспомни: у дяди Василия не сам ли ты хотел
отобрать Новгород?!
- Новгород, но не великое княжение.
- Я тоже прошу даже не Новгорода, а лишь одной Костромы.
- Кострому я тебе даю. Но не в волость, а в держание.
- И затем отберешь.
- И затем не отберу, она будет твоей до моей смерти, а после будет
твоей как область великого княжения, а еще после, Андрей, ты сам поймешь,
что я был прав, и станешь поступать, как и я.
- Поклянись!
- Пусть принесут Евангелие.
Андрей ударил рукой в подвешенное у двери серебряное блюдо.
Принесли тяжелое напрестольное Евангелие, призвали священника.
Дмитрий положил руку на переплет и произнес:
- Клянусь не хотеть ми под братом моим волости, в держание ему
данной, ни града Костромы, ни иных градов и весей до живота моего! Но и ты
поклянись, что не преступишь ряда и не будешь хотеть власти подо мной!



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 [ 35 ] 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.