read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Кир, ты сегодня другой, я это услышала, когда ты говорил с
Петровым.
- Не слишком ли ты изучаешь меня? - деланно усмехнулся
Александров.
Молодая женщина глубоко вздохнула:
- Родной мой! Я чувствую у тебя в глубине глаз твердую точку,
этого давно не было. Что случилось? Или этот славный старик, - она
перешла на шепот и оглянулась на койку Фомина, - сумел чем-то
подействовать на тебя? Почему у него вышло так легко? Я не могла...
- Фомин тут ни при чем, хотя он гораздо больше, чем просто
славный... Но я думал, думал и понял, что должен сделать все, что
могу... - Геолог умолк, подбирая слова.
- Что можешь, чтобы поправиться?.. - Голос жены дрогнул.
- Ну, хоть не поправиться, но нервы привести в порядок - это
прежде всего! Я слишком много бился о непроходимую стену... слишком
долго переживал свое несчастье. Это не могло не сказаться, и я калека
не только физически, но и духовно. Так надо попробовать вылечиться
духовно, если уж физически нельзя!
Люда низко опустила голову, и слезы часто закапали на край
подушки геолога. Александров погладил жену по горячей щеке.
- Не горюй, Людик! Как врачи отпустят, поеду в санаторий. Еще
недельки две... Хорошо будет переменить место.
- Я не от горя, Кир. Я оттого... - жена громко всхлипнула и
сдержалась отчаянным усилием, - что ты как прежний, не сломанный.
- Вот и хорошо. Теперь ты тоже можешь поехать... Люда с острым
подозрением посмотрела на мужа. Тот спокойно встретил ее испытующий
взгляд. Жена молчала так долго, что Александров заговорил первым:
- Люда! Обмана нет, сама видишь, все чисто.
- Д-да... у тебя твердые глаза и вот морщинка, - Люда провела
мизинцем около рта мужа, - горькая, усталая, но больше не жалобная...
Все так внезапно...
- Всякий перелом внезапен. Но ты ничем не рискуешь - я буду в
санатории, никуда не денусь, если что - приедешь.
- Будто ты не знаешь, что там у меня со связью неважно. Пока туда
и назад - целый месяц.
- А я в санатории должен быть три месяца!
- Хорошо, поговорим потом. - В тоне жены Александров уловил нотку
неуверенного согласия. - Я хочу расспросить Ивана Ивановича, чем он на
тебя подействовал.
- Светлыми жилками! Еще, Люда, чтобы не позабыть: в моем столе в
нижнем ящике - знаешь, где старые материалы, - мои дневники тридцать
девятого года. Принеси, будь добра!
- Хорошо. Что-нибудь вспомнилось?
- Иван Иванович напомнил насчет лунного камня... Надо найти
характеристику пегматитов той жилы...
* * *
- Значит, уезжаете, Кирилл Григорьевич?
- Завтра! Вы что-то задержались здесь, Алеша!
Унылый радист по-детски обиженно сложил губы.
- Черт, не зарастает рука, и держат и держат... Иван Иванович
уехал в прошлую среду, завтра - вы. Совсем пропаду тут один. Привык я
к вам, а Иван Иванович уехал - так что-то оборвалось во мне, будто
отца проводил.
- А сначала-то спорили!
- Так ведь от неосмыслия. Какой старикан хороший! Около него и
жизнь полегче кажется. Было бы таких людей побольше, и мы побыстрей до
настоящей жизни доходили...
- Это вы правильно, Алеша! Молодец, что поняли...
- За вами кто приедет, тетя Валя?
Александров представил себе маленькую, очень молодо выглядевшую
женщину-шофера и улыбнулся. Валя всегда казалась ему девчонкой по
первой их встрече.
- Какая же она тетя? Разве вы ее не видели?
- Видел. Кто ее не знает! Она, как вы, еще в республике начала
работать. Только ведь женщина на возрасте, неудобно Валей называть.
Это для вас - другое дело, уважает она вас очень здорово, сама
говорила. Чем-то вы ей помогли.
- Да ерунда, ничем не помог. А возраст ее разве такой большой?
- Тетя Валя и не скрывает: она двадцать четвертого года рождения.
- Ну, понял теперь! Если вы - сорокового года, тогда она для вас
тетя.
- Точно, сорокового. Как вы угадали?
- По разговорам вашим с Иваном Ивановичем.
Радист хотел что-то спросить, но вошедшая сестра позвала его на
рентген.
Александров, оставшись один, с удовольствием подумал о завтрашней
встрече с Валей. Геолога и шофера связывала крепкая дружба, не
ослабевавшая, несмотря на годы и редкие встречи. В разгар
Отечественной войны в далекой тайге они встретились -
девятнадцатилетняя девушка, ставшая шофером, чтобы заменить ушедших на
фронт, и геолог, исполнявший правительственный приказ: найти нужное
для войны сырье. С тех пор прошло шестнадцать лет, очень многое
изменилось в жизни и в республике, теперь ставшей областью Советского
Союза. Валя - твердый и верный человек, и она вспомнит, как когда-то
сказала, что все бы сделала для него. Теперь пусть сделает!
* * *
Валя согласилась. Весь персонал больницы вышел провожать геолога,
когда тот, неуклюже переставляя костыли, влачил свое огрузшее и
ослабевшее тело через залитый солнцем двор, наотрез отказавшись от
предложения внести его в машину. Опечаленный радист нес в здоровой
руке небогатый скарб Александрова. Короткое сердечное прощание, и
зеленый "ГАЗ-69" понесся по гладкому шоссе в направлении поселка.
Александрову надо было заехать на квартиру, чтобы взять нужные вещи.
Никто не мог помешать ему: Люда уже около двух недель находилась в
тайге. Валя отвезет геолога вместо санатория... так близко к Юрте
Ворона, как сможет подойти машина. Александров помнил избушку
промышленника, стоявшего всего в шести километрах от перевала. Правда,
это было в тридцать девятом и зимовье давно могло разрушиться, но
наверняка появились новые. Конец не близкий. Пока он будет собираться
на квартире, Валя договорится с начальством. А санаторий получит
телеграмму с извещением, что больной приедет с опозданием недели на
три из-за большой слабости.
Простой план удался, как был задуман. Асфальтовое шоссе сменилось
гудроном, гудрон - серой щебенкой, а "газик" бежал и бежал, взвивая
редкую пыль, на юг, к желтоватому небу Монголии, переваливал хребет за
хребтом. Геолог молчал, сидя в неудобной позе. Сильно согнувшись, он
вцепился в дужку на переднем щитке и смотрел на дорогу. После
шестимесячного заключения в постели ход машины казался полетом, а
таежные сопки, оголенные хребты и степные долины - родным домом, более
приветливым, чем удобная квартира в городке.
Александров не замечал, что Валя искоса следила за ним, насколько
позволяла дорога. В серых добрых глазах молодой женщины иногда
показывались слезы. Слишком велик был контраст прежнего,
мужественного, полного веселой энергии геолога и молчаливого
беспомощного человека с бледным, одутловатым лицом и рыхлым,
располневшим от лежания телом. Где он, тот сильный друг, к поддержке
которого она прибегала в такие минуты жизни, когда каждый, а женщина в
особенности, нуждается в ощущении верной руки, в надежной помощи и
правильном совете? Никогда не забудет Валя их первой встречи. Она
вызвалась сама в далекий рейс по глухой таежной дороге - прииск
нуждался в муке, но больше одной машины по военным условиям не смогли
выделить. Старенький "ЗИС" нагрузили добросовестно - едва не четырьмя
тоннами, и Валя пустилась в пятисоткилометровый путь с бодрой
независимостью своих девятнадцати лет и годового стажа. Мороз свободно
проникал в щелястую, расхлябанную кабину. Солнце яркого зимнего дня
пригревало, сгоняя серебристый узор изморози с пожелтевших от времени
триплексных стекол. Лишь потом Валя поняла, что подобный рейс зимой на
старой и одиночной машине был нелегок и для опытного шофера. Видимо,
уж очень был умучен и задерган их больной завгар, что уступил Вале и
согласился отправить ее одну. Выносливый "ЗИС" старательно преодолевал
подъем за подъемом, и только гулкий треск мотора и надсадный вой
передач свидетельствовали о том, как тяжко трудится машина. С
перевалов машина мчалась бесшумно, но Валя, понимая, что не сможет
удержать "ЗИС" его ненадежными тормозами, опасалась давать машине
сильный разгон. И снова выла первая или вторая передача с самого
начала следующего подъема, грелся и дымил старый мотор и требовал
добавочной порции масла. Валя проехала двести восемьдесят километров.
Кончились последние придорожные избушки - зимовья, где у обитавших в
них охотников или лесных объездчиков можно было обогреться и напиться
чаю, перекусив простецким шоферским запасом. Солнце село, глубокие
синие тени стали заполнять пади и распадки, огоньки звезд зажглись над
почерневшими хребтами справа. Мороз крепчал, тонкая пленка ледяных
кристаллов стала затягивать стекла кабины, вынудив Валю приоткрыть
ветровое стекло. Ветер резал как нож, глаза слезились, лицо ломило, и
застывали руки в вытертых меховых варежках. Дорога скрылась в
сумерках, и Валя зажгла фары. Фары и тормоза - два недостатка старой,



Страницы: 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8 9 10 11
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.