read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



- Не возражаете, если я буду называть вас просто по имени?
- Как угодно госпоже, - удивленно поклонилась она.
- Тогда, не поможете мне расправиться с ужином? - я указующе махнула на поднос.
Лицо Айды пошло красными пятнами, рот жалко искривился.
- Если госпожа подумала... решила... предположила, что я голодна, то это не так. И если ей кажется, что я...
- Да ничего такого я не подумала! - прервала ее причитания я. - Не предполагала, и уж точно не решала! Госпоже кажется, что одной ей такое количество еды не осилить. В Ордене я привыкла к куда более скромным трапезам.
Женщина нерешительно топталась на месте, не рискуя принять мое заманчивое предложение.
- Айда, ну, пожалуйста! - заканючила я. - Если хотите, я могу пойти и попросить разрешение у герцогини, чтобы вы могли составить мне компанию.
- Ее Сиятельство уже отдыхает, - Айда сделала первый неуверенный шаг к подносу.
- Тем более, - обняв за плечи, я уверенно повела ее к столу. - Посидим душевно, поболтаем по-женски....
Разговоры "за жизнь" закончились под утро. Я хорошо умею слушать, и рассуждать на дежурные темы: "ох, уж это руководство", "хочешь потерять друга - займи ему денег", "молодо-зелено" и еще много других, могу бесконечно. А как профессионально поддакиваю! Когда нежданно Айдой сыскалась бутылочка доброго монастырского вина, беседа, больше не натыкаясь на подводные камни, потекла размеренно и плавно.
"Так и спиться недолго! Женский алкоголизм, между прочим, не излечим". Умеренная трезвость еще никому не повредила.
Айда, десять лет как вдова, имела двоих сыновей и дочку. Старший, решивший завоевать изменщицу славу, пошел в имперские вольнонаемные войска, да пропал без вести в Разделяющих горах пару лет назад. Средний отпрыск заправлял в качестве мажордома в родовом замке герцогини Рианской. А от младшей дочери камеристка со дня на день ждала уже третьего внука.
- Было времечко, дуреха-то моя к вам, в Орден собиралась. Рот не закрывался, алонии - то, алонии - сё! Мол, вывернусь, а буду в рядах Смертоносных Клинков Империи! Да только блажь энта до первых посиделок продержалась - замуж выскочила, я приданое еле успела собрать. Уже двумя пацанами мужа порадовала. Чаю, нынче и меня, старую, внучкой потешит ...
Тут разговор свернул на внучат и больше с этой проверенной темы не сходил. Рассвет застал нас за историей Айды, как у старшенького резался первый зубик, и забавно не выспавшийся зять перепутал при одевании покойного ныне герцога штаны для верховой езды с парадными.
- Вот этот злыд... зять мой ненаглядный подает Его Сиятельству да заместо верховых кальсон, штанцы праздничные, парчовые, камнями драгоценными вышитые, - хохотнула разошедшаяся женщина. - Герцог, прости Единый его нагрешившую душу, не глядючи и надел! А как в зеркало посмотрел, так у него голос пропал, но руки-то в добром здравии остались! Пока трость об спину моего зятька не преломилась, не успокоился. Хорошая тисовая трость была...
Взгляд раскрасневшейся от приятных воспоминаний тещи скользнул по стремительно светлеющему окну, ставни которого уже были нами распахнуты настежь. Глаза удивленно расширились, рассказ оборвался на полуслове. Я заинтересованно посмотрела в ту же сторону, ожидая всего, в том числе и зависнувшей в воздухе подобно ведьме на помеле Велиссы. Виновником потрясения оказался всего лишь рассвет. Айда спохватилась и бросилась убирать место преступления, то есть нашего душевного междусобойчика. Я мешала по мере сил и возможностей, твердо убежденная, что оказываю существенную помощь. Женщина быстро прекратила мои поползновения, отправив меня умываться и переодеваться, предварительно засунув в рот какой-то отвратной травы, начисто перебившей запах употребленного напитка. Оказалось, пришло время собираться в дорогу. Наказав не ложиться спать, Айда умчалась будить и собирать Велиссу. Оставалось только бросать тоскливые взгляды на нетронутую кровать, такую удобную на вид.
Весь день я к вящему удовольствию Велиссы проклевала носом, не мучая ее вопросами, на которые ей не хотелось отвечать.
- Ты не выспалась, Лия? - на всякий случай поинтересовалась она.
Камеристка перестала дышать в своем углу, стараясь стать как можно более незаметной.
- Кроватные клопы спать не давали, - спокойно соврала я, открывая правый глаз. - Может, всякие дубленые шкуры ничего не ощущали, а у меня кожа нежная, чувствительная. Всю ночь глаз не сомкнула.
Девушка с сомнением посмотрела на мои руки, кожа на которых была прочнее иной подошвы. Я в ответ неопределенно пожала плечами, злорадно наблюдая, как герцогиня начинает неконтролируемо почесываться. Мои глаза удовлетворенно закрылись, хотя этой милой сердцу картиной хотелось любоваться долго, но сказывалась бессонная ночь. Уверена, сегодняшнему ложу будет устроен тщательный досмотр на предмет возможных кусачих квартирантов. Бедная Айда!

***

На третий день наше путешествие стало меня утомлять. От непрекращающейся тряски мутило, а из Велиссы ничего интересного вытянуть не удавалось. Та отделывалась красивыми обтекаемыми фразами, общий смысл сводился к: "что тебе, дуре, объяснять!". От такой "хорошей жизни" я удумала попроситься покататься верхом. Хотя бы окрестности осмотрю, а то из-за рыцарей, мелькавших на лошадях по обе стороны кареты, ничего толком не увидеть. Моя просьба вызвала бурю протеста, но я, доведенная до белого каления нахождением в душном замкнутом пространстве после трех месяцев на свежем воздухе, тоже уперлась, как козел рогами в землю:
- Хочу на лошадь. Меня стошнит, если я хоть еще часок пробуду в этой колымаге.
- Мы торопимся. Кроме того, у нас нет даже запасного животного, чтобы ты могла покататься, - постаралась отговорить меня девушка.
- Ничего страшного, - упорствовала я. - Пусть какой-нибудь рыцарь пересядет к вам в карету, а я на его коня.
По виду Велиссы я поняла, что у нее для меня нет нормальных слов, а те, что есть, она стесняется произносить вслух вследствие аристократического происхождения и полученного хорошего воспитания. Тут уже не выдержала Айда.
- Спаси нас Единый! - всплеснула руками она. - Простого рыцаря в карету к ее сиятельству! Ты в своем уме, девочка?!
- Ну ладно, с каретой я погорячилась, - я тут же пошла на попятный, поняв, что слегка перегнула палку. - Пусть тогда сядет кучеру на козлы.
На это им сказать было нечего. Зато, несомненно, нашлось, что сказать тому бедняге, которого лишили коня. Но его, к моему счастью, никто не спрашивал.
Оказавшись перед вожделенной лошадью, я вдруг поняла, что дала маху. Передо мной был здоровенный боевой конь чалой масти, и я ему, похоже, не очень-то нравилась. Мой опыт общения с лошадьми сводился к пятиминутной езде в праздник Дня города на смирной лошадке пожилого возраста, которая вследствие своих преклонных лет ходила только шагом, а тут такой коняра. Но отступать некуда.
"Жребий брошен, Рубикон перейден". Не так конечно все серьезно, но лицо терять тоже неохота.
Я, скрепя зубы, полезла в седло. Оказывается это не так здорово, как казалось в карете. И свежий воздух далеко не так свеж - мужчины и их кони пахли (если не сказать другим, более сильным словом) специфично. Вот так всегда, вначале делаю, а затем думаю.
"А умные люди делают наоборот". На то они и умные, а мы так, с придурью.
Конь, кротко подождав, когда непутевая наездница перестанет елозить, мостясь в седле, тихонько пошел шагом. Вскоре рыцари пустили своих коней рысью. Благо, умное животное само знало, что ему делать, и не обращало никакого внимания на судорожные движения бестолкового всадника, который ему сегодня достался. Всю дорогу до ближайшего города меня совершенно не интересовали местные красоты, обозреть которые жаждало мое сердце. Я сидела, вцепившись в животное всеми конечностями с одной лишь мыслью не свергнуться с такой высоты к всеобщей потехе, и боялась повернуть голову. Но когда Велисса или Айда высовывались из окна и спрашивали не пора ли мне в карету, я с ослепительной улыбкой беззаботно отвечала:
- Ни за что! Здесь так хорошо: солнышко, птички, приятные молодые люди вокруг.
"Приятные молодые люди" ехали с самыми мрачными лицами, а рыцарь, которому пришлось уступить мне лошадь, вообще бросал на меня с козел убийственные взгляды. И если бы у меня была хоть капля совести, а у него магический дар мгновенных проклятий, я нашла бы свою мучительную кончину под копытами его коня.
Пыль, выбиваемая из дороги лошадиными копытами, оседала на одежде и открытых частях тела, скрипела на зубах, лезла в глаза. Из-за бряцанья рыцарской амуниции не пробивалось даже птичье разноголосье. Из головы немилосердно вытрясло последние здравые мысли, от высоких подскоков пятая точка потеряла всякую чувствительность. Как потом стало известно, капитан специально задал такой темп, чтобы я сама попросилась обратно в карету. Если бы не последние месяцы тренировок, возможно, так и вышло бы. Но, спасибо аалоне Валенте, часа через три я освоилась настолько, чтобы принять вполне устойчивое положение в седле без боязни упасть, и осмотреться по сторонам. Полюбоваться особо было нечем. Ни тебе стад пасущихся единорогов, ни летающих пегасов, ни, в крайнем случае, какого-нибудь рахитичного карликового дракона. Никакой иномирной экзотики! Лес по обеим сторонам дороги перемежался с ухоженными полями, на которых вдалеке усердно трудилось местное крестьянское население. Навстречу всего-то и попалась парочка подвод, состоящая из груженых телег, услужливо уступивших нам дорогу.
Однако когда перед очередным городком скомандовали остановку, я безропотно сползла с коня и молча поковыляла к карете, принеся туда неповторимый запах конюшни. Скрюченные пальцы не хотели выпрямляться, ноги, при попытке их вытянуть, сводило болезненной судорогой. Велисса что-то мне выговаривала, но понять смысл ее речи моя голова оказалась не в состоянии, полностью занятая расслаблением на мягких подушках.

***

Остаток пути я с упорством, достойным лучшего применения, каждый день часа на два садилась на лошадь. Возможно, прирожденной наездницы из меня не получилось, но к концу нашего путешествия в седле я держалась довольно сносно. Мужчины, поначалу обменивающиеся при виде меня едкими усмешками, стали относиться ко мне более благожелательно, а некоторые посматривали весьма заинтересованно. Это проходило мимо моего внимания, пока во время такой конной прогулки со мной не заговорил знакомый еще по первой поездке молодой человек, занимавший сегодня место рядом.
"А-а, приятно широкие плечи, каштановые волосы, ямочка на подбородке? Помним, помним". И благоразумно помалкиваем.
- Чудесная погода, миледи, - оригинально начал разговор этот сэр.
Я чуть с лошади не свалилась, когда услышала справа от себя его приятный голос, так привыкла к этим несловоохотливым воинам. Теперь мне стало понятно, что чувствовала Велисса, когда я первый раз с ней заговорила. В прошлую поездку он меня не очень привечал. Верно, проживание на свежем воздухе и правильное питание пошло мне на пользу. Синяки опять же начали сходить.
- Погода действительно превосходная, - поддакнула я. - Но в это время года она всегда такая. К сожалению, не имею чести знать ваше имя, благородный рыцарь...?
Парень покраснел как девица на смотринах, что, надо отметить, очень ему шло.
- Покорнейше прошу простить меня за неучтивость, леди. Алестатор рю Дортонер, второй сын графа Бира, к вашим услугам, - представился он и замер в ожидании моей реакции. Не знаю, на что я должна была среагировать, это имя мне абсолютно ни о чем не говорило, так что в обморок от смущения я не упала.
- Рада познакомиться с вами сэр Алестатор. Мое имя, к сожалению, не такое прославленное, как ваше, - он опять покраснел, на этот раз от удовольствия. - Но можете называть меня Лия.
- Как?! Просто по имени? - ужаснулся рыцарь. - Но...
- Ничего страшного, - поспешила успокоить его я. - Алониям вроде как титулы не полагаются, а называть меня алонией Лией - слишком официально. Давайте, чтобы никому не было обидно, я буду звать вас... ну... о, Лесь. Хорошо?
- Почему так? - подозрительно уточнил новонареченный Лесь. - Очень уж похоже на название нечисти...
- О! - закатила я глаза в напускном восторге. - Так зовут главного героя в моей любимой книге. Она даже названа в его честь.
"А жанр произведения?". Гротеск. Но об этом лучше тактично промолчать.
Молодой человек сравнялся цветом со свеклой. Капитан Лассен только неодобрительно хмыкал в бороду, наблюдая за краснеющим рыцарем, однако не говорил ни слова.
- Ну, раз любимой..., - согласно протянул парень и на всякий случай переспросил. - Так значит правда, что вы алония?
Ума у него палата! Любой бы сообразил: если приехали в Орден, воспитывающий алоний, и вывезли оттуда девушку одетую и вооруженную как алония, то наверно это все-таки алония. Но под взглядом доверчивых каре-зеленых глаз я благочестиво придержала все эти мысли при себе.
- Первого года обучения, - смиренно подтвердила я. - А вы, Лесь, из какой провинции?
Он удивленно воззрился на меня:
- Мы здесь все преданные слуги герцогини и Рианы.
Об этом Велисса меня как-то забыла предупредить, поэтому я живо перевела разговор на другую тему, поинтересовавшись его боевым конем. Это была благодатная тема, на которую благородный сэр Алестатор мог говорить часами, чем он и занимался до моего обязательного водворения в карету в густонаселенных участках нашего пути.
Так проезжая по живописным ландшафтам и останавливаясь в чистеньких уютных городках, на пятнадцатый день нашего путешествия мы добрались-таки в столицу. Мне даже было жаль, что оно закончилась, так как я уже подружилась с Айдой, привыкла к Велиссе, и самое главное завела первого поклонника. Лесю совершенно не мешало, что я, являясь алонией, не должна отвечать на его чувства. Он решил сделать меня дамой сердца и поклоняться мне тайно, наивно полагая, что никто не догадывается о его чувствах. Временами юный рыцарь приходил в ужас от моих заявлений и манеры общения вкупе со сленговыми словечками. Однако все быстро забывалось, и он опять был в нестройных и очень малочисленных рядах моих воздыхателей.


Глава 8.

Не загадывай надолго,
Будь в надеждах осторожен:
Колесо судьбы коварно,
Поворот любой возможен.
(с) Хусрави

Тилана вольготно раскинулась на берегу огромного пресного озера Ортан, что в переводе со старокернийского означало "башмак" или, как иногда трактовали, "след бога". По своей форме водоем действительно похож на отпечаток от обуви. Я про себя обозвала его инфузория-туфелька, так как его форма при разглядывании карты, напомнила мне именно это простейшее. Город основали еще до второго пришествия: тогда он носил совсем другое название, которое теперь помнили лишь архивариусы. Позже, в силу своего удачного географического и стратегического положения, его провозгласили столицей Империи и благополучно переименовали. Этой лингвистической и исторической справкой снабдила меня Айда, когда мы подъезжали к городу.
Я просто прилипла к окну, беспардонно распахнув шторы. Там было, на что посмотреть и чему удивиться. Пригород пестрел домами, отделанными белым и розовым мрамором, с изящными балкончиками и открытыми террасами. В окружении пышной зелени садов, он поражал своей роскошью и великолепием. Несмотря на то, что в качестве транспорта и тягловой силы в основном использовались лошади, нигде не увидеть лошадиного навоза, чистотой блестели гранитные плитки тротуара. Чем ближе подъезжали к центру, тем теснее прижимались друг к другу здания, поднимаясь ввысь, при этом, не теряя своей хрупкой соразмерности. Спешащая по своим безотлагательным делам прислуга завладела тротуарами. В пестром людском потоке девушки и женщины, встречаясь, сцеплялись в парочки и тройки и двигались дальше уже вместе, сберегая ручную кладь от уличных воров. Мужчины, приостанавливаясь на секунду для обмена рукопожатиями, без сожаления расходились в разные стороны. Конный патруль бдительно надзирал за сохранением всеобщего благоденствия. Представители имперской гвардии, поражающие воображение молодых служанок яркой формой и лихо закрученными усами, почтительно уступали дорогу сказочно изящным каретам с вычурными гербами на дверцах.
Великолепие столицы короной венчал императорский дворец, расположенный на искусственном холме в центре города. К нему стекались все центральные улицы, и от него, как круги на воде, расходились кварталы разных сословий. Это бесподобное сооружение, казалось, парило над городом, и его было прекрасно видно из любой точки столицы. Огромную дворцовую площадь выложили цветными плитами, которые если приглядеться составляли сцены, по-моему, на какие-то религиозные темы. Дворцовое здание построили в белых и розово-золотых тонах - много башен, ажурных арок - все вместе оставляло впечатление облаков, причудливо собранных в замок, чуть тронутых первыми лучами восходящего солнца и непостижимым образом задержавшихся над городом.
Я вовремя скачком переместилась к противоположному окну и успела увидеть, как на северо-востоке города, словно мыльный пузырь, севший на влажный пол, зеркально переливалось всеми цветами радуги странное здание в форме полусферы. Если дворец поражал своим великолепием, то это сооружение рождало в душе благоговение и боязнь, что неосторожный ветерок разрушит это чудо.
- Храм Единого, - заметив мой прикипевший к зданию взгляд, благоговейным шепотом пояснила Айда. - Бают, что его стены толщиной с человеческий волос невозможно разрушить. Наземную часть храма может посетить любой верующий, а под землю же допускаются только служители Храма. Самые могущественные маги Тилана поступались Силой, дабы создать эту диковину. Тогда между Гильдией и Храмом еще не было такой грызни, как нынче. А все после...
- Хватит болтать, Айда! - раздраженно бросила Велисса. - Мы уже подъезжаем.
Камеристка послушно замолчала. Герцогиня, испортив всем настроение, продолжила угрюмо гипнотизировать пустой угол.
Дворец и дворцовый парк от прочих зданий отделяла высокая безупречно гладкая стена, проходы в которой бдительно охранялись стражниками в начищенных до блеска кирасах. Вояки уважительно освободили путь нашей процессии.
Как я заранее и предположила, меня подвезли вовсе не к парадному входу, а к каким-то подсобным помещениям.
"Тсс... Конспирация!". За ногу ее.
Замотали с головой в плащ, и повели внутрь дворца, куда нас пропустили без малейшей задержки.
"Хорошо иметь в бабках принцессу". А вы как думали?
Надвинутый капюшон мешал оценить обстановку, ноги постоянно запинались о полы длинного плаща, тонкая струйка пота побежала между лопаток. По ощущениям дворец казался огромным, до покоев герцогини мы добирались все полчаса, бывая, задерживаясь на перекрестках.
Роскошь апартаментов, куда мы пришли, просто кричала о высоком положении своей хозяйки. Огромное окно с небесно-голубыми (не иначе как под цвет глаз) занавесями открывало великолепный вид на город. Модный похоже в этих местах мозаичный пол на тему райских кущ уставили удобными кушетками, на которые так и тянуло присесть. Множество предметов искусства, среди которых преобладали изделия из драгоценных металлов, заняли все поверхности, хотя бы мало-мальски для этого пригодные. А в середине помещения (о вверх вульгарности!) жизнерадостно звенел небольшой фонтан. Два рыцаря, последовавших за нами во дворец, среди них и капитан Лассен, остались у входа, сменив находившихся там воинов. С порога к нам бросились две служанки предпенсионного возраста во главе с такой же "молодой" фрейлиной.
- Как Император? - не отвечая на приветствия, нервно поинтересовалась герцогиня. Глядя на красноречиво траурное выражение лица фрейлины, Велисса тут же стала отдавать скупые приказы:
- Одежду служанки. Быстро! Последнего уровня.
Одна из женщин кинулась вон из комнаты выполнять приказание. Заказ она принесла спустя несколько минут, сильно запыхавшись.
- Оденьте ее, - герцогиня указала на меня.
Служанки набросились на меня голодные псы на мозговую кость. Моментально сняли опостылевший плащ и попытались избавить от ножен с Неотразимой. Я отстранилась, сняла их сама и бережно положила на ближайшую кушетку, наказав беречь оружие до моего прихода. Сама же стянула рубашку. Юбка темно-розового платья, которое было мне безнадежно велико, бесследно погребла под собой штаны и сапоги. Даже при затянутом корсете оно болталось на мне, как боевое седло на дойной козе.
- Волосы под чепец, - продолжала отдавать распоряжения девушка.
Тут же отыскался кошмар с рюшами, который водрузили мне на голову, запрятав под него скрученную косу.
- Опусти глаза, они тебя выдают, - это уже мне.
Бросив на меня последний испытывающий взгляд, она осталась довольна. Потом перевела взор на фрейлину, хмуро сдвинув брови.
- Вы еще здесь? - сурово спросила Велисса, определенно ища на ком бы сорвать раздражение. - А кто готовит мое платье для посещения императора?
Лицо женщины и так не отличавшееся яркими красками выцвело еще больше. Но она нашла в себе силы судорожно присесть в глубоком реверансе и охрипшим голосом ответить на вопрос.
- Айда позаботилась об этом, Ваше Сиятельство. Если герцогиня желает, она может пройти в гардеробную.
Девушка, не удостоив ее ответом, презрительно скривила губы и вышла в боковую дверь. Мы с фрейлиной обменялись понимающими взглядами, прежде чем она торопливыми шагами проследовала за госпожой.
Я устало опустилась на самый краешек кушетки. Многострадальная я! Не дали даже с дороги отдохнуть, а уже куда-то тащат. По всему видно, на аудиенцию к Императору. Меня хотя бы кто-нибудь спросил, нужно это мне или нет? Но протестовать было уже поздно, как говорится, назвался груздем...

***

Спустя некоторое время апартаменты покинула герцогиня в сопровождении личной служанки, то бишь, замаскированной меня. Я тащила шлейф парадного платья Велиссы, за который успела пару раз неосторожно дернуть, чем заслужила многообещающий взгляд герцогини. Мои глаза тут же, как положено образцово показательной прислуге, были опущены долу. Обширной экскурсии вновь не получилось, оставалось только обозревать идеально чистый, выложенный причудливыми узорами из мрамора, пол. Чем дальше мы заходили вглубь дворца, тем больше людей попадалось нам навстречу. Количество ног проходивших мимо меня увеличивалось с каждым поворотом. Ноги были очень разными - обутые в грубоватые башмаки и облаченные в простые, но добротные штаны и юбки на подобие моей - у слуг, до вычурных сапог одетых на бархатные кальсоны или крошечные туфельки под пышными кринолинами - у аристократов. Но никто не посмел остановить нас или даже окликнуть: наверняка Велисса постаралась состроить соответствующую случаю гримасу.
Караул возле императорского покоя пропустил герцогиню молча, почтительно разведя скрещенные церемониальные алебарды. После ярко освещенных залов и коридоров сумрак приемной, а затем и спальни казался непроглядным. Легкое дуновение, пробравшееся из-за отрытой двери, не выжило в спертой атмосфере комнаты.
Никогда не могла понять, почему умирающие должны проводить свои последние минуты в темноте, когда им и так страшно? В том, что здесь находился умирающий, не оставалось никаких сомнений: тлетворный запах предстоящего горя уже витал в воздухе, пропитывая тяжелый материал портьер. В центре помещения на возвышении, к которому вели три ступени, стояла кровать чудовищных размеров. В ней сиротливо лежал дряхлый высохший старик. Вот кого мне уже точно охранять не придется. Вряд ли он задержится на этом свете.
- Мой Император, - со слезами на глазах бросилась к этой мумии Велисса, легко преодолевая ступени, чтобы прильнуть к сухой морщинистой руке. - Простите, мы не успели...
Император сделал едва заметное движение свободной рукой, и две фигуры, серыми тенями отделились от полога и исчезли за дверью.
"Один маг, другой воин", - безошибочно подсказала моя выучка алонии.
- Ты привезла ее, - голос, изрекший это утверждение, оказался необычайно сильным и глубоким для высохшего тела. - Все остальное не имеет значения.
- Привезла, - обреченно подтвердила герцогиня. - Но я опоздала..., безнадежно опоздала..., - слезы с удвоенной силой потекли по ее щекам.
- Ничего, Тилан еще поборется. Хвала Прародителю, наследник у меня достойный!
Плечи девушки поникли, будто на них взвалили непосильную ношу.
- Я хочу посмотреть на Избранную.
Герцогиня освободила место возле старца, чтобы я могла подойти к ложу, пред светлы очи Государя Императора. Встретившись с ним глазами, я уже не смогла отвести взгляд. Потрясающе красивые с плескающейся в них синевой и жаждой жизни, они не должны были принадлежать умирающей развалине. Эти глаза разбирали меня на составные части, взвешивая и оценивая каждый элемент вместе и по отдельности, невозмутимо отсеивая лишнее. Я упрямо задрала подбородок, освобождая себя из плена его взгляда.
- У тебя есть характер и независимость, - одобрительно отметил он. - Но насколько это хорошо, время покажет.
Интересно, как он это определил?
"Комплименты с утра...". Примета плохая.
- Ничего удивительного здесь нет, Ваше Императорское Величество, - строптивое пожатие плеч. - Характер есть у любого разумного существа, пускай его иногда и принимают за отсутствие оного.
Морщинистая рука в старческих пятнах приподнялась, но, не выдержав собственного веса, упала обратно на покрывало.
- Да тут еще язык, острый, как ивилский клинок, - попытался улыбнуться Император и перевел взгляд на всхлипывающую Велиссу. - Помнишь, Дэрриш как-то говорил, что любит трудности? Что ж, пусть радуется - с ней их будет немало.
Герцогиня негромко выругалась, заставив меня нервно хихикнуть. Я-то думала, Велисса и слов таких не знает!
Но Императора наше неподобающее поведение у его смертного одра только порадовало.
- Так-то лучше, девочка! Сырость будешь разводить в другом месте и в другое время. Как ты думаешь, сколько мне лет, Избранная?
Вопрос, заданный мне без всякого перехода, застал меня врасплох. Льстить я не хотела, грубить тоже, поэтому благоразумно промолчала.
- Молчишь? Благоразумно с твоей стороны.
Я продолжила проявлять благоразумие, не поддаваясь на провокации Императора. Видимо, это была его любимая манера разговора - огорошивать собеседника неожиданными вопросами, и самому на них отвечать, наблюдая реакцию.
- Пятьдесят.
Я посмотрела на него с откровенным изумлением: ему должно быть за сотню, но никак не ее половина.
- Да, это так, - старик устало смежил веки и неожиданно попросил. - Возьми меня за руку.
Рука на ощупь была шершавой, сухой и еле теплой, как газета оставленная на солнцепеке.
Император открыл глаза. Отчаянная надежда в его взгляде умерла при виде недоумевающего выражения на моем лице.
- Ты ничего не чувствуешь, - саркастически усмехнулся он. - Предназначение никогда не было моим. Судьба жестока к проигравшим, отнимая даже неведение...
Император зашелся сардоническим смехом, быстро перешедшим в надрывный кашель. Выпустив его руку, я шарахнулась от кровати.
- Позвать лекаря? - обеспокоено спросила Велисса, бросаясь на колени на освободившееся место у ложа.
Старик отрицательно покачал головой.
- Я устал, уходите, - приказал он, когда восстановил дыхание. - Ты знаешь, что делать. Приготовления необходимо начать уже сегодня, чтобы успеть до завтрашнего погребения.
Я не сразу поняла, что он говорит о собственных похоронах. Нужно иметь истинное величие, чтобы так бесстрастно говорить своей смерти и при этом раздавать распоряжения.
Велисса, коснувшись губами сморщенной руки Императора, поднялась с колен и сошла с пьедестала. Духота в комнате становилась невыносимой. Девушка подарила умирающему полный преданности взгляд и мы наконец покинули императорские покои.
Оказавшись в собственных покоях, герцогиня безутешно разрыдалась. Я сочувствовала ее горю, но разделить его не могла. Император был для меня посторонним человеком, а для нее возможно приемным отцом или наставником. Впрочем, ей хватило получаса, чтобы справиться с чувствами и приняться за активные действия.
Позвонив в серебряный колокольчик, она вызвала Айду.
- Наследному принцу должна быть незамедлительно передана нижайшая просьба названной сестры о счастье видеть Его Императорское Высочество, дабы поприветствовать после длительной разлуки, - в ее словах прозвучал такой металл, что будь я на месте этого принца, бегом бы сюда побежала.
Хотя, скорей всего, к наследным принцам герцогини сами бегут.
Я ожидала, что мы выдвинемся следом за Айдой, но ничего подобного не произошло. Возможно, аудиенции приходится ждать часами, а камеристка помчалась занимать очередь?
После сегодняшних переходов ноги у меня приустали, и я нагло завалилась на находящуюся в самом углу кушетку. Суетившиеся вокруг Велиссы служанки бросали на меня неодобрительные взгляды. Наплевать.
Обо мне никто не хочет позаботиться? Помыться с дороги дать? Покормить?



Страницы: 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.