read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



довольно долго, наконец между приступами смеха произнес:
- Нет... нет... Сейчас... Постойте...
Он закрыл глаза, смахнул с них слезу и сказал:
- Вы должны простить меня. Я совсем не хотел позабавиться за ваш счет.
Это действительно очень серьезная и интересная проблема: как много из того,
что составляет самую основу содержания нашей жизни, лежит, по сути дела, вне
ее физических границ!
- Да! - сказал Нильс. - Но разве так будет всегда? Разве люди всегда
будут умирать?
Наступила тишина, которую прервал голос Тембхары:
- Представь себе, Нильс, что ты соединил концами три прямых отрезка.
Как.ая это будет фигура?
- Треугольник.
- Правильно. Когда мы соединяем три прямых, возникает треугольник,
безотносительно к тому, хотим мы этого или нет. Если бы кто-нибудь приказал
мне соединить эти отрезки и одновременно категорически потребовал, чтобы это
не был треугольник, я как конструктор заявил бы, что эта задача неразрешима
и останется неразрешимой всегда - и теперь и через миллиарды лет. Так вот,
ответ на сказанное тобой зависит от того, необходима смерть для
существования жизни или нет?
- Как может она быть необходима? Ведь смерть - это отрицание жизни.
- Индивидуума - да, но не вида. Если бы я хотел одним словом ответить
на вопрос, что является движущей силой биологической эволюции, я сказал бы:
изменчивость. Если бы не изменчивость, первобытная плазма, возникшая в
глубине палеозойского океана, прозябала бы в том же самом неизменном виде и
до сегодняшнего дня, не породила бы невообразимого богатства растительных и
животных форм и в конце концов - человека. А почему возможна эта
изменчивость? Потому, что одни формы уступают место другим, что приходит на
свет потомство, и из поколения в поколение происходят перемены - мелкие,
трудно уловимые, но накопляющиеся в течение миллионов лет, которые дают
начало новым видам и родам. А переведенное на наш обычный язык, это
исчезновение родительских форм и возникновение последующих поколений, эта
смена одних поколений другими носит название смерти. Без смерти не было бы
изменчивости. Без изменчивости не было бы эволюции. Без эволюции не было бы
человека. Вот ответ на твой вопрос.
- Ты доказал, что в основе творческой эволюции лежит смертность ее
творений, - сказал после долгой паузы Нильс. - Но, если эволюция не может
создать бессмертие, может быть, это сможет сделать человек?
Тембхара молчал.
- Ну, а если даже... - раздался голос в глубине комнаты. - Если даже...
Мы все повернулись туда. Говорил Амета.
- Что такое смерть? Напоминание о небытии? Вид того праха, в который мы
превратимся? Сознание того, что, предпринимая борьбу против Земли и неба,
против звезд, мы побеждаем мертвую материю лишь затем, чтобы превратиться в
нее? Да. И еще знание того, как горение белка в наших телах, дающее начало
музыке и наслаждениям, превращается в гниение? Да! Но в то же время смерть
придает бесценную стоимость каждой секунде, каждому дыханию; она - приказ
нам напрячь все силы, чтобы мы смогли добиться как можно большего и передать
завоеванное следующим поколениям; напоминание об ответственности за каждое
наше действие, потому что сделанного нельзя ни изменить, ни забыть за такое
короткое время, как жизнь человека. Смерть учит нас любить жизнь, любить
других людей, смертных, как и мы, исполненных мужества и страха, как и мы, в
тоске стремящихся продлить свое физическое существование и строящих с
любовью будущее, которого они не увидят. Ради бессмертия человеку
понадобилось бы отказаться от самого ценного свойства - памяти: разве
какой-либо мозг смог бы охватить весь гигантский объем воспоминаний,
рожденных бесконечностью? Ему было бы нужно обладать холодной мудростью и
безжалостным спокойствием богов, в которых верили древние. Но разве нашелся
бы такой безумец, который захотел стать богом, в то время как мог быть
человеком? Кто захотел бы жить вечно, если его смерть может дать жизнь
другим, .как смерть астронавигатора Сонгграма? Я не хочу жить вечно. Каждый
удар моего сердца славит жизнь, и поэтому я говорю вам: я не позволю отнять
у меня смерть!

Подходил к концу седьмой год путешествия; приближался момент, когда все
наши ожидания, планы и надежды должны были осуществиться.
Пурпурный свет Проксимы становился все более ярким. В ручные телескопы
видны были две планеты этого Красного Карлика - более отдаленная, по своим
размерам превосходящая Юпитер, и более близкая, сходная с Марсом. Две другие
составные части системы - солнца А и Б Центавра - обладали большими семьями
планет. Оба они сияли на нашем небе ослепительно белым светом и были удалены
друг от друга на расстояние в несколько дуговых минут. Сириус и Бетельгейзе
светили слабее.
Хотя Красный Карлик увеличивался в размерах очень медленно, но мрак на
смотровых палубах все же незаметно смягчался, слабел, приобретая чуть-чуть
сероватый оттенок.
Однажды утром зрители стали что-то показывать друг другу: предметы и
наши тела начали отбрасывать тень.
Когда расстояние, отделяющее нас от Красного Карлика, сократилось до
шестисот миллиардов километров, послышался давно не повторявшийся звук
предупредительных сигналов: "Гея" начала ежевечерне убавлять скорость. Мы
искали и не находили в своей памяти гнетущего чувства, которое когда-то
возбуждал этот сигнал: он звучал теперь, как фанфары победы.
После.шестнадцати недель торможения наша ракета уменьшила скорость до
четырех тысяч километров в секунду и уже приближалась к первой планете
Красного Карлика. Ее орбита составляла угол в сорок градусов к направлению
полета "Геи": Астронавигаторы умышленно не направляли корабль в плоскость
обращения планет, поскольку можно было предполагать, что здесь, как и в
нашей солнечной системе, скопляется метеоритная пыль, затрудняющая маневры.
Первую планету мы миновали на расстоянии четырехсот миллионов
километров. Астрофизики и планетологи не отрываясь дежурили по целым суткам
у своих наблюдательных инструментов. Мы не стали приближаться к планете -
это был обледеневший скалистый шар, окруженный плотной корой замерзших
газов.
На девятнадцатый день после прохождения орбиты первой планеты "Гея"
пересекла плоскость обращения планет Карлика, однако мы не обнаружили
космической пыли. Поздним вечером, когда я уже ложился спать, репродукторы
предупредили, что обсерватория будет передавать чрезвычайное сообщение.
Минуту спустя раздался голос Трегуба, сообщившего, что четверть часа назад
"Гея" прошла сквозь полосу газа необычного химического состава и теперь
маневрирует, стремясь возвратиться к этой полосе.
Я поспешил одеться и направился на смотровую палубу. Хотя уже пробило
полночь, там было полно людей. Далеко внизу, под нашим левым бортом, плыл во
мраке Красный Карлик, окруженный венцом огненных языков. Блеск звезды едва
.достигал одной двадцатитысячной солнечного; космическое пространство
казалось наполненным кроваво-красной мглой. Наверху простиралась
однообразная тьма.
Вдруг крик вырвался у всех присутствующих. "Гея" вошла в полосу газа,
который от столкновения с оболочкой корабля стал светиться; в один миг ее
поверхность была охвачена дрожащим бледным огнем, пламя разбрызгивалось и
гасло далеко за кормой, и мы продолжали нестись в призрачном сиянии. Вскоре
"Гея" вышла из этой полосы и, все продолжая снижать скорость, так что почти
неподвижно повисла в пространстве, подняла нос (при этих маневрах, как
всегда, казалось, будто поворачиваются до тех пор неподвижные звезды) и
вновь попала в полосу невидимого газа. Он был очень разрежен, и, когда
корабль шел в этой полосе медленно, газ не светился; лишь когда наша
скорость увеличилась до девятисот километров в секунду, ионизированные атомы
при столкновении с броней нашего корабля начали вспыхивать, и на стенах
смотровой палубы вновь затрепетали бледные языки света.
Между нами появился астрофизик, только что закончивший дежурство. Он
рассказал, что газ, в котором мы движемся, был подвергнут анализу и оказался
молекулярным кислородом. Это вызвало всеобщее изумление, так как в мировом
пространстве скоплений свободного кислорода не встречается.
- Астронавигаторы полагают, - сказал астрофизик, - что мы попали в
хвост какой-то - исключительно своеобразной кометы, и намерены найти ее.
Поэтому "Гея" проникла в глубь газовой полосы и идет, как бы вспарывая ее.
Эта полоса, как выявили несколько часов спустя автоматы, представляла
собой кривую. Это подтверждало предположение, что она является газовым
хвостом кометы или какого-то космического тела, слишком незначительного по
размерам, чтобы мы могли его заметить. Мы гнались за убегающей от нас и все
еще невидимой головой кометы двое суток. Лишь поздно вечером на третьи сутки
во всех репродукторах вновь зазвучал голос Трегуба, сообщившего, что главный
телетактор в девятнадцати миллионах километров от нас обнаружил голову
кометы.
Люди хлынули в обсерваторию, однако голова кометы, казавшаяся во мраке
еле различимой точкой, долгое время не увеличивалась в размерах. Вечером
стало возможно измерить ее: длина головы кометы не превышала одного
километра. Астронавигаторы пришли к выводу, что загадке кометы мы посвятили
слишком много времени: она представляет большой интерес для астрофизиков, но
отвлекает нас от главной цели путешествия, и поэтому нам необходимо лечь на
прежний курс. Однако астрофизики вымолили еще одну ночь для погони за
кометой; учитывая малую "населенность" пространства в этом районе, мы
увеличили скорость до девятисот пятидесяти километров в секунду, и "Гея",
озаряемая все более сильным пламенем пылающего кислорода, устремилась за
головой кометы. В пять часов утра вновь выступил по радио Трегуб. С первых
слов, прозвучавших в репродукторах, сердца всех усиленно забились, потому
что голос этого всегда владеющего собой человека дрожал:
- Говорит Центральная обсерватория "Геи". Предполагаемая голова кометы
является не космическим телом, а искусственным сооружением, подобным нашему



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 [ 54 ] 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.