read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



присутствовали четверо: два молодых педераста, мадам де Нуарсей и я, и
каждый день его чувствительная и несчастная жена была жертвой тех пикантных
и необычных упражнений, о которых я уже рассказывала. Затем помощников
выгоняли, и мы с хозяином ужинали вдвоем обыкновенно он -напивался до
беспамятства и заканчивал тем, что засыпал у меня на руках.
Я должна сознаться, друзья мои, что мне уже давно не терпелось
проверить теории Дорваля на практике от нетерпения у меня чесались руки:
мне во что бы то ни стало требовалось украсть. Однако надо было все обдумать
как следует: в своих способностях я не сомневалась, но нужен был объект, на
котором я могла бы испытать их. Здесь, в доме Нуарсея, для этого были
чрезвычайно благоприятные условия: его доверие ко мне было настолько же
полным, насколько велико было его состояние и безумны его прихоти. И я могла
в любой день и в любую минуту прибрать к рукам десять-двенадцать луидоров
так, что он бы и не заметил их пропажи. Но в силу какой-то игры воображения,
какого-то странного расчета, благодаря ощущению, которое я и сама не смогла
бы объяснить, у меня не было желания причинить зло человеку, который был так
же испорчен, как и я. Может быть, все дело в так называемой воровской "этике
или взаимном уважении, которое имеет место среди воров, - не знаю, но во мне
это сидело крепко. Была и другая причина - и весьма важная: да, я хотела
украсть, но так, чтобы моей жертве стало от этого очень плохо, вот какая
мысль бродила у меня в голове. Ну а какое преступление должна была я
совершить, чтобы по-настоящему сделать Нуарсею больно? Я и без этого считала
своей всю его собственность, какой же смысл воровать у самой себя? Поэтому
ограбить Нуарсея значило бы повторно присвоить свое собственное богатство, а
в этом нет ни малейшего намека на настоящее воровство. Одним словом, будь
Нуарсей обычным добропорядочным человеком, я бы обобрала его до нитки, но он
был исчадием порока, и я его уважала за это. Вы еще услышите, как я была ему
неверна, и, быть может, удивитесь, почему глубокое уважение к этому человеку
не мешало мне удовлетворять свою похоть на стороне, но распутство - это
все-таки совершенно особая область, недоступная пониманию ограниченных умов,
и между моими принципами и неверностью нет ни тени противоречия. Я любила
Нуарсея за его либертинаж и за его ум, но я ни в коей мере не была пленницей
его личности и не считала себя настолько к нему привязанной, чтобы хранить
ему верность. Я была молода и честолюбива и смотрела далеко вперед: чем
больше я узнавала мужчин, тем выше были мои шансы найти лучшего, чем
Нуарсей. И даже если мне не повезет в этом, сотрудничать с Дювержье было все
равно выгодно, и я не могла терять деньги во имя идиотского рыцарского
чувства к Нуарсею, в котором, ни внутри, ни снаружи, ничего рыцарского не
было и в помине. Взвесив все соображения, я, как вы легко догадаетесь,
приняла предложение, которое получила от Дювержье через несколько дней после
той встречи.
Праздник сладострастия должен был происходить в доме одного миллионера,
который не отказывал себе ни в каких радостях жизни и расплачивался звонкой
монетой с послушными созданиями, приносимыми в жертву его чудовищным
прихотям. Однако, как бы обширны ни были познания человека в вопросах
распутства, оно постоянно приберегает для нас сюрпризы, и невозможно
предсказать, до какой степени может опуститься человек, который подчиняется
лишь чудовищным порывам, подстегиваемый безграничной порочностью.
В дом этого Креза меня сопровождали шестеро самых талантливых
воспитанниц мадам Дювержье, но поскольку из всей компании я была самым
лакомым кусочком, все его внимание сосредоточилось на мне, а мои подруги
должны были исполнять обязанности жриц на ритуальной церемонии.
Мы добрались до места, и нас сразу ввели в комнату со стенами, обитыми
коричневым атласом - без сомнения, цвет и материал обивки выгодно
подчеркивали белизну тел наложниц, которые служили здесь своему султану
сопровождающая нас женщина приказала нам раздеться. Она набросила на меня
полупрозрачный черно-серебристый халат, и этот костюм еще больше выделил
меня из всех прочих в таком одеянии мне было ведено лечь на диван,
остальные стали подле, покорно ожидая распоряжений, и из этих приготовлений
я поняла, что буду исполнять в оргии главную роль.
Вошел Мондор. Это был семидесятилетний коротышка, толстый, с
пронзительным маслянистым взглядом. Он оглядел моих подруг, бросив каждой
короткий комплимент, потом приблизился ко мне и сказал несколько
одобрительных слов, уместных разве что в устах работорговца.
- Очень хорошо, - обратился он к своей помощнице, - если юные дамы
готовы, я полагаю, мы можем начинать.
Сладострастный спектакль состоял из трех действий: сперва, пока я
губами, языком и зубами старалась пробудить от глубокого сна активность
Мондора, мои партнерши, разбившись на пары, принимали самые соблазнительные
лесбийские позы, которые созерцал Мондор ни одна из них не была похожа на
другую, и все девушки находились в постоянном движении. Постепенно три пары
слились в один клубок, и шестеро лесбиянок, которые специально репетировали
несколько дней, составили самую оригинальную и самую сладострастную группу,
какую только можно себе представить. Прошло уже полчаса наших усилий, а я
только теперь начала обнаруживать слабые признаки пробуждения нашего старца.
- Ангел мой, - сказал он, - мне кажется, эти шлюхи поддали ветра в мои
паруса. Теперь поднимайся и покажи мне свои прелести, а чтобы я смог
пронзить твою благородную заднюю норку, дай мне прежде расцеловать ее, а
после мы без промедления приступим к заключительному акту.
Однако, подгоняемый своим оптимизмом, Мондор забыл принять во внимание
Природу. Таким образом, неудачей закончились несколько попыток, которые он
предпринял, хотя они подсказали мне, чего он желал добиться.
- Ну. что ж, - наконец вздохнул он, - ничего не получается. Придется
начать все сызнова.
Мы всемером окружили его. Каждой из нас дуэнья протянула связку упругих
розог, и, сменяя друг друга, мы отхлестали дряблую морщинистую задницу
бедняги Мондора, который, пока его обхаживала одна девушка, ласкал чресла
остальных шестерых. Мы отделали его до крови, и снова никаких намеков на
успех.
- О, Боже, - проворчал в сердцах старый пес. - Очевидно, придется
принимать какие-то кардинальные меры.
Истекая потом и кровью, престарелый сластолюбец обвел присутствующих
отчаянным и не на шутку перепуганным взглядом.
В этот момент заботливая дуэнья, смазывая одеколоном потрепанные
ягодицы хозяина, сказала:
- Знаете, девушки, боюсь, что остается только одно средство вернуть к
жизни его превосходительство.
- А что можно еще сделать? - поинтересовалась я. - Честное слово,
мадам, мы испробовали все средства, чтобы разбудить его превосходительство.
- И все же надо попробовать еще одно, - ответила она. - Я положу его на
эту кушетку, а ты, милая Жюльетта, станешь перед ним на колени и вложишь
холодный инструмент хозяина в свой розовый ротик. Только ты сможешь вернуть
его к жизни - я уверена в этом. А остальные должны подходить по очереди и
делать три вещи: сначала хорошенько шлепнуть его превосходительство по щеке,
потом плюнуть в лицо и под конец пукнуть ему в рот как только все шестеро
проделают это, я думаю, случится чудо - его превосходительство воскреснет.
Все было сделано так, как она велела, и, клянусь вам, я сама была
поражена эффективностью таких необычных средств: по мере лечения у меня во
рту набухал и наливался силой комок плоти, которым вскоре я едва не
подавилась. Затем все произошло очень быстро: пощечины, плевки, смачные
утробные звуки - все слилось в один великолепно оркестрованный хор,
обрушившийся дождем на нашего пациента непривычно и забавно было слышать
звучавшую в воздухе музыку - симфонию извергающегося вулкана: басы и тенора,
звенящие звуки пощечин и щелчки плевков. Наконец, дремавший до сих пор орган
лениво приподнялся и, как я уже говорила, разбух неимоверно я уж подумала,
что он взорвется у меня в гортани, когда, с необыкновенной легкостью
отпрянув от меня, Мондор дал знак дуэнье, которая все уже подготовила для
финала - опера должна была завершиться между моих ягодиц. Дуэнья поставила
меня в позу, какую требует содомия, Мондор с помощью своей ассистентки
мгновенно погрузился в тайну тайн, где и получил величайшее наслаждение. Но
погодите - полной картины происходившего у меня не получится, если я опущу
мерзопакостный эпизод, который увенчал экстаз Мондора. Пока распутник
трудился над моим задом, происходило следующее:
1) его наперсница, вооружившись гигантским искусственным членом, делала
с ним то же самое, что и он со мной
2) одна, из девушек, забравшись под меня, ласкала мое влагалище: сосала
и лизала его, вдувала внутрь воздух и сладострастно причмокивала губами
3) две пары упругих изящных ягодиц были установлены таким образом,
чтобы я также могла ласкать и массировать их
4) наконец, две оставшихся девушки - одна, усевшись на меня верхом и
выгнув таз, а вторая, сидя на спине первой, - одновременно испражнялись,
причем первая умудрялась выдавать порцию экскрементов в рот его
превосходительству, а другая - на его чело.
Все участницы, по очереди, проделали все, о чем я упоминала: все
испражнялись, даже дуэнья, все ласкали мои чресла, все поработали
искусственным членом, сажая Мондора на кол, а он, переполненный
возбуждением, в конце концов, впрыснул хилые плоды своей похоти в самые
глубины моего ануса.
- Ну это уже слишком, мадам! Что за сказки вы нам рассказываете! -
воскликнул шевалье, прерывая Жюльетту. - Вы хотите сказать, что дуэнья тоже
испражнялась?
- И даже с удовольствием, сударь, - ответила рассказчица с обидой в
голосе и с неодобрением во взгляде. - Мне что-то непонятно, как с таким
богатым воображением, как ваше, уважаемый шевалье, вы находите такое
поведение необычным: чем больше изношен женский зад, чем больше морщинист,
тем лучше подходит он для подобной процедуры, ведь приправа всегда придает
блюду остроту, делает его букет богаче и запах сильнее и волнительнее...
Вообще я могу добавить, что глубоко заблуждается тот, кто чурается
выделений, исходящих из самых недр нашего пищеварительного тракта: в них нет
ничего нездорового, ничего такого, что может, в конечном счете, быть



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 [ 36 ] 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.