read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



к нему несется взъерошенная копия его самого; несется и останавливается в
десяти шагах.
Как две одинаковые статуи, вышедшие из-под резца одного мастера,
стояли они во дворе; разве что первый мальчик был обнажен, если не считать
легкой набедренной повязки, а второй был одет в будничную одежду с
коричневой полосой по подолу, и еще он держал в руке костяной плектр от
кифары.
- Автолик там? - спросил второй, швыряя плектр на землю и пальцем
указывая за забор.
Алкид кивнул.
- Отлично! - во все горло завопил второй, вихрем срываясь с места, и
через мгновенье Алкид снова был во дворе один.
Впрочем, одиночество его оказалось коротким.
Опять хлопнула дверь, и на террасе мегарона объявился сухощавый
человек лет сорока, одетый не по погоде в шерстяную накидку-фарос поверх
длинного хитона. Лицо появившегося всякий счел бы
утонченно-привлекательным, но сейчас оно было искажено гримасой ярости и
скорей напоминало маску Горгоны.
Сухие нервные пальцы мужчины, выдававшие в нем музыканта, плотно
охватывали учительский посох, раздвоенный на конце.
- Ификл! - закричал он, сбегая по ступенькам и громко стуча
сандалиями. - Вот ты где, мерзавец!.. и хитон сбросил - думал, я не
узнаю...
- Я не... - начал было мальчик, но посох учителя уже обрушился на его
плечи, оцарапав рогулькой щеку до крови.
Еще два удара последовали один за другим. Учитель Лин-кифаред не был
воином, хотя хлестал сильно и беспощадно, забывшись в раздражении - иначе
он бы заметил, занося посох для очередного удара, как глаза мальчика
полыхнули безумным огнем, а из закушенной нижней губы упала на землю почти
невидимая капелька крови; упала, подобно жертве на алтарь Ареса-Эниалия,
кровавого сына Зевса, ненавистного отцу.
Нет, учитель Лин не был воином, и поэтому опустил посох в четвертый
раз, промахнувшись и сгибаясь пополам от резкого удара локтем в живот, и
правая рука Алкида неумолимым кольцом охватила его шею, заставляя нелепо
вскинуть гладко выбритый по микенской моде подбородок, а левая ладонь
мальчика легла на затылок Лина почти ласково; Алкид крутнулся, припадая на
колено, ноги учителя Лина брыкнули, отрываясь от земли, и послышался
слабый хруст, какой бывает, когда ломается сухая ветка...
Автолик был не прав.
Мальчик стоял на коленях возле тела учителя Лина, и лишь одна мысль
пульсировала в его мозгу, подобно воспалившейся ране: "Автолик не прав. Не
прав. Не прав..."
И в сухих глазах Алкида медленно угасало темное пламя.
- Ты нарочно! - донеслось от ворот. - Ты нарочно разозлил Автолика! А
наказал он меня! Ты нарочно, мы так не договаривались!
- Да, Ификл, - еле слышно прошептал Алкид. - Мы так не
договаривались...
Ификл вдруг замолчал, став похожим на бегуна, с разгону налетевшего
на невесть откуда взявшуюся каменную стену, и во все глаза уставился на
брата и на труп Лина с неестественно вывернутой шеей.
Рядом с головой учителя валялся костяной плектр, до половины
зарывшийся в пыль.
- Это я виноват, - тихо сказал Ификл, мгновенно присмирев и подходя
ближе. - Я порвал струну и убежал. А он...
Алкид ничего не ответил, глядя то на свои руки, то на мертвого Лина.
- У тебя не было приступа, - утвердительно бросил Ификл. - Я точно
знаю, что не было.
Алкид медленно кивнул.
- Тебя будут судить, - Ификл нахмурился, отчего лицо его сразу стало
значительно старше. Если бы мать видела Ификла в этот миг, она бы
вздрогнула и отвернулась - Алкмена уже видела это лицо, лицо Амфитриона,
когда он случайно убил Электриона, правителя Микен и отца Алкмены.
- Тебя будут судить. Даже если я скажу, что это из-за меня - судить
будут тебя.
- Он несправедливо побил меня, - набычившись, Алкид затравленно
огляделся по сторонам, словно обложенный собаками лис. - Я не виноват.
- Да. Лин несправедливо побил тебя, а Автолик несправедливо побил
меня. Только Автолик жив, а Лин - нет, и все остальное не имеет значения.
- Меня будут судить, - похоже, Алкид лишь сейчас понял это.
- Да. И в лучшем случае отцу придется сослать тебя. В Фокиду или на
Киферон. Надолго. Может быть, навсегда.
Алкид встал и с трудом отвел взгляд от тела Лина.
- Мы поедем вместе, - Ификл коснулся исхлестанного плеча брата,
другой рукой поправляя свою разорванную одежду. - Хоть в Гиперборею, хоть
в Тартар - я поеду с тобой. Еще не знаю, как, но им придется сослать и
меня тоже.
Близнецы посмотрели друг на друга и криво улыбнулись.
- Герой должен быть один? - невесело спросил Алкид.
- Да, - очень серьезно ответил Ификл. - Герой должен быть один. Мы же
не виноваты, что нас двое... и что все от нас чего-то хотят.

Уже у входа в мегарон Ификл на мгновение придержал брата.
- Локтем? - спросил он. - Локтем в живот? И на колено после захвата?
Алкид кивнул.
- Я так и думал, - грустно сказал Ификл. - Я так и думал... только
никому показать не успел. Даже Автолику - он меня сразу пнул. А они все
смеялись - и дылда Поликтор, и Ликомед, и Павсаний-дискобол, и... Лучше б
ты Автолика кинул - у него шея крепче!


2
"Старею", - обреченно подумал Амфитрион, сжимая голову руками, и сам
поразился этой незванной обреченности, явившейся подобно гостю, которого и
видеть не хочется, и выгнать нельзя.
Он бессмысленно пригладил волосы, потом посмотрел на свои ладони -
широкие, мозолистые, с резко прочерченными линиями судьбы.
Поперек линии жизни лежало несколько волосков.
Один темный и три седых.
Амфитрион сдул их, и волоски закружились в воздухе, медленно, словно
нехотя, опускаясь на пол.

...Полночь застала его в мегароне, где он сидел в полном одиночестве
у старого любимого столика с резными ножками в виде львиных лап; за кубком
вина, из которого Амфитрион так ни разу и не удосужился отхлебнуть.
Дом спал тревожным сном измотавшегося за день человека, знающего, что
день грядущий не принесет ему облегчения. Спали рабы и слуги, уставшие
судачить и ужасаться, забылась скорчившаяся на ложе Алкмена, чей
остановившийся взгляд до сих пор преследовал Амфитриона - он всерьез
боялся, что рассудок жены не выдержит обрушившегося на нее несчастья;
спала зыбким старческим сном нянька Эвритея, и никто не знал, что ей
больше не суждено проснуться здесь, в этом доме, в этом суетном мире -
лишь душа тихо умершей няньки на миг очнется по пути в Аид, чтобы пройти
мимо Белого Утеса и обрести вечное забвение... и еще спали в своих покоях
мальчики-близнецы Алкид и Ификл, каждый из которых утверждал, что именно
он - убийца Лина-кифареда, а второй врет, выгораживая брата.
Ладони Амфитриона сжались в кулаки и опустились на столик, заставив
вино испуганно выплеснуться из кубка и растечься иссиня-черной лужицей.
"Вот оно, проклятье рода Персеидов", - думал Амфитрион, потому что не
думать об этом было нельзя, потому что думать о теле Лина, приготовленном
для завтрашнего огненного погребения, было стократ больнее; думать об
убитом, об убийце, пока все не замыкалось в один пылающий круг, пока не
становилось все равно, о чем думать, как иногда бывает все равно, куда
воткнуть себе нож - в сердце, в горло, в живот... все равно куда, лишь бы
по рукоять.
Амфитрион хорошо помнил своего деда, великого Персея - желчного,
молчаливого старика, чьи руки почти всегда были сцеплены за спиной, словно
Персей ненавидел их и старался не замечать эти руки, метнувшие проклятый
диск, который и убил Акрисия, деда Персея, всю жизнь прятавшегося от
собственного внука. Маленький Амфитрион очень боялся неласкового старика,
и лишь возмужав, понял, что Персей тогда был отнюдь не стар - чуть старше
сорока пяти, что для полубога-героя, в чьих жилах течет и ручеек
божественного ихора, заменяющего Олимпийцам смертную кровь, является
отнюдь не преклонным возрастом.
Находясь в Мидее, двадцатитрехлетний Амфитрион узнал о том, что в
Тиринфе в возрасте шестидесяти четырех лет скончался Персей-Горгоноубийца
- и, приехав на похороны, Амфитрион так и не смог заставить себя поверить,
что вот на этом погребальном костре пылает тело победителя Медузы.
Там горел труп старика, убившего в свое время другого старика, своего
деда, и не простившего себе этой невольной вины до конца дней.
Через три года Амфитрион метнул дубину в убегающую корову и
промахнулся, расколов череп Электриону, своему дяде и отцу Алкмены.
И вот сейчас Амфитриону сорок пять, как когда-то Персею, на которого
с испугом смотрел его пятилетний внук, еще ничего не зная о собственной
судьбе - а в доме спят мальчики, один из которых сегодня утром свернул шею
своему учителю, намеренно или случайно.
Алкид или Ификл.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 [ 37 ] 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.