read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Куреневку, на Минское шоссе. Шоссе оказалось узким, даже сердце заходилось,
и извилистым, как кошмарный сон. Была та неопределенная пора года, когда
зима отступила, а весна еще не пришла. Все мертвое, голое, бесцветное,
безнадежное. Самое страшное, что никто ничего не говорил. Даже Пронченко не
решался произнести ни слова. Они спешили, и то, к чему они так спешили, было
за пределами любых слов...
Желтые машины автоинспекции. Деловитая растерянность, высокие чины,
приглушенные рапорты... Разбитый гигантский "КрАЗ". По другую сторону узкого
шоссе смятый, как тонкая бумага, кузов новой "Волги". Смятый и мертво
брошенный в ров.
Полковник говорил о каком-то "Москвиче-412". Водитель "КрАЗа" успел
заметить, что то был "Москвич". Ни номеров, ничего не успел. "Волга"
обгоняла "Москвича", а он гнал что было духу, не уступал. Сколько так летели
- десять, двадцать километров? Если бы из Киева, можно было бы найти
"Москвича". Но ехали в Киев. Скорость на таком шоссе - сто двадцать. Один
хочет перегнать, другой не хочет уступить. Никогда не следует забывать
первое золотое правило водителей: "За рулем другой машины всегда больший
идиот, чем ты". На этом извиве дороги перед "Волгой" очутился встречный
"КрАЗ". "Москвич" проскочил и удрал...
Фотографии... Все заплывало красным туманом... Карналь отвернулся... У
Айгюль была любимая цветная фотография, подаренная ей Николаем Козловским.
Бездонно-глубокая чернота, прочерченная стройной женской ногой, ногой
Айгюль, с ее нескончаемо плавными прекрасными линиями, другая нога, согнутая
в колене, как бы обнимает выпрямленную, а дальше, над ними, будто розовая
корона, светится ладонь Айгюль с растопыренными пальцами. Айгюль назвала эту
фотографию "Кораллы"...
- Покажите, - обратился Карналь к автоинспекторам, и сам не узнал
своего голоса, и ни за что бы не мог сказать, зачем ему те страшные
фотографии, сделанные умелым, холодным экспертом...
Почти отбросил все фотографии, прикоснулся к одной - ударило его почти
ощутимой болью. Тоже Айгюль... Ее прекрасные ноги... Но...
- Где она? Где?
- Успокойся, - сказал ему Пронченко. - Делают все возможное... Слышишь
меня, Петр Андреевич? Все возможное...
Полина Кучмиенко была убита сразу. Помощник Карналя тоже. Молодой
дурень. Как он очутился в машине? Куда они ездили? И зачем? И как могли
гнать на таком шоссе? А где у нас шоссе? И не бессмыслица ли выпускать
быстроходные машины для таких допотопных дорог! Курсы по оказанию первой
медицинской помощи... А надо строить шоссе... А пока закон об ограничении
скорости... Не знаки, а закон, принятый Верховным Советом! Мысли на
ступеньках... Мысли на ступеньках... "В полдневный зной в долине Дагестана с
свинцом в груди лежал недвижим я..."
Еще помнит, что он жалел Пронченко. Как может сердце одного человека
вмещать в себя все боли, чужие несчастья делать своими? Как выдерживает? Он
обнял Пронченко и заплакал. Верико Нодаровна тоже плакала, но пыталась
утешать Карналя:
- Будем надеяться, будем...
Ох, будем, будем. "Исходит кровью в ранах, в грудь, стеная, бьет".
Мертвая земля, сонные корни деревьев, беспощадная бесцветность... Серый, в
клеточку Кучмиенко. "Петр Андреевич, Петр Андреевич, крепись! У меня что?
Полины уже не вернешь. А ты надейся. Советская медицина самая сильная в
мире!.."
Опустошенность земли, опустошенность души... не зазеленеет, не
зацветет. Убогая декорация последнего акта. Желтые машины среди мертвого
пейзажа, плоский горизонт, небо без солнца, свет, засыпанный мертвой пылью.
Айгюль бросала ему свои цветы. Осыпала его цветами. Теперь пыль умирания -
все, что осталось от цветов... "И человек по землям бродит, бродит, чтоб
снова вечность под землей лежать..."
И еще раз через весь Киев.
Еще уже дорожка, ведущая к Феофании. Николай Фомич... человек, в глазах
которого навеки застыла боль многих людей... Ничего не обещал. Главный врач
никогда не обещает. Но надеяться надо... Все молчало. Он любил молчание ее
очей. Очи-зеркала, очи-поцелуи, очи, мягкие, как шелк... Гладила взглядом,
нежно гладила, мягко целовала, вспыхивал в черной бездонности ее глаз свет
только для него, всегда только для него, никогда не угасал. Теперь глаза
подернулись мутью...
Белая палата, белые бинты, все белое, только черные очи, еще живые, но
уже мертвые... И уста, живые только в своих линиях, но обесцвеченные и в
каких-то ненастоящих подергиваниях-судорогах... Одесская телеграмма: "Люблю.
Женимся. Айгюль". На всю жизнь безмолвная музыка этих слов. А теперь
безмолвное умирание. Что она думала, умирая? Какое слово, какой стон, какая
боль затрагивала край ее сознания? Непостижимость, бесконечность и
неисчерпаемость огромных пустынь Азии навсегда остались в ней. Может, в
пустыне жила бы вечно? А тут ей не хватило места, было тесно. Рано или
поздно это должно было случиться. Неприспособленность свою пыталась одолеть
летучестью, прожить, не углубляясь, едва прикасаясь к поверхности мира,
жизнь на пуантах, в сердце музыки...
У них была когда-то игра. Он прикладывал ей, усталой, к губам зернышко
граната, она обсасывала его и возвращала ему. Он - взрослый, она - дитя.
Называл ее "Роня". Почему - не знали оба.
Николай Фомич стоял ненавязчиво рядом. "У вас можно найти гранат?" -
"Найдем". - "Пожалуйста"...
На белой тарелочке темный сок, рубины зерен, половина граната и
первозданное буйство жизни в нем, будто лежит перед тобой разрезанная
пополам Земля! Как можно умирать на этом свете, где столько красоты и
неосуществленности, которая должна стать действительностью! Карналь
прикладывал к устам красные зернышки граната. Непослушные губы
бессознательными движениями выталкивали зернышки назад, и он подбирал их;
казалось, все возвращается, все как было, но зернышки возвращались
нетронутыми. Такие же кроваво-живые. Уста выталкивали их, возвращали,
вспоминая былое, вспоминая незабываемое. Где-то еще жил краешек памяти.
Тонюсенький сегментик. И это все, что было между ними. Угасало, как луна в
ночь затмения. Золотая ниточка среди мрака вечности. Тоньше, тоньше... Она
угасала. Навеки...
"Не умирай, не умирай!" - творил он немую молитву.
Уже над мертвой... Розовые кораллы рук и ног, и ничего... Говори и
делай меня мудрым, дай мне мудрость... Так и не сумел он должным образом
оценить ее порыв - из пустыни к нему. "Люблю. Женимся. Айгюль".
Ох, Николай Фомич, Николай Фомич, врачам суждена боль еще тяжелее, чем
больным, потому что никогда она для них не унимается и не кончается...
Как он мог работать этот год? Не имел времени - какой ужас! - думать об
Айгюль, вспоминал ее только в недолгие часы одинокого отдыха, лишь теперь
постиг, что я про живую последние десять или пятнадцать лет, в сущности, не
имел возможности думать, поскольку все его время съедала работа,
размышления, нечеловеческое напряжение ума, все силы - на раскручивание
исполинского маховика прогресса, на разгон, размах, на то, чтобы кого-то
догнать, на опережение. Вперед, вперед, выше, к непостижимости и
неосуществимости. Для Айгюль время оставалось в самолетах, в чужих отелях,
ей не принадлежали даже бессонные ночи, он напоминал ту легендарную птицу из
древности, которая вила себе гнездо на волнах моря: удержаться среди стихий,
подчинить себе стихии, заставить каждую волну твоей жизни дать максимум
того, что она может дать, научиться управлять собственной жизнью, а не
позволять, чтобы жизнь управляла тобой. Никогда не останавливаться, никакого
отдыха. Выше, выше!
Никто не замечал отчаянного состояния его души. Показалось ему, что та
девушка-журналистка была первой. А может, только показалось? Может,
напомнила облик Айгюль: высокая шея, дивная походка, гибкая фигура. Могла бы
привлечь взгляд его усталых глаз, можно бы даже влюбиться (если позволено
применить это высокое слово к мужчине его возраста и его утрат), но
нестерпимая боль памяти уже никогда не исчезнет, так же, как не дано
вторично родиться.
Лучше всего было бы упрятать его в некий современный монастырь,
отрезать от мира, прекратить все контакты, поставить возле него тех
"параметров", чтобы они брали все ценное, что может давать его мозг, и
пересылали по назначению. Ибо разве кибернетик в действительности не
пребывает, так сказать, в духовном отъединении от реального мира с его
хаотичностью, разве не вынужден всякий раз возвращаться в его
неупорядоченность, которая не имеет ничего общего с деятельностью
кибернетика, с его мечтами и амбициями? Это словно поражения после побед. Не
успеваешь насладиться победами своего ума, и вновь поражения ежедневной
жизни отбрасывают тебя на исходные позиции, радуешься и гордишься своими
машинами, которые управляют целыми заводами, приводят в движение сложные
механизмы, летают в космосе, достигают Луны, дают жизнь "Луноходу",
наполняют светлое пространство вычислительных центров живым шелестом,
похожим на шелест весеннего дождя в молодой листве, но миг беспределен, и
жизнь жадна и ненасытна, все взывает: "Мало! Мало!" - и сам Карналь видел,
как мало сделано, и знал, что надо жить дальше. "Все обновляется, меняется и
рвется... И зеленями из земли опять встает".
На желтом, как пустыня, камне зеленая бронзовая роза...
И отчаянье вставало, как целый мир. Преодолеть его, только преодолев
мир!

Книга вторая
В НАПРАВЛЕНИИ ЗАЛИВА

1



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 [ 53 ] 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.