read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Лерик, - с угрозой сказал Казарян. - Ты зачем меня дискредитируешь
перед начальством?
- Не зачем, а отчего. От скуки.

Бумажных дел по палагинскому делу хватило до позднего вечера. А утром
привезли Сырцова-Почтаря, который для порядка поломался полдня. Потом
мучил следователя, требуя уточнений, подтверждений и неукоснительного
соблюдения протокола. Мучил Ларионова, мучил Смирнова. Отмучились и
собирались домой отоспаться, когда из проходной позвонил Алик.
- Что случилось? - спросил Александр.
- Ничего, - ответил Алик. - Пойдем погуляем.
Смирнову шибко хотелось спать, но и прогуляться тоже было неплохо. По
бульварам до Москвы-реки. Любимый маршрут. Спустились к Трубной.
- Как Иван Павлович? - осторожно поинтересовался Александр.
- Скоро умрет, - стараясь приучить себя к неизбежному, Алик вслух
произнес страшные слова.
- Не надо так, Алик, - попросил Смирнов.
- А как? Как надо?! - заорал, чтобы не пустить слезу, Алик. - Я у них
сегодня ночевал. Он не спит, понимаешь, не спит! Он задыхается, а не
кашляет только сидя. Так ночь в кресле просидел.
- Может, лекарство какое-нибудь есть, чтобы не задыхался?
- Есть. Понтапон, морфий. Но он не хочет помирать блаженным кретином
под действием наркотиков. Я вот все думаю: скоро, совсем скоро его не
станет в этой жизни, а все его мысли о том, что будет без него, что будет
с нами, что будет со страной. Сила духа это или ограниченность жуткая?
- Это храбрость, Алик. И ответственность за все, что совершил. Доброе
или недоброе. Как он к аресту Берия отнесся?
- Смеялся очень над заявлением, что Берия - английский шпион. А так -
радовался, говорил, что пора начинать.
- Я его тоже поправил в этом роде. Разозлился он ужасно. Кричал,
чтобы мы освобождались от идиотских иллюзий, погубивших его поколение.
Иллюзий, что кто-то сверху решит все самым правильным образом.
- Сверху виднее, - сказал Александр.
- Ты, как попугай, за мной повторяешь. Именно так я ему и ляпнул.
- А он что?
- Он сказал, что снизу - виднее.
Они миновали Трубную и поволоклись вверх. Невыносимо остро верещал
железом о железо трамвай, спускаясь на тормозах по Рождественскому.
- Помнишь, Алик, он мне сказал, чтобы я боялся профессиональных шор?
Так вот, поймал я себя тут на одной мыслишке. Понимаешь, на допросах
Ларионов, Ромка, да и я грешный, остроумны, находчивы, красноречивы. А
допрашиваемые - несообразительны, тупы, косноязычны. Они глупы, а мы умны?
Часто, но не всегда. Вся загвоздка в том, что мы играемся, чувствуя за
собой силу. Силу своего положения, силу сведений, силу убеждения в том,
что перед тобой преступник, человек второго сорта. И поэтому играемся с
людьми, как кошка с мышкой. А это - плохая игра, потому что кошка играется
с мышкой перед тем, как ее съесть. Удовлетворение от собственного
превосходства, веселье злорадства - вот что значит наше прекрасное
остроумие.
- А ты что, няньчиться с ними должен?
- Не няньчиться. Разобраться по-человечески.
Вот и Сретенские ворота, яркие огни, многолюдье.
- По кружечке, а? - предложил Алик.
Зашли в угловую пивную и взяли по кружечке. Тихий звон стеклянной
посуды, мирный и мерный рокот доброжелательных бесед, уютный запах табака,
свежего пива, горячих сосисок. Непонятно кто поприветствовал Смирнова из
дальнего темного угла. Он ответил вежливо.
- Москва знает своих героев, - отметил, забавляясь, Алик.
- Надоели они мне все, - вяло сказал Александр.
- Саня, я тут сорок пятый вспомнил, - ни с того, ни с сего вдруг
переключился Алик. - Какой ты с войны пришел. Какой замечательный ты был,
озорной, легкомысленный! Я тогда ужасно серьезный был, глобальными
категориями мыслил, вопросы мироздания решал ежечасно. А ты ерничал,
шутковал, радовался как дитя, по лезвию ножа разгуливая. Допил? Пошли.
Направились к Чистым прудам.
- А теперь наоборот, - через молчаливых пять минут констатировал
Александр.
- Почему? - грустно спросил Алик.
- Черт его знает, но мне все кажется, что временно. Что-то непременно
надо доделать, и все вернется: и молодость моя, и радость, и легкость.
- Тоже мне старик?
- Иногда себя чувствую стариком. Честно, Алик.
Дошли до Покровских ворот. Испортилось настроение.
- Как живешь? - спросил Александр.
- Живу - хлеб жую, - нелюбезно ответил Алик.
- Варя как? Нюшка как?
- Тоже хлеб жуют.
- Что это ты? - удивился Александр.
- Устал, извини.
- Тогда что же я тебя мучаю? Домой езжай.
- Это я тебя, Саня, мучаю. Тебе тоже отдохнуть не мешало бы.
Александр рассмеялся, потому что сегодня ему не хотелось тащиться до
Москвы-реки. Рассмеялся и предложил:
- Пойдем, я тебя на троллейбус провожу.
Алик поехал домой, так и не сказав Александру того, ради чего он с
ним встретился сегодня: его, Александра Ивановича Спиридонова, утром
повесткой вызвали к следователю и сообщили о возбуждении против него
уголовного дела о превышении им мер самообороны.

Владлен Греков не стучал вольнолюбиво и победительно каблучками по
коридорам. Он сидел в той самой приемной и послушно ждал, понимал, что
сегодня он не по звонку. Сегодня рядовой функционер мечтал хоть на минутку
прорваться к высокому начальству. Прорваться по счастливому случаю.
Секретарша неодобрительно поглядывала на него. Он изредка вставал,
здороваясь: мимо, к высокому начальству направляясь, пробегало просто
начальство. Наконец вышел из кабинета последний, и утихло все. Секретарша
холодно сообщила:
- Через пять минут Николай Александрович отбывает в ЦК.
Отбывает. Через площадь - и всего делов-то.
Отбывающий выглянул в приемную и любезно попросил:
- Люба, чайку. - И увидел Владлена. Недолго моргал, вспоминая.
Поинтересовался: - Тебе чего?
- Пять минут для срочного разговора, Николай Александрович.
Пять свободных минут он выкроил для паренька: пока чай готовится,
пока чай пьется... Да и настроение хорошее, демократичное. И поэтому
предложил:
- Заходи.
Николай Александрович быстро прошел к столу, незаметно перелистал
типографским способом изготовленный список для своих сотрудников и,
усевшись, сообщил Грекову:
- Слушаю тебя, Владлен. Только покороче. Времени у нас мало.
- Постараюсь. Совершенно случайно от одного общего знакомого я
сегодня утром узнал, что против моего школьного друга, молодого, подающего
надежды журналиста Александра Спиридонова возбуждено дело. Он один - я
подчеркиваю: один! - пресек трамвайный грабеж и обезвредил трех бандитов,
вооруженных пистолетом и ножами. Более того, бандит с пистолетом оказался
опасным убийцей, которого до этого тщетно разыскивала московская милиция.
- Как это - "обезвредил"? - недоуменно спросил Николай Александрович.
- Нокаутировал, Николай Александрович. Алик - хороший боксер, и
именно это теперь ставится ему в вину.
Вошла секретарша, поставила перед Николаем Александровичем стакан
темно-коричневого чая:
- Вам пора, Николай Александрович.
Тот отхлебнул из стакана в юбилейном подстаканнике, спросил:
- А ему чайку?
- Сейчас будет, Николай Александрович, - заверила секретарша и вышла.
Николай Александрович смотрел на Грекова и соображал. Сообразив, сказал:
- Ты чего стоишь? Садись, в ногах правды нет.
Греков, зная место, сел на один из стульев, что стояли в ряду у
стены, и завершил речь:
- Человек, смело вставший на защиту людей, которые подвергаются
насилию со стороны уголовного элемента, комсомолец, для которого наши
идеалы - превыше всего, оказывается, преступник?
- Ты не очень приукрасил действия своего приятеля? - спросил Николай
Александрович.
- Я беседовал по телефону с начальником отделения милиции, которое
ведет дело Спиридонова. И он мне зачитал по телефону все материалы,
относящиеся к схватке в трамвае. Я излагаю все по этим материалам, тем
более, что со Спиридоновым я еще не разговаривал. Да дело сейчас и не в
Спиридонове. Главное, что смелый поступок настоящего комсомольца
милицейские чинуши пытаются подать как хулиганство.
- И это не главное, Владлен. - Николай Александрович большим глотком
ополовинил стакан, вышел из-за стола: - Главное то, что ко времени.
Вошла секретарша, и Греков взял из ее рук стакан в эмпээсовском
подстаканнике.
- Николай Александрович, опоздаете, - зловеще предрекла секретарша и
вышла.
- Вот что, Владлен, - Николай Александрович, прогуливаясь по ковровой



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 [ 39 ] 40 41 42 43 44 45 46 47
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.