read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Хорошо, - донесся голос Джеггета. - Я направляюсь сейчас в замок
Канарии, где мы обсудим все эти вопросы.
Лебедь поднялся высоко в небо и исчез над одним из утесов, оставив
Джерека и Амелию смотрящими ему вслед.
- Это был Джеггет? - у входа под тент стояла Железная Орхидея. - Он
говорил, что может быть придет, Амелия. Все заметили твое отсутствие.
Амелия подошла к ней.
- Дорогая Орхидея, побудь хозяйкой за меня. Я еще неопытна и устала.
Джерек и я отдохнем от волнений.
- Хорошо.
Джерек уже вызвал локомотив. Он ожидал, из трубы вился бело-голубой
дымок, изумруды и сапфиры мерцали. Поднявшись в воздух, они поглядели вниз
на первое творение Амелии. На фоне окружающего пейзажа оно походило на
обширную и ужасную рану, как будто земля была живой плотью, и в ее бок
было воткнуто огромное копье.
Вскоре на горизонте показался город со своими странной формы
полуразрушенными башнями, слои многоцветными ореолом, облаками химических
испарений, ворчанием и приглушенным бормотанием, особенными
полуорганическими - полуметаллическими запахами, наполняя их обоих
чувством ностальгии, будто по более счастливым, более простым дням.
Во время полета они не разговаривали, даже казалось неспособными
начать беседу, ни один из них не мог справиться с чувством, которые были,
по крайней мере, Джереку совершенно незнакомыми. Он думал, что несмотря на
все ее новые украшения, он никогда не видел ее более отчаявшейся. Она
намекала на это отчаяние, но отрицала его, когда ее спрашивали. Привычный
к парадоксам, считал их частью существования, он нашел этот парадокс
крайне нежелательным.
- Ты будешь искать мистера Ундервуда? - спросил он, когда локомотив
приблизился к городу.
- А ты?
Он узнал дурное предчувствие. Ему хотелось сопровождать ее, но этому
мешал необычный и, вероятно, ненужный приступ тактичности.
- О, я ищу призраки моего детства.
- Это не Браннарт?
- Где? - всмотрелся он.
Она показала на путаницу древней уже сгнившей техники.
- Я думала, там. Но он исчез. Я даже мельком видела одного из этих
Латов.
- Что надо! Браннарту от Латов?
- Конечно ничего.
Они пролетели мимо, но хотя он оглянулся назад, он не увидел
признаков ни Браннарта Морфейла, ни Латов.
- Понятно, почему его не было на вечеринке.
- Я полагаю, только из чувства неприязни.
- Он никогда в прошлом не упускал возможности изложить свое
патентованное мнение, сказал Джерек. - Я считаю, что он все еще старается
помешать Лорду Джеггету, но что ему не везет в этом путешественник во
времени объяснял мне, почему методы Браннарта не годятся.
- Итак, Браннарт в немилости, - сказала она. - Он много помог тебе в
начале, - упрекнула она его.
- Послав тебя обратно в Бромли? Он забывает, когда негодует на нас за
наши путешествия во времени, что большая часть вины в том, что произошло,
лежит на нем и на миледи Шарлотине. Не трать симпатии на Браннарта,
Амелия.
- Симпатии? О, у меня теперь их мало, - она вернулась к своей
холодной иронической манере.
Эта новая размолвка вызвала дальнейший уход в свои мысли. Джерек
удивлялся своему критицизму, фактически не имея намерения нападать на
Браннарта. Он был неопытен в деле обвинения и уступок, новичок в выражении
эмоциональной боли, в то время, как она, казалось, теперь была бывалой в
таких делах. Он, испытавший только радость, невинную любовь, барахтался в
болоте, которое она создала для них обоих своей двойственностью. Возможно,
было бы лучше, если бы она никогда не признавалась в своей любви и
осталась суровой сторонницей Бромли, его морали, оставив ему роль
галантного ухажера в его экстравагантном мире.
Были ли его обвинения направлены на нее, или, фактически, на себя?
Или же она, пытаясь переломить свою психику, всю агрессивность направляла
на себя и только случайно на него.
Все это было слишком для Джерека, и он искал облегчения во внешнем
мире. Они плыли над озером поверхность которого представляла круговорот из
цветов радуги, кипящий пузырями, затем над лазурным полем, усеянным
резными каменными колоннами, остатками загадочной технологией
двухтысячного века. Он увидел впереди яму в милю шириной, на краю которой
они ждали конца мира. Локомотив сделал круг и приземлился посередине
группы руин. Джерек помог ей встать на подножку, и они секунду стояли в
застывших позах, прежде чем он намеренно заглянул ей в глаза, чтобы
узнать, догадалась ли она о его мыслях, так как у него не было слов
выразить их; словарь Конца Времени был богат только гиперболами. Он
подумал, что именно его первоначальный импульс расширит словарь, и,
соответственно, опыт привел его к настоящему положению. Он улыбнулся.
- Что-то забавляет тебя? - спросила она.
- О, нет, Амелия. Я только не могу высказать, что мне хотелось бы...
- Не связывай себя хорошими манерами. Ты разочарован во мне. Ты не
любишь меня больше.
- Ты хочешь чтобы я это сказал?
- Это ведь, правда? Ты выяснил, что я такое.
- О, Амелия, я все еще люблю тебя, но видеть тебя в таком
расстройстве чувств мне невыносимо. Амелия, которую я вижу, не та, которая
ты есть!
- Я учусь радоваться забавам Конца Времени. Ты должен понять это.
- Ты не радуешься им. Ты используешь их чтобы уничтожить себя.
- Уничтожить не себя, а мои старомодные принципы.
- Возможно, эти принципы существенно необходимы. Возможно, именно они
являются Амелией Ундервуд, которую я люблю, или, по крайней мере, часть
ее...
- Думаю, ты ошибаешься, - не намеренно ли она держалась на расстоянии
от него? Возможно, она жалеет о своем признании в любви, чувствует себя
связанным им.
- Ты все еще любишь меня?
Она засмеялась.
- Все любят всех в Конце Времени.
Решительно сломав последнюю тишину, она сказала:
- Я поищу Гарольда.
Он показал ей на дорожку из желто-коричневого металла.
- Она приведет тебя к месту, где мы оставили его.
На момент внимание Джерека было отвлечено тремя маленькими
яйцеобразными роботами на гусеницах, пробирающимися через кучу обломков и
увлеченными беседой на совершенно непонятном языке. Когда он снова
посмотрел на дорогу, она исчезла. Джерек был один в городе, но одиночество
больше его не привлекало. Он хотел догнать ее, потребовать отчет о ее
настроении, но, возможно, она была так же неспособна выразить себя, как и
он. Предоставлял ли Бромли средства для интерпретирования эмоций с той же
готовностью, как стандарты социального поведения? Он начал подозревать,
что ни общество Амелии, ни его общество не вникало глубже поверхности в
суть дела. Теперь когда он находился в городе, он мог найти какой-нибудь
все еще функционирует банк данных памяти, способный припомнить мудрость
одной из тех эр, вроде Простой Конфуцианской и Дзэн-общества, которые
придавали слишком преувеличенное значение самопознания и его выражения.
Даже странные нейротические изощренности того периода, с которым он был
немного знаком, Диктатуры Святого Клавдия (при которой от каждого
гражданина требовалось обеспечить три отчетливо различных объяснения их
психических мотивов даже для самых мелких поступков) могло дать ему ключ
для понимания поведения Амелии и к его собственным реакциям. Ему пришло в
голову, что она могла действовать странно, потому что, каким-то образом,
ему не удалось утешить ее. Джерек направился через руины в противоположную
сторону, пытаясь вспомнить что-нибудь, об Обществе Эпохи Рассвета. Может
быть, от него требовалось убить кого-нибудь, или еще что-то?..
Ни общество Амелии, ни его общество не вникало глубже поверхности в
суть дела. Теперь когда он находился в городе, он мог найти какой-нибудь
все еще функционирующий банк данных памяти, способный припомнить мудрость
одной из тех эпох, вроде Простой Конфуцианской или Дзэн-общества, которые
придавали слишком преувеличенное значение самопознанию и его выражению.
Даже странные нейротические изощренности того периода, с которым он был
немного знаком - Диктатуры Святого Клавдия (при которой от каждого
гражданина требовалось обеспечить три отчетливо различных объяснения их
психических мотивов даже для самых мелких поступков) могло дать ему ключ
для понимания поведения Амелии и к его собственным реакциям. Ему пришло в
голову, что она могла действовать странно, потому что, каким-то образом,
ему не удалось утешить ее. Джерек направился через руины в противоположную
сторону, пытаясь вспомнить что-нибудь, ба Обществе Эпохи Рассвета. Может
быть, от него требовалось убить мистера Ундервуда? Это можно было бы легко
сделать. И разрешит ли она оживление ее мужа? Не должен ли он, Джерек,
изменить свою внешность чтобы выглядеть как можно похоже на Гарольда
Ундервуда? Не потому ли она отвергла его предложения изменить свое имя на
его из-за того, что этого было недостаточно? Он прислонился к резному
нефритовому столбу, чья верхушка терялась в химическом тумане высоко над
его головой. Ему казалось, что он вспомнил какой-то ритуал, формализующий
передачи себя другому человеку. Может быть она сердится, что он не
исполнил его? Или нужно было сделать наоборот? Имеет ли коленопреклонение
какое-нибудь отношение к этому, и, если да, то кто перед кем становится на



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 [ 44 ] 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.