read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



другой, пятый, десятый. Глядишь, подружимся. А что? Ведь кошка тоже дикой
была. Али нет?
- Была, конечно. И собака. И лошадь.
- Ктой-то начинал их приручать, так?
- Время другое, брат, - сказал я. - За века и тысячелетия люди
причинили дикому зверю столько зла, что в памяти каждого из них только это
зло и осталось. Загоны, пожары, ловушки, стрелы, копья, потом ружья. Смерть
и смерть. Как им перешагнуть через такую память?
- Вот ты как хошь, а я с ним полажу! Только чаще видеться надо. И ты не
забывай.
Мы завернулись в бурки и уснули. Барс, конечно, кружил поблизости, но
ни нас, ни лошадей на поляне не потревожил. И утром не показался. Наверное,
при ярком свете мы выглядели страшней, чем в ночной темноте.
С этого места Телеусов возвращался назад. Мы расстались.

"4"
В доме родителей ощущалась тревога.
Мама обняла меня и заплакала. Отец стоял в стороне, опершись на палку.
По сведенным лохматым бровям, по суровому, даже осуждающему взгляду нетрудно
было догадаться, что он недоволен мною.
- Что случилось? - Я отвел лицо мамы от своей груди и посмотрел в
заплаканные глаза.
- Данута заболела...
- Что с ней?
- Откуда мы знаем! Заболела, и все. Прислала тете письмо, Эмилия
забежала к нам сама не своя и тут же выехала к ней. Одна там, бедняжка,
каково-то ей!
- Но вы хоть письмо читали? Что она написала?
- Ты лучше подумай, почему Данута пишет не мужу, а тете, - сурово и, на
мой взгляд, не очень справедливо проворчал отец. - Жена у него на пятом
месяце, а он, видите ли, не знает, что в таком положении, как у нее...
Так вот оно, таинственное перешептывание, перемены в настроении Дануты
и все прочее, что так удивляло меня! Держать в неведении! И кого? Будущего
отца!.. Теперь - болезнь. А вдруг...
Впервые я узнал, что такое внезапная слабость. Ноги не держали меня,
пришлось сесть. На лбу выступил пот. Наверное, я очень побледнел, потому что
мама бросилась к буфету, что-то там накапала в пузырек и подала мне. Но
слабость уже исчезала. Два известия сразу: недоброе - болезнь и
удивительное, радостное, недолго поборовшись, потрясли меня, но страшное уже
отступило. Данута и болезнь? Это не совмещалось. Разве какое-нибудь
случайное недомогание, душевное одиночество, столь понятное в ее положении.
Меня она не рассчитывала застать дома, а ей требовалась немедленная
поддержка близкого, особенно женская поддержка, и вот она пишет письмо, и
тетя Эмилия мчится в Петербург. Не исключено, что об этом они договорились
раньше. А если так...
Широкая, быть может, несколько самодовольная улыбка возникла на моем
лице. Будущий отец! Я был готов смеяться, плясать. А мама, видно поняв мои
чувства, сказала:
- Взрослое дитя! Боже мой, дитя!.. Михаил Николаевич, ты посмотри на
него внимательно: сын просто не в себе. Удивительно...
Я обернулся к отцу:
- Дедушка! Не об этом ли мечтал ты все время? И ты, мама, бабушка. Не
верьте в болезнь, это так. Чтобы наша Данута... А вот за другую новость
спасибо огромное. Я ведь ничего не знал. И вы не сказали, хоть и знали. Ага,
это заговор! Ждали внука и помалкивали!
- Так принято, Андрюша. - Мама и говорила, и плакала одновременно, и
смеялась сквозь слезы.
Мы обнялись, отец улыбнулся. Но в душе моей все же жила смутная
тревога. Я бросился из дома и пять минут спустя мчался в Лабинскую, на
телеграф. Единственный способ: либо рассеять тревогу, либо последовать
примеру тети Эмилии.
Лишь к следующему полудню телеграфист, которому моя физиономия
предостаточно надоела, сунул мне бланк, на котором от руки и не очень
разборчиво было начертано: "Не волнуйся, мне теперь хорошо. Тетя побудет со
мной. Жди письма. Целую. Твоя Данута".
Пошатываясь от усталости, я вернулся к знакомым, у которых оставил
коня, взял его и так, с Аланом на поводке, пошел пешком по станице; миновал
Лабинскую, огороды, лесничество и все шел, шел, никак не решаясь перебить
бесконечный поток мыслей, сесть в седло и поспешить домой.
У нас будет сын. Или дочь. Нет, сын. Сам поеду за Данутой, как только
сообщит, что пора. Курсы ее кончатся. Все! Нельзя больше жить порознь.
Сын... Здесь родные, попросим доктора Войнаровского, он стар, опытен. Здесь
и воздух родной.
Такие вот мысли занимали меня по дороге. Сын. Сын! Какой он будет? И
как улыбнется, впервые и осознанно увидевши своего отца?
Усталость одолевала. Остановившись и глубоко вздохнув, я потрепал холку
Алана, он ткнулся в плечо, теплые губы коня дотронулись до уха.
Какое-то время мы еще постояли на дороге. Ни души кругом, только зелень
и чуть видные горы. Из степей наносило влажным ветром; похоже на
петербургское лето. От телеграммы в нагрудном кармане исходило живое тепло.
Мир устроен прекрасно. Сын...
Алан нетерпеливо встряхивал головой, гремел удилами, торопил.
Перебросив поводья, я привычно тронул подпруги - не слабы ли - и занес ногу
в стремя. Как раз в этот момент и послышалось тарахтение рессорной повозки.
Пара коней неспешной рысью шла из Лабинской. Попутчики. Вот когда мне не
требуются попутчики! Пусть проедут, нам спешить некуда.
Повозка поравнялась. Я стоял за конем. Знакомый ездовой кивнул мне и,
обернувшись, что-то сказал своим пассажирам, видно задремавшим на мягкой
соломе.
- Стой! - услышал я голос, заставивший меня бросить Алана и шагнуть к
повозке. - Стой!
Длинные ноги спустились на мокрую дорогу, человек сбросил с себя рыжий
плащ, и длиннолицый, удивленный до испуга столь неожиданной встречей Саша
Кухаревич бросился ко мне.
- Вот ты где! - прокричал он, воздев руки. Мы с ходу обнялись,
поочередно приподнимая друг друга. - Ну, знаешь! Хорошо, что углядели! Ведь
могли разъехаться, а? Могли же?
- Нет, Саша, не могли. Я в ту сторону, куда и ты.
- Домой?
- Вот именно. А ты, надеюсь, ко мне?
- Так точно, господин хорунжий! Или... Кто ты теперь? Может, уже
подъесаул или бери выше?
- Как я рад, дружище! Такой гость! В отпуск? Или по делам своей
Черноморской губернии?
Смущение на Сашином лице проявилось до очевидности ясно. Он погладил
пальцами нос, бросил взгляд на повозку.
- Тут такое дело... - вполголоса начал он, но не договорил, схватил
меня за рукав и потянул к повозке: - Знакомься.
Из-под капюшона на меня смотрело любопытное юное женское лицо. Оно
принадлежало очень симпатичному смуглому созданию, курносенькому,
пухлогубому, с удивительно яркими и большими темно-карими глазами.
- Катя. - Она улыбнулась и протянула мне руку.
- Моя жена! - В голосе Саши была нескрываемая гордость.
Боже мой, что делает с человеком время! Давно ли студент Кухаревич
горячо уверял товарищей по институту, что жизнь во имя любой идеи или
предприятия несовместима с семейной жизнью, привязанностью, даже с любовью!
Он осуждал и меня, когда узнал о Дануте. У него хватило такта, чтобы не
сказать этого вслух, но я-то помню взгляды, усмешки, вопросы... И вот
пожалуйста, с этакой гордостью произносит: "Моя жена".
- Рад, очень рад, - бормотал я, и краснел, и больше не знал, что
сказать, и видел, что Катя уловила мою растерянность и прямо-таки впилась
своими блестящими темными глазами в мое лицо, потом в лицо мужа. Что
такое?..
Саша потянулся к ней, бережно погладил по голове, сказал: "Едем, едем"
- и полез в повозку. Я вскочил в седло. На подходе к Псебаю я сказал Саше,
что поспешу, чтобы приготовить для них комнату, предупредил ездового ехать
прямо к нам, и Алан обрадованно вынес меня вперед.
Смущение Саши, беспокойство его жены не производило впечатления простой
поездки в гости. Было во всем этом что-то другое, а что - разве я мог
догадаться? Почему он не предупредил?
Мое возбуждение, добрая телеграмма Дануты, сообщение о гостях - все
сразу подняло настроение у домашних. Началась суета, какая-то передвижка,
посыпались распоряжения, мама удалилась на кухню, и оттуда запахло вкусным.
И тут к воротам подкатила повозка, мы вышли встречать гостей, и вот уже все
за столом, Саша говорит, говорит, изредка бросая на жену взгляд, чтобы
убедиться, все ли у него ладно, нравится ли ей это общество или не очень.
Катя не гасила улыбку, иной раз вставляла фразу-другую, с юморком, очень
удачно - словом, подбадривала мужа.
- Ну, а твоя работа? - спросил я. - По душе?
Саша схватился за нос, попытался что-то сказать, но именно в этот
момент Катя осведомилась, когда я жду Дануту, и разговор ушел в другую
сторону.
Когда Катя, извинившись, ушла в мою комнату, отведенную гостям, а
родители принялись за повседневные дела, Саша потянул меня за рукав:
- Пройдемся?..
Мы вышли на темную улицу. Лицо друга выглядело необычайно серьезным.
- Слушай, - сказал он тихонько, - давай подальше от глаз людских...
Пока шли через мост, на луга, Саша растерянно молчал. Остановившись, он



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 [ 41 ] 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.