read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



себе. На миг ощутил ее груди, учуял острый запах волос и захотел, чтобы
так было долго.
- Идите, - сказала она. - Идите. Только не напивайтесь.
Он хотел обидеться, но уже не хотел оставаться. Ничего не сказав, он
кинулся в темноту на Тимкин голос.
Они сели у овражка. Снизу несло нежной травяной прелью. Тимка и
стакан принес. Алик принял дозу и лег на спину. Тимка звучно принял свою.
Алик закрыл и открыл глаза. Звездный небосвод дрожал над ними. Они лежали
на траве, и опять для них стала слышна жалобная гармоника, и шум
молоковозов, и пронзительные вскрикивания простодушно кокетничающих
девчат.
Тимка выпил из горлышка и закашлялся. Откашлявшись, сказал:
- С приветом. - И утер слезы. - А теперь - с новыми силами - на
танцы. Девки дуньковские - персики! Щипай - не ущипнешь. Лучше лапать.
Сэло!..
Они игриво зашагали на звук гармошки. Отработав последний номер,
гармонист застегнул гармошку и пошел спать. Стали потихоньку разбредаться
и девчата.
- Пошли, пошли! - Тимка дергал Алика за рукав. - Вон две курочки
потопали! Ничего себе, слово пролетария!
Они догнали курочек, которые топали довольно быстро.
- Разрешите присоединиться. Скучаем, - взял быка за рога Тимка.
Девчата молчали. Тогда он продолжил:
- Мой друг Александр. Большой человек. Хочет жениться. - Тимка
вздохнул и добавил: - Я тоже холостой.
Алик изучал обветренные свежие девчачьи лица. Лица были строги и, по
дуньковскому этикету, ничего не выражали.
- Холостая жизнь тяжела, - продолжал Тимка. - Один в поле не воин.
Своя рубашка ближе к телу. А рубашку-то постирать некому и чего другое
справить тоже. Девочки, выходите за меня замуж!
Тимка попытался было облапить ближайшую, но отдернул руку, потому что
девицы вдруг оглушительно рявкнули частушку:
Цветет в Тбилиси алыча
Не для Лаврентья Палыча,
А для Климент Ефремыча
И Вячеслав Михалыча!
- Тима, я пойду, - попросился Алик.
- Не понимаешь своего счастья, а еще высшее образование имеешь! Нет,
весь я не уйду! - решил Тимка и сделал Алику ручкой! Гремели частушки!
Спать не хотелось, и Алик пошел по деревне. Он шел по шоссе, считая
звонкие свои шаги и дошел до окраинного холма, где гулял ветер. Он стоял
на ветру, спиной к деревне и слушал далекие частушки, шум деревьев,
печальный паровозный крик. Что-то ткнулось ему между лопатками, и сердце
оборвалось от ужаса. За спиной стояла Ася. Она была в резиновых тапочках,
вот в чем дело. Она протянула ему руки, и он взял их в свои.
- Саша, Саша, - сказала она, и он задохнулся.
Потом они лежали на его куртке. Под курткой была свежескошенная
трава, и пахла она позабытым детством. На востоке небо уже серело, а
звезды блекли. Ася мерзла и старалась спрятаться в его руках, в его ногах.
И говорила с закрытыми глазами.
- Я счастливая сегодня. А ты?
- А я ушел от своего счастья. Так сказал Тимка.
- Тимка - дурак и нахал. Не обижай меня, Саша.
- Глупенькая моя, - сказал он, потому что это надо было сказать.
- Я хотела этого с тобой, - призналась она.
- Тебе холодно. Пойдем, я провожу тебя, - предложил он. Ася
вздохнула, открыла глаза, жалко улыбнулась и села.
- Пошли.
У избы он поцеловал ее. Она вяло ответила и ушла. До своей избы он
бодро бежал и с радостью проник в вонючее тепло.

Алик трясся на тракторной телеге и жалел себя. Жалел, потому что по
глупости не взял из Москвы резиновых сапог, потому что выпитое натощак
молоко бурчало и переливалось в животе, потому что на жестком неровном
тюфяке спал всего три часа.
Лес был хорош. Трактор остановился. Алик спрыгнул на землю, и ботинки
его ушли в зеленую траву и невидимую воду.
- Я ж говорил: без резиновых сапог не проживешь! - обрадовался Тимка.
- Много говоришь, Тимофей, - сказал пожилой щуплый мужик и протянул
Алику пару высоких галош. - Для тебя прихватил, если грязно будет.
- Много говоришь, Тима, много говоришь! - Алик ликовал и влезал в
галоши. - Уж не знаю, как благодарить, Петрович.
- Веревочкой подвяжи, грязь галоши засасывает. Опять одни ботиночки
останутся. - Петрович протянул Алику кусок бечевки.
- Спасибо, Петрович, полбанки с меня.
- С ним разопьешь. - Петрович ткнул пальцем в Тимкин живот и отошел к
трактористу, который, отыскав место повыше и посуше, обихаживал там себе
ложе из брезента, для того, чтобы лежа, с комфортом наблюдать, как будут
корячиться с бревнами нахальные языкастые москвичи.
- Ну, Александр, отмочил ты с банкой! - Тимка кис со смеху. -
Петрович же запойный! Он и в деревню ехать согласился, чтобы ее, заразу, и
не нюхать!
- Предупредить не мог? - обиделся Алик.
- Не успел, - оправдался Тимка. - Ну-с, граждане, белыми ручками за
черные бревна, и - раз!..
Бревна лежали вразброс. Как срубили их осенью, как очистили от
ветвей, так и оставили. Бревна привыкли здесь, вросли в вялую серую землю.
Сначала раскачивали и выворачивали из земли, потом тащили по
скользкой траве, затем по двум слегам закатывали на тракторную телегу. За
полчаса вшестером - девять кубов.
- Колхозник! - крикнул Тимка трактористу. - Заводи кобылу!
Тракторист сложил брезент и нехотя побрел к машине. Москвичи
вскарабкались на телегу: застучал мотор, и поезд потихоньку тронулся.
Тракторист, видимо, хотел объехать разбитую в дым свою же колею, и поэтому
взял левее - ближе к спуску в овраг, но не рассчитал, и телега, которую
занесло на повороте, боком поползла вниз, сметая мелкие кусты и завалы
хвороста. Москвичи в веселом ужасе прыгали с телеги.
- Совсем одичал, крестьянский сын?! - злобно осведомился Тимофей.
Тракторист, видя, что телега остановилась, упершись в единственное
дерево на склоне, заглушил мотор. Все закурили от переживаний. Некурящий
Петрович от нечего делать пошел смотреть, что с телегой.
- Мужики, сюда! - вдруг крикнул он.
Сметя хворост и проскользив до дерева, телега открыла вход куда-то,
прикрытый дощатой крышкой. Тимка догадался:
- Блиндаж еще с войны!
Только сейчас Алик понял, что мягкие, заросшие травой углубления по
овражному берегу - окопы сорок первого года.
- Дверца-то никак не военная, свежая дверца-то! - возразил Петрович.
Решительный Тимка подошел к дверце и открыл ее. Из темной дыры вырвалась
стая энергичных золотисто-синих крупных мух и удручающая вонь. Тимка зажал
ноздри, шагнул в темноту и тут же, не торопясь, вновь объявился.
- Ребята, там - мертвяк, - сказал он.
- Шкелет, что ли? - спросил тракторист.
- Шкелет не воняет, - ответил Тимка.
- Что ж это такое, что ж это такое?! - завопил тракторист.
- Сообщить надо, - решил Петрович.
- А ты не врешь? - вдруг засомневался тракторист. - Знаем ваши
московские шуточки! - и радостно кинулся в блиндаж. И тут же выскочил из
него, заладив по новой: - Что ж это такое, что ж это такое?..
- Мы здесь покараулим, чтоб все было в сохранности, а ты дуй в
деревню и сообщи по начальству, - приказал ему Алик.
Первым прибежал высокий, с виду городской парень. Задыхаясь от
быстрого долгого бега, он выкрикнул:
- Где?!!
- А ты кто такой? - строго спросил Тимка.
- Я - работник МУРа Виктор Гусляев, - представился парень, показал
книжечку и повторил вопрос: - Где?
Тимка, присмиревший при виде книжечки, кивнул на дверцу. Гусляев
нырнул в темноту, где пробыл значительно дольше первопроходцев. Вынырнул
наконец и распорядился:
- Никому к блиндажу не подходить, - осмотрел шестерых, решил для
себя: - Наш наверняка, не областной.
- Ему, вероятнее всего, без разницы теперь, чей он - ваш или
областной, - Алик приходил в себя.
Услышав такое, Гусляев обрадовался чрезвычайно, вытащил записную
книжку, вырвал листок, нацарапал на нем огрызком карандаша нечто и
протянул листок Алику:
- Не в службу, а в дружбу. Я не могу отлучиться отсюда, а вас очень
прошу сообщить из конторы по телефону обо всем, что здесь произошло.
- Не в вашу службу, а в нашу дружбу, - бормотал Алик, изучая листок
бумаги, на котором значилось имя, отчество и фамилия Ромки Казаряна и
номер телефона. - А почему Роману Суреновичу? Может, сразу Александру
Ивановичу Смирнову?
- Его нет, он в отъезде, - автоматически ответил Гусляев и только
потом удивился: - А вам откуда известно, что Смирнов - мой начальник?
- Страна знает своих героев, - усмехнулся Алик и, сложив листок,
сунул его в карман.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 [ 43 ] 44 45 46 47
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.