read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



везде прекрасный плетень; по нем вьется хмель, на нем висят горшки,
из-за него подсолнечник выказывает свою солнцеобразную голову, краснеет
мак, мелькают толстые тыквы... Роскошь! Плетень всегда убран предметами,
которые делают его еще более живописным: или напяленною плахтою, или со-
рочкою, или шароварами. В Миргороде нет ни воровства, ни мошенничества,
и потому каждый вешает, что ему вздумается. Если будете подходить к пло-
щади, то, верно, на время остановитесь полюбоваться видом: на ней нахо-
дится лужа, удивительная лужа! единственная, какую только вам удавалось
когда видеть! Она занимает почти всю площадь. Прекрасная лужа! Домы и
домики, которые издали можно принять за копны сена, обступивши вокруг,
дивятся красоте ее.
Но я тех мыслей, что нет лучше дома, как поветовый суд. Дубовый ли он
или березовый, мне нет дела; но в нем, милостивые государи, восемь око-
шек! восемь окошек в ряд, прямо на площадь и на то водное пространство,
о котором я уже говорил и которое городничий называет озером! Один
только он окрашен цветом гранита: прочие все домы в Миргороде просто вы-
белены. Крыша на нем вся деревянная, и была бы даже выкрашена красною
краскою, если бы приготовленное для того масло канцелярские, приправивши
луком, не съели, что было, как нарочно, во время поста, и крыша осталась
некрашеною. На площадь выступает крыльцо, на котором часто бегают куры,
оттого что на крыльце всегда почти рассыпаны крупы или что-нибудь съест-
ное, что, впрочем, делается не нарочно, но единственно от неосторожности
просителей. Он разделен на две половины: в одной присутствие, в другой
арестантская. В той половине, где присутствие, находятся две комнаты
чистые, выбеленные: одна - передняя для просителей; в другой стол, уб-
ранный чернильными пятнами; на нем зерцало. Четыре стула дубовые с высо-
кими спинками; возле стен сундуки, кованные железом, в которых сохраня-
лись кипы поветовой ябеды. На одном из этих сундуков стоял тогда сапог,
вычищенный ваксою. Присутствие началось еще с утра. Судья, довольно пол-
ный человек, хотя несколько тоньше Ивана Никифоровича, с доброю миною, в
замасленном халате, с трубкою и чашкою чаю, разговаривал с подсудком. У
судьи губы находились под самым носом, и оттого нос его мог нюхать верх-
нюю губу, сколько душе угодно было. Эта губа служила ему вместо табакер-
ки, потому что табак, адресуемый в нос, почти всегда сеялся на нее.
Итак, судья разговаривал с подсудком. Босая девка держала в стороне под-
нос с чашками.
В конце стола секретарь читал решение дела, но таким однообразным и
унывным тоном, что вам подсудимый заснул бы, слушая. Судья, без сомне-
ния, это бы сделал прежде всех, если бы не вошел в занимательный между
тем разговор.
- Я нарочно старался узнать, - говорил судья, прихлебывая чай уже с
простывшей чашки, - каким образом это делается, что они поют хорошо. У
меня был славный дрозд, года два тому назад. Что ж? вдруг испортился
совсем. Начал петь бог знает что. Чем далее, хуже, хуже, стал картавить,
хрипеть, - хоть выбрось! А ведь самый вздор! это вот отчего делается:
под горлышком делается бобон, меньше горошинки. Этот бобончик нужно
только проколоть иголкою. Меня научил этому Захар Прокофьевич, и именно,
если хотите, я вам расскажу, каким это было образом: приезжаю я к нем
у...
- Прикажете, Демьян Демьянович, читать другое? - прервал секретарь,
уже несколько минут как окончивший чтение.
- А вы уже прочитали? Представьте, как скоро! Я и не услышал ничего!
Да где ж оно? дайте его сюда, я подпишу. Что там еще у вас?
- Дело козака Бокитька о краденой корове.
- Хорошо, читайте! Да, так приезжаю я к нему... Я могу даже расска-
зать вам подробно, как он угостил меня. К водке был подан балык,
единственный! Да, не нашего балыка, которым, - при этом судья сделал
языком и улыбнулся, причем нос понюхал свою всегдашнюю табакерку, - ко-
торым угощает наша бакалейная миргородская лавка. Селедки я не ел, пото-
му что, как вы сами знаете, у меня от нее делается изжога под ложечкою.
Но икры отведал; прекрасная икра! нечего сказать, отличная! Потом выпил
я водки персиковой, настоянной на золототысячник. Была и шафранная; но
шафранной, как вы сами знаете, я не употребляю. Оно, видите, очень хоро-
шо: наперед, как говорят, раззадорить аппетит, а потом уже завершить...
А! слыхом слыхать, видом видать... - вскричал вдруг судья, увидев входя-
щего Ивана Ивановича.
- Бог в помощь! желаю здравствовать! - произнес Иван Иванович, покло-
нившись на все стороны, с свойственною ему одному приятностию. Боже мой,
как он умел обворожить всех своим обращением! Тонкости такой я нигде не
видывал. Он знал очень хорошо сам свое достоинство и потому на всеобщее
почтение смотрел, как на должное. Судья сам подал стул Ивану Ивановичу,
нос его потянул с верхней губы весь табак, что всегда было у него знаком
большого удовольствия.
- Чем прикажете потчевать вас, Иван Иванович? - спросил он. - Не при-
кажете ли чашку чаю?
- Нет, весьма благодарю, - отвечал Иван Иванович, поклонился и сел.
- Сделайте милость, одну чашечку! - повторил судья.
- Нет, благодарю. Весьма доволен гостеприимством, - отвечал Иван Ива-
нович, поклонился и сел.
- Одну чашку, - повторил судья.
- Нет, не беспокойтесь, Демьян Демьянович!
При этом Иван Иванович поклонился и сел.
- Чашечку?
- Уж так и быть, разве чашечку! - произнес Иван Иванович и протянул
руку к подносу.
Господи боже! какая бездна тонкости бывает у человека! Нельзя расска-
зать, какое приятное впечатление производят такие поступки!
- Не прикажете ли еще чашечку?
- Покорно благодарствую, - отвечал Иван Иванович, ставя на поднос оп-
рокинутую чашку и кланяясь.
- Сделайте одолжение, Иван Иванович!
- Не могу. Весьма благодарен. - При этом Иван Иванович поклонился и
сел.
- Иван Иванович! сделайте дружбу, одну чашечку!
- Нет, весьма обязан за угощение.
Сказавши это, Иван Иванович поклонился и сел.
- Только чашечку! одну чашечку!
Иван Иванович протянул руку к подносу и взял чашку.
Фу ты пропасть! как может, как найдется человек поддержать свое дос-
тоинство!
- Я, Демьян Демьянович, - говорил Иван Иванович, допивая последний
глоток, - я к вам имею необходимое дело: я подаю позов. - При этом Иван
Иванович поставил чашку и вынул из кармана написанный гербовый лист бу-
маги. - Позов на врага своего, на заклятого врага.
- На кого же это?
- На Ивана Никифоровича Довгочхуна.
При этих словах судья чуть не упал со стула.
- Что вы говорите! - произнес он, всплеснув руками. - Иван Иванович!
вы ли это?
- Видите сами, что я.
- Господь с вами и все святые! Как! вы, Иван Иванович, стали неприя-
телем Ивану Никифоровичу? Ваши ли это уста говорят? Повторите еще! Да не
спрятался ли у вас кто-нибудь сзади и говорит вместо вас?..
- Что ж тут невероятного. Я не могу смотреть на него; он нанес мне
смертную обиду, оскорбил честь мою.
- Пресвятая троица! как же мне теперь уверить матушку! А она, старуш-
ка, каждый день, как только мы поссоримся с сестрою, говорит: "Вы, дет-
ки, живете между собою, как собаки. Хоть бы вы взяли пример с Ивана Ива-
новича и Ивана Никифоровича. Вот уж друзья так друзья! то-то приятели!
то-то достойные люди!" Вот тебе и приятели! Расскажите, за что же это?
как?
- Это дело деликатное, Демьян Демьянович! на словах его нельзя расс-
казать. Прикажите лучше прочитать просьбу. Вот, возьмите с этой стороны,
здесь приличнее.
- Прочитайте, Тарас Тихонович! - сказал судья, оборотившись к секре-
тарю.
Тарас Тихонович взял просьбу и, высморкавшись таким образом, как
сморкаются все секретари по поветовым судам, с помощью двух пальцев, на-
чал читать:
- "От дворянина Миргородского повета и помещика Ивана, Иванова сына,
Перерепенка прошение; а о чем, тому следуют пункты:
1) Известный всему свету своими богопротивными, в омерзение приводя-
щими и всякую меру превышающими законопреступными поступками, дворянин
Иван, Никифоров сын, Довгочхун, сего 1810 года июля 7 дня учинил мне
смертельную обиду, как персонально до чести моей относящуюся, так равно-
мерно в уничижение и конфузию чина моего и фамилии. Оный дворянин, и сам
притом гнусного вида, характер имеет бранчивый и преисполнен разного ро-
да богохулениями и бранными словами..."
Тут чтец немного остановился, чтобы снова высморкаться, а судья с
благоговением сложил руки и только говорил про себя:
- Что за бойкое перо! Господи боже! как пишет этот человек!
Иван Иванович просил читать далее, и Тарас Тихонович продолжал:
- "Оный дворянин, Иван, Никифоров сын, Довгочхун, когда я пришел к
нему с дружескими предложениями, назвал меня публично обидным и поносным
для чести моей именем, а именно: гусаком, тогда как известно всему Мир-
городскому повету, что сим гнусным животным я никогда отнюдь не имено-
вался и впредь именоваться не намерен. Доказательством же дворянского
моего происхождения есть то, что в метрической книге, находящейся в
церкви Трех Святителей, записан как день моего рождения, так равномерно
и полученное мною крещение. Гусак же, как известно всем, кто сколько-ни-



Страницы: 1 2 3 4 [ 5 ] 6 7 8 9 10 11
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.