read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Это трудная штука, - сказал Джерри. - Ботинки трудно завязывать. Но
когда ты этому выучишься, придется тебе еще научиться завязывать галстук и
бриться.
Малыш кивнул, завороженно и настороженно, быть может, чувствуя, что этот
не совсем незнакомый разговорчивый человек, так странно явившийся к ним
среди бела дня без своих детей, и есть источник неблагополучия, которое
пришло откуда-то и заполнило дом. Решив показать, что у него и в мыслях нет
ничего дурного, Джерри опустился на кухонный стул. Из холла притопала
Теодора - ротик у нее блестел от хлеба с маслом - и стала карабкаться на
колени к Джерри. Не привыкнув распознавать ее желания по движениям, он не
сразу ей помог; наконец, она неловко уселась, больно давя ему на колени: она
была совсем худенькая - не то что Джоффри. Вернулась Салли, благополучно
спровадив свою коллегу по материнским заботам, и тотчас поняла, что надо
освобождать его от детей. Она усадила Теодору и Питера за стол (глубокая
тень легла на его зернистую поверхность) и поставила перед ними молоко и
куриный суп, а Джерри подала сандвич с вином в гостиной (к этому времени
солнце уже снова вышло, и кафельные плитки в крышке кофейного столика своей
яркостью резали глаз). Вино было не то, что вчера, а сухое бордо, такое
светлое, что отливало зеленью, словно в двух бокалах на тонких ножках жил
призрак виноградного листа. Сандвич - салями с салатом - был на вкус как
мольба, зеленая, перченая смесь сожалений и обещаний. Есть Джерри не
хотелось, но он принялся старательно жевать.
Он сидел в грязном кожаном кресле Ричарда, оставив для Салли весь белый
диван, но она не села и не стала есть, а бродила вдоль окон, держа в руке
бокал, ее ноги в белых брюках бесшумно отмеряли длинные шаги, волосы чуть не
летели сзади.
- Как все славно получается, - сказал он.
- Зачем ты пугаешь меня? - спросила она. - Почему не взять и не сказать
напрямик?
- Сказать - что?
- Почему ты не спросишь меня, зачем я все ему выболтала. Почему не
говоришь, что я толкала тебя на это.
- Ты имеешь право меня подталкивать - чуть-чуть. Ты заслужила это право.
Вот я не имел права, никакого права хотеть тебя - я мог любить тебя, но я не
должен был тебя хотеть. Нехорошо стремиться к обладанию человеком, как,
например... красивой вещью. Или роскошным домом, или прекрасным участком
земли.
- Наверное, - рассеянно произнесла она, словно мысли ее были заняты
детьми на кухне или самолетом, гудевшим высоко в небе.
- На меня то и дело откуда-то из глубины накатывает странный мрак, - он
чувствовал, что обязан ей объяснить, - и лишает вкуса даже вино.
Она стремительно шагнула к нему - казалось, вот-вот взорвется: схватила в
охапку волосы, свисавшие вдоль лица, оттянула назад и задержала на затылке.
Потом посмотрела вниз на него и пылко, осуждающе спросила:
- Неужели ты никогда не избавишься от своей депрессии?
Он поднял на нее глаза, представил себе, что лежит на смертном одре, и
спросил себя: ?Именно это лицо хочу я видеть??
Уже в самом вопросе содержался ответ: лицо Салли давило на его глаза, как
щит, он не видел в этом лице ни грана сочувствия, никакой помощи в
предстоящем переходе в мир иной, - лишь эгоистический страх, страх такой
сильный, что ее редкие бледные веснушки словно взбугрились на коже,
натянутой собранными на затылке волосами.
Не вставая, он неловко обнял ее - тело ее не хотело сгибаться, рука не
желала отпускать волосы. Он закрыл глаза, и темнота под веками стала
багровой и теплой, она ширилась, растекалась, охватывая их обоих, и он вдруг
увидел себя и ее с большой высоты: они стояли на плоту, крепко вцепившись
друг в друга, посреди безбрежного кроваво-красного океана. Самолет
прогрохотал в небе, и звук улетел вместе с ним.
Вошли насытившиеся дети. Джерри быстро прошептал:
- Я струсил.
Салли выпрямилась, посмотрела вниз, разжала кулак, и волосы, падая,
медленно легли ей на спину, точно растрепанный канат.
- Давай прокатимся, - сказала она. - Очень уж сегодня хороший день -
жалко его терять.
Он неуклюже поднялся - с абстрактной благодарностью инвалида.
- Да, - согласился он, - давай. Может быть, вне стен этого дома я снова
обрету чувство перспективы.

***
Я люблю этот дом.
Любишь мой дом - люби меня.
Твой дом - это, собственно, ты. Тебе он дорог - вот что говорит твой дом.
Тебе дороги многие мелочи.
У меня пошлый ум.
Нет: ты - как растение, у которого короткий период роста, и поэтому оно
выпускает множество крошечных корней.
Это звучит трагически, Джерри.
Я вовсе не хотел, чтобы это звучало трагически. У каждого из нас свой
период роста.

***
Облака, которые, по мнению Джерри, должны были принести грозу, начали,
наоборот, таять, рассеиваться; однако, хотя был всего час дня, казалось, что
летний день подходит к концу. Они поехали вчетвером не на Гринвудский пляж,
где их обоих - Джерри и Салли - могли узнать, а на другой, несколькими
милями дальше, где песчаная дуга была зажата с двух сторон нагромождениями
полосатых камней. Несколько парусников испещряли Саунд, словно налипшие
листья. Салли и Джерри отмахали по пляжу полумилю до дальних скал и уже шли
назад, как вдруг он воскликнул:
- Господи! Красивее этого места я ничего не видел! - И волны, и белые
гребешки на них, и желтые полосатые камни - все казалось ему озаренным
каким-то божественным сиянием, а объяснялось это тем, что, шагая по пляжу,
они приняли решение не вступать в брак. Или, вернее, Джерри дал ей понять,
что они не поженятся.
Салли несколько раз молча быстро кивнула, потом вдруг резко вскинула
голову, рассмеялась и заметила:
- Ну, скажу я тебе, Джерри, ты держался до последней минуты! - На свежем
воздухе в лице ее прибавилось красок.
- Я сам этого до сих пор не знал, честное слово, не знал, - сказал он. И
добавил:
- Я боялся потерять то единственное, что имеет значение.
- Куда все исчезло, Джерри?
- Да все по-прежнему тут. Глубоко запрятано. Но тут. - И, обиженный ее
молчанием, добавил:
- Почему ты не борешься?
Она покачала головой, глядя вниз, на свои босые ноги, шагавшие по мокрому
ребристому песку за извилистой линией высушенных солнцем водорослей, и
сказала:
- Нет, Джерри, я не буду бороться. Не мне надо бороться. Бороться надо
тебе.
Теодора все больше и больше отставала и теперь в отчаянии плюхнулась на
мокрый песок. Дойдя до скал, взрослые повернули назад, и Джерри нес девочку
до самой машины. Он с ужасом обнаружил, что тела их приноравливаются друг к
другу и малышка с возрастающим доверием льнет к нему. Автомобилей на стоянке
почти не было - совсем как в мае, и высокие дюны вновь обрели свою необжитую
девственность. Когда они залезли в машину, Салли сказала:
- Поблагодарите милого дядю, дети, за то, что он свозил вас на пляж.
- Но мы так мало там были, - заныл Питер.
- Я свожу вас завтра еще раз, - сказала она.
Джерри отвез их домой и подождал внизу в холле, пока Салли сходила наверх
и принесла из своего шкафа, из шляпной коробки, задвинутой подальше на
полку, большой конверт а письмами, милыми забавными рисуночками, скверными
стишками, - все это накопилось, как выбрасываемые морем водоросли, за долгие
месяцы их связи и тщательно хранилось ею.
- По-моему, здесь - все, - сказала она. - Я всегда так боялась: вдруг
Ричард их найдет.
- Если он все-таки решит довести развод до конца...
- Нет. Даже и не думай. Этого не произойдет.
- Эй...
- Не плачь. Мы же знали, что все кончится. Я, во всяком случае, знала.
- Извини, я просто не могу с тобой расстаться, не могу подойти к этой
последней минуте. Теперь, когда ты уже не моя, вся былая любовь вернулась,
нахлынула. Ты выглядишь - обалдеть можно.
- Пожалуйста, уходи. Ты же, по-моему, принял решение. Будь добрым с
Руфью, не смей ее наказывать за то, что ты принял такое решение.
- А ты найдешь себе кого-нибудь другого?
- Нет. - Она произнесла это очень быстро. Она дотронулась до его щеки
кончиками пальцев. - Никто другой не сможет дать мне... - она помедлила,
подыскивая слова, и, найдя их, улыбнулась, - ...столько радости.
- Я никогда в жизни не чувствовал, что прав, - как бы это выразить, -
только когда был с тобой. Я никогда не чувствовал себя дома - только когда
был с тобой.
На лице Салли возникло выражение, какое появлялось у нее, когда люди, по
ее мнению, устраивали ?мелодраму?. Она пожала плечами и сказала:
- Я рада, что это был ты.
- Позвонишь мне, если я тебе понадоблюсь? Поговоришь со мной?
- Не думаю, нет. Это должен быть конец - раз и навсегда. Иначе люди
решат, что мы совсем рехнулись. Спасибо тебе, Джерри.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 [ 54 ] 55 56 57 58 59 60 61
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.