read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



сигареты. По обыкновению, он не задал мне никаких вопросов.
Меня тут знают и не требовали покупать билет, но мне хотелось, чтобы
он, как у всех, болтался у меня на пиджаке. Внутри был настоящий ад. Все
красное - электрогитары, барабаны, вопящие посетители. Никого не
разглядеть, не расслышать. А солнце так раскалило крышу, оставалось если
не помереть, то задохнуться. Бу-Бу ощупью отправился искать приятелей.
Микки подтолкнул мне Жоржетту, чтобы я потанцевал с ней, и тоже ушел,
расталкивая извивающиеся тени. Жоржетта начала крутить бедрами, я не
отставал. Бесновался оркестр - пятеро в брюках с бахромой, лицо и грудь
разрисованные. Бу-Бу сказал потом, что эти "Апачи" - хорошие ребята.
Я уже невесть сколько топтался на одном месте с Жоржеттой. Музыка
сменялась, я весь взмок и боялся одного - что это никогда не кончится. Но
прожектора враз погасли, свет стал почти нормальным, и измученные "Апачи"
тихо заиграли слоуфокс. Я видел, как девушки и парни с прилипшими ко лбу
волосами отходят к стене и садятся прямо на пол, и заметил также, что
Микки нашел Эну. Как я и чуял, она приехала с Жоржем Массинем, но мне это
было уже безразлично, поверьте.
Она была в очень легком белом платье, волосы и у нее слиплись, и даже с
двух десятков шагов я видел, как тяжело она дышит. Может, и глупо, но
такой она мне нравилась даже больше, и стало так стыдно и страшно за себя
- я едва не ушел. Микки разговаривал с Жоржем. Я достаточно знал своего
брата, чтобы догадаться о чем. Сейчас он придумывал разные предлоги, чтобы
увести того из зала и дать мне возможность действовать. Вдруг, показав в
мою сторону и что-то сказав Эне, он заставил ее посмотреть на меня. И она
взглянула в мою сторону. Несколько секунд, не двигаясь, не отворачиваясь.
Я даже не заметил, когда Микки увел Жоржа.
Затем она подошла к другим девчонкам, были там две-три из нашей
деревни, и они, мне показалось, стали посмеиваться надо мной. Жоржетта
спросила, хочу ли я еще танцевать. Я ответил - нет и стал искать, куда бы
положить пиджак и галстук. Жоржетта забрала их, и, когда я обернулся, Эна
уже стояла передо мной, не улыбаясь, а просто ожидая, - и тут уж
неизвестно отчего заранее знаешь, что будет дальше.
Я станцевал с ней один танец, потом другой. Не помню что. Мне было
спокойно, потому что я обнимал Эну. Ладошка у нее была влажная, и она
часто вытирала ее о подол, а тело было очень горячее. Я спросил, над чем
это она смеялась с подругами. Отбросив назад свои черные волосы и задев
при этом мою щеку, она не стала крутить с ответом. Уже первые ее слова
били как обухом. Оказывается, смеялись, потому что ей не очень-то хотелось
танцевать со мной, и еще она так прошлась насчет пожарных, что девчонки
животики надорвали. Слово в слово повторяю.
Знаю, мне скажут то, что говорили уже миллион раз: глупых надо беречься
еще больше, чем злых, а она, мол, глупа как пень, держись от нее подальше,
вся она уже в этих словах, но не в том суть. Вот мне и приходится
пускаться в объяснения. На танцах, слыша запрещенные дома словечки, все
девчонки ржут как лошади. Притворяются, будто и не такое знают, всякая
хочет перещеголять своих подруг. К тому же ведь это я спросил, почему они
смеялись. И Эна ответила. Ей ничего не стоило соврать, но она никогда не
врала, если это не угрожало ее жизни. Пусть ответ этот был мне не по душе
- значит, не следовало спрашивать.
И потом, еще одно, куда важней остального: ее ладошка. Я ненавижу
пожимать потные руки даже мимоходом, терпеть не могу. Только не у нее. Я
уже сказал, что она вытирала руку о подол платья. Любая другая мне бы при
этом просто стала противна. Но не она. Ее влажная рука напоминала мне руку
ребенка, которому жарко. Она как бы приближала меня к тому, что я всегда,
сам того не зная, любил в ребенке, детях, к тому, что невзначай заставляет
вспоминать о самом себе, об отце, о его дряхлом механическом пианино, о
том, что я с братьями так и не сходил к зданию Муниципального кредита
сыграть там "Пикардийскую розу". Вот именно: нечто такое, что, не имея
отношения ни к добру, ни к злу, может привести туда, где я сейчас
нахожусь. Вот отчего для всех, кто говорил о ней дурно, уговаривал с ней
расстаться, пока не поздно, у меня был один ответ: "Идите-ка вы..."
Я сразу заметил, что у нее не местный выговор. Не такой сильный акцент,
как у Евы Браун, но довольно заметный. Я спросил, разговаривает ли она с
матерью по-немецки. Эна ответила, что ей не о чем с ней говорить ни
по-немецки, ни по-французски. А с отцом тем более. Она была ниже меня
ростом - у меня метр восемьдесят четыре, - но для девушки довольно высокая
и очень тоненькая. И прижатая ко мне грудь, видная в вырезе белого платья,
высокая. Пока мы танцевали, длинные черные волосы закрывали ей лицо, и она
их часто отбрасывала назад. Никогда прежде не видел я таких красивых
волос. Я спросил, не красит ли она их, и получил в ответ - конечно, это
обходится ей в семьдесят пять франков ежемесячно, что появились даже
струпья и рано или поздно она подцепит какую-нибудь заразу.
Внезапно прожектора снова завертелись красно-оранжевыми огнями, и
"Апачи" опять вышли на тропу войны. В эту самую минуту, сам не зная,
слышит она меня или нет, я спросил, не хочется ли ей освежиться. Однако
она поняла, слегка приподняла плечико и пошла за мной. У выхода я сказал
Вердье, что он может идти потанцевать, я сам побуду на улице. Я произнес
это каким-то неестественным голосом, но он понял, что это из-за нее я
говорю с ним как сержант. Мне даже стыдно стало. Но он ничего не ответил и
ушел.
Мы пробрались сквозь толпу у входа. И пока шли по площади - к кафе, я
взял ее за руку. Она не отняла ее, только вытерла о платье и опять вложила
в мою. Она пила минеральную с мятой, а я взял пиво. Вокруг говорили о
скачках - я проиграл и Коньята тоже, - а она, щурясь, оглядывала зал. Я
спросил, не Жоржа ли Массиня она ищет, и услышал в ответ, что она, мол, не
замужем за ним.
После духотищи тут было свежо, особенно от прилипшей к спине рубашки.
Эна тоже была вся мокрая. Я увидел каплю пота, стекавшую по щеке на шею.
Она смахнула ее на пол. У Эны короткий носик и очень белые зубы. Заметив,
что я ее разглядываю, она принялась смеяться. Я тоже. И тут она нанесла
мне новый удар, сказав, что когда я так смотрю на нее, то похож на идиота
и что мог бы, однако, и поговорить с ней.
По дороге в Пюже-Тенье есть старый медный рудник, его переделали в
отель с бассейном и рестораном, на столах скатерти в красную клетку, едят
там при свечах. Не знаю, как объяснить, но этот отель имел большое
значение для меня. Однажды я доставил туда чью-то забарахлившую по дороге
машину и дал себе слово непременно съездить в этот ресторан с красивой,
хорошо одетой девушкой, вроде тех, что я видел в тот день. И вот, еще не
придя в себя от удара, я сказал, что приглашаю ее как-нибудь пообедать в
том ресторане. Я бы того гляди выболтал и все остальное, да она ответила
ударом еще увесистей. Оборвав меня, заявила, что напрасно я, мол,
рассчитываю, будто после этого она станет спать со мной. Меня
предупреждали.
Кажется, я тогда засмеялся. Вокруг толпились люди, работали игральные
автоматы. "Апачи" громыхали. Я знал: вот глупейший день в моей жизни,
девка дура, я в нокауте. И тут она меня совсем доконала, скосясь и
выдохнув, по своему обыкновению, прямо в лицо, что не намерена стоять тут
круглые сутки, как горшок с цветами, у нее, мол, только одно воскресенье
на то, чтобы потанцевать.
Мы вернулись к "Бинг-Бангу". Я больше не держал ее за руку. Как ни
верти, я уже сердился на нее. А когда я на кого-нибудь обижен, скрываю это
плохо. Я бросил ее у входа, на ступеньках теснились люди, а я сказал, что
не пойду туда, ухожу. Сам не понимаю, зачем я так сказал. Дел у меня
никаких не было, я сжигал мосты, зная, что тотчас пожалею об этом. И уже
собирался ляпнуть, что должен встретить другую девушку, как она, упредив,
бросила мне "пока", протянула руку и стала пробираться между сидящими. Ей
было решительно на всех наплевать, а я знал, что никогда-никогда не смогу
забыть ее. Только когда она скрылась, я вспомнил, что оставил там пиджак и
все равно надо вернуться.
Стало быть, пришлось вернуться в зал. Я нашел Жоржетту, она танцевала с
двумя подружками, а вернее одна, и никак не могла расслышать в этом гаме,
что я ей говорю. Мне казалось, что Эну я не хочу больше видеть, и я
старался не смотреть в ее сторону, но все-таки глянул. Подняв вверх руки,
закрыв глаза и вся извиваясь, она танцевала с парнем, который явно не
поспевал за ней. Я забрал пиджак и ушел.
В кафе выпил еще кружку пива. И тут впервые почувствовал то, что другие
- кроме матери, Микки и Бу-Бу - никак не могли понять. Когда я вот только
что стоял у стойки, все глазели на нас просто потому, что она была со
мной, и от этого все вокруг казались оживленными, и я сам тоже. Наверно,
глупо, но ни с одной девушкой я не чувствовал себя таким гордым, хотя
однажды у меня была и покрасивее. Я гордился копной ее волос, ее походкой,
ее большими, никого не видящими глазами, всем ее кукольным видом. Именно
так: она была похожа на уже знакомую с детства куклу, выросшую
одновременно со мной. И вот я сидел, как болван, один перед кружкой пива.
Один.
Я пошел к оставленной в тени хозяйской "ДС". Было тошно. Затем явился
Микки, он видел, как я шел через площадь. В руках у него были шары, он
играл с местными и сказал, что он там с Жоржем Массинем, что одну партию
они проиграли, но теперь ведут с перевесом в три очка. Микки играет в шары
так же, как водит грузовик. То есть так торопится, что попадает в шары
партнера. Он сказал, что, если я хочу уезжать, он с Жоржеттой доберется на
другой машине. Я ответил: подожду. Микки предложил поехать в соседнюю
деревню, там сегодня праздник, можно будет пострелять в тире. Я спросил,
кого это он собирается убить, - Микки ведь стреляет еще хуже, чем играет в
шары. Однажды он нажал на курок, когда ему протягивали ружье, и чуть не
убил хозяйку тира.
После партии в шары решили вернуться домой, чтобы успеть на Марселя
Омона, а праздник посетить после ужина. Он, Жоржетта и я двинулись, а
Бу-Бу остался с ребятами. Они обычно возвращаются всей бандой на одном
мотоцикле. Но на праздник мы так и не попали, а засели с Коньятой за



Страницы: 1 2 3 4 [ 5 ] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.