read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



глаз по мере укрепления моего нового знакомства с ними. За
обработанной равниной, за игрушечными кровлями медлила поволока
никому ненужной красоты там, где садилось солнце в платиновом
мареве, и теплый оттенок, напоминавший очищенный персик,
расходился по верхнему краю плоского сизого облака, сливающегося
с далекой романтической дымкой. Иногда рисовалась на горизонте
череда широко расставленных деревьев, или знойный безветренный
полдень мрел над засаженной клевером пустыней, и облака Клода
Лоррэна были вписаны в отдаленнейшую, туманнейшум лазурь, причем
одна только их кучевая часть ясно вылеплялась на неопределенном
и как бы обморочном фоне. А не то нависал вдали суровый небосвод
кисти Эль Греко, чреватый чернильными ливнями, и виднелся
мельком фермер с затылком мумии, а за ним тянулись полоски
ртутью блестевшей воды между полосками резко-зеленой кукурузы, и
все это сочетание раскрывалось веером - гдето в Канзасе.
Там и сям, в просторе равнин, исполинские деревья
подступали к нам, чтобы сбиться в подобострастные купы при шоссе
и снабдить обрывками гуманитарной тени пикниковые столы, которые
стояли на бурой почве, испещренной солнечными бликами,
сплющенными картонными чашками, древесными крьиатками и
выброшенными палочками от мороженного. Моя небрезгливая Лолита
охотно пользовалась придорожными уборными - ее пленяли их
надписи: "Парни" - "Девки(TM), "Иван да Марья" "Он" и "Она", и
даже "Адам" и "Ева"; и, пока она там пребывала, я терялся в
поэтическом сне, созерцая добросовестную красочность бензиновых
приспособлений, выделявшуюся на чудной зелени дубов, или
какой-нибудь дальний холм, который выкарабкивался, покрытый
рубцами, но все еще неприрученный, из дебрей агрикультуры,
старавшихся им завладеть.
По ночам высокие грузовики, усыпанные разноцветными огнями,
как страшные и гигантские рождественские елки, поднимались из
мрака и громыхали мимо нашего запоздалого седанчика. И снова, на
другой день над нами таяла выцветшая от жары лазурь
малонаселенного неба, и Лолита требовала прохладительного
напитка; ее щеки энергично вдавались внутрь, над соломинкой, и
когда мы возвращались в машину, температура там была адская;
перед нами дорога переливчато блестела; далеко впереди встречный
автомобиль менял, как мираж, очерк в посверке, отражающем его, и
как будто повисал на мгновение, по-старинному квадратный и
лобастый, в мерцании зноя. И по мере того, как мы продвигались
все дальше на запад, появлялись в степи пучки полыни,
"сейджбраш" (как назвал ее гаражист) и мы видели загадочные
очертания столообразных холмов, за которыми следовали красные
курганы в кляксах можжевельника, и затем настоящая горная гряда,
бланжевого оттенка, переходящего в голубой, а из голубого в
неизъяснимый, и вот пустыня встретила нас ровным и мощным
ветром, да летящим песком, да серым терновником, да гнусными
клочками бумаги, имитирующими бледные цветы среди шипов на
мучимых ветром блеклых стеблях вдоль всего шоссе, посреди
которого иногда стояли простодушные коровы, оцепеневшие в
странном положении (хвост налево, белые ресницы направо),
противоречившем всем человеческим правилам дорожного движения.
Мой адвокат советует мне дать отчетливое и прямолинейное
описание нашего маршрута, и теперь я, кажется, достиг точки, где
не могу избежать сей докуки. Грубо говоря, в течение того
сумасшедшего года (с августа 1947-го до августа 1948-го года)
наш путь начался с разных извилин и завитков в Новой Англии;
затем зазмеился в южном направлении, так и сяк, к океану и от
океана; глубоко окунулся в се qu'on appelle "Dixieland"; не
дошел до Флориды (оттого что там были в это время Джон и Джоана
Фарло); повернул на запад; зигзагами прошел через хлопковые и
кукурузные зоны (боюсь, милый Клэренс, что выходит не так уж
ясно, но я ничего не записывал, и теперь для проверки памяти у
меня остался в распоржкении только до ужаса изуродованный
путеводитель в трех томиках - сущий символ моего истерзанного
прошлого); пересек по двум разным перевалам Скалистые Горы;
закрутился по южным пустыням, где мы зимовали; докатился до
Тихого Океана; поворотил на север сквозь бледный сиреневый пух
калифорнийского мирта, цветущего по лесным обочинам; почти дошел
до канадской границы; и затем потянулся опять на восток, через
солончаки, иссеченные яругами, через равнины в хлебах, назад к
грандиозно развитому земледелию (где мы сделали крюк, чтобы
миновать, несмотря на визгливые возражения Лолиточки, родной
город Лолиточки, в кукурузно-угольно-свиноводческом районе); и,
наконец, вернулся под крыло Востока, пунктирчиком кончившись в
университетском городке Бердслей.
2
Просматривая следующие страницы, читатель должен считаться
не только с общим маршрутом, намеченным выше, с его
многочисченными побочными заездами, туристическими тупиками,
вторичными кругами и прихотливыми отклонениями, но также с тем
фактом, что, далеко не будучи беспечной partie de plaisir, наше
путешествие представляло собой крутое, тугое, телеологическое
изветвление, чья единственная raison d'etre (эти французские
клише показательны) сводилась к тому, чтобы держать мою спутницу
в приличном расположении духа от поцелуя до поцелуя.
Перелистываю мой потрепанный путеводитель и смутно вижу
опять тот парк Магнолий в южном штате, обошедшийся мне в четыре
доллара, который, судя по объявлению, следовало посетить по трем
причинам: раз - потому что Джон Галсворти (посредственный, давно
окаменевший писатель) провозгласил этот парк прекраснейшим в
мире; два - потому что Бэдекер в 1900-ом году его отметил
звездочкой; и три - потому что... о читатель, о мой читатель,
угадай!.. потому что дети (и не была ли моя Лолита, чорт подери,
дитятей?) "пройдут, полные благоговения, с сияющими от умиления
глазами, через это предвкушение Рая, впивая красоту, могущую
наложить отпечаток на всю их жизнь". "Не на мою", мрачно
заметила Лолита и уселась на скамейку с воскресным приложением
двух газет на своих хорошеньких коленках.
Мы вновь и вновь прошли через всю гамму американских
придорожных ресторанов, от простецкого "Ешь!" с его оленьей
головой (помню темный след длинной слезы у внутреннего угла
стеклянного глаза), будто бы "юмористическими" цветными
открытками с задницами, немецкого "курортного" типа, бумажками
оплаченных счетов, посаженными на кол, леденцагли в виде
лилипутовых спасательных кругов, черными очками на продажу,
рекламно-небесными видениями разных родов мороженного по стенам,
половиной шоколадного торта под стеклом и несколькими
отвратительно опытными мухами, извилисто и быстро ползущими по
липкой сахарной сыпалке на мерзком прилавке; и до самого
верхнего разряда, до дорогого кабарэ с притушенным светом,
уморительно жалким столовым бельем, нелепыми официантами
(бывшими каторжниками или подрабатывающими студентами), гнедой
спиной киноактрисы, соболиными бровями ее хахаля, да оркестром,
состоящим из стиляг с саксофонами.
Нами были осмотрены многие достопримечательности (слоновое
слово!): величайший в мире сталагмит, находящийся в знаменитой
пещере, где три юговосточных штата празднуют географическую
встречу (плата за осмотр в зависимости от возраста: с мужчин -
один доллар; с едва опушившихся девочек - шестьдесят центов);
гранитный обелиск в память баталии под Блю-Ликс, с древними
костями и индейскими горшками в музее по соседству (гривенник с
Лолиточки - очень недорого); вполне современная изба, смело
подделывающаяся под былую избу, где родился Линкольн; скала с
металлической доской в память автора стихотворения "Деревья" (мы
заехали тут в Тополевый Дол, Северная Каролина, куда ведет
дорога, которую мой добрый, терпимый, обычно столь сдержанный
гид, гневно называет "весьма узкой и запущенной", под чем я,
хоть и не будучи поклонником поэта Кильмера, готов подписаться).
С борта нанятой моторной лодки, которой управлял пожилой, но все
еще отталкивающе красивый русский белогвардеец и даже, говорили,
барон (у моей дурочки сразу вспотели ладошки), знавший в
бытность свою в Калифорнии любезного Максимовича и его Валерию,
нам было дано разглядеть недоступную Колонию Миллионеров на
острове в некотором расстоянии от берега штата Георгии. Далее,
мы осмотрели: собрание европейских отельных открыток в
миссиссипийском музее, посвященном коллекционерским причудам,
где с горячим приливом гордости я выискал цветную фотографию
отцовской "Мираны", ее полосатые маркизы, ее флаг, развевающийся
над ретушированными пальмами. "Ну и что?" рассеянно отозвалась
Лолита, а сама искоса поглядывала на бронзово-загорелого хозяина
дорогой машины, последовавшего за нами в этот "музей причуд".
Реликвии хлопковой эры. Лес в Арканзасе, и на ее смуглом плече
розово-лиловое вздутье (работа комара или мухи), которое я сжал
между длинными ногтями первых пальцев, чтобы выдавить из него
чудный прозрачный яд, а потом долго высасывал, пока не насытился
вдоволь ее пряной кровью. Улица Бурбона (в городе Новый Орлеан),
где тротуары, по словам путеводителя, могут (интересная



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 [ 39 ] 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.