read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



родовом поместье в Линкольншире.
В знак уважения к избранному и блестящему кругу, а попутно и к самому
Чесни-Уолду, обвалившийся мост в парке исправлен, а река вернулась в свои
берега и, вновь перекрытая изящной аркой, выглядит очень эффектно, когда на
нее смотришь из дома. Холодный, ясный, солнечный свет заглядывает в
промерзшие до хрупкости леса и с удовлетворением видит, как резкий ветер
разбрасывает листья и сушит мох. Целый день свет скользит по парку за
бегущими тенями облаков, пытается их догнать и не может. Он проникает в окна
и кладет на портреты предков яркие полосы и блики, которые вовсе не входили
в замыслы художников. На портрет миледи, висящий над огромным камином, он
бросает широкую яркую полосу, скошенную влево, как перевязь на гербе
внебрачных детей *, и полоса эта, изламываясь, ложится на стенки каминной
ниши, словно стремясь рассечь ее надвое.
В столь же холодный солнечный день, в столь же ветреную погоду миледи и
сэр Лестер в дорожной карете (камеристка миледи и любимый камердинер сэра
Лестера - на запятках) трогаются в обратный путь на родину. Под громкий звон
бубенчиков и щелканье бичей пара неоседланных коней и пара кентавров в
лакированных шляпах и ботфортах, с развевающимися гривами и хвостами, рьяно
рвутся вперед, вывозя грохочущую карету со двора отеля "Бристоль" на
Вандомской площади *, скачут между исполосованной светом и тенью колоннадой
улицы Риволи * и садом рокового дворца обезглавленных короля и королевы *,
мчатся по площади Согласия * и Елисейским полям * и, проехав под
Триумфальной аркой на площади Звезды *, выезжают из Парижа.
Сказать правду, чем быстрей они мчатся, тем лучше, ибо даже в Париже
миледи соскучилась до смерти. Концерты, балы, опера, театр, катанье - все
это старо; да и ничто не ново для миледи под одряхлевшими небесами. Не далее
как в прошлое воскресенье, когда беднота веселилась и внутри городских стен,
- играя с детьми среди статуй и подстриженных деревьев Дворцового сада,
гуляя группами человек в двадцать по Елисейским (что значит - "райским")
полям, которые казались в тот день еще более райскими благодаря каруселям и
дрессированным собакам, или изредка заходила (в очень небольшом числе) в
сумрачный собор Парижской богоматери, чтобы прошептать краткую молитву у
подножья колонны, озаренной трепещущим пламенем тонких восковых свечек в
похожем на рашпер ржавом подсвечнике; когда беднота веселилась и за
городскими стенами, окружая Париж кольцом танцевальных вечеринок, любовных
приключений, выпивок, табачного дыма, поминовения усопших на кладбищах,
бильярдных партий, карточных игр, состязаний в домино, шарлатанства и
бесчисленных зловредных отбросов, одушевленных и неодушевленных, - не дальше
как в прошлое воскресенье миледи, подавленная безысходной Скукой и томясь в
лапах Гиганта Отчаяния *, почти ненавидела свою собственную камеристку за
то, что та была в хорошем настроении.
И миледи не терпится уехать из Парижа. Душевная тоска осталась у нее
позади, но ждет ее и впереди, - ее злой гений опоясал тоской весь земной
шар, и пояс этот нельзя расстегнуть; остается лишь одно, впрочем
несовершенное, средство спастись - бежать из того места, где она тосковала.
Отбросить Париж назад, вдаль, и сменить его на бесконечные аллеи по-зимнему
безлистых деревьев, пересеченные другими бесконечными аллеями! И напоследок
взглянуть на него, уже отъехав на несколько миль, когда Триумфальная арка на
площади Звезды будет казаться всего лишь белым пятнышком, сверкающим на
солнце, а город - просто холмиком на равнине со вздымающимися над ним двумя
темными прямоугольными башнями *, со светом и тенью, наклонно слетающими к
нему, как ангелы в сновидении Иакова!
Сэр Лестер, тот обычно доволен жизнью и потому скучает редко. Когда ему
нечего делать, он может размышлять о своей знатности. А как это приятно -
когда то, о чем размышляешь, неистощимо! Прочитав полученные письма, сэр
Лестер откидывается на спинку сиденья в углу кареты и предается
размышлениям, главным образом - о том, как велико его значение для общества.
- Сегодня утром вы, кажется, получили особенно много писем? - говорит
миледи после долгого молчания.
Ей надоело читать - ведь за перегон в двадцать миль она успела прочесть
чуть не целую страницу.
- Но в письмах нет ничего интересного... решительно ничего.
- Я, помнится, видела среди них письмо от мистера Талкингхорна -
длиннейшее послание, какие он всегда пишет.
- Вы видите все, - отзывается сэр Лестер в восхищении.
- Ах, он скучнейший человек на свете! - вздыхает миледи.
- Он просит, - очень прошу извинить меня, - он просит, - говорит сэр
Лестер, отыскав письмо и развернув его, - передать вам... Когда я дошел до
постскриптума, мы остановились сменить лошадей, и я позабыл про письмо.
Прошу прощенья. Он пишет... - сэр Лестер так медлительно достает и
прикладывает к глазам лорнет, что это слегка раздражает миледи. - Он пишет:
"Относительно дела о праве прохода..." Простите, пожалуйста, это не о том.
Он пишет... Да! Вот оно, нашел! Он пишет: "Прошу передать мой почтительный
поклон миледи и надеюсь, что перемена места принесла ей пользу. Не будете ли
Вы так любезны сказать ей (ибо это ей, вероятно, будет интересно), что,
когда она вернется, я смогу сообщить ей кое-что о том человеке, который
переписывал свидетельские показания, приобщенные к делу, которое разбирается
в Канцлерском суде, и столь сильно возбудившие ее любопытство. Я его видел".
Миледи наклонилась вперед и смотрит в окно кареты.
- Вот что он просит передать, - говорит сэр Лестер.
- Я хочу немного пройтись пешком, - роняет миледи, не отрываясь от
окна.
- Пешком? - переспрашивает сэр Лестер, не веря своим ушам.
- Я хочу немного пройтись пешком, - повторяет миледи так отчетливо, что
сомневаться уже не приходится. - Остановите, пожалуйста, карету.
Карета останавливается; любимый камердинер соскакивает с запяток,
открывает дверцу и откидывает подножку, повинуясь нетерпеливому жесту
миледи. Миледи выходит так быстро и удаляется так быстро, что сэр Лестер,
при всей своей щепетильной учтивости, не успевает помочь ей и отстает.
Минуты через две он ее нагоняет. Очень красивая, она улыбается, берет его
под руку, не спеша идет с ним вперед около четверти мили, говорит, что это
ей до смерти наскучило, и снова садится на свое место в карете.
Целых три дня грохот и дребезжанье раздаются почти беспрерывно под
аккомпанемент более или менее громкого звона бубенчиков и щелканья бичей, а
кентавры и неоседланные кони с большим или меньшим усердием продолжают
рваться вперед. Сэр Лестер и миледи так изысканно вежливы друг с другом, что
в отелях, где они останавливаются, это вызывает всеобщее восхищение.
- Милорд, правда, староват для миледи, - говорит мадам, хозяйка
"Золотой обезьяны", - в отцы ей годится, - но с первого взгляда видно, что
они любящие супруги.
Подмечено, что милорд обнажает свою убеленную сединами голову, когда
помогает миледи выйти из кареты или усаживает ее в карету. Подмечено, что
миледи благодарит милорда за почтительное внимание, наклоняя прелестную
головку и подавая супругу свою столь изящную ручку! Восхитительно!
Море не ценит великих людей - качает их, как и всякую мелкую рыбешку.
Оно всегда жестоко обращается с сэром Лестером, чье лицо покрывается
зеленоватыми пятнами, подобными плесени на сдобренном шалфеем сыре-чеддере,
и в чьем аристократическом организме происходит гнетущая революция. Сэру
Лестеру море представляется "оппозиционером" в Природе. Тем не менее
сознание своей родовитости помогает баронету прийти в себя после остановки
для отдыха, и он вместе с миледи едет дальше, в Чесни-Уолд, пролежав лишь
одну ночь в Лондоне по дороге в Линкольншир.
В столь же холодный солнечный день, - который становится все более
холодным, по мере того как склоняется к вечеру, - в столь же ветреную
погоду, - которая становится все более ветреной, по мере того как отдельные
тени безлистых деревьев в лесу все больше сливаются в сумраке, а Дорожка
призрака, западный конец которой еще озарен пламенем небесного костра,
готовится исчезнуть в ночном мраке, - они въезжают в парк. Грачи,
покачиваясь в своих высоких жилищах на вязовой аллее, должно быть, решают
вопрос - кто же это сидит в карете, проезжающей под деревьями; причем одни
сходятся на том, что это сэр Лестер и миледи едут домой; другие спорят с
недовольными, которые не желают этого признать; одно время все соглашаются,
что решение вопроса следует отложить; потом снова заводят яростные споры,
подстрекаемые какой-то упрямой и заспанной птицей, которая всем противоречит
и жаждет, чтобы за ней осталось последнее карканье. Так они качаются на
ветках и каркают, а дорожная карета подкатывает к дому, где в нескольких
окнах тепло светятся огни, хоть этих освещенных окон не так много, чтобы
придать жилой вид громадному темнеющему фасаду. Впрочем, жилой вид он примет
скоро, - когда в Чесни-Уолд съедется избранный и блестящий круг.
Миссис Раунсуэлл находится на своем посту и отвечает на освященное
обычаем рукопожатие сэра Лестера глубоким реверансом.
- Как поживаете, миссис Раунсуэлл? Рад вас видеть.
- Имею честь приветствовать вас, сэр Лестер, и надеюсь, что вы в добром
здоровье!
- В отменнейшем здоровье, миссис Раунсуэлл.
- Миледи выглядит прекрасно, донельзя очаровательно, - говорит миссис
Раунсуэлл и снова приседает.
Миледи коротко дает понять, что она чувствует себя прекрасно, только
донельзя утомлена.
Но поодаль, сзади домоправительницы, стоит Роза, и миледи, которая хоть
и победила в себе многое в борьбе с собой, но еще не притупила своей острой
наблюдательности, спрашивает:
- Кто эта девушка?
- Это моя молоденькая ученица, миледи... ее зовут Роза.
- Подойди поближе, Роза! - Леди Дедлок подзывает девушку знаком и,
кажется, даже проявляет к ней некоторый интерес. - А ты знаешь, дитя мое,
какая ты хорошенькая? - говорит она, дотрагиваясь до плеча девушки двумя
пальцами.
Роза, очень смущенная, отвечает: "Нет, с вашего позволения, миледи!" -
и то поднимает глаза, то опускает, не зная, куда их девать, но еще больше



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 [ 39 ] 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.