read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



- Андрей Семенович, ведь мы никогда уже с вами не увидимся. Не
обижайтесь на меня. Но неужели вы способны забыть вечера, проведенные нами
вместе?..
И я, правду сказать, смутился.
Председатель пожал плечами, провел ладонью по залысине и поправил очки.
Янковская не замедлила разъяснить смысл сказанного.
- Как видите, майор Макаров не может отрицать нашей близости, -
обратилась она к председателю суда, посматривая то на него, то на меня
своими кошачьими глазами. - Только он спешит уйти от ответственности!
Председатель строго посмотрел на Янковскую и опять поправил очки.
- Что вы хотите этим сказать?
- Только то, что Макаров - такой же шпион, как и я, - отчетливо
произнесла она звенящим и чуть дрожащим голосом. - И даже чуть покрупнее!
Янковская замолчала.
- Мы вас слушаем, - поторопил ее председатель. - Говорите, говорите!
- Он заслан сюда заокеанской разведкой, - с каким-то отчаянием
произнесла Янковская...
И принялась рассказывать о моем свидании с господином Тейлором, о том,
что я им завербован, о том, что я снабжал его ведомство ценной информацией и
что это я выдал гестаповцам коммуниста и партизана, скрывавшегося у меня под
фамилией Чарушина... Да, она сказала все это, пытаясь утопить меня вместе с
собой.
- Чем вы это можете доказать? - холодно спросил председатель.
- Спросите его! - с какой-то пронзительностью выкрикнула она, как бы
нанося мне удар. - Почему он скрывает, что в Стокгольме на его текущем счету
лежат пятьдесят тысяч долларов?
Все-таки она была убеждена, что деньги - это самое главное в мире! Она
привела факты и думала, что мне от них никуда не деться, но я даже не успел
обратиться к суду.
- Вы можете быть свободны, товарищ Макаров, - повторил председатель с
неизменной холодностью в голосе, но в глазах его засветилась какая-то
теплота. - Суду известно, кем санкционированы ваши переговоры с генералом
Тейлором, а что касается денег, переведенных на ваше имя... - Председатель
назвал даже банк, на который был получен аккредитив, слегка наклонился в
сторону Янковской и продолжал уже как бы специально для нее: - Что касается
денег, они были получены по поручению товарища Макарова и даже
израсходованы, но только не на его надобности...
Я посмотрел на председателя суда, и он кивнул мне, давая понять, что я
могу удалиться. Я пошел к выходу.
- Андрей Семенович! - внезапно услышал я за своей спиной дрожащий голос
Янковской. - Все это неправда, неправда! Я все это говорила для того, чтобы
вы разделили мою судьбу... Потому что... Да обернитесь же! Потому что я вас
любила...
Но я не обернулся.
Я понимал, что ей хотелось исправить впечатление от своей лжи, но я
хорошо знал, что и эти ее последние слова - такая же невозможная ложь, как и
вся ее жизнь.


ЭПИЛОГ

Вот, пожалуй, и все.
Сравнительно много времени прошло с тех пор, но из памяти никак не
изгладятся события, описанные мною в этой рукописи.
Окончилась война, я встретился с девушкой, которую любил. Получив
известие о моей гибели, она не поверила в мою смерть, а если немного и
поверила, в ее сердце не нашлось места другому. Она терпеливо ждала меня. С
неизменным волнением слушает жена мои рассказы о Риге и только всегда
хмурится, когда я называю имя Янковской.
Разыскал меня после войны и Иван Николаевич Пронин, мы встретились с
ним у меня дома. Естественно, что первым долгом я тотчас осведомился о
Железнове.
- Где он? Как он? Что с ним?
Но Пронин уклонился от прямого ответа на мои расспросы.
- Когда-нибудь после, - сказал он. - Это сложный вопрос...
И так ничего больше мне не сказал, и я понял, что дальнейшая судьба
Железнова - это, очевидно, целый роман, который еще не время опубликовывать.
Потом мы коснулись нашей жизни в Риге, наших поисков, наших общих
огорчений и удач.
- Ну а что сталось с вашей агентурой, знаете? - спросил Пронин. - Со
всеми этими "гиацинтами" и "тюльпанами"?
- Те, кто уцелел, вероятно, арестованы? - высказал я догадку.
- Да, большинство арестовано, - подтвердил Пронин и усмехнулся. - Но
трех или четырех не стоило даже трогать, на всякий случай за ними
присматривают, хотя оставили их на свободе.
Мы еще договорили о том о сем. Я выразил и удивление и восхищение
быстротой и тщательностью, с какой Пронин сумел оборудовать рацию капитана
Блейка.
Пронин снисходительно усмехнулся.
- Обычная практика. В таких обстоятельствах мы не то что английский
передатчик, черта бы из-под земли выкопали...
Несколько лет спустя после этой встречи мне довелось проездом побывать
в Риге, задержаться там я мог всего на один день. Я походил по городу; он
был по-прежнему красив и наряден, зданий, разрушенных войной, я уже не
нашел, на смену им поднялись другие. Подошел я и к дому, в котором
квартировал у Цеплисов; дом сохранился, но жили в нем другие жильцы. Юноша,
открывший мне дверь, сказал, что Цеплис работает в одном из сельских районов
секретарем райкома партии. Мне хотелось его повидать, но я не располагал
временем на разъезды. По возвращении в Москву я написал Мартыну Карловичу
письмо, и теперь мы с ним обмениваемся иногда письмами.
Попытался найти Марту, но я не знал, где ее искать, а в адресном столе
Марта Яновна Круминьш не значилась.
Потом мне пришла в голову мысль съездить на кладбище. Я прошелся по
аллеям, побродил между памятников и крестов и, удивительное дело, нашел
собственную могилу: памятник майору Макарову сохранился в
неприкосновенности.
Что еще остается сказать?..
По роду своей работы мне приходится следить за иностранной прессой,
правда, я интересуюсь больше специальными вопросами, но попутно читаешь и о
другом.
Профессор Гренер перебрался-таки за океан, у него там свой институт, он
там преуспевает.
Мне пришлось как-то прочесть письмо нескольких ученых, опубликованное в
крупной заокеанской газете, в котором они поддерживали венгерских
контрреволюционеров и с нескрываемой злобой выступали против венгерских
рабочих и крестьян, требуя обсуждения "венгерского вопроса" в Организации
Объединенных Наций. В числе прочих под письмом стояла и подпись профессора
Гренера.
Ну, и в заключение еще об одной встрече с Прониным, которая имеет
некоторое отношение к описанным событиям.
После всего того, что я пережил в Риге, нерушимая дружба связала меня с
латышами, навсегда запечатлелись в моем сердце образы мужественных
латвийских патриотов, и все, что так или иначе касалось теперь Латвии, для
меня не безразлично.
Зимой 1955 года в Москве проходила декада латышского искусства и
литературы, и Пронин пригласил меня посмотреть пьесу Райниса. Во время
спектакля Пронин все время обращал внимание на одну актрису, называл ее,
хвалил, подчеркнуто ей аплодировал, как это мы часто делаем по отношению к
своим личным знакомым.
Потом он слегка меня толкнул и спросил:
- Неужели не узнаете?
Какое-то смутное воспоминание мелькнуло передо мной и растаяло.
- Нет, - сказал я.
- Неужели не помните? - удивился Пронин. - Баронесса фон Третнов!
- Так это была артистка! - воскликнул я.
- Рижская работница, - поправил меня Пронин. - Она и не помышляла о
театре. Это товарищи после ее выступления в роли баронессы фон Третнов
натолкнули ее на мысль об артистической карьере.
А в антракте Пронин велел мне посмотреть в правительственную ложу. Он
указал на пожилого человека, беседовавшего в этот момент с одним из
руководителей нашей партии.
- Тоже не узнаете? - спросил Пронин. - Букинист из книжной лавки на
Домской площади.
Но я не узнал его даже после того, как Пронин сказал мне, кто это
такой. Так познакомился я с судьбой еще двух действующих лиц этого, так
сказать, приключенческого романа.
И кажется, можно поставить точку.
Кто-то это прочтет, переберет в памяти страницы собственной жизни,
поверит мне, а может быть, и не поверит, а потом забудет.
Только мне самому ничего, ничего не забыть!
Осенью, обычно осенью, когда особенно часто дает себя знать
простреленное легкое, я подхожу иногда к письменному столу, выдвигаю ящик,
достаю большую медную пуговицу с вытисненным на ней листком клевера, какие в
прошлом веке носили на своих куртках колорадские горняки, долго смотрю на
эту реликвию, и в моей памяти вновь и вновь оживают описанные мною события и
люди.

1941-1957 гг.
Рига - Москва



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 [ 54 ]
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.