read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



бросилось ему в глаза. А далее уже обычным шрифтом шло: "Опять измена, опять
наглое издевательство над измученным русским народом! Бесстыдный палач
свободы, гнусный сатрап-душегуб в самодержавной короне со всей сворой..."
И Катя и Сурен стояли, не сводя с него глаз. Андрей был ошеломлен. Он
не находил слов, не знал, как отнестись... У них на кордоне!..
- Вы, наверное, есть хотите, да? - быстро сказала Катя. - Ой, ну
конечно! Столько проехать! А я, глупая, стою и хлопаю глазами! Раздевайтесь,
садитесь, Андрей, я сейчас быстро. Вот только руки вымою.
Руки у нее были густо запачканы черной типографской краской. Жирная
краска светилась и по строчкам прокламаций.
Сурен собрал с полу листки, аккуратно сложил их в кипу, подровнял и,
достав брезентовую сумку, запихнул в нее взрывчатый материал, - все это
неторопливо, по-хозяйски, словно никого постороннего тут и не было. Катя
что-то быстро говорила, хлопотала у печки.
Андрей понял наконец всю нелепость своего поведения, уложил дурацки
зажатый револьвер в кобуру, снял бурку, ремень и шагнул к столу.
- Где Саша?
- С минуты на минуту подъедет. Он наверху, у зубров, что-то там не
понравилось ему.
- Ну, я поеду, - спокойно сказал Сурен.
- А ужинать? - Катя озабоченно глянула на него. - А Саша?
- Время, Катюша. И долгая дорога по темноте. В Солох надо прибыть
непременно вечером, мне там показываться не положено.
- Саша так хотел видеть тебя! - сокрушенно сказала Катя. - Я виновата,
что задержала. Ну что ж. Доброго пути, Сурен.
- Честь имею! - Сурен обернулся к Зарецкому. - Сожалею, что знакомились
при таких обстоятельствах.
Он тихо закрыл за собой дверь.
Неловкое молчание нарушила Катя.
- Удивлены? Шокированы? Может быть, испуганы? Да? Милый Андрюша,
неужели вы думали, что мы оставим главное дело своей жизни, успокоимся в
глубине этих гор? Нет и нет! Решайте как угодно, ругайте, запрещайте,
выгоняйте, но мы с Сашей свое партийное дело ставим выше всех благ, выше
личного счастья. Да, печатаем прокламации, переправляем в Туапсе,
Новороссийск, на Кубань.
- У вас здесь типография?
- Громко сказано. Печатный станок. И шрифты. Все делаю я. Саша свято и
прилежно занимается егерской службой.
- Где же вы печатаете?
- В дольмене. Так удобно! И никто ни за что не догадается.
Дольмен - странное тяжелое сооружение из цельных каменных плит весом
пудов по двести каждая, загадка далекого народа, некогда населявшего эти
места, то ли могильник, то ли святилище, а может, просто амбар с одним
круглым отверстием в передней стенке, - стоял в густой поросли орешника под
кронами грабов и лип выше наезженной дороги.
Зарецкий усмехнулся:
- Мне даже в голову не приходило, что вы, что здесь...
- Вам неприятно, да? - Катя впилась в него взглядом.
- Неприятен не сам факт. То, что скрывали. Я не чужой для вас. Боялись?
- Простите. Для вашего же спокойствия. И вот... - Она вдруг
рассмеялась. - И не узнали бы сто лет! Подвела моя сигнализация.
- Ниточка?
Она кивнула.
- Я вспомнил о ней, когда наткнулся. Хитрость на хитрость.
- Ах, вот оно что! Обычно у меня так: если оборвется нитка, падает
палка, под ней проводка в дольмен, я слышу звон. Ну, и принимаю меры.
- Какие меры? Стреляете?
- Что вы! Выползаю и наваливаю у входа камни. А сама в лес.
За окнами коротко заржал конь. Катя поставила на стол пышки, чайник.
Вошел Саша, утомленный, ссутулившийся, увидел Андрея и вскинул руки.
Помывшись, он уселся рядом.
Андрей протянул ему прокламацию:
- Ты сочинял?
- Нет. Текст прислали из Центра. Я так не умею. Кратко, сильно,
убедительно. Даже ты уверуешь. - Он, казалось, не увидел ничего особенного в
том, что Андрей посвящен в их тайну.
- Я не читал. Только заголовок.
- Ну, так прочти! Толковая вещь, поверь другу.
- Ладно, без агитации. Накрыл я вас, конспираторы. Вместе со связным.
Дальше что?
- А ничего. Так и будет. На кордоне порядок. Зубры и прочие подопечные
в полной сохранности.
- Ты убежден?
- Еще как! Сурена видел? Отличный человек. Сама преданность и
деловитость. Так вот, среди пастухов на перевале он высший авторитет. Он
приказал следить за диким зверем, как за своим стадом. Считай, что у тебя на
этом кордоне не один егерь, а сорок. Браконьерам хода нет. Доказательства?
Можешь приписать к своим итогам девять зубрят-сеголеток. Только один погиб.
Нелепый случай: коровы затоптали, когда неведомо отчего бежали по узкому
распадку. Олени все целы. И медведи. Ни одного выстрела на северном кордоне!
Кухаревич говорил быстро, был, что называется, в ударе. А Катя не
спускала глаз с Андрея. Испытание дружбы. Хотят они того или нет, а ведь с
этого дня Зарецкий - их сообщник. Или...
- Все отлично, - задумчиво сказал Андрей. - Но я боюсь другого. Приеду
вот сюда в один не очень прекрасный день, а тут пусто, следы погрома, ни
друзей моих, ни охраны. И за мной приедут.
- Риск неизбежен, он рядом с нами. Если какой провокатор... Но Сурен
единственный, кто знает о типографии. Это надежный товарищ. Провал по его
вине исключается. Никогда наше подполье не располагало такой надежной базой!
- Ах вы, товарищи революционеры! - И Зарецкий наконец-то улыбнулся.
Саша посмотрел на жену, она на Андрея. Все трое поднялись и
минуту-другую стояли посреди комнаты в обнимку, молчаливо подтверждая
неколебимую дружбу.
Уснули поздно, проснулись рано. И снова Катя осталась на кордоне одна.
Два всадника утром пошли в гору, на Абаго.

"5"
Наверху, в густых и сочных лугах, где коней никакой силой не удержишь
от вкусной и сладкой травы, которую они хватают на ходу, - в этих лугах,
осматривая скалы на той стороне Молчепы, Андрей сказал:
- Смотри, какой табунок туров. Сотни две, не меньше?
- Там и серны хватает. Я насчитал до семидесяти.
- Овцы-козы от твоих пастухов не забегают к ним?
- Исключено.
- Сказано категорично. И все же я боюсь заразы. Особенно от молочного
скота для зубров.
- Они не встречаются.
- Ты так уверен...
- И ты уверуешь. Вот проедем две-три версты за Молчепу, увидишь.
Они с трудом отыскали переправу, вскарабкались на крутобережье, и Алан
остановился, упершись грудью в невысокую, но прочную изгородь.
Сколько труда и времени затрачено на эту бесконечную по протяженности
ограду, которая так искусно вписалась в естественные преграды, что подчас ее
и заметить трудно! Всего-то три-четыре жерди, крест-накрест связанные
перекрученной лозой, вделанные в камни, пропущенные дальше обрывов, чтобы ни
одна прыгучая коза, ни один бычок из домашнего стада не проник на территорию
диких зверей. Конечно, один егерь с такой работой справиться не мог. Разве
те сорок помощников...
Андрей Михайлович готовился обстоятельно рассказать, как опасен ящур и
другие болезни для зубров, как надо оберегать их от всякого контакта с
домашним скотом, но вид изгороди, уходившей ломаной линией вниз и вверх по
склонистому нагорью, избавлял его от поучения. Саша без приказа, по своей
инициативе, принял самые надежные меры.
- Когда ты успел? - с признательностью спросил Андрей.
- Да так, потихоньку. Года полтора.
- Но зубры такую изгородь перескочат. Или собьют.
- И не подумают. Сколько наблюдаю, даже близко не подходят. Железом
пахнет, человеком.
Они ночевали на западном отроге горы Тыбга. Проговорили у костра весь
вечер, полночи. И о семейных делах, об Улагае и о положении в Охоте, теперь
вроде уже ничейной.
- Ну, а что говорят о политике? - спросил Саша.
- Более всего, что война неизбежна.
- У нас тоже такое мнение, - сказал Саша, имея в виду партию, к которой
принадлежал.
- Да, предчувствие всеобщей беды. Отдельные казачьи полки ушли на север
и на запад. Усилилась военная подготовка. Там маневры, тут маневры. До
заповедника никому нет дела. Не представляю, что будет со зверем, если уйдем
воевать. А тут еще вы тревожите людей.
- Мы против империалистических войн. Кстати, новая прокламация будет
именно об этом.
- Ох, Саша, боюсь я за вас!
- Кто-то должен говорить правду. Не мы, так другие. А пока что наша
организация делает свое дело. Война - всегда продолжение политики. Классовой
политики. Кто делает политику, тот и устраивает войны.
Зарецкий промолчал.
Утром, когда сошла роса и над хребтом Аспидным поднялось солнце, они
успели разглядеть на лугах десятка полтора зубров и множество оленей.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 [ 49 ] 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.