read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


В этой армии будут высоко ценить три "Георгия", полученных Лазарем, и
будет выдан четвертый, еще не полученный, поскольку все справки у Лазаря в
полном порядке.
Лазарь уехал с заимки в начале зимы и вступил добровольцем в белую
армию.
Дело было, конечно, не в том, чтобы выхлопотать четвертый Георгиевский
крест. Дело было в великом соблазне поправить пошатнувшееся хозяйство за
счет тех льгот и наград, которые были обещаны добровольцам белой армии
после победы в гражданской войне.
Победу, однако, одержали не белые, а красные.
После разгрома белой армии Лазарю пришлось скрываться, опасаясь особо
сурового наказания за то, что он был не только белым солдатом, а еще и
помощником командира взвода и, главное, добровольцем.
В скитаниях он набрел на бывшего колчаковского штабс-капитана Клочкова,
находившегося одно время в подчинении у "императора всея тайги", а затем
отделившегося от него с небольшой бандой.
Вступив в эту банду, Лазарь Баукин долгое время не ладил с Клочковым.
Лазарь считал, что надо грабить только кооперативы и базы, но не тревожить
крестьян, с чем не соглашался Евлампий Клочков, вышедший из городского
купечества и стремившийся наказывать все население за свою собственную
неудачливую судьбу, стремившийся сеять ужас.
Лазарь хотел устранить Клочкова, чтобы самому стать главарем банды. Но
Клочков был не так прост и старался обезопасить себя от Баукина, не
доверяя ему во многом, остерегаясь его...
Все это выяснил Венька Малышев путем перекрестных допросов. Он сразу
заметил, что Лазарь Баукин резко отличается от других арестованных
бандитов. И даже здесь, в угрозыске, в арестном помещении, бандиты говорят
о Лазаре как о своем главаре, как о человеке, который мог бы стать
главарем, если б не превратности судьбы.
Веньку больше всего интересовали связи Баукина в других бандитских
соединениях. Ведь не так уж отдельно действовала банда Клочкова, у нее
были связи, наверно, и с Воронцовым и с другими.
И еще интересовало Веньку, если можно так выразиться, истинное
самочувствие Баукина.
- Интересно, - говорил мне Венька, - что бы Лазарь сейчас стал делать,
если бы ему, допустим, удалось уйти от нас?
- Опять пошел бы в банду.
- Нет, не думаю. У него башка все-таки работает. Я ему все время
встряхиваю башку разными вопросами.
- Да для чего это? - спросил я.
- Для дела, - улыбнулся Венька.
У Веньки появилась идея - побывать еще зимой в Воеводском углу, на
родине Лазаря Баукина, навестить его жену, его ближайших родственников и
добыть как можно больше сведений о его связях.
Из трофейных фондов гражданской войны нам достались, кажется, японские,
аэросани. Изломанные, они все лето и осень валялись у нас на пустыре. И
только теперь, зимой, нашелся механик, согласившийся отремонтировать их и
пустить в дело.
В свободные часы мы с Венькой и с Колей Соловьевым часто ходили на
пустырь и помогали механику отвинчивать и отмывать в керосине ржавые болты
и гайки, хотя надежды на восстановление саней у нас почти не было.
Механик, видимо, сам не мог разобраться как следует в механизме и все
говорил:
- Кабы мне ихнюю схему достать. Я бы их разобрал в два счета...
Мы с Колей Соловьевым постоянно смеялись над механиком, говорили, что
он, наверно, большой специалист: может любую, какую угодно, сложную машину
разобрать на все части и собрать очень быстро и прямо... в мешок.
А Венька называл нас чистоплюями и уверял, что сани будут
восстановлены. Он еще года два назад работал слесарем в железнодорожных
мастерских, и этот механик разговаривал с ним подле саней как со своим
человеком, как с человеком, причастным к благородному делу обработки
металлов.
- Вот погодите, - говорил нам Венька, - вот погодите, мы на этих санях
прокатимся скоро в Воеводский угол...
Эта идея понравилась и нашему начальнику. Он теперь все чаще выходил из
кабинета, чтобы посмотреть, как подвигается работа на пустыре.
Механику был выдан из трофейного фонда полный комплект кожаного
обмундирования: пальто, штаны, сапоги и шлем. Он, кроме того, требовал
кожаные перчатки с длинными отворотами, какие носят авиаторы. Но начальник
сказал, что о перчатках похлопочет, когда будут восстановлены сани.
У саней, все еще лежавших на снегу в перевернутом виде, собирались
многие наши сотрудники, давали советы, спорили, смеялись.
Однажды сюда пришел и Яков Узелков.
Вытащив из брезентового портфеля блокнот с напечатанным вверху
названием газеты, он интересовался, что появилось новенького за время его
отсутствия.
- Я, к сожалению, не мог к вам раньше прийти, - как бы извинялся он,
нервно покусывая карандаш. - Я несколько дней разъезжал по уезду. Были,
можно сказать, пикантные встречи...
Мы Узелкова не видели с той поры, как прочитали в газете "Знамя труда"
выспренний очерк о разгроме клочковской банды в Золотой Пади. Мы уже стали
забывать о существовании Узелкова. Но сейчас, увидев его, снова
ожесточились.
- Можешь к нам больше не ходить, - сказал ему Венька. - Нам брехуны не
нужны. С пылающим взором.
- Да тебе и не надо к нам ходить, - добавил я. - Для чего тебе
сведения, если ты можешь все высосать из своего вот этого тоненького
пальца?
И Коля Соловьев засмеялся.
- Чудаки! - ничуть не смутился Узелков. - Я же вас вывел героями - и вы
же еще недовольны. Дикари, питекантропы...
- Уходи, - опять сказал Венька. - Уходи, и чтобы тебя тут вовсе не
было. Больше тебе никакой сводки давать не будем.
По пустырю как раз в это время проходил наш начальник. Узелков пошел за
ним. И, на наше удивление, начальник отнесся к нему весьма любезно. Он
даже обнял его за плечи и повел к себе в кабинет. Мы слышали, как Узелков
сказал:
- Популяризация - моя главная задача.
И наверно, это слово "популяризация" покорило нашего начальника, тоже
любившего необыкновенные слова.
Вскоре он вызвал Веньку и меня и, сидя в кресле, сделал нам нагоняй,
говоря:
- Как же это так? - И показал на Узелкова. - Товарищ, можно сказать,
собственный корреспондент, пишет про нас, освещает нашу работу. А мы,
значит, будем ему палки в колеса кидать? Нет, это будет неправильно. Так
не пойдет. Я запрещаю это решительно. Понятно?
Узелков ушел, получив все нужные ему сведения.
Начальник сам закрыл за ним дверь и, опять усевшись в кресло, спросил:
- Вы для чего, ребята, допускаете в своей работе глупость, личные счеты
и так далее? А?
Венька доложил, что тут не личные счеты, а просто вранье и глупость со
стороны корреспондента.
- Вранье? - удивился начальник и покачал своей седеющей колючей
головой. - Вранья допускать, конечно, нельзя. Вы за этим должны смотреть,
докладывать в случае чего мне. А так препятствий чинить не надо. Это же,
имейте в виду, пресса. С ней ссориться никак нельзя.
Может быть, в этот момент далекие воспоминания колыхнули суровое сердце
нашего начальника. Он вдруг подвинул к нам коробку с папиросами, чего
раньше никогда не делал, и сказал, продолжая грустно улыбаться:
- Поздно вы родились, ребята. Ничего хорошего вы еще не видели. И не
знаете. И вам даже непонятно, что такое пресса. Ведь вот, допустим, у нас
в цирке как было? Не только приходилось ожидать, когда напишут про тебя в
прессе, а самим даже приходилось соображать. Даю честное слово. Придет,
бывало, репортер в цирк, а ты норовишь ему в руку сунуть рублевку или даже
трешницу. Этак деликатно. Чтобы написал после. Ну, и ждешь потом.
Ангажемент! Вы ведь этого ничего не понимаете. Про вас пишут, а вы
обижаетесь. Бесплатно пишут, и в положительном тоне. Надо бы только
приветствовать такого корреспондента. Приветствовать...
Понятно, что после этого у Якова Узелкова в нашем учреждении появилась
такая поддержка, о какой он и мечтать не мог.
Он в любое время теперь заходил к начальнику и называл его запросто -
Ефрем Ефремович.
Два раза, однако, мы пробовали разоблачить корреспондента в глазах
начальника, но делали это, видимо, неумело, неубедительно. Говорили,
например, что Якуз много сочиняет. Против этого обвинения начальник
выдвинул веский довод. Он сказал:
- Вот, допустим, французская борьба. Многие зрители обижаются, что
борцы борют друг друга не по-честному, а как велит арбитр. "Сегодня ты
меня положишь, завтра - я тебя". Зрители говорят: "Это афера". И я говорю:
правильно. Ну, а как вы думаете, без аферы лучше будет? Нет, хуже. Борцы
тогда, озлившись, даже покусать друг друга могут, трико порвут,
измочалятся до крови. Ну, и что же тут красивого? Ничего. Нет, вы молодые
ребята, вы этого не понимаете, что такое искусство...
И начальник закрыл глаза, показывая, что разговор окончен.
Якуз продолжал писать как хотел.
Одержав над нами первую крупную победу, он сразу как-то вырос в наших
глазах. У него даже плечи стали как будто пошире.
К тому же он сшил себе входившую тогда в моду толстовку из чертовой
кожи, приобрел новые ботинки, и мы смеялись, что вот, мол, на
происшествиях оделся человек. Голос у него стал еще тверже, еще уверенней.



Страницы: 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.