read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Извините-с.
- Да ты не извиняйся, а приглашай гостей. С тобой погулять приехали.
Вот привел еще гостя: приятель! - Маслобоев указал на меня.
- Рады-с, то есть осчастливили-с... Кхи!
- Ишь, шампанское называется! На кислые щи похоже.
- Обижаете-с.
- Знать, ты к Дюссо-то и показываться не смеешь; а еще приглашает!
- Он сейчас рассказывал, что в Париже был, - подхватила штаб-офицерка,
- вот врет-то, должно быть!
- Федосья Титишна, не обижайте-с. Были-с. Ездили-с.
- Ну, такому ли мужику в Париже бань?
- Были-с. Могли-с. Мы там с Карпом Васильичем отличались. Карпа
Васильича изволите знать-с?
- А на что мне знать твоего Карпа Васильича?
- Да уж так-с... из политики дело-с. А мы с ним там, в местечке
Париже-с, у мадам Жубер-с, англицкую трюму разбили-с.
- Что разбили?
- Трюму-с. Трюма такая была, во всю стену до потолка простиралась; а
уж Карп Васильич так пьян, что уж с мадам Жубер-с по-русски заговорил. Он
это у трюмы стал, да и облокотился. А Жуберта-то и кричит ему, по-свойски
то есть: "Трюма семьсот франков стоит (по-нашему четвертаков), разобьешь!"
Он ухмыляется да на меня смотрит; а я супротив сижу на канапе, и красота со
мной, да не такое рыло, как вот ефта-с, а с киксом, словом сказать-с. Он и
кричит: "Степан Терентьич, а Степан Терентьич! Пополам идет, что ли?" Я
говорю: "Идет!" - как он кулачищем-то по трюме-то стукнет - дзынь! Только
осколки посыпались. Завизжала Жуберта, так в рожу ему прямо и лезет: "Что
ты, разбойник, куда пришел?" (по-ихнему то есть). А он ей: "Ты, говорит,
мадам Жубер-с, деньги бери, а ндраву моему не препятствуй", да тут же ей
шестьсот пятьдесят франков и отвалил. Полсотни выторговали-с.
В эту минуту страшный, пронзительный крик раздался где-то за
несколькими дверями, за две или за три комнатки от той, в которой мы были.
Я вздрогнул и тоже закричал. Я узнал этот крик: это был голос Елены. Тотчас
же вслед за этим жалобным криком раздались другие крики, ругательства,
возня и наконец ясные, звонкие, отчетливые удары ладонью руки по лицу. Это,
вероятно, расправлялся Митрошка по своей части. Вдруг с силой отворилась
дверь и Елена, бледная, с помутившимися глазами, в белом кисейном, но
совершенно измятом и изорванном платье, с расчесанными, но разбившимися,
как бы в борьбе, волосами, ворвалась в комнату. Я стоял против дверей, а
она бросилась прямо ко мне и обхватила меня руками. Все вскочили, все
переполошились. Визги и крики раздались при ее появлении. Вслед за ней
показался в дверях Митрошка, волоча за волосы своего пузатого недруга в
самом растерзанном виде. Он доволок его до порога и вбросил к нам в
комнату.
- Вот он! Берите его! - произнес Митрошка с совершенно довольным
видом.
- Слушай, - проговорил Маслобоев, спокойно подходя ко мне и стукнув
меня по плечу, - бери нашего извозчика, бери девочку и поезжай к себе, а
здесь тебе больше нечего делать. Завтра уладим и остальное.
Я не заставил себе повторять два раза. Схватив за руку Елену, я вывел
ее из этого вертепа. Уж не знаю, как там у них кончилось. Нас не
останавливали: хозяйка была поражена ужасом. Все произошло так скоро, что
она и помешать не могла. Извозчик нас дожидался, и через двадцать минут я
был уже на своей квартире.
Елена была как полумертвая. Я расстегнул крючки у ее платья, спрыснул
ее водой и положил на диван. С ней начался жар и бред. Я глядел на ее
бледное личико, на бесцветные ее губы, на ее черные, сбившиеся на сторону,
но расчесанные волосок к волоску и напомаженные волосы, на весь ее туалет,
на эти розовые бантики, еще уцелевшие кой-где на платье, - и понял
окончательно всю эту отвратительную историю. Бедная! Ей становилось все
хуже и хуже. Я не отходил от нее и решился не ходить этот вечер к Наташе.
Иногда Елена подымала свои длинные ресницы и взглядывала на меня, и долго и
пристально глядела, как бы узнавая меня. Уже поздно, часу в первом ночи,
она заснула.
Я заснул подле нее на полу.
Глава VIII
Я встал очень рано. Всю ночь я просыпался почти каждые полчаса,
подходил к моей бедной гостье и внимательно к ней присматривался. У нее был
жар и легкий бред. Но к утру она заснула крепко. Добрый знак, подумал я,
но, проснувшись утром, решился поскорей, покамест бедняжка еще спала,
сбегать к доктору. Я знал одного доктора, холостого и добродушного
старичка, с незапамятных времен жившего у Владимирской вдвоем с своей
экономкой-немкой. К нему-то я и отправился. Он обещал быть у меня в десять
часов. Было восемь, когда я приходил к нему. Мне ужасно хотелось зайти по
дороге к Маслобоеву, но я раздумал: он, верно, еще спал со вчерашнего, да к
тому же Елена могла проснуться и, пожалуй, без меня испугалась бы, увидя
себя в моей квартире. В болезненном своем состоянии она могла забыть: как,
когда и каким образом попала ко мне.
Она проснулась в ту самую минуту, когда я входил в комнату. Я подошел
к ней и осторожно спросил: как она себя чувствует? Она не отвечала, но
долго-долго и пристально на меня смотрела своими выразительными черными
глазами. Мне показалось из ее взгляда, что она все понимает и в полной
памяти. Не отвечала же она мне, может быть, по своей всегдашней привычке. И
вчера и третьего дня, как приходила ко мне, она на иные мои вопросы не
проговаривала ни слова, а только начинала вдруг смотреть мне в глаза своим
длинным, упорным взглядом, в котором вместе с недоумением и диким
любопытством была еще какая-то странная гордость. Теперь же я заметил в ее
взгляде суровость и даже как будто недоверчивость. Я было приложил руку к
ее лбу, чтоб пощупать, есть ли жар, но она молча и тихо своей маленькой
ручкой отвела мою и отвернулась от меня лицом к стене. Я отошел, чтоб уж и
не беспокоить ее.
У меня был большой медный чайник. Я уже давно употреблял его вместо
самовара и кипятил в нем воду. Дрова у меня были, дворник разом носил мне
их дней на пять. Я затопил печь, сходил за водой и наставил чайник. На
столе же приготовил мой чайный прибор. Елена повернулась ко мне и смотрела
на все с любопытством. Я спросил ее, не хочет ли и она чего? Но она опять
от меня отвернулась и ничего не ответила.
"На меня-то за что ж она сердится? - подумал я. - Странная девочка!"
Мой старичок доктор пришел, как сказал, в десять часов. Он осмотрел
больную со всей немецкой внимательностью и сильно обнадежил меня, сказав,
что хоть и есть лихорадочное состояние, но особенной опасности нет никакой.
Он прибавил, что у ней должна быть другая, постоянная болезнь, что-нибудь
вроде неправильного сердцебиения, "но что этот пункт будет требовать
особенных наблюдений, теперь же она вне опасности". Он прописал ей микстуру
и каких-то порошков, более для обычая, чем для надобности, и тотчас же
начал меня расспрашивать: каким образом она у меня очутилась? В то же время
он с удивлением рассматривал мою квартиру. Этот старичок был ужасный
болтун.
Елена же его поразила; она вырвала у него свою руку, когда он щупал ее
пульс, и не хотела показать ему язык. На все вопросы его не отвечала ни
слова, но все время только пристально смотрела на его огромный Станислав,
качавшийся у него на шее. "У нее, верно, голова очень болит, - заметил
старичок, - но только как она глядит!" Я не почел за нужное ему
рассказывать о Елене и отговорился тем, что это длинная история.
- Дайте мне знать, если надо будет, - сказал он, уходя. - А теперь нет
опасности.
Я решился на весь день остаться с Еленой и, по возможности, до самого
выздоровления оставлять ее как можно реже одну. Но зная, что Наташа и Анна
Андреевна могут измучиться, ожидая меня понапрасну, решился хоть Наташу
уведомить по городской почте письмом, что сегодня у ней не буду. Анне же
Андреевне нельзя было писать. Она сама просила меня, чтоб я, раз навсегда,
не присылал ей писем, после того как я однажды послал было ей известие во
время болезни Наташи. "И старик хмурится, как письмо твое увидит, -



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 [ 36 ] 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.