read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



– Я не сомневался, что ты так и сделаешь, – сообщил ему при встрече в своем штабе бородатый финикиец, – Да и Ганнибал тоже.
Федор был удивлен: его, парня себе на уме, как он полагал, прочитали как открытую книгу.
– Но мы все равно решили послать именно тебя, – закончил он свое признание.
– Почему? – не выдержал Федор, – ведь в армии есть множество бойцов гораздо лучше, чем я. И опытных командиров.
– Все так, – кивнул бородач, ухмыльнувшись в усы, – Но только ты чувствуешь, где Марцелл, словно ты его родственник. А он тебя. Так сказал мне Ганнибал. И он был прав, ты едва не схватил его.
Федор поперхнулся, услышав такое предположение, и настороженно взглянул в хитрые глаза Атарбала, полуприкрытые веками, словно тот спал на ходу. Затянутый в панцирь военачальник производил сейчас впечатление медлительного и уставшего человека, но это впечатление было обманчиво. Федор слишком давно его знал, как решительного и быстрого воина, чтобы поверить в это.
«Неужели, он знает про Юлию? – понеслась шальная догадка в мозгу бывшего римского морпеха, – Или Ганнибал знает об этом? У него ведь много шпионов повсюду. Вдруг, донесли?». Но вскоре Федор отогнал эту мысль. Скорее всего, великий карфагенянин просто очень хорошо разбирался в людях и чувствовал мощное желание Федора разыскать Марцелла во чтобы то ни стало, но не догадывается о его истинных причинах.
Подумав так, Чайка успокоился. А потом сделал неосторожный шаг в сторону, и его раненую ногу пронзила боль. Федор скорчил гримасу, – удар Марцелла все еще был ощутим. И в теле и в душе, где угнездилась и росла жажда мести. Теперь он не просто хотел найти Марцелла, чтобы найти Юлию и ребенка. Теперь он хотел уничтожить его лично, избавив Юлию от угрозы, а заодно и Карфаген от врага.
– Не торопись, – сказал вдруг наблюдавший за ним Атарбал, словно прочел мысли Чайки, – ты еще успеешь отомстить ему. Разведка доносит, что Марцелл отошел до самой Палестрины, где снова пытается организовать оборону на подступах к Риму. Скоро мы будем там. Ганнибал уже выступил вдоль моря по Аппиевой дороге с испанской конницей, кельтами и слонами. А теперь пришел и наш черед.
– Я готов, – сказал Федор, сморщившись, – нога уже почти зажила.
– Не торопись, – снова осадил его мудрый Атарбал, – ты еще еле ходишь. Послезавтра десять тысяч кельтов и мои африканцы с осадным обозом выступают по Латинской дороге. Твоя хилиархия, вернее то, что от нее осталось, тоже. Но сам ты поедешь в повозке, – не вздумай садиться на коня. А лекарю я приказал не спускать с тебя глаз. Если увидишь римлян, тоже не спеши хвататься за клинок. У тебя достаточно солдат. Да и выступаешь ты теперь в самом конце, будешь пока охранять осадный обоз. Так что твоя задача как можно быстрее встать в строй. Впереди осада Рима.
Федор вздохнул и молча кивнул, покоряясь воле командования. Нога еще действительно не зажила до конца и, как бы он ни хорохорился перед окружающими, недельку, а лучше две придется отдохнуть от войны. А охрана осадного обоза это отнюдь не наказание, а скорее наоборот. В предстоящей операции по осаде столицы римлян именно он будет играть главную роль. Одной пехотой, да конницей Рима не взять. Стены у него крепкие.
Перед тем, как вернуться в лагерь, где была расквартирована его хилиархия, Федор еще некоторое время беседовал с Юзефом. Тот подтвердил ему, что великий Ганнибал, да продлит Баал-Хаммон его дни, уже оккупировал земли за горой Санта-Кроче и продвигается вдоль моря, предавая все огню и мечу.
Уничтожив мощные преграды на своем пути, армия Карфагена, оставив блокированный Неаполь и окрестности Капуи далеко в тылу, наступала сразу по двум направлениям, быстро приближаясь к Риму. Ганнибал использовал для этого отличные римские дороги, передвигаться по которым было одно удовольствие. Рим построил эти мощеные дороги для того, чтобы держать в страхе всех своих соседей и быстро перебрасывать по ним легионы для подавления восстаний. Теперь его дороги работали на завоевателей и по ним с юга на север в сторону Рима двигались не только финикийцы, но и те самые кельты, для скорейшего уничтожения которых эти дороги и строились.
Юзеф рассказал, что Ганнибал по достоинству оценил работу римских инженеров и строителей, не переставая их нахваливать.
– Как далеко он уже продвинулся? – спросил Федор всезнающего летописца, а по совместительству человека, который записывал все исходящие из штаба приказы и отправлял в войска.
– По слухам, – ухмыльнулся Юзеф, – он уже в нескольких днях пути от самого Рима.
– Что же, – кивнул Федор, – тогда мне нужно поторапливаться. А то, если я еще немного задержусь здесь, на мою долю не останется ни одного римлянина.
На следующий день Федор решил устроить смотр своим войскам. Он велел построить хилиархию от которой по меткому замечанию Атарбала действительно осталось не много, – чуть больше шестисот человек, – и, опираясь на палку, в сопровождении Урбала и Териса, прошелся вдоль строя. Приставленный лекарь был недоволен поведением Федора, но сделать ничего не мог. Война есть война, на завтра намечалось выступление, а Федор хоть и раненый, но другого командира у хилиархии нет.
Осмотром Федор Чайка остался доволен. От потрепанных и изможденных недавними боями солдат не осталось и следа. За время болезни Федора все они отлично отдохнули и зализали свои раны. Перед ним, сверкая доспехами, стояло шестьсот пятьдесят восемь закаленных бойцов, готовых порвать хоть целый легион, вставший у них на пути. «Да, – все же огорчился Федор, – а всего пару недель назад их было полторы тысячи».
Закончив осмотр, Федор решился на короткую речь.
– Солдаты, – сказал он, – дорога на Рим открыта и завтра мы выступаем. Наша задача: охранять осадный обоз, который должен снести стены римской крепости. Последней преграды к окончанию нашей победоносной войны. Не пройдет и десяти дней, – при этих словах Чайка невольно покосился на Урбала, – как мы будем пировать уже на римском форуме и былая слава Карфагена, повелителя морей и суши, снова засияет, как и прежде. Сейчас вы можете выпить вина и предаться веселью, поскольку завтра нам предстоит снова идти в поход.
Услышав это, солдаты огласили криками такой бурной радости окрестности римского лагеря, что эхо пошло гулять по скалам. Распустив солдат по палаткам, Федор направился к себе в шатер.
– Готовить на утро коня? – с сомнением в голосе спросил Терис, проводив командира хилиархии до шатра.
Федор посмотрел на свою перевязанную ногу, на лекаря стоявшего неподалеку, вздохнул и велел Терису приготовить повозку.
К его удивлению до Палестрины, последнего крупного города, что стоял на Латинской дороге и мешал продвижению армии к Риму, африканцы подошли довольно быстро, и не встречая сопротивления. Враг явно находился на последнем издыхании, напрягая все силы, чтобы успеть подготовиться к отражению осады, а потому лишних легионов, для того чтобы дать большое сражение на подступах у римлян не нашлось. Но, тем не менее, бой у Палестрины [18 - Просим не забывать читателя, что он держит в руках альтернативно-историческое повествование. И большинство событий, описанных в данном романе, особенно происходящих после битвы при Каннах, существенно изменены или придуманы.] вышел жестокий и кровопролитный. Небольшой гарнизон этого городка, состоявший из легионеров, морпехов Марцелла и ополчения граждан не пожелавших покинуть свой город, защищался до тех пор, пока не был полностью уничтожен.
Зная о судьбе римских пленников, которых Ганнибал после победы у Канн предлагал выкупить сенату Рима, Федор Чайка не был удивлен. Десять пленных римских военачальников из числа наиболее высокопоставленных были Ганнибалом освобождены под личную клятву вернуться и отправлены с посольством в Рим. Сенату предлагалось выкупить тысячи своих пленных солдат, среди которых к тому же находилось множество родственников жителей Рима. Несмотря на то, что лишних солдат у Рима не было, сенат демонстративно отказал Ганнибалу, сообщив, что не ведет переговоров с врагом государства на его земле. И тогда Ганнибал в бешенстве казнил часть из них, большинство, все-таки, оставив в живых, но продав в рабство греческим работорговцам. Так закончили свое существование легионы Павла и Варрона. Часть из которых, впрочем, еще пряталась в окрестностях Венузия, не слишком далеко от места сражения. Но эти побежденные солдаты находились в деморализованном состоянии и не представляли для армии Карфагена угрозы. Потому Ганнибал не стал тратить время на их полное уничтожение, а увел армию в сторону Капуи и вот теперь продвигался к Риму.
Участь пленников, которых сенат не пожелал спасти, наверняка была известна и жителям Палестрины, ведь ехали они по этой же дороге. Власть Рима на этих землях была давней, как и ненависть к ее противникам, а потому никто из жителей городка не пожелал сдаваться в плен карфагенянам.
Федор наблюдал за битвой из лагеря, что был выстроен неподалеку на одном из холмов, которыми изобиловала эта горная местность. Осадные орудия, которые охраняла его хилиархия, сыграли в этой победе не последнюю роль. И когда, разрушив ворота и часть стены, пехотинцы Атарбала вместе с кельтами, ворвались в город, участь Палестрины была решена. Командир африканцев приказал поджечь город, чтобы римским разведчикам, замеченным нумидийцами у дальних холмов, было отлично видно, как приближается непобедимая армия Ганнибала. Приказ был исполнен и пожар полыхал всю ночь, а утром, когда дым еще поднимался над развалинами, армия двинулась дальше.
«Неужели этот город оборонял Марцелл и он теперь погиб, – думал Федор, облаченный в доспехи, осторожно шагая в штаб в сопровождении Териса и поглядывая на столбы дыма, – жаль, если так. Я хотел убить его сам».
Федор пробыл в штабе недолго, получив те же указания, – охранять обоз. Но ушел оттуда не сразу, а задержался, поскольку Атарбал допрашивал пленного римского солдата. Из рассказа раненного выяснилось, что город яростно защищался совсем не потому, что обороной командовал Марцелл. Отражение штурма организовал его заместитель, а сам сенатор ушел незадолго до начала осады с несколькими сотнями легионеров в сторону Рима, получив оттуда какой-то приказ. Какой именно, солдату было неизвестно. А все офицеры гарнизона были мертвы.
– Наверняка его перебросили на другую сторону хребта, поближе к Аппиевой дороге, – высказал предположение Атарбал, посмотрев на Федора, – Чтобы укрепить оборону там и помешать самому Ганнибалу, который уже приближается к Остии.
И добавил пренебрежительно:
– Из оставшихся в живых римлян, Марцелл сейчас последний опытный военачальник, достойный Ганнибала, который и с сотней солдат может стать нам преградой. Остальные, – просто слабаки. Так что, Федор, нам осталось недолго воевать.
– Остия – морские ворота Рима, – заметил неожиданно для себя Федор, – там ведь должен стоять флот.
– Ты неплохо осведомлен, – кивнул Атарбал, нахмурившись и обдумывая слова пленного, словно Чайки рядом уже не существовало, – можно подумать, ты там уже бывал.
– Я же командир разведчиков, – заметил на это Федор, напрягшись, что не ускользнуло от Атарбала. И тогда он решил сказать полуправду, что могла успокоить возникшие подозрения, – а, кроме того, я действительно там бывал. Еще задолго до войны. Ведь я родом из далеких северных земель, был моряком. И однажды мы заходили в Остию с товаром.
Атарбал посмотрел на Федора с некоторым интересом. Похоже, слова командира двадцатой хилиархии его удивили.
– Так ты был купцом до войны?
– Не купцом, – нехотя пояснил Федор, – а солдатом. Я плавал охранником на торговом корабле.
– Да, припоминаю, – ухмыльнулся Атарбал, погладив бороду, – Юзеф рассказывал мне, что ты приплыл в Карфаген откуда-то из дальних пределов, куда еще не заплывал не один карфагенянин.
Федор молча кивнул.
– Но, мне все равно, откуда ты, Федор Чайка, – добавил Атарбал, присаживаясь в огромное кресло к столу, отделанному золотом и слоновой костью, на котором лежал свиток папируса. – Главное, что ты хорошо служишь. И доказал свою верность Карфагену. Ты можешь идти.
Чайка поклонился и направился к выходу из шатра.
– Что же, не будем медлить, – услышал он, уже выходя, голос командира африканцев, – До Рима уже недалеко. Юзеф, пиши приказ.
Еще двое суток корпус африканской пехоты, усиленной кельтами и нумидийцами, медленно продвигался по долине, зажатой с двух сторон горами, то и дело, встречая завалы и кордоны на своем пути, но мощной обороны нигде не было организовано.Несколько раз авангард, состоявший на этот раз из кельтов, подвергался нападениям. В первый раз это была засада, устроенная у переправы через горный ручей, где засели римские лучники и манипула пехоты. Римляне спустили со склона камнепад, грохот которого донесся даже до Федора, передвигавшегося на повозке впереди своей хилиархии, но в самом конце колонны. Как потом оказалось, римляне из засады успели уничтожить целую спейру кельтов, а вторая по большей части погибла под камнями. Но, оставшиеся в живых разъяренные убийством своих воинов кельты, вскарабкались по склону и изрубили засевших там легионеров в куски.
Федор не переставал удивляться мужеству и отваге этих солдат, которые почти не носили доспехов, а иногда шли в бой почти голыми, имея на своем теле лишь исподнее, да штаны, а в руках щит и меч. Кельты, несмотря на то, что принадлежали к многочисленным племенам, как Испании, так и местным, обосновавшимся в долине реки По, часто враждовавшим между собой, до сих пор хранили верность Ганнибалу. За все время длительной кампании они ни разу не покинули поля боя и не устроили потасовку между собой. Последнее было особенно удивительно, ведь Федор Чайка уже хорошо знал их вспыльчивый и воинственный характер, которого так боялись римляне. И, тем не менее, военный вождь Карфагена умудрялся держать их под контролем. Численность кельтов, постоянно гибнущих во всех сражениях, куда Ганнибал посылал их первыми, неизменно восстанавливалась и пополнялась за счет новых наборов в северной Италии. Так что до сих пор кельты составляли самую многочисленную часть войска Карфагена. Испанскую конницу и африканцев Ганнибал обычно берег для больших сражений.
Ближе к вечеру того же дня, на авангард, пополнившийся свежими спейрами, напала римская конница. Отряд из сотни катафрактариев смял строй кельтов и прорвался в середину колонны, где передвигалась уже африканская пехота. Но, выученные боям в горах, опытные солдаты Карфагена быстро организовали оборону и дали отпор римским всадникам. Напав на спейру копейщиков, римляне меньше чем за полчаса потеряли половину отряда, уничтоженную меткими бросками дротиков. А остальных добили лучники и пехотинцы. Лишь нескольким десяткам римлян, удалось унести ноги, прорвавшись обратно вдоль скал. Да и то, их немедленно бросились преследовать нумидийцы.
– Хотят показать нам, что еще что-то могут, – усмехнулся вслух Федор, глядя на бой со своей повозки, до которой римляне так и не добрались, – Кусают, чтобы не расслаблялись.
– Да, злятся римляне, – подхватил шагавший рядом Урбал, закинув на ремне щит за спину, – чуют, что приближается их конец.
– Еще немного, – вскинул руки Летис так, что прицепленные к поясу кинжалы звякнули о доспехи, – и я буду пировать посреди форума, а потом я пройдусь по местным…
– Не торопись, – осадил его Федор, поглядывая на окрестные скалы, кое-где у вершин прихваченные снежными шапками, – надо сначала до него добраться. Просто так его тебе никто не отдаст.
– Это ничего, – отмахнулся Летис, поправив свой шлем, ремешок от которого резал его массивный подбородок, – я готов драться до тех пор, пока не уничтожу всех римлян.
Чайка промолчал, поглядывая на горы. Красивые вокруг были места, живописные. Можно сказать, курорт, если забыть ненадолго о бушевавшей войне.
На утро следующего дня горы стали расступаться, а местность выравниваться. Корпус Атарбала без помех продвинулся еще на десяток километров и вскоре нумидийцы обнаружили впереди большие скопления римских войск. Как вскоре выяснилось, от захваченного ими пленного, неосторожно удалившегося в ближний лес, это были рабы, вооруженные сенатом в спешном порядке и собранные в два легиона, готовые защищать Рим в обмен на свободу.
Нога Федора уже почти прошла, и он сам, в сопровождении адъютантов, Териса, а также вездесущих Урбала и Летиса, принял участие в осмотре местности и окрестных высот, занятых армией Карфагена, откуда отлично просматривались позиции противника. Преграждая финикийцам дальнейший путь на столицу, легионы рабов занимали ряд высоких холмов, отстоявших от позиций наступающей армии примерно на три километра. Между противниками простиралось больше относительно ровное пространство с редкими плоскими холмами, иссеченное многочисленными оврагами.
Воевать здесь широким фронтом было трудно, почти невозможно. Оборонявшиеся, устроив на занятых холмах стандартный римский лагерь, перерыли внизу под ним всю дорогу, создав там протяженный укрепленный вал. За ним был выстроен один из легионов, очевидно, тоже получивший сведения о приближении карфагенян.
Походная артиллерия была представлена «Скорпионами», установленными за частоколом на валу. Рассмотрел Федор там и около десятка баллист.
– Серьезные ребята, – заметил начальник разведчиков, покидая наблюдательный пост.
Летис, наблюдавший за передвижениями противника, только усмехнулся и погрозил им кулаком. Он не мог дождаться сигнала к наступлению и постоянно теребил рукоять подвешенного к поясу кинжала.
Глава одиннадцатая Укрепрайон Клорина
На всем протяжении земель бастарнов вплоть до города, служившего столицей брату убитого скифами в первом же бою вождя, армия Арчоя не повстречала никакого сопротивления. Видимо, выжившие в том бою бастарны подробно изложили Клорину, сколь сильная армия надвигается на них, и тот не рискнул встретить их в открытом поле. Отряд Ларина, осуществлявший разведку впереди главных сил, лишь несколько раз видел всадников врага, но те немедленно скрывались в лесу, едва заметив приближавшихся скифов. Леса свои, изредка перемежавшиеся полями, они знали отлично и легко уходили от погони. И Леха теперь ни минуты не сомневался, что у стен столицы этого племени бастарнов их ждет теплый прием. Впрочем, опасался он тоже не сильно. Виденная деревня не впечатлила его совсем. А расселившиеся по окрестным землям племена вряд ли могли выдумать что-нибудь покруче. «Здесь и дорог-то нормальных нет, наверняка, – думал бравый морпех, качаясь в седле, и разглядывая первую дорогу, больше похожую на широкую тропу, на которую выехал его отряд в поисках подступов к столице Клорина, – не то, что каменных городов».
Однако, когда он выехал на очередное поле, вдруг открывшееся за первой же развилкой, как увидел город, который его удивил. Нет, укрепления столицы левобережных бастарнов, показавшиеся в паре километров впереди, не превосходили Херсонес и Ольвию высотой каменных стен. Прямо сказать, каменных стен здесь почти не было. Лишь цитадель, выстроенная на безлесом холме и возвышавшаяся над городом, была сложена из какого-то темного камня. Да и то, только фундамент, на котором возвышались мощные бревенчатые стены и башни по краям. Зато сам город немалых размеров, облепивший все склоны холма, был обнесен не только частоколом, который здесь тоже присутствовал, но и огромной высоты валом, да и не одним. Две линии обороны, отстоявшие друг от друга метров на пятьдесят, представляли собой почти идентичные земляные валы немереной высоты, – метров десять первый и примерно пятнадцать второй, обсыпанные снаружи чем-то рыжим, похожим на глину. Перед внешним валом был к тому же вырыт широкий ров, заполненный водами текущей неподалеку реки. Был ли такой же ров перед вторым валом, рассмотреть не представлялось никакой возможности. Но, скорее всего, был. Отличие между валами, кроме высоты, состояло лишь в том, что первый был укреплен мощным частоколом, а на втором были выстроены бревенчатые стены со сторожевыми башнями.
Дорога, проходя по полю, упиралась в деревянную башню и прорытый под валом тоннель, закрытый мощными воротами. Ясное дело, что мост через ров с водой был уже поднят. А на башне и валу дежурили лучники. Их ждали.
– Крепкая деревня, – даже присвистнул Леха, рассматривая городок бастарнов, – теперь не удивлюсь, если у них вдруг обнаружатся и метательные машины.
С того места, откуда командир рассматривал город неприятеля, было видно, что местность идет под уклон. Город стоял на широком холме, который понижался вправо, где невдалеке виднелась еще одно поселение, так же обнесенное высоким валом и ощетинившееся частоколом, а за ним в паре километров третье. Все поселения жались к широкой реке, протекавшей позади них. Сам это Тирас или его приток, Ларин пока не знал. Да это было и не важно, река особенно не мешала штурму. Гораздо больше Леху заинтересовало то, что все поселения были соединены двумя линиями земляных валов поменьше, также по местной науке укрепленным острым частоколом. И это превращало три города в довольно протяженный укрепрайон у берегов реки, который просто обойти было делом нелегким, а оставлять его у себя в тылу было нельзя. Впрочем, решал здесь Арчой.
– Мы будем штурмовать, – решил командир корпуса, когда прибыл на место, выслушав сообщения разведчиков. И добавил, посмотрев на Леху и хозяйку Еректа, присутствовавших при разговоре, – мы пришли сюда не затем, чтобы обходить крепости, а для того чтобы их разрушать. Еще до захода солнца следует предпринять первую атаку на главный город.
Он посмотрел на вал и, подумав, решил.
– Конную атаку. Наши кони вполне могут взобраться на такой вал.
Леха не стал спорить, Арчою виднее, хотя ему вал показался крутоват. А кони, пусть даже и скифские, все же не горные козлы.
– Я это сделаю сам, – добавил Арчой, – а твои воины, Исилея, должны атаковать те два поселения, что я вижу в низине. Захвати их и подожги. Пусть жители столицы Клорина увидят, что их ждет, ели они будут сопротивляться. А чтобы они думали быстрее мы подбросим подарок их вождю.
Он подал знак и тотчас два всадника поскакали к воротам. Достигнув берега и поднятого моста, они бросили на землю большой мешок, тут же ускакав обратно. Леха знал, что находится в этом мешке, и подумал, что голова Клондира и его тело, отдельно друг от друга, вряд ли обрадуют его брата, засевшего в крепости. В том, что бастарны обязательно попытаются узнать, что же находится в мешке, он не сомневался. Любопытство, даже на войне, страшная сила.
Мост немедленно опустили, и трое выбежавших воинов с копьями втащили мешок внутрь. Даже издалека Леха смог рассмотреть, что за первыми воротам, что приоткрылись ненадолго, виднелись вторые, не менее массивные. Впрочем, хороший таран разобьет любые ворота. Но Арчой решил доверить атаку коннице.
Получив приказ, Исилея увела своих воительниц в дальний конец «укрепрайона», а несколько сотен скифов, рассыпавшись цепью, доскакали до рва с водой и бросили в него своих коней. Ров был довольно широкий, метров пять. Еще до того, как, цепляясь копытами за скользкий берег, кони стали взбираться на земляной ров, в них полетели стрелы и дротики. Многих скифских всадников бастарны поразили еще на переправе. А те, кто выжил, напрягали своих коней взбираться вверх по крутому склону. Кони, впиваясь копытами в землю, прыжками поднимались наверх, втаскивая на себе тяжеловооруженных всадников.
Неожиданно в небе над полем, где выстроилось скифское войско, прогремел гром и пошел дождь. Глина, которой был вымазан вал, мгновенно размокла и даже самые сильные кони, преодолевшие уже почти половину склона, стали скользить по ней. А многие срывались, сбрасывая или подминая под себя седоков. В довершение защитники вала забрасывали атакующих копьями и осыпали их стрелами. Лучники могли бить в почти неподвижную мишень, которую представлял собой скиф на лошади, копыта которой скользили по размокшей глиняной поверхности. Буквально за полчаса половина скифов была перебита, а остальная скатилась в ров.
Глядя, как очередная лошадь, поскользнувшись с ржанием катится по склону, переломав хребет всаднику, а другие воины, лишившись коней, отступают, рискуя получить стрелу в спину, командир корпуса оценил возможности оборонявшихся и признал свою ошибку.
– Отменить атаку и строить лагерь, – приказал Арчой, – готовиться к осаде.
– Да, с наскока этот городишко не взять, – подтвердил Леха и посоветовал, – Надо строить таран и готовить лестницы. Да и пехота тут не помешает, лошади, они в поле хороши.
Арчой нехотя согласился, добавив.
– Вот ты этим и займись. Ты ведь города брал, я слышал. Значит, будешь командиром осадного отряда.
– Так ведь обоза же нет, – развел руками Леха, – Так только, пара телег с инструментами. Да кузнецы. Какой же я командир без обоза? Ни одной метательной машины с собой не взяли.
– Придумаешь, что-нибудь, – отмахнулся Арчой, – Не зря же тебя Иллур ценит.
– Ну, ладно, – подтвердил получение приказа морпех, польстившись на похвалу, – У этих бастарнов метательных машин вроде бы у самих нет, это хорошо. А с тараном мы что-нибудь сообразим, и покруче укрепления штурмовали.
Весь следующий день и еще три дня подряд лил дождь, словно пытаясь спасти бастарнов от неожиданного нашествия. От непрерывного дождя почва, и без того не сухая, быстро пропиталась влагой и разбухла. Конница скифов, оцепившая весь укрепрайон Клорина и теперь патрулировавшая его внешний ров своими разъездами, постоянно увязала в грязи. Кони месили эту жижу, с трудом выдирая из земли копыта, и за три дня протоптали множество новых тропинок в полях вокруг города.
Бастарны вели себя тихо и набегами не беспокоили, видимо, ожидая прибытия помощи, или пока скифы откажутся от идеи штурмовать укрепленный город. Только однажды они попытались атаковать выстроенный за ближайшим лесом лагерь, но контратака скифов была столь ошеломительной, что бастарны бежали, потеряв на поле боя почти шестьсот воинов. А преследователи едва не ворвались на их плечах в город. Но, к несчастью, бастарны успели поднять мост.
Теперь они изредка постреливали в проезжавших всадников со стен, но больше для острастки. Наученные горьким опытом скифы не подъезжали ближе, чем на два полета стрелы. Арчой же ежедневно приходил к Лехе в юрту и поторапливал его.
Отпущенное время Леха использовал с толком, несмотря на непогоду. Получив разрешение брать столько людей, сколько понадобиться, морпех организовал строительство длинных лестниц, которых было изготовлено уже, без малого, сто пятьдесят штук. Он даже велел приделать к ним железные крюки, которыми можно было зацепиться за земляной вал. Если, перебравшись через ров, пристроить две такие лестницы, одну над другой, то вполне можно было дотянуться и до частокола. Но, на всякий случай, были сделаны еще двадцать лестниц поменьше. По ним предполагалось перебираться через частокол на самом верху, совершив последний бросок.
Лестницы, понятное дело, связывали из росших вокруг деревьев. Лес тут был знатный, много сосен. И отходы не пропадали. Помимо осадных приспособлений Леха заготовил множество стволов, которыми предполагал завалить ров. По прикидкам инженера поневоле, их должно было хватить, чтобы устроить переправу под навесным мостом и еще в трех местах.
Но гордостью Лехиного производства был самодвижущийся таран на колесах. Вернее, самодвижущимся его назвать было нельзя в полной мере. Колеса у него были, но движущей силой выступало человек тридцать скифов, которых Леха заставил спешиться и впрячься в лямки. На высокой раме, на кожаных ремнях было подвешено массивное бревно, – на него пошло самое больше дерево, что смогли найти в лесу, – окованное спереди железными пластинами.
Походные кузнецы постарались и основательно укрепили ударную часть. Это, конечно, была не голова барана, не до культурных изысков тогда было, но вполне прочный металлический конус, способный за некоторое количество ударов снести любые ворота. Сверху и спереди, чуть с боку, таран был оснащен деревянными щитами, прикрывавшими от стрел тех, кто должен был его раскачивать.
Оглядев таран и огромное количество лестниц, Арчой остался доволен, хотя и не верил в пехоту, предпочитая конницу. Но здесь был особый случай, враг заперся за высокими стенами и, похоже, не собирался выходить на открытый бой.
– Теперь ты готов? – уточнил Арчой, хмуро посматривая на низкое дождливое небо. С высоты своего коня он глядел на таран и груды осадных лестниц, сваленных неподалеку от юрты Аллэксея.
– Да, жаль, только баллист нет, – посетовал Леха, – с ними бы враз управились. Но, и без них управимся.
– Хорошо, – согласился Арчой, – можешь начинать.
– Я? – удивился морпех.
С головой уйдя в работу, он совсем забыл о перспективе самому оказаться на острие атаки. Инициатива наказуема. Но выхода не было. Арчой приказал ему сформировать пехотное подразделение из спешившихся скифов, которое должно было пробить брешь в обороне противника для быстрой скифской конницы. Именно она должна была окончательно решить судьбу сражения и этого города, но первый удар было доверено нанести командиру разведчиков с пехотинцами.
– Ну, надо так надо, – развел руками морпех, и пошел инструктировать своих верных сотников, солдаты которых составляли ядро штурмовой дружины.
Как узнал Леха, за эти три дня войскам Исилеи удалось захватить внешний частокол второго городка, выбив оттуда бастарнов, и даже ненадолго ворваться за последнюю оборонительную линию. Однако, удержать успех не удалось. Ночная контратака бастарнов вернула им утраченные позиции, амазонкам же пришлось отступить. Выяснилось, что для штурма они заготовили слишком мало осадных приспособлений, да и те были уничтожены во время контратаки. Сейчас Исилее приходилось начинать все сначала и она, узнав, сколь серьезную подготовку провели скифы, даже прислала небольшой отряд из числа мужчин к Арчою, с просьбой передать им часть готовых лестниц. Леха хотел было возмутиться, сами пусть работают, но Арчой разрешил.
– Чем быстрее сарматы возьмут слабо укрепленные пригороды, тем больше паники возникнет в столице, – пояснил он обиженному организатору пехотной операции, – мы можем здесь увязнуть, укрепления против нас сильнее, а у них работы меньше. Так пусть делают ее быстрее.
Прибывшим к нему за осадными приспособлениями «костобоким» сарматам Леха приказал выдать двадцать лестниц, а на прощанье спросил у их командира, вспомнив вдруг, что до сих пор не знает самого главного.
– Как называется этот город?
– Орол, – ответил бородатый сармат, наблюдая, как его подчиненные привязывают самые маленькие лестницы к седлам коней, а большие грузят на кибитки.
– Интересное название, – подумал вслух Леха, – даже немного знакомое.
На вечернем совете, куда прибыла и сама Исилея вместе со своей наперсницей Тарнарой, – еще две верховные амазонки, виденные Лехой, отправились с царицей Оритией в дальний поход, – было решено начать атаку одновременно на рассвете. Морпех, старавшийся держаться перед Исилеей естественно, но без вызова, чтобы не раздражать лишний раз, поневоле чаще смотрел на ее подругу, считавшуюся правой рукой царицы Еректа с которой у него еще никаких конфликтов не выходило. И к своему удивлению заметил, что русоволосая воительница тоже поглядывает на него, ничуть не смущаясь. С виду девица ничем не уступала хозяйке Еректа, – такая же статная, высокая, голубоглазая, облаченная в дорогие пластинчатые доспехи, перетянутые ремнями от ножен длинного меча. В общем, не просто баба, а бой-баба, да еще красавица. И в других обстоятельствах Леха бы долго не раздумывал, попытавшись завязать знакомство. Тем более, что с Исилеей у него шансов было не много. Да и глаз еще побаливал. Но бессловесный контакт, который вдруг начал происходить между ним и Тарнарой испугал бравого морпеха даже больше, чем потенциальная агрессия с ее стороны. Ко второму он был уже готов, а вот первого еще ни разу не ощущал. Поэтому, от неожиданности, морпех стал смотреть на землю, опустив глаза и на все соглашаясь. А когда амазонки ускакали к себе в лагерь, даже испытал облегчение.
Перед закатом солнца вся подготовка была закончена. А к следующему утру, на рассвете, в крайних пределах леса выстроилось почти шестьсот человек с лестницами в руках. Триста из них были личной армией кровного брата Иллура, а еще триста прикомандированные Арчоем всадники, котрым приказали спешиться. Скифам не очень нравилось быть пехотинцами, но такие уж в нарождавшейся новой кочевой империи наступили времена. Кем скажут, тем и будешь, – и пехотинцем, и моряком, и артиллеристом.
На фланге наступательных колонн стояла конная сотня лучников, которым предстояло прикрывать наступление. Следом за ними находились многочисленные воины, несшие стволы деревьев, чтобы забросать ров. Было также приготовлено несколько повозок с камнями, собранными по всему лесу для укрепления будущей запруды. А позади атакующих порядков находился таран, возвышавшийся на дороге своей громадой. Впрягшиеся в него воины тоже были готовы по первой команде начать движение.
Едва начинало светать, когда, оторвав взгляд от едва различимой кромки вала, Леха посмотрел на сидевшего рядом в седле Арчоя, и, заметив его кивок, махнул рукой.
– Начинай!
Пехотинцы с бревнами преодолели поле без особых затруднений и сбросили первые стволы в воду напротив деревянной башни, поднятого моста и ворот. Мокрое от дождя дерево отлично тонуло. Затем подошла вторая волна солдат, которые сделали то же самое. Кибитки с камнями шумели уже в сотне метров по дороге. А за ним, с помощью нескольких десятков тел, двигался таран. Бастарны, услышав шум внизу, стали обстреливать скифов, скопившихся на другом берегу. Разадлись первые стоны и вопли раненных солдат.
Но, конные скифские лучники, уже гарцевавшие неподалеку, придвинулись к валу и окатили его ответным градом стрел. А затем принялись скакать вдоль него, непрерывно отправляя стрелы в солдат противника. Бой шел в полумраке. Защитники подожгли несколько факелов, перебросив их через ров, чтобы лучше видеть противника, но скифы тут же их потушили почти все, столкнув в воду.
– Быстрее, быстрее! – торопил Леха своих солдат, – Инисмей, давай скорее тащи камни, пока не рассвело окончательно. Гнур, дай сигнал войску Исилеи, а сам начинай штурм.
Сотник, обретавшийся на коне рядом с Лехой, подозвал воина и что-то приказал тому. Скиф тотчас запалил заранее приготовленную стрелу и послал ее в небо. Яркая точка прочертила в предрассветном небе дугу, и пролетев сотню метров, с шипением воткнулась в мокрую землю.
– Ну, сейчас и там начнется, – проговорил Леха, посмотрев в направлении ближайшего поселения.
И действительно оттуда тотчас послышался шум: амазонки пошли на приступ.
Но и здесь, у ворот, закипело сражение. Пока под командой Ларина пехотинцы забрасывали в нескольких местах ров деревьями и камнями, солдаты Гнура, перекинув длинные лестницы, поползли по ним на другую сторону. Идея оказалась удачной. Десятки пеших скифов с луками и мечами за спиной, быстро оказались у подножия земляного вала и, пристроив лестницы, стали карабкаться на него дальше вверх.
Бастарны утроили обстрел по всем направлениям. Они обрушили на атакующих град ротиков и стрел, сбросили вниз еще несколько горящих бревен, которые переломали кости не одному пехотинцу. Но и скифы не теряли времени даром.
То и дело, отбивая щитом посланные в него стрелы, Леха гарцевал у самого рва и следил за ходом атаки. Первые пехотинцы, приставив одну к другой длинные лестницы, уже были на самом верху. На его глазах они закрепили за край частокола втащенные с собой короткие лесенки с крюками, взобрались по ним и вступили в рукопашный бой с защитниками крепости.
Первого скифа, оказавшегося на самом верху, мощный бастарн проткнул длинным копьем и сбросил вниз. Второй, едва вскарабкавшись на частокол, получил стрелу в грудь и тоже покатился вниз по склону. Но третьему удалось преодолеть острые колья живым. Убив из лука в упор подскочившего бастарна, он прыгнул за частокол и схватился с другим противником на мечах.
Справа от ворот сотник Гнур, а в двухстах метрах левее башни Уркун, вдохновляя своих солдат, карабкались по лестнице на самый верх земляного вала. В трех местах скифы уже пробили оборону и захватили часть первого вала, но чтобы удержать плацдармы и развить успех им требовалось подкрепление.
– Инисмей, – крикнул Леха, – бери еще две сотни и лезь на вал. Пробейся к воротам с той стороны, а здесь я сам управлюсь.
Инисмей, помогавший командовать организацией завала у ворот, кивнул. И вскоре Леха увидел, как две сотни скифов под градом стрел бросились форсировать ров и карабкаться наверх, прикрываясь на ходу небольшими круглыми щитами. Судя по тому, как и чем защищались бастарны, Леха успокоился, – метательных машин у них не было и в помине. По уровню вооружений бастарны сильно уступали грекам и даже скифам, доспехи имели среднего качества, а в бою надеялись только на свою силу. Хотя, как уже успел заметить командир разведчиков, храбрости им было не занимать. Да и на вид бастарны показались ему чрезвычайно рослым народом. Но все это не могло остановить победной поступи скифов.
Вскоре ров был заполнен бревнами и камнями, поверх которых солдаты накидали заранее заготовленные длинные деревянные щиты, чтобы сделать его ровнее. Два берега соединились. И вот теперь Леха с удовольствием отдал главный приказ.
– Кати таран! – крикнул он замершим в ожидании воинам, что впряглись в лямки, – К самым воротам!
Увидев, что скифы подкатывают к воротам таран, бастарны в ярости сбросили вниз горящее бревно, но промахнулись. Таран уцелел. Тогда они сосредоточили обстрел на тащивших его воинах, поразив многих, но и конные скифы-лучники не дремали. Они забросали защитников ворот градом своих стрел. На глазах Ларина, что ехал на коне вслед за тараном, двое бастарнов, пораженные стрелами в шею и грудь, рухнули вниз. Перевалившись через ограждение деревянной башни, устроенной над воротами, они словно два тяжелых мешка ударились о камни дороги, распластавшись бесформенными тушами. Было убито человек десять из скифских воинов, тянувших таран. Но, несмотря на это, подчиненным Ларина удалось таки дотолкать его до самых ворот.
– А ну, круши их, ребята! – заорал бравый морпех, спрыгивая с коня и присоединяясь к воинам, что уже начали раскачивать массивное, обитое железом бревно.
И вскоре первый удар сотряс ворота крепости бастарнов.
Глава двенадцатая Таранный удар

Спустя час, когда совсем рассвело, первые ворота рухнули под методичными ударами скифов. Хотя далось это непросто. Бастарны, быстро осознав опасность, исходящую от тарана, не только обстреливали их из луков, но и бросали на головы атакующих камни, лили кипящую смолу. Не раз Леха поблагодарил себя за смекалку, – установленные спереди и сверху щиты. Они успели спасти немало жизней. Но, под непрерывным градом камней, рухнули и они. И вдруг, прямо на глазах у Лехи целый чан кипящей смолы опрокинулся на головы воинов, ближе всего оказавшихся к воротам. Дикие вопли огласили окрестности, а сваренные заживо солдаты, ослепшие от боли, бросились в разные стороны. Кто-то наткнулся на стену и упал, забившись в судорогах и катаясь по земле, а кто-то бросился бежать назад и прыгнул в ров с водой, из которой пошел пар. Но и те и другие умерли мучительной смертью.
Оставшиеся в живых утроили натиск и смогли, наконец, проломить первые ворота. Леха даже схватился за меч, в ожидании контратаки бастарнов. Но, ее не последовало. Защитники уже отошли за вторые ворота, завалив подступы к ним бочками и перевернутыми телегами.
– Разобрать завалы! – крикнул Леха, когда первые ворота рухнули и таран, едва войдя на половину, остановился, – Быстрее!
К счастью солдат не нужно было торопить, – еще один чан с горящей смолой пролившийся на заднюю часть тарана, и обваривший тех, кто не успел отскочить, сработал как лучший ускоритель. Не обращая внимания на вопли раненных, воины оттащили в сторону бревна и опрокинули мешавшую движению телегу. А затем быстро, с утроенной энергией втащили израненное тело тарана в подземную часть башни. Ларин быстро оглядел свою гордость, – к счастью ремни, на которых висело «ударное бревно», были целы. Теперь можно было не опасаться стрел, камней и кипящей смолы себе на голову. Хотя бы некоторое время.
Разрешив своим людям отдохнуть, командир разведчиков сам обследовал стены тоннеля при свете растекшейся горящей смолы и не обнаружил там никаких дверей. Видно из башни сюда было не попасть. Только снаружи или изнутри вала.
– Затаскивай таран в глубину! – крикнул Леха, и сам впрягся в ремень. В живых осталось не больше пятнадцати человек.
Когда скифы передвинули таран ко вторым воротам, позади него возник Инисмей.
– Ну, что там? – спросил Леха, прислушиваясь к воплям снаружи.
Правой, грязной от сажи рукой, Ларин вытер гарь и пот с лица, размазав все это еще сильнее. Видок у него был тот еще. Поздно вечером на кладбище встретишь, – с мертвецом перепутаешь. Но, сотника это не смутило. Он сам был измазан, правда, кровью врагов.
– Мы с Гнуром взяли и удерживаем почти всю стену справа от башни, – доложил сотник, – а Уркун захватил ее слева.
– Отлично, – похвалил его командир разведчиков, ожидая продолжения.
Сотник перевел дух и стал рассказывать дальше.
– Гнур даже спустился вниз и атаковал второй мост, но был отброшен и сейчас присоединился к нам для атаки на башню. Ее защищает очень много людей.
– Второй мост? – переспросил Леха, – значит, за этой башней есть еще дин ров, так?
– Да, – кивнул Инисмей.
– И мост, который ведет к воротам через большой ров? – продолжил угадывать Леха.
– Так, – кивнул сотник, – но он еще не поднят. Если захватить его и пустить по мосту конницу, то можно прорваться сразу в город. А если опоздать, то очень многих придется здесь оставить, пока возьмем второй ров. Он гораздо мощнее.
– Так захвати его! – приказал Леха, – а дорогу коннице я обеспечу.
И, посмотрев на изможденные лица оставшихся в живых солдат из обслуги тарана, добавил:
– Дай мне только еще человек тридцать.
Сотник исчез в дыму, который поднимался от горевшей снаружи башни и тлевшей вокруг нее земли. А вскоре сквозь дым в подземный тоннель пробралось три десятка бородатых скифов. Судя по виду, из тех, кому лично Арчой приказал спешиться. Они были еще свеженькие, не принимавшие участия в бою. «Отлично, – подумал Леха, разглядывая пополнение, – эти молодцы мне и нужны».
– А ну ребята, – обратился он к прибывшим, – бросайте на землю свои щиты и копья, да навалитесь-ка на таран. Я устал торчать в этом подземелье и очень хочу увидеть белый день с той стоны ворот. Осталось немного. Всего пара хороших ударов.



Страницы: 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.